глава 4
12 сентября 2018 г., 19:40
Воскресным днем Эмма занялась приготовлением ужина, в чем стремился ей помочь и Генри. Однако блондинка не подпускала его к кухне, так как хотела устроить сюрприз. Пресытившись поведением Эммы, он сложил пару вещей в рюкзак и ушел к Маме.
Возле дома до него донесся аромат выпечки, что заставило его быстро зайти внутрь в надежде получить что-нибудь вкусное перед ужином.
— Привет, Мам! — позвал он, не успела дверь закрыться.
— Генри? Ты что здесь делаешь? — спросила Реджина и вышла из кухни, вытирая руки о полотенце. Генри отметил на ней фартук с изображением яблока.
— Эмма невыносима на кухне, если не хочет чьего-то присутствия во время готовки, поэтому я решил прийти к тебе.
— Невыносима? Что она готовит?
— Не знаю! Она не сказала. Я попытался найти что-нибудь перекусить, но она прогнала меня. Уже боюсь, что же она такого приготовит. — признал Генри.
— Уверена, чтобы она ни готовила, будет вкусно: я поделилась с ней своими знаниями кулинарии, и до сих пор она ими пользуется.
— Точно, спасибо тебе за это. А ты что печешь? Пахнет приятно. — с улыбкой поинтересовался Генри.
— Я приготовила черепаховый чизкейк и банановое парфе. В духовке все еще стоит яблочный пирог.
— Ого, Эмма обожает чизкейк, а я люблю парфе, спасибо, Мама! — обрадовался Генри и обнял маму, — Если у Эммы ничего не получится, по-крайней мере, у нас будет десерт.
— Генри! — с укором произнесла Реджина, качая головой.
— Я шучу, Мам. Уверен, Эмма приготовит что-нибудь не менее вкусное.
— Генри, почему ты снова зовешь ее Эммой, а не мамой? Я думала, ты давно перестал звать свою биологическую мать по имени. — спросила Реджина, надеясь, что не расстроит сына. Просто она не могла не заметить, как в глазах Эммы проскальзывала боль, каждый раз когда Генри называл ее по имени.
— Я перестал звать ее мамой, потому что она задела твои чувства. Я все еще злюсь на нее из-за этого. А почему ты спрашиваешь, она что-то сказала тебе? — задумчиво произнес Генри, не зная, беспокоит ли его поведение маму или нет.
— Нет, милый, она ничего не говорила, мне просто стало интересно. Думаю, мы с Эммой давно перешли на новый уровень. Возможно, когда будешь готов, ты мог бы снова называть ее мамой.
— Да, когда буду готов, мама. — пообещал он.
***
— Эмма, ужин был замечательным, я обожаю фаршированную корнуэльскую курицу, но ее не найти в нашем магазине, — похвалила Реджина, расправившись с последним кусочком курицы. — Ооочень вкусно.
Выслушивая похвалу Реджины, Эмма чувствовала гордость за себя, но как только она простонала, Эмме показалось, что в животе вспорхнула тысяча бабочек. Чтобы успокоиться, она глубоко вздохнула, положила вилку на стол и встала.
— Я рада, что тебе понравилось. Впервые попробовала корнуэльскую курицу. Неплохо.
— Ты знала, что эта моя любимая еда? — спросила Реджина, ведь, зачем Эмме готовить что-нибудь новое, если она не пробовала это раньше.
— Да, я спросила у Бабушки, но, как-ты и сказала, у мистера Хенлона не нашлось курицы, так что мне пришлось проехать несколько городков и купить нужное.
— Очень мило с твоей стороны, Эмма. Никто ничего подобного не делал для меня, спасибо. — застенчиво пробормотала Реджина, уставясь в тарелку.
— Радуйся, что я обратилась к Бабушке, как только услышала представление Снежки о твоей любимой еде. — проболталась Эмма, унося тарелки на кухню. Впервые увидев дом с кухонькой и столовой, ей показалось, что дом был создан для нее. Приятно иметь отдельную комнату, в которой можно поесть, не усаживаясь перед телевизором.
— И что же она предложила? — спросила сидящая в столовой Реджина.
— Жареный журавль, фаршированный фруктами и орехами. — отозвалась Эмма.
Смех Реджины очаровал Эмму, в животе которой вновь поднялись бабочки. Она давно, если не впервые, не слышала такого смеха, и почувствовала радость от того, что являлась причиной его возникновения.
Собравшись с мыслями, Эмма принесла чизкейк и парфе.
— Генри, не принесешь ли десертные тарелки?
Большую часть ужина Генри провел в молчании. Наблюдая за мамами, он заметил прежнюю искру.
— Конечно, сейчас вернусь.
Едва зайдя на кухню, он достал телефон и написал смс
‘СК прекрасно ладят, смеются и улыбаются’
Обеспокоенная долгим отсутствием Генри, Эмма решила проверить, все ли у него в порядке.
— Что-то случилось, парень? Ты весь вечер держишь рот на замке. Ты хорошо себя чувствуешь?
— Прекрасно. Кажется, все вернулось в норму. Ты хорошо справилась с ужином.
— Спасибо, я сделала все возможное. Ты прав, похоже, все вернулось на круги своя. Надеюсь, так будет и дальше.
— А я нет, потому что хочу, чтобы вы были вместе.
— Я знаю, Генри, я тоже хочу этого, но, боюсь, твоя мама не разделяет нашего желания. Пока что. — попыталась объяснить сыну Эмма.
— Я в курсе, но если ты продолжишь принимать правильные решения, как сегодня, оно появится. А теперь я пойду в гостиную и съем свой десерт перед телевизором. Дам вам время побыть вдвоем.
Эмма закатила глаза на слова сына, после чего оба проследовали в столовою, где все еще сидела Реджина, наслаждавшаяся очередным бокалом вина.
— Я что-то не то сказала? Вы так дружно скрылись на кухне, что я уже собралась звать ваших родителей, которые смогли бы помочь отыскать вас.
В этот раз и Эмма и ее сын закатили глаза. Генри с двумя тарелками, полных десерта, ушел в другую комнату смотреть телевизор.
— Жизнь простой смертной идеально тебе подходит. Ты выглядишь счастливой. — отметила Эмма.
Реджина улыбнулась.
— Спасибо, в кое-то веки так и есть, я чувствую себя прежней, как до…
— Всего произошедшего дерьма? — закончила за нее Эмма.
Усмехнувшись, Реджина подняла свой бокал и кивнула в знак согласия, пригубив вино.
Прочистив горло, она поставила бокал, положила локти на стол, наклонившись чуть ближе к Эмме.
— Должна ли я благодарить тебя за то, что, уехав в другой город за нужными ингредиентами, ты не преминула купить и детали для моего байка? Майкл сказал мне, что у него не было возможности их достать, и вдруг они появились. Как я понимаю, именно ты привезла эти детали?
— Да, старушка Хаббард сказал мне, что у тебя есть байк, но ты давно его не использовала. Мне показалось, что, будучи в отставке, ты займешься любимыми делами и снова вспомнишь про него. Уезжая из города, я увидела, как Майкл занимается ремонтом, и не смогла проехать мимо. Кстати говоря, твой байк прекрасен.
— Да уж, старая добрая миссис Хаббард. Она явно была бы против, ведь ‘мэру не подобает иметь подобный транспорт, не говоря уже о езде на нем’ -Реджина как можно точнее спародировала кокни.
Эмма искренне захохотала. Она могла представить, как эти слова вылетают из уст старушки. У Реджины замечательно получилось сымитировать ее голос.
— Ой, чуть не забыла. Подожди секунду.
Когда Эмма вернулась с чизкейком на тарелке, Реджина приступила к банановому парфе. На кресло рядом с Реджиной Эмма поставила красиво обернутую коробочку.
— Это тебе.
— Эмма…ты не обязана что-либо дарить мне. Что там? — удивленно пролепетала Реджина.
— Чтобы узнать, нужно открыть, знаешь ли. — загадочно пояснила Эмма и откусила чизкейк, кусочек которого наполнил ее эйфорией. Она закрыла глаза и неприлично простонала.
— Господи, это самый лучший чизкейк в моей жизни.
Реджина тяжело сглотнула, услышав стон Эммы. Чувствуя, как краснеет лицо, Реджина опустила взгляд на коробку и все-таки открыла свой подарок. После снятия крышки перед Реджиной предстал черно-фиолетовый шлем с рисунком лошади.
— Эмма, он…он очень красивый, но это слишком, тебе не следовало его покупать. — растрогалась Реджина, надев шлем на голову. Он идеально сел, что очень понравилось Реджине.
— Но мне захотелось купить этот шлем для тебя. Майк сказал, что твой старый давно следует отправить на помойку, но шлем при езде — первая необходимость.
— Мне он очень нравится, спасибо, Эмма. — улыбнулась Реджина, подошла к креслу и обняла Эмму.
Позиция была неудобной, но Эмму это не волновало. Она только и делала, что мечтала об объятиях Реджины, и не собиралась так просто отказываться от них.
Реджина выпрямилась, вернулась на место и убрала шлем обратно в коробку.
— Я…м… Я купила еще один и для Генри, но не знала, разрешишь ли ты ему водить байк. — вскользь проговорила Эмма, от волнения кусая нижнюю губу: она надеялась, что не переборщила в разговоре с Реджиной.
— О, конечно, только не байк, а квадроцикл, который хранится в хижине. Он постоянно намекает мне на него, когда мы проводим время там.
— Квадроцикл в хижине? — поинтересовалась Эмма. До нее вдруг дошло, куда Реджина так часто отлучается.
— Да, это, так сказать, место, где я могу отдохнуть от всех и вся. Хижина в Сторибруке, но до нее невозможно доехать на машине, так что нам приходится использовать не только джип, но и велосипед. Хотя он старой модели, мистеру Тилману удалось привести его в рабочее состояние. Однако если я захочу чаще наведоваться в хижину, мне придется купить новый.
— Ого, я не знала, что у тебя есть хижина, но это объясняет твое периодическое отсутствие дома. Сколько ты уже владеешь этой хижиной? Ты построила ее, когда создавала город?
— Да. Хотела иметь такое место, где я могла бы быть Реджиной Миллс, а не Королевой. Если бы… если бы нам с Дэниелом удалось сбежать, мы могли бы жить в хижине, которая могла стать для нас домом. Эта хижина простой постройки и небольшая, но мне нравится бывать там.
— Ох, прекрасно, что у тебя есть такое место, Реджина. — искренне произнесла Эмма.
— Ты случайно не купила третий шлем? — поинтересовалась Реджина.
Эмма густо покраснела. Надеясь, что их отношения станут такими же теплыми, как прежде, она купила еще один шлем для себя, на случай, если Реджина доверит ей вождение байком или пригласит ее покататься.
Эмма сглотнула и постаралась скрыть свое смущение. Она застенчиво улыбнулась и кивнула, отправляя наколотый на вилку чизкейк в рот.
— Хорошо, мы могли бы на днях прокатиться вместе. — предложила Реджина и съела ложку парфе.
— Было бы…замечательно, — с запинкой произнесла Эмма, смотря на Реджину, очаровательную в этот момент. Улыбка, по которой так скучала Эмма, вернулась и была адресована только ей.
Генри все это время подслушивал их разговор и слово в слово передавал его с помощью телефона Руби, которая в свою очередь сообщала обо всем завсегдатаям кафе. Услышав предложение мамы взять Эмму прокатиться на мотоцикле, Генри резко откинул голову и прошептал ‘ДА’. Дописав последнее сообщение, он быстро убрал телефон и вновь зашел в столовую, надеясь отхватить еще один кусочек чизкейка. Отпраздновать.
