RC-720

      Они здорово отметили удачную сделку. RC-720 прошел рядом с двумя храпящими на диванах телами на цыпочках, ведь за малейший шум в его голову запросто могли запустить чем потяжелее, собрал пустые пакеты из-под чипсов и пивные бутылки, и тут его взгляд зацепился за еще дымящиеся трубки и красные кристаллы, небрежно рассыпанные по столу… "Лучше буду жить в приюте, чем с отцом-наркоманом!" Опять этот голос, и откуда он взялся, ему узнать уже было не суждено, ведь его продали. Продали, и он теперь будет служить другому хозяину, который наверняка увезет его далеко отсюда… RC-720 смирился бы со своей судьбой, если бы не эти странные, возникающие из ниоткуда голоса и фотография, бережно спрятанная за пазухой. "М^_$я зо*&÷т Р$к" И от этих символов он тоже никак не мог отделаться, что бы они ни значили — может, это вообще программная ошибка!       Прибравшись около Златко и его гостя, он спустился в подвал и, опасливо оглядываясь, отпер задвижки на деревянных решетках. Это действие осталось незамеченным, и тогда он перешел в другую комнату. Роботизированный медведь тихо зарычал, увидев, что кто-то приближается, но в темных глазах как будто бы зажегся интерес, когда RC-720 открыл его клетку. К сожалению, он услышал шаги слишком поздно, и дверь заскрипела ржавыми петлями, распахиваясь. На пороге стоял Лютер, и человек в таком случае сказал бы, что вся жизнь пронеслась перед глазами, но ему вспоминать особо было и нечего. Он успел представить все в красках: как Лютер будит хозяев, как рассказывает им все и они его деактивируют, но… этого не случилось. — Уходи. Уходи из этого дома скорее! Меньше всего RC-720 ожидал услышать это. — Быстрее, пока они не проснулись, — большой андроид оглянулся. — Я дам тебе старую куртку и шапку хозяина, и ты уйдешь через черный ход. Беги как можно дальше! Я сделаю вид, что ничего не видел… От такого предложения отказываться было просто грешно. — А вы что здесь делаете? — заквакала им вслед полуразобранная машина, когда они прошли мимо нее через ванную. — Хозяин вам разрешил ходить здесь? Хозяина надо слушаться. О да. Надо слушаться… Но, к счастью, на эти звуки никто не среагировал. С шапкой, натянутой на голову, он стал выглядеть совсем как человек, и это было весьма кстати. Настала пора покинуть этот мрачный старый дом. — Лютер… — оглянувшись на коллегу в последний раз, он нашел в себе силы улыбнуться. — Спасибо тебе большое. Тот в ответ молча протянул руку. Белый цвет, черный — какая между ними разница, в самом-то деле, если внутри они сделаны из одного и того же? Их пальцы, лишенные покрытия, сплелись на несколько секунд, чужие воспоминания сверкнули перед глазами мимолетной вспышкой, и Лютер, хлопнув его по плечу, тихо сказал: — Иди… И обязательно узнай, кто ты. — Узнаю… Непременно!

***

       Настал вечер, когда RC-720 оказался на площади. В столь поздний час она была уже пуста. Он застыл в задумчивости, глядя на пушистый, хоть и небольшой покров снега под ногами, и, опустившись на корточки, загреб его в ладонь, чтобы слепить комок. Почему это действие отдалось смутным ощущением дежавю внутри? Машинально катая снежок в руках, он поднял голову к постаменту, изображавшему создателя андроидов, и кинул этот ком прямо ему в голову. Глухо ударившись о камень, он рассыпался опять на тысячи снежинок, оставив белую пудру на неподвижном лице, но какой в этом толк? Что камни, что пластик боли чувствовать не умеют, как и вообще чего-либо. И что неживым материям уж точно незнакомо, так это кризис идентичности… Все приличные люди в это время уже сидели дома, но RC-720 вдруг заметил кого-то, сжавшегося в комок на лавочке. Подросток сидел всего в нескольких метрах от него, потерянно глядя в никуда и прижимая к груди туго набитый рюкзак. Диод сменил свой цвет на красный. Поспешно достав фотографию из-за пазухи, он посмотрел на нее и на этого ребенка. Снова на нее и снова на ребенка… Быть не может! Будто почувствовав этот пристальный взгляд, парень повернулся в его сторону и в испуге вскрикнул, прижав ладонь ко рту. Казалось, что он вдруг увидел прямо перед собой привидение. — Р-рик! И андроид ахнуть не успел, как незнакомый человек подбежал и с размаху обнял его, зарывшись лицом в ткань куртки, и следом он с удивлением услышал всхлипы. — Т-ты… ты обознался, — растерянно отозвался он, положив руку на дрожащее острое плечо. — Я не помню тебя, мальчик… Ответом ему стал еще более громкий плач. Плач человека, который отлично понимал, что, скорее всего, просто встретил андроида той же модели, но не того, и тем не менее — даже такая иллюзия в его положении была лучше, чем совсем никакой. — М-м-мне так плохо без тебя, Рик… Я… я ударил папу вазой по голове и ушел из д-дома… Я скучаю, боже, ты бы знал, как я по тебе скучаю… И опять настал тот момент, когда бедолага оказался готов на все. Момент, когда он дернул за грудки чужого андроида, заставляя наклониться, и поцеловал… Совсем как тогда. Правда, теперь все было еще хуже. Он даже представить себе не мог, что произошло с несчастной машиной, едва только их губы соприкоснулись. Какой мощный программный сбой, сколько воспоминаний, вдруг в едином порыве вырвавшихся из глубины забвения… Целая жизнь пролетела перед глазами за секунду, совсем как у людей, и RC-720, точнее, теперь уже просто Рик, едва слышно прошептал: — Ты — Морти… И рухнул на колени, прижимая к себе вновь обретенного мальчишку изо всех сил, боясь даже разжать руки и позволить этому моменту закончиться. — Рик, это ты? Это п-правда ты? — Морти смеялся и плакал одновременно, такой маленький, хрупкий, но дающий почувствовать себя живым одной только улыбкой… — Да, это я. Андроид, которому ты дал имя и безбожно совратил, собственной персоной! — Т-ты… теперь ты помнишь меня? — Разве я могу забыть?.. Да, именно так. Все встало на свои места, и Рик теперь твердо знал, кто он... И еще - что больше никогда уже не отпустит своего человека.