Целованная солнцем

      Утро началось с пустой кухни и кружки кофе. Настенные часы красноречиво говорили о моем сумасшествии, поскольку ни один нормальный человек не будет вставать полшестого утра, чтобы отправиться на пробежку вместе с неугомонным другом. Мы вместе бегаем уже две недели.       После долгих уговоров я решила, что можно попробовать поддержать Такеши. На моё согласие было две причины: первая — физические нагрузки отлично помогали при стрессе, а второе — красивая попа. Из тех же соображений я посещала спортивные школьные секции. Танцы были отличной эмоциональной разгрузкой, да и являлись комплексным упражнением. Хоть я и была от природы миленькой, но мне этого было недостаточно, чтобы чувствовать себя уверенно и думать, что я хорошо выгляжу. К тому же сейчас у меня был именно тот период взросления, когда начинаются знакомые каждой девочке проблемы: начинает болеть и расти грудь, я раздаюсь в бедрах, да и расту сама по себе. А еще я много ем. И отказывать себе в чем-то ради торчащих костей мне не хочется. Вкусная еда — одна из немногих человеческих радостей. Она же и грех.       Из-за того, что мои родители достаточно высокие, я тоже не отличалась миниатюрным ростом. Проще говоря, собой я являла ту еще здоровую кобылу по японским меркам. Мой рост на данный момент был метр и шестьдесят шесть сантиметров. Не каждая взрослая женщина могла иметь такой же рост. О девочке тринадцати лет и говорить нечего. Ко всему прочему, конституция тела у меня явно была в маман. А это означало, что в отличие от худых и малогабаритных азиаток, я буду иметь все нужные выпуклости. Единственное, что оставалось во мне детским — лицо. Если честно, то я вообще не расстраивалась или переживала на эту тему. Если бы у меня не было фигуры — это было бы по женски обидно. Все-таки еще с прошлого я привыкла к определенной комплекции.       Единственной видимой проблемой было то, что мне откровенно не нравилось то, что я видела в зеркале. У меня были свои представления о красоте, как и у любого другого человека. Если быть до конца честной, то я себе красивой не казалась. Понимала, что красота в глазах смотрящего. Но с собой ничего сделать так и не смогла. То что я считала красивым в девушке, отсутствовало как данность: светлые глаза, прямой нос, маленькие губки бантиком, темные длинные и прямые волосы, чистая бледная кожа, средний рост и стройное подтянутое тело. Из всего, что я могла сама себе обеспечить самостоятельно проходил только последний параметр. Не то чтобы я каждый день переживала на эту тему или это было большой проблемой — я уже привыкла к своему внешнему виду.       Безумно хотелось отрезать волосы. Под мальчика. Коротко и стильно. Сейчас их длина меня заставляла закатывать глаза. В кудрявом состоянии они доставали ягодиц. Я боялась подумать, какая это была бы длина, если бы они были прямыми. А еще волосы были безумно тяжелыми, я тратила уйму времени, чтобы превратить их в чистые и блестящие косы. Другие прически казались самоубийством, потому что в противном случае волосы путались и их было невозможно расчесывать. Зато окружающие были в восторге.       Вообще еще с прошлого, я привыкла следить за собой. Я всегда опрятно выглядела, вкусно пахла и красиво одевалась. Я не терпела неаккуратности во внешнем виде. Я должна была выглядеть на все сто. Это был просто внутренний крик. Судят всегда по обложке. Лучше никогда и никому не давать лишнего повода для сплетен.       Даже сейчас, с утра, я надела выглаженный серый спортивный костюм и белые кроссовки. Волосы были прибраны в две стандартные косы.        На улице утром было прохладно даже в олимпийке. Я начала легкую разминку, чтобы разогреться, пока ждала Такеши. Можно было заметить приверженцев здорового образа жизни и спорта, которые бежали каждый своим маршрутом. Солнце медленно поднималось все выше и выше. К моему удивлению, через какое-то время к мосту выбежал мой относительно недавний знакомый. Когда я еще бегала по утрам, мы с ним часто пересекались. Я не знала ни кто он такой, ни как его зовут. В какой-то момент мы просто начали кивать друг другу, когда виделись. Это было что-то вроде очень милой традиции. По крайней мере мне казалось это забавным и ни к чему меня не принуждающим.       Я прекратила махи руками. Мне было интересно, заметят ли меня? Теперь уже я спокойно встала и оперлась на мост. Обычно, по мосту он не пробегал, поэтому я не удивилась, когда он просто побежал дальше. Но, словно почувствовав мой взгляд, он обернулся. Теперь я смогла рассмотреть его получше. Сильно вкус в одежде у него не поменялся, если не сказать, что вообще не изменился: серая майка, спортивные легкие штаны и удобные кроссовки. Руки он перевязывал бинтами, я предполагала, что он занимается какими-то единоборствами. Ну или у него специфический стиль, все может быть.       Мне впервые так энергично махали руками. Я легко помахала ему в ответ. Заметив меня, он явно обрадовался. Если честно, я планировала на этом моменте и прервать наше милое общение. Но подросток (на вид я бы ему дала лет пятнадцать или семнадцать) начал подозрительно близко подбираться к моему мосту. Ситуация принимала крайне интересный оборот.       Я все так же расслабленно опиралась на мост, не делая каких-то движений вообще. Когда он подошел ближе, так, что я могла рассмотреть его лицо не мельком, как это было обычно, а вполне четко, тогда я и решила заговорить.        — Ну здравствуй, бегун, — Я дружелюбно, насколько могла, растянула губы. Парнишка же в ответ позитивно и даже как-то энергично улыбался. Мы оба внимательно разглядывали друг друга.        — Привет! Давно тебя не видел! Болела? — спрашивал он с удивительным участием, словно и правда переживал за незнакомую девчонку. Я с каким-то нездоровым восторгом подумала, что мы с ним почти одного роста. Но больше всего мне понравилось, что даже когда он услышал мой голос и речь, ни один мускул на его лице не дернулся. Акцент — вещь веселая исключительно для носителей языка.        — Нет, я уезжала на каникулы, поэтому не получалось бегать.        — А, понятно… — У него был удивительно звучный голос. Я бы даже сказала, что командный. — Я уже было беспокоился, — он хмыкнул. — А оно вот как.        — Ага, — я пожала плечами. — Оно вот так.        — А ты где учишься? В Мидори?        — А к чему такой интерес? Мама меня учила с незнакомыми мальчиками не разговаривать. — Мой собеседник очень громко засмеялся, явно получая удовольствие от нашей беседы.        — Ну тогда познакомимся? Меня зовут Сасагава Рёхей! Я учусь в средней Намимори во втором классе.        — Меня зовут Ким Сирша. Откуда узнал, что я из Мидори?        — Ну в нашей школе я тебя не видел. Ни в средней, ни в старшей школе. — Я напряглась.        — А ты искал?        — Нет, но от толпы тебя просто отличать! — Он явно был доволен намеком, считая его остроумным. Ох уж эти мальчишки… — Ладно, было приятно познакомиться, я побегу дальше во имя экстрима!        — Экстрима? — переспросила я в замешательстве.        — Мой девиз — экстрим! — Такой энергичный уже с утра, что же с ним часов в двенадцать происходит? Он светиться начинает? — Я экстремально побежал!        — Ну давай-давай, беги, — я помахала ему и улыбнулась. На этот раз широко и искренне. Мне он понравился, хороший мальчишка. Напоследок, когда он уже отошел, я ему шутки ради крикнула. — Во имя экстрима, Рёхей!        Мне казалось, что у него лопнет живот так громко смеяться. Мою шутку явно оценили. Однако какой занятный мальчик. Я уже была сама готова покатиться со смеху, как ко мне выбежал вечный опоздун и соня Такеши. Он и застал меня в таком щекотливом положении. Я смеялась от души, приложив руку к губам. Он честно недоумевал и допытывался, что же меня так рассмешило, но потом мы оба отвлеклись на что-то и как-то не до того уже было. Мы сделали небольшой круг и потом я вернулась домой, готовиться к учебному дню.       Быстро сходить в душ и ополоснуться, погладить и надеть форму, взять сумку с учебниками. Вот вроде и все. Спокойно и не торопясь, времени было достаточно, чтобы дойти до школы. Я шла по тротуару, сзади и спереди меня шли точно такие же школьники. Иногда среди светлой формы учеников Мидори попадалась темная форма школы средней и старшей Намимори.       Сегодня обещали солнце и теплую погоду. Хелен должна вернуться домой только через дней десять. Точную дату она мне еще не называла. Так что стоял жирный такой знак вопроса на ужине. Я склонялась к идее приготовить что-нибудь. Но было откровенно страшно думать, что придется ходить по магазинам, выбирать продукты и потом все это нести домой. Вчера были уничтожены последние запасы провианта. Кафе уже не казалось плохой идеей…       Из-за поднявшегося ветра ленты, которые я повязала вместо резинок, ослабли, поэтому я решила остановиться и быстро подтянуть их. Когда я хотела приступить к правой косе, то почувствовала, что меня кто-то сильно и очень больно дернул за нее и толкнул. Я упала и разодрала колени. Гольфы были бесповоротно уничтожены. Я с квадратными глазами сидела на тротуаре. Ладони тоже отзывались болью. Я с ужасом посмотрела направо, волосы болели. Коса расплелась до середины. Ленты нигде не было. От шока я даже подняться не смогла. Я конечно знала, что меня недолюбливают, но чтобы так явно…       Ко мне подошли мои знакомые по школе ребята и помогли подняться и проводили до медпункта. Стоит ли говорить, что я была им очень благодарна? Там мне обработали коленки, ладони и осмотрели на предмет более тяжелых повреждений. Нашли только шок и упадок моральных сил. Мне сказали, что я могу посидеть там один урок и отдохнуть. Я начала приводить в порядок свои волосы. Так как лента осталась всего одна, пришлось мастерить хвост. Пока меня довели до медпункта коса сильно расплелась.       Весь последующий день я сидела с испорченным настроением. Как позже мне рассказали очевидцы, произошло что-то крайне странное. И даже пугающее. Какой-то мальчишка в голубых, внимание, трусах, бежал как угорелый и кричал «reborn*» (при чем тут возрождение?!), желал признаться кому-то в чувствах. И я оказалась на пути. Он так махал руками, что каким-то образом зажал мою косу и без того ослабленный бантик не выдержал и капитулировал. В итоге этот ненормальный украл у меня ленту для волос. Просто прекрасно. Почему это кажется самым абсурдным, что может произойти по пути в школу? Почему именно моя лента?!       Под конец дня слухи так разошлись по школе, что мне стало страшно. Более того, они обретали новые, более смачные и фантастичные подробности. Первой версией было то, что я отказала бедному парню и он побежал, чтобы хоть что-то взять и мечтать обо мне долгими вечерами. Второй версией было то, что я чуть не стала жертвой начинающего насильника. Третьей, что мальчишка охотник за лентами для волос. Нашлось еще десяток тех, кто терял ленты, и все были уверены, что именно этот пацан их украл. Но такому оригинальному обращению подверглась одна я. Четвертая и самая популярная, что этот ненормальный — просто извращенец. В одних трусах по городу бегать и ленты воровать. Вот уж точно экстремал!       Я желала как можно скорее оказаться дома. Вернуться, отмыть волосы от пыли и поесть. Пойду поем лапши в кафе.       Так же сегодня необходимо было начать разучивать композицию для выпускного экзамена из музыкальной школы. Я наконец-то получу эту корочку, закину ее в дальний ящик, предварительно отправив факсом отцу, и смогу успокоиться.       Мне нравилось играть только и исключительно для себя. Иногда я играла маме или дуэту Ямамото, но это случалось очень редко. И также меня настойчиво просили играть на светских раутах, что не вызывало во мне буйного восторга. Со временем игра стала расслаблять нервы. Вообще, любая деятельность, которая могла мне помочь выпустить пар — сразу воспроизводилась. Я, возможно, казалась окружающим спокойной и доброжелательной, умела пошутить и поддержать беседу с любым человеком. Но мне было очень тяжело. Изо дня в день я старалась добиться хоть чего-то, что могло дать мне шанс на чудо. И я вовсе не была доброй или общительной. Я просто в силу своего реального возраста и опыта умела это делать.       На самом деле, я все еще не разобралась, почему однажды оказалась тут. Судьба это или злой рок. Магия или провидение. Я не знала, просто старалась не думать об этом и жить так, как умею. Факт был только в том, что благодаря памяти прошлого я намного опытнее людей моего возраста и несколько старше. У меня были те навыки и знания, которые нарабатываются только жизнью. К тому же в прошлом я была успешной и вполне состоятельной, вращалась в интеллигентных и состоятельных кругах. Но даже так, сейчас мне было тяжело в моей ситуации. И я понимала, что еще немного в подобном режиме — где-то год или два — и я просто сгорю. И когда думала обо всем этом, представляла, какого же было бы маленькой девочке на моем месте? Может оно было все и к лучшему, что тут я, а не маленький ребенок. Это была очень сложная для меня тема, в которой я не могла никак разобраться. Поэтому как всегда пыталась отвлечься на что-то другое и расслабляющее. В руках оказался уже привычный мне альт. Изначально, мне было правда все равно, на чем играть. Но альт — настолько прозаичный инструмент для меня. Его часто путают со скрипкой, отличается лишь размер. И за счет того, что альт больше, его звучание гораздо богаче, как мне казалось. Более глубокое, грудное звучание, чем у скрипки. Оно было гораздо приятнее для меня. Самое интересное, что когда люди думают о струнно-смычковых инструментах — мало кто вспомнит альт. Это же можно было сказать о многих людях. На первый взгляд лишь подделка оригинала. Но стоит только послушать и приглядеться — видны разительные отличия. Зачастую, эти отличия и заставляют человеческое сердце трепетать.       На середине мелодии я неожиданно вспомнила, что так и не поела. И чем больше я об этом думала, тем больше хотелось есть. Хорошо, что лапшичные работают допоздна.