To Fix What I've Broken

Реджина и Эмма не разговаривали после того ‘инцидента’, как назвала произошедшее Снежка, так что Эмма сходила с ума, не зная, как дела у Реджины. Спустя день после того, как она ‘посмеялась’, Эмма пригласила Реджину на обед, но та отказалась, ссылаясь на то, что она и Кэтрин должны многое повторить, тем более они уже заказали обед из итальянского ресторана, расположенного на другой стороне города. Также она ясно дала понять, что с этого момента она всегда будет занята во время их ежедневных обедах, аргументируя такую необходимость подготовкой Кэтрин. Эмма смирилась с этим, пока не наступило воскресенье — день, когда они обычно устраивали семейный ужин, а после Эмма забирала Генри к себе на неделю. Этим утром Реджина написала ей, что она будет занята другими делами и не сможет присутствовать на ужине следующие несколько дней, а также не будет доступна для смс и звонков. Эмма не видела смысла в последней части, так что воскресным днем она подъехала к особняку и постучалась в дверь. Она знала, что Реджина была дома, ведь ее мерседес стоял на подъезде. Она стучала, пока не решила обойти сторону, но, никого не увидев, она безуспешно позвонила Реджине. — Реджина, я знаю, что ты там, пожалуйста, давай поговорим? Позволишь мне объясниться? Реджина? — Кхм, — на конце тротуара стояла любопытная старушка, живущая по-соседству. — Боюсь, мэр Миллс на данный момент не дома. — Да? Откуда вы знаете? Ее машина здесь, а она далеко без нее не забредает. — с небольшим раздражением спросила Эмма, так как ей не хотелось бы, чтобы кто-то заметил, как она умоляет Реджину выйти возле ее дома. — Ну, рано утром она и мистер Тиллман снарядили ее джип и его буксировщик. Поэтому она довольно далеко забрела без своей машины. Просто хотела, чтобы вы об этом знали и не ломились в дверь весь день, мешая мне вздремнуть. Всего хорошего, шериф. — Джип? У Регины есть джип? Эй, подождите. — позвала Эмма пожилую леди и подбежала к ней. — Миссис Хаббард! ‘Для старушки она очень подвижная’ — подумала Эмма, нагоняя ее. — Миссис Хаббард. Вы сказали, что у Регины есть джип? Куда они уехали? Она вздохнула от неиссякаемой жажды шерифа знать все. — Да, у нее всегда был джип, сколько себя помню, и раньше использовала его, когда Генри был совсем крохой. А еще у нее есть мотоцикл. Я очень обрадовалась, когда она перестала ездить на нем. Что касаемо вашего вопроса о том, куда они уехали, то я не знаю да мне все равно. Всего хорошего, шериф. — С этими словами старушка продолжила свой путь домой. — У нее есть джип и мотоцикл. Почему, черт побери, я не знала об этом? — вслух высказала Эмма свое удивление, возвращаясь к машине. Ей нужно найти Генри и в сотый раз спросить, где его мама, но теперь он точно ей скажет *** — Что будем делать со СвонКвином? — Руби опросила более десяти завсегдатаев закусочной. Воскресным днем в кафе было тихо. Те из посетителей, кто присутствовал при начале беседы под названием ‘ убедить Мэра пригласить Шерифа на свидание’, снова собрались обсудить тему ‘ как убедить Реджину принять Эмму такой идиоткой, какой она есть, и сходить на всем известное свидание’ — Говорю вам, мама сказала, что с нее хватит. Она заставила меня пообещать ничего не делать по этому поводу и не позволить вам, ребята, сделать что-нибудь. Никакой деятельности и перестать называть их пару СвонКвин, что, кстати, хорошая идея, Руби. — похвалил Генри и продолжил, — она сказала, что оставила это в прошлом и двигается дальше. Пожалуйста, не мешайте ей. Я не могу и не нарушу свое обещание. Мне кажется, в последнее время ей через многое пришлось пройти. — Эй, все хорошо, Генри, мы знаем о твоем обещании, и не сделаем ничего такого, из-за чего тебе пришлось бы его нарушить. — сказала внуку Снежка, одной рукой обнимая его. — Спасибо, но это касается всех, а не только меня. — Мы знаем, — ответил в унисон хор голосов, среди которых были голоса Лероя, Кэтрин, Новы и даже Голубой феи. Генри осмотрел посетителей взглядом, который заставил всех убедиться, что он — сын Мэра. Он выскользнул из-за стола и сказал бабушке с дедушкой: — Я собираюсь прогуляться с друзьями по парку, и надеюсь, никто не придумает такого, чтобы привело к проблемам с мамой. Все же удачи вам с вашими идеями. Покинув закусочную, он направился в парк, в котором играли в футбол Пэйдж и несколько его друзей. Собираясь пересечь улицу, он заметил подъезжающего к нему желтого ‘жука’. Увидев Генри, Эмма увернулась в сторону. Она припарковала ‘жука’ в парке, вылезла и позвала сына. — Генри, мальчик мой, подойди сюда, я хочу поговорить с тобой. Вздохнув, Генри поплелся к Эмме, прекрасно сознавая, что она спросит о Маме и что он не сможет сообщить ей о желаемом. —Терпеть не могу быть между ними… — пробормотал он себе под нос. — Привет, Эмма, как дела? — спросил он. Генри прекратил называть ее мамой после того, как узнал, что она посмеялась над его Мамой и задела ее чувства. — Просто хотела узнать, куда Реджина и Майкл Тилман направились в ее джипе? — спросила Эмма со скрещенными на груди руками и приподняла бровь, будто допрашивая преступника. Закатив глаза, он понял, что Эмма гордилась собой, так как могла узнать что-нибудь о его Маме, но не собирался поддаваться. Он все еще немного злился на нее, поэтому не придирался к полученной ею информации. Пожав плечами, он ответил: — Может, они пошли на свидание. — Ох, парень, это был удар ниже пояса. — сказала Эмма, чуть расстроившись из-за поведения своего сына. — Просто хотела знать, где она, если произойдет авария или еще чего. — Прости. Но ты же знаешь, что у нее есть вещи, которые она всегда берет с собой в поездку на случай аварии. Если бы она хотела, чтобы ты знала о ее местонахождении, она бы тебе сказала. Извини, но я не могу сказать тебе. — сказал Генри, уставший от всего этого и желавший лишь провести время со своими друзьями. Осознав, что она давила на Генри, она поняла причину его плохого поведения. Так что она перестала задавать вопросы и отступила, кладя руки в задние карманы джинсов. — Извини, я просто беспокоюсь за нее, хочу поговорить и попросить прощения. — Я знаю, мне стыдно за свое отвратное поведение, но ей нужно время и личное пространство. Она поговорит с тобой, когда будет готова. — сказал Генри и подошел к ней, — Ты сильно задела ее, Эмма, так что дай ей время побыть одной или то, в чем она нуждается. Я знаю, что ты хочешь исправить это, как и я, потому что мне очень не нравится быть между вами. — Я знаю, Генри, извини. Я буду не такой напористой. Подожду, пока она вернется. Она же вернется? То есть, ты же здесь, так что она точно вернется. — сказала Эмма с растерянностью, написанной на ее лице. — Да, она вернется. Теперь, можно я погуляю с друзьями? — ОЙ! Да! Извини, Генри. Иди, увидимся за ужином в кафе, да? — Конечно, до скорого. — ответил Генри, затем повернулся пересечь улицу по пути к парку, но вдруг вернулся и обнял Эмму, — Скоро все будет хорошо. Просто дай ей время. — С…спасибо. — сказала Эмма, отпустила его и наблюдала, как он пересекал улицу на встречу своим друзьям. Эмма выполнила обещание и оставила Генри в покое; она с нетерпением ждала, пока снова не увидела Реджину в городе спустя несколько дней. Не мешкая, она пришла прямо к особняку и постучала в дверь. Реджина открыла: она была одета по-домашнему как никогда раньше, что очень сильно понравилось Эмме. — Привет, добро пожаловать назад. — наконец поприветствовала Эмма, снова обретя дар речи. — Спасибо. — ответила Реджина, чувствуя себя обнаженной. Она вернулась домой менее часа назад и у нее не было времени принять душ и переодеться после посещения хижины. — Вы что-то хотели? — А, ну… Я хотела поговорить с тобой, извиниться, и все в таком духе, и…можно войти? — спросила Эмма, нахмурившись, недовольная своей неспособностью четко произносить слова. — Мисс… Эмма, я только приехала домой, я не успела помыться и переодеться. — ответила Реджина, посмотрев сначала на свой прикид, после чего перевела взгляд обратно на Шерифа. — Ох, точно, я … прости, я могу подождать или вернуться позже, если хочешь. — Не думаю, что нам есть о чем говорить, Эмма. Я просто хочу забыть эту неловкую ошибку. Зачем возвращаться к ней? — Я хотела объясниться и попросить прощения.- сказала Эмма, надеясь, что брюнетка впустит ее. — Я не хочу больше это обсуждать, пожалуйста, Эмма. Рассматривая ботинки, Эмма провела рукой по волосам. — Ум, конечно, прости за беспокойство. Я оставлю тебя в покое. — Эмма, — начала Реджина, но передумала говорить, что хотела изначально, и вместо этого произнесла. — Увидимся за ужином в это воскресенье? — Да? Конечно, я привезу Генри в шесть.- сказала Эмма, чуть улыбаясь. — Увидимся. Прошло несколько недель с тех пор, как Эмма поставила себя в глупое положение, и, хотя обеды прекратились, ужин по воскресеньям оставался в силе, однако все изменилось. В кажущихся неестественными разговорах чего-то недоставало, но Эмма старалась сделать их оживление, вызывая смех у Мэра, однако этот смех отличался от прежнего искреннего, к которому Эмма привыкла. Она не понимала, насколько сильно соскучилась по улыбке Реджины. Она вспомнила, когда в первый раз увидела ее и каким образом блондинка заставила ее появиться. Улыбка осветила комнату и сердце Эммы. Она об этом особо не задумывалась в то время, но теперь ей было больно, потому что улыбка исчезла и, казалось, была предназначена для других, а не для Эммы. Эмма села на лавку возле причала, куда они с Реджиной приходили поговорить и поесть мороженого. Когда-то Эмма считала эту лавку их собственной. Если ее что-то беспокоило, она приходила сюда, и спустя короткое время показывалась Реджина, как будто чувствовала, что нужна Эмме. Она не знала, сколько она просидела, обхватив руками голову, как вдруг услышала приближающиеся шаги и с надеждой увидеть Реджину подняла взгляд, однако это оказалась Руби. Хотя ей следовало это предугадать, ведь Реджина снова ‘уехала’, и Эмма не имела представления, куда и с кем. — Привет, Эм, можно я присяду? — Привет, Руби, конечно. Что случилось? — Хотела спросить тоже самое у тебя. Ты в порядке? — спросила Руби, после чего достала из внутреннего кармана куртки фляжку и предложила Эмме. — Похоже, тебе нужно выпить. Ухмыльнувшись подруге, она взяла флягу и сделала большой глоток, затем закашляла и фыркнула от сильного вкуса — Что, черт возьми, это такое? Посмеявшись над Эммой, Руби взяла фляжку и надолго приниклась. — Ммм, замечательная вещь, Эмма! Я использую ее в особых случаях или при чрезвычайных ситуациях. Бабушка сама делала. — Твою мать, сильное пойло. — сказала Эмма, качая головой, и засмеялась, наблюдая, как ее подруга пьет, будто воду. — А что за особый случай? — Скорее ЧП. Кажется, тебе это нужно. — сказала Руби, обнимая рукой блондинку. — Знаю, ты еще не разобралась с Реджиной, и я подумала, что тебе нужен друг и сильный алкоголь. — Ты права, не разобралась и не могу, не знаю, почему. Хотя Реджина довольно быстро со всем справилась. Руби была озадачена ее последним предложением. — Что ты имеешь в виду? — Она уезжает куда-то на несколько дней, а когда возвращается, выглядит счастливой все в таком роде, наверно, встречается с кем-то. — прорычала Эмма, встав и облокотившись на перила. — Я знаю, Тилман хороший парень, но не так давно он ненавидел ее и хотел ее смерти. То есть, кажется, все жители очарованы ею или влюблены в нее. — Господи, Эмма! О чем ты говоришь? Думаешь, Реджина встречается с Майклом Тилманом? — От смеха Руби сложилась пополам. Спустя минуту, Руби выпрямилась и вытерла слезы с глаз. — Ты сильно ошибаешься, Эмма. — Что? Он ходит за ней по пятам, даже Генри в последнее время ходит в его магазин. В чем еще может быть дело? — Слушай, когда ты уехала в Нью-Йорк и мы оказались в Зачарованном лесу, Реджина творила поразительные вещи и многим помогла. Люди наконец-то поняли, кто она на самом деле, не та Злая Королева, с которой они жили все годы, а настоящая Реджина. — пояснила Руби. — Она была нашим спасителем и спасла много людей, включая твоего отца. Мы все вернулись в этот мир и Мэн в целости и сохранности благодаря ей и вашими отношениями. — продолжила Руби, сидя на лавке. — Майкл потерял своих детей в то время, и Реджина без перерыва старалась вернуть их. Он простил ее, как и все, прекрасно понимая, что именно Румпель был всему виной, и если бы не он и его манипуляции, то Реджина всегда бы была теплым, заботливым и любящим человеком, какой она стала сейчас. — продолжила Руби, встав рядом с Эммой, глядя на пристань. — Почему тебя это вообще волнует? — спросила Руби спустя несколько минут тишины. Вопрос, который она хотела задать вот уже несколько дней. Она знала, что Реджина волнует Эмму больше, чем та показывает. -Хочу сказать, она пригласила тебя на свидание, и нам всем известна твоя реакция, кажется, ты совершенно не интересуешься ею в этом смысле. Так что, какая тебе разница, если она начала встречаться с кем-то? Разве ты не хочешь, чтобы она была счастлива? — Конечно, хочу, Руби. Большего не надо! — Тогда в чем дело? Почему ты так себя ведешь? — продолжала подталкивать Руби, надеясь, что блондинка наконец придет в себя. — Потому что больно видеть, как она искренне смеется с другими, а не со мной. Больно видеть, как она ходит обедать на пару с Кэтрин, Майклом или даже с гномами, но не со мной. — призналась Эмма, вцепившись в перила и подняв взгляд в небо. — Больно, потому что я сильно хочу пойти с ней на свидание, но вряд ли она посмотрит на меня с этих пор. Я облажалась, Руби, и не могу это исправить. Она не позволит. — Ты не всегда в силах исправить все, Эмма. По крайней мере, не так, как ты думаешь. — О чем ты? Как я думаю. — Постоянно хандрить и ревновать к любому, кому она улыбнется — плохой способ добиться своей женщины. — с улыбкой сказала Руби, наблюдая за выражением лица женщины. — Мы обе знаем, что ты сильно ревнуешь её. — Да, ты права, всегда ревновала. Я сильно сглупила в тот день, Руби. Я боялась, понимаешь? Хотела сказать да, но не смогла! Я не знаю, под чем я была, раз засмеялась, но с того момента я постоянно себя упрекаю за это. — сказала Эмма, наконец-то открывая свои чувства к Регине. — Я не рассматривала все это как любовь тогда, просто наслаждалась ее компанией. Я скучала по ней, когда она работала или была на собрании, вот так и начались ежедневные обеды, мне просто было сложно находиться не с ней. — Я попыталась ей все объяснить, но она не хочет слушать. Я пытаюсь уважать ее желания, но это так трудно, ведь я правда люблю ее, Господи, так сильно, а теперь она вряд ли будет относиться ко мне как к другу. — Может, тебе снова нужно заинтересовать ее, ведь она увидела в тебе нечто, что заставило согласиться с нами и сперва пригласить тебя на свидание. Покажи ей ту самую Эмму, не исключено, что она пригласит тебя еще раз, но скажи да! — посоветовала ей Руби. — Как, черт побери, мне сделать это? Я понятия не имею, что она во мне разглядела прежде, что она вам сказала? То есть, как вам удалось убедить ее сперва пригласить меня на свидание? Они никого не слушает. — Просто будь собой, Эмма. А не вялой, угрюмой и ревнивой дурочкой, в которую ты превратилась. — порекомендовала Руби. — Эй, все не настолько плохо! Ладно, может быть. Но! Ты только что назвала меня гномом? Руби закатила глаза, взяла Эмму за руку и попыталась объяснить. — Найди способ вернуть ее. Будь милой, доброй и приветливой, но не дави. Просто будь рядом. Будь собой. — Но не тот ли факт, что я была собой, поставил меня в такое положение? — Да-да, но тебе надо с чего-то начать, так что будь собой, обычной, и узнаешь, куда тебя это приведет. — сказала Руби. — В лучшем случае у тебя будет свидание, в худшем — она посмеется прямо тебе в лицо. — Ха. — усмехнулась Эмма подруге. — Что ж, спасибо, Руби. Я сделаю все, что смогу