***
— Он мне сам написал, ты представь, — возмущённо щебечет Чимин, окуная кальмара в острый соус и отправляя его в свой рот одними пальцами. Тэхён кривится, но ничего не говорит, продолжая слушать друга. — Интересуется, как я тут, как дела у меня спрашивает. Вот это наглость, с ума сойти можно. — Так почему ты его заранее не заблокировал просто? Разве чёрный список не создан для подобных случаев? — Может и создан, — бурчит Пак, облизывая пальцы и мастерски игнорируя салфетки рядом. — Но пусть пишет, раз я ему интересен, хоть помучаю его. Ладно, чего это мы обо мне, да обо мне. Что у тебя с Чонгуком? И только не ври, ведь просто так ночевать у альфы не остаются, — на лице друга уже привычно хитрая моська. — У нас всё хорошо, — без должного энтузиазма говорит Тэхён, чем и расстраивает Чимина. — И каков он в постели? Не делай такое лицо, мне же просто интересно! Тэхён в очередной раз закатывает глаза, но Чимин на то и Чимин, чтобы добиваться своего. После хоть каких-то подробностей он отстаёт и опять заводит разговор о Юнги. Как выясняется позже, альфа даже намекал на возобновление отношений, сетуя на свою беспечность и глупость, но раненые чувства дали свое. Хоть с виду Пак и старался всё свести в шутку, но это явно оставило на нём след. — В эти выходные Чонгук пригласил меня загород, — наконец говорит Тэхён причину встречи. — И ты хочешь, чтобы я прикрыл тебя перед отцом? — хитро улыбается Чимин. — Не беспокойся ни о чём, просто проведи с ним хорошо время.***
Идея поехать на выходные в пригород была весьма удачной и заманчивой. Погода была лишь на руку, отсвечивая тёплым солнцем последние дни перед началом суровых зимних. На этот раз отец со скепсисом отнёсся к словам Тэхёна, но всё равно дал добро на эту затею. Знать ему, конечно, что вместо Чимина с Тэхёном будет Чонгук, не обязательно. — Я сделаю громче, — говорит Тэхён и музыка в салоне машины играет не так тихо, а омега всецело отдаётся пению, иногда отвлекая улыбающегося альфу от дороги. Машин на дороге нет, потому Ким позволяет себе шалость в виде короткого поцелуя. — Разве отец не говорил, что отвлекать водителя — идея не самая хорошая? — хитрит Чонгук, заезжая на узкую прокладную дорогу. — Отец мне много чего говорил. И если бы я слушался каждого его слова, то меня бы здесь с тобой не было. Машина останавливается у уютного дома. Тэхён с восхищением смотрит на природу вокруг: листва в городе уже спала, чего не скажешь о лесе. Дом альфа решил снимать на выходные, ведь своя собственность была в разы больше, следовательно, на подготовку тоже ушло бы время. Ждать никто не хотел. — Я так проголодался, — в бардачке машины несколько пакетов продуктов и две бутылки красного, но сперва они решают прогуляться по окрестности, чтобы надышаться свежего воздуха, которого в городе так не хватает. — Раньше этот дом принадлежал сотруднику моей компании, — говорит Чонгук, когда они с Тэхёном заходят чуть дальше в лес. — Порядочный семьянин, хорошая должность, супруг и двое детей. Мечта, а не жизнь. Но в один из выходных он в этом самом доме зарезал всю свою семью и сам повесился. Причину до сих пор не установили. — Ты сейчас серьезно? — Тэхён покрывается мурашками, инстинктивно прижимаясь сильнее к альфе. — Нет, шучу, — вдруг улыбается Чон. — Иди ты! Напугал, — отталкивает его Тэхён, обиженно направляясь в сторону дома. Вот ведь, шутить вздумал! Но не успевает он сделать и пары шагов, как тело отрывают от земли, обнимая на весу. — Пусти, Чонгук! Чонгук отпускает его только на крыльце дома, но тут же убегает к машине, чтобы достать продукты и вещи. В доме нет ни пылинки, но это и понятно, ведь до их прихода здесь была уборщица. Один этаж, две комнаты, один санузел и кухня. Минималистично, но именно то, что нужно двум влюблённым на жалкие два дня. — Я отвратительно готовлю, — чешет затылок Чонгук, смотря, как Тэхён моет овощи в раковине. — Умереть нам теперь с голоду, — театрально откинув на лоб руку, говорит Тэхён. — Но не бойся, на мою стряпню жаловался только Чимин. — Ну всё, точно помрём с голоду, — обнимая со спины омегу, говорит Чон. С прибытия в этот дом ему хочется полностью укутать собой Тэхёна, но тот всё время умудряется отделаться короткими поцелуями. Руки ложатся на чужой плоский живот укрытый под свитером, и Чонгук губами прижимается к чувствительной шее. — Я не так отвратительно готовлю, — надувает губы Ким, но всё равно улыбается на чужие действия. — Поверю на слово, — хмыкает Чонгук и, развернув, наконец, омегу к себе, целует. Чонгук замечательный, чуткий и нежный до невозможности. Проведенного месяца вместе в статусе «пара» уже достаточно, чтобы можно было делать такие выводы. Продолжая готовить ужин под тихую мелодию и тягучие поцелуи, Тэхен задумывается, что стоит в скором времени познакомить отца с Чонгуком.