Грация из трущоб.

— Простите, господин. — скромно пробубнила ты, сидя в кабинете. После того, как дядя уехал, а ты выплакалась, монстр предложил успокоиться и все обсудить у него в кабинете. Пока вы поднимались, ты лишний раз успела удивиться роскоши и великолепию, что царили внутри. Дорогие шелковые обои, резная деревянная мебель, полотно популярного классицизма* — и это только первый этаж! — Ничего страшного, — на его лице расцвела та полуулыбка. — я не могу винить тебя, Т/И. — Ну, мне все равно неудобно перед Вами. — Как я уже сказал — ничего страшного. — он кашлянул. — Итак, давай начнем сначала. Меня зовут Гастер. Королевский учёный Азгора. — Очень приятно! — Что же, пожалуй, я должен тебе кое-что рассказать. Ты кивнула и приготовилась слушать. — Начнём с того, что почему ты здесь. — ты вздрогнула, перед глазами пронеслось, как дядя запрыгивает в повозку и кричит: «Трогай!». — Несколько недель тому назад, мне пришло письмо от господина Филиппа. И, как ты понимаешь, — Гастер сложил руки в замок и опустил подбородок. — письмо с предложением о продаже человеческого ребёнка. Честно говоря, я очень удивился тогда. Даже не знал, что мне ответить. Знаешь, у нас в последнее время стало очень популярным… — он сделал паузу и вздохнул так, словно ему предстоит сказать нечто ужасное или отвратительное. — покупать людей. Делать из них слуг или тех же самых компаньонов. Пожалуй, я хотел отказать твоему дяде, как и всем остальным, что присылали подобные письма. Однако, — Гастер усмехнулся. — не смог. — Позволите узнать причину? — Возможно, когда-нибудь, я тебе расскажу. А пока, раз ты здесь, будешь помощницей для моих сыновей. В твои обязанности будет входить: прогулки, игры, в общем, то, что обычно делают дети. Если тебе понадобиться помощь, можешь обратится ко мне или к другим слугам. Все ясно? — Да, господин Гастер. — Отлично. Завтра я тебя с ними познакомлю. *** Ты лежала на огромной и мягкой постели и пялилась в потолок. Спать совершено не хотелось. Да и как тут уснёшь?! Сердце болезненно сжалось. «Дядюшка… Почему, почему ты сделал это? А что, если родители вернутся, а меня — нет?.. Подождите, если он сделал это, то, значит, мои родители!.. Нет, Т/И, нет! Надо надеяться на лучшее!» Но сознание тут же ядовито шептало: «Если бы родители были бы живы, то навряд ли бы он сделал это, да и зачем ты ему? Ты даже не его ребёнок! Неудивительно, что он хотел избавиться от тебя!» Нет! Хватит, пожалуйста! «Бедная, бедная, сиротка Т/И!» — издевательски заголосили те мальчишки в голове. — Хватит! — вскрикнула ты и зарыдала. Как же это больно!.. Утро встретило разбитостью и головной болью. Ты встала и подошла к зеркалу. Красные потертые глаза смотрели устало и грустно, кожа стало будто бы серой. Вдруг в отражении ты заметила какую-то одежду, что аккуратной стопкой лежала на стуле. Ты обернулась и приблизилась к нему. На стуле лежало простое с длинными рукавами платье в пол с белым фартуком и такой же заколкой. — Какая дорогая ткань! Совсем не такая, как у нашего портного. — ты почувствовала как кольнуло сердце, когда подумала о деревне. «Т/И! Соберись! Возможно, тебе уговорить господина Гастера, чтобы он отпустил тебя домой!» Но неожиданная вспышка оптимизма тут же растаяла, как роса под солнцем. «Нет, сама понимаешь, что это невозможно. Остаётся только…смирится? Но я так не хочу!» — Юная леди? Вы проснулись? — услышала ты женский голос, а за ним не громкий стук. — Д-да, входите. Дверь с лёгким скрипом открылась и вошла пожилая дама, одетая в такое же платье, которое ты держала в руках. Седые волосы, собранные в тугую шишку, и немного строгий, видимо, одна из издержек профессии, взгляд. — Меня зовут Тереза, господин Гастер приказал мне помочь Вам освоиться и обучить всему необходимому. — она склонила голову. — Позвольте мне помочь Вам одеться. — Нет-нет! Вы что! Я и сама могу. — ты слегка покраснела. Ещё чего не хватало, чтобы какая-то женщина переодевала тебя! — Как скажете, но волосы все же уложу Вам я. Ты слегка потупилась и начала неуверенно одеваться. Тереза, видимо, все поняв, отвернулась. — А, Тереза, могу я Вас спросить? — Конечно, Т/И, спрашиваете. — сказала она, расчесывая твои волосы. — А что за монстры господин Гастер и его сыновья? — как-то слишком угловато звучит, но по-другому не получается. — Они скелеты. — Нет, Вы не поняли! Я имею ввиду, ну, какие они по характеру… — А… — протянула женщина и взяла в руки заколку. — Господин Гастер — личность очень сложная и загадочная, за все время, что я работаю тут, мне так и не удалось его понять. Но с его сыновьями все куда проще. Старший сын — довольно умный, но ленивый для своего возраста. Я бы даже сказала, что слишком ленивый. И у него, эм, — она замялась, подбирая слова. — немного нестандартное чувство юмора. — Чувство юмора? — Впрочем, не мне его судить. Итак. Младший сын — очень добрая и светлая личность. Знаете, я подобных ему ещё ни разу не встречала. Правда, порой он бывает излишне активен и весьма доверчив. Вот и все, юная леди. Ты посмотрела в зеркало. Пусть в такой одежде непривычно и не совсем комфортно, зато сидит она просто замечательно! — А теперь, пожалуйста, запомните, что я Вам скажу… *** После завтрака, тебя позвал Гастер. — Т/И, познакомься, это мои сыновья. Санс, — он указал на того, что пониже, одетого в тёмный «скелетон»**, что с явным интересом и некоторым удивлением смотрел на тебя. — Папирус. — тоже одетый в «скелетон», он смотрел на тебя с восторгом и внимательным любопытством. — А это — Т/И, — ты поклонилась, как учила Тереза. — с этого момента она ваша помощница. — Рада нашему знакомству. — ты выдавила улыбку. *** Вы неспешно прогуливались по саду. Братья шли впереди, а ты чуть поодаль, «как и подобает слуге». «Если честно», — подумала ты, разглядывая ровноподстриженные ряды бирючины***, что живой изгородью охватывали сад. — «мне казалось, что дети богачей — вредные и гадкие, но они», — ты посмотрела на братьев, которые весело переговаривались. — «совсем не такие. Они намного лучше мальчишек из моей деревни». — Т/И! — воскликнул Папирус. — Д-да, господин? — ты встрепинулась. — Расскажи нам о себе! — младший скелет присел под большой и тенистый дуб и, подперев подбородок рукой, замер в ожидании. — Господин, — вежливо, (все как учила Тереза!), начала ты. — я не думаю, что Вам стоит… — Ну, Т/И, просто расскажи, или просьба Папируса тебе КОСТЬЮ поперёк горла встала? — Санс усмехнулся и плюхнулся рядом с братом. — Санс! — недовольно протянул тот. — Да, Т/И, пожалуйста, расскажи! Конечно, противиться приказу нельзя, но можно ли им что-то рассказывать? Не запрещают ли этого правила? — Как пожелаете. — ты села напротив и глубоко вдохнула. — Я родилась и выросла в одном из немногочисленных людских поселений, мои родители — простые рабочие, а дядя — учитель в отставке. Когда мне было десять, родители уехали на заработки, и до сих пор я от них ничего не слышала. — ты спустила голову. — А теперь — я здесь. — Н-да, пустовато как-то. — разочарованно произнёс Санс. — Да, Т/И! Может, ты побольше расскажешь про то место, где ты жила и, какой была твоя жизнь? — присоединился к нему Папирус. — Простите, господа, но зачем вам это? Я — всего лишь слуга, и я не думаю, что вам… — Но Т/И! Ты наш друг! — воскликнул младший скелет. — Правда, Санс? Тот кивнул. — И это вполне естественно — хотеть знать больше о своём друге! — продолжил Папирус. — Так что, пожалуйста… — Я поняла, простите мне мою ошибку. — ты извиняюще улыбнулась. Вдруг, подул ветер, принося с собой свежий и нежный аромат цветов. — Что же, тогда позвольте мне попробовать ещё раз… *** — Знаешь, было бы неплохо, если бы ты была бы моей личной служанкой. — как-то сказал Санс во время занятий в библиотеке. Ты в это время сидела и рассматривала какую-то энциклопедию. — Простите? Он вздрогнул и смутился. — Ничего, сиди. — и уткнулся в тетрадь. Ты ещё несколько секунд смотрела, как он что-то нервно царапает на листе бумаги, и продолжила изучать энциклопедию. Но мысли были далеко, очень далеко от этой книги. «Прошёл уже год. И за все это время от дядюшки нет никаких вестей. Ни письма, ни записки. Неужели ему наплевать на меня? Или он чувствует себя настолько виноватым, что не может написать мне хотя бы пару строк?». — Ты что-то затихла. — как бы невзначай сказал скелет, не отрываясь от тетради. — Страницу давно не переворачивала. Прочитать что-то не можешь? — Нет, что Вы, господин. — Тогда что? Ты отвела взгляд. О своих мыслях ему не расскажешь. — На самом деле, Вы правы. Я не могу кое-что прочитать. — Зачем тогда было врать? — он усмехнулся. — Простите. — Ничего, садись ближе и давай сюда книгу, помогу тебе. — Но, господин, Ваши занятия… — Я уже закончил. Садись давай. Ты молча подсела к нему. Когда ваши локти случайно соприкоснулись, приятное, но смущающее, ощущение близости разрядом прошлось по телу. Ты покраснела, Санс тоже. — Н-ну, что ты не можешь прочитать? — скомканно пробубнил он. — Вот это. — ты пальцем ткнула в первое попавшееся слово. — «Благолепный»? — произнёс скелет. Ты тихо угукнула. — А что это значит? — Это значит — «несравненно красивый» или, — он посмотрел на тебя. — «прекрасный». Ты в очередной раз отвела взгляд. В следующую секунду ты почувствовала, как костяные пальцы неуверенно коснулись руки и осторожно сжали. — Господин?.. — Санс, ты уже закончил? — услышала ты голос Гастера. Скелет быстро отдернул руку. — Д-да, отец, я почти закончил… *** — Господин Санс, просыпайтесь! — громко сказала ты, распахивая шторы. Яркий солнечный свет мгновенно озарил комнату. — Ммм… Т/И… — он перевернулся на спину. — А ты в курсе, что девушкам нельзя заходить в мужские покои? — Да, в курсе. — ты подошла к кровати. — Но, кажется, когда Вы назначали меня своей личной служанкой, Вас это не особо заботило. — Я просто не хотел, чтобы тебя забрал Папирус! Вот и поторпился! — скелет усмехнулся. — Очень смешно, господин, вставайте, сегодня важный день!