Счастье из коробки

Все исчезло - звуки, запахи, образы. Не осталось ничего, кроме этого поцелуя. Весь мой мир сосредоточился в одном единственном человеке, были только его голос, его запах, его лицо. Его губы были самой желанной сладостью, его аромат сводил с ума, его стоны стали самой лучшей музыкой для меня. Я пил эти нежные, неумелые губы, жадно ласкал желанное тело, сжимая его в объятиях так сильно, как только мог, а мой мальчик жарко прижимался ко мне, уже не скрывая собственного желания. Где-то на краю сознания замаячила мысль, что мы здесь не одни, что следует увести Микки отсюда, что я должен… Что я должен? Разве я что-то должен? Не помню… Только не отпускай меня, малыш, только не разрывай этот поцелуй, прошу! Кто-то потряс меня за плечо. Я, с трудом оторвавшись от Микки, поднял глаза на подошедшего официанта. А? Что это он такой красный? Может, температура? Что? Он сильно извиняется, но не пора ли подавать десерт? Вот черт, мы же все еще в ресторане… Я скрипнул зубами, вздохнул и согласился. Конечно, мой-то десерт уже давно со мной, а вот Микки может и захотеть сладкого. Пока я разбирался с десертом, Микки, сумев, наконец-то сфокусировать взгляд на окружающей действительности, увидел стоящего рядом официанта и, охнув, птичкой слетел с моих колен. Ага, теперь и он такой же красный, как и официант! Значит, это заразно… Я потряс головой, надеясь хоть немного прояснить мысли, но не получилось, да и не удивительно, ведь все мысли сейчас собрались совершенно в другом органе, имеющем к голове весьма опосредованное отношение. Микки скромно сидел напротив меня, вцепившись в стул обеими руками, беспокойно поёрзывая и беспрестанно краснея. Это хорошо, значит, не один я мучаюсь. Десерт успеха не имел. Кое-как размазав по тарелке воздушное пирожное, Микки умоляюще поднял на меня глаза, я кивнул, и мы дружно направились к выходу. От мыслей о том, что ждет нас дома, мои ноги подгибались, а руки тряслись так, что я не сразу смог завести машину. Я изо всех сил старался ехать спокойно, но влажные ладони стискивали руль до полного онемения пальцев, а скорость росла, будто сама собой. Больше всего на свете я сейчас жалел, что не обладаю даром к телепортации. Микки сидел рядом молча, нервно покусывая припухшие губы и только изредка бросая на меня горячие взгляды. Светофоры будто сговорились! Опять красный, и мы встали, дожидаясь возможности продолжить путь. Я вытер вспотевший лоб рукой и приоткрыл окно. Прохладный зимний воздух немного привел меня в чувство, по крайней мере, трястись я перестал. Микки тоже слегка успокоился и уже улыбался, глядя на мою растрепанную физиономию. Светофор мигнул желтым, потом зеленым, и машина тронулась с места, плавно набирая ход. Однако, не успел я немного отъехать от светофора, как пришлось резко ударить по тормозам – на дорогу, прямо под колеса нашей машины выскочил человек в длинном, распахнутом пальто, что-то крича и размахивая руками. Мы с Микки удивленно переглянулись, и я опустил стекло. - Что случилось? Человек подбежал к машине вплотную, и я услышал хриплый, как будто сорванный, голос: - Помогите, пожалуйста, помогите! Ничего не понимая, я вышел из машины, следом за мной выскочил Микки. Странный человек схватил меня за руку и потащил за собой. Недалеко от дороги, в небольшом сквере, на лавке, лежала девушка. В свете фонаря было заметно, что она еще очень молода, лет семнадцати-восемнадцати, но ее состояние… Во первых, на ней был только длинный махровый халат с широкими рукавами, открывающими руки до локтя и одна домашняя туфелька с розовым помпоном, вторая нога была босой. И она была избита, избита настолько, что почти все открытые части тела представляли собой один чудовищный кровоподтек, переливающийся от красного в фиолетовый. Глаза девушки были закрыты, она с трудом дышала и на каждый вздох из уголка ее разбитых губ стекала струйка крови. Чтобы понять, что у нее сломано по крайней мере одно ребро, не нужно было быть врачом, да еще, судя по всему, осколками ребра задето и легкое. Я склонился над несчастной и осторожно осмотрел повреждения. Помимо ребра, у нее, кажется, еще и рука сломана, а уж что там внутри… Я поднял глаза на остановившего нас мужчину. - Ее срочно нужно отвезти в больницу. Мы поможем вам. Но мужчина, а, вернее, молодой парень, только замотал головой: - Нет, нет, нельзя! К нашему доктору, он живет в Западном районе… Я поморщился. - Слушай, убогий, больница рядом, а пока мы довезем ее в Западный район, она и умереть может, неизвестно, насколько велики у нее внутренние повреждения, видишь – кровь идет постоянно. Парень, продолжая отрицательно качать головой, схватил меня за руку и впился в мое лицо огромными испуганными серыми глазами и тут я его узнал. - Эй, да ты ведь сынок Джоба Вейса! А это кто? – и я ткнул пальцем в девушку. – Твоя подружка? Это не ты ее так разукрасил? Парень вздрогнул и весь как-то сжался, а потом тихо и растерянно ответил: - Я Камерон Вейс, а это Джуди, моя младшая сестра. – Серые глаза вновь с отчаянием уставились на меня. – Пожалуйста помогите ей, умоляю! - Да я не против, только повезем мы ее в больницу, понятно?! – Я уже начинал сердиться. Камерон сник и прошептал в ответ: - Если мы отвезем ее в городскую больницу, об этом узнают репортеры… Тогда отец убьет нас… - Совсем с ума сошел? Джоб, конечно, мерзкий тип, но со своими детьми не сможет так обойтись! Да это просто ерунда… - я вдруг замолчал, увидев неподдельное отчаяние на лице парня, а его следующая фраза меня просто добила: - Это отец избил Джуди… - Что?!!! – но Камерон только кивнул. Я растерялся и замолчал. В голове не укладывалось, что отец может сотворить такое со своим ребенком, да еще с девушкой. Я не знал, что мне предпринять. Везти девушку в Западный район с риском привезти труп, или все же плюнуть, и отвезти в ближайшую больницу и пусть дальше сами разбираются? Вдруг со стороны лавочки донесся стон, а потом тело Джуди выгнулось, и она захрипела. Я понял, что думать уже некогда. - Микки, помоги мне! – Я подошел к лавке, прикидывая, как половчее поднять тоненькое тело, чтобы не навредить еще больше. - Подождите! – Камерон уставился на Микки во все глаза. – Тенши, ты же тенши! Ты можешь ей помочь, правда же? Пожалуйста, помоги ей! – Из глаз парня хлынули слезы. Срывающимся от рыданий голосом он продолжал умолять Микки о помощи, упав перед ним на колени. Я ничего не понимал. А Микки, помявшись и виновато взглянув на меня, вздохнул и, кивнув парню, подошел вплотную к девушке, взяв ее за руку. А потом… Боже мой, я всегда думал, что словосочетание «ангельское пение» всего лишь метафора, но… Микки пел, и его тело постепенно окутывало удивительное серебристое сияние, чистое, как утренняя роса, звенящее, как хрустальный колокольчик. Этот удивительный серебряный свет стекал по его рукам, окутывая девушку, закрывая ее от наших глаз. Странные, незнакомые слова вплетались в сказочно прекрасную мелодию, успокаивая душу, излечивая отчаяние и боль, даруя надежду. Впервые в жизни я слышал такой голос и понимал, что уже никогда не забуду его. Это удивительное пение вошло в мою кровь и останется со мной до самой смерти. Я очнулся от наступившей тишины. Микки, бледный, измученный, сидел прямо на холодной земле около лавки, а Камерон обнимал невысокую, хрупкую девушку, чье абсолютно чистое и румяное личико светилось нежностью и любовью. На плечи девушки уже было наброшено пальто брата, а на босую ножку пристроена его же перчатка. Смотрелось отпадно. Я подхватил на руки своего ангела и молча направился к машине. Мыслей было столько, что они теснились и пихали друг друга локтями, но ни одна из них так и не выскочила на язык. Оставалось надеяться, что пока мы едем домой, они все же немного утрясутся, и я смогу, наконец, расспросить Микки обо всем. Почти у самой машины нас нагнал Камерон. - Мистер Росс, подождите! Я обернулся, продолжая прижимать к себе молчаливого Микки. - Я хочу сказать… Поблагодарить… - Мистер Вейс, успокойтесь. Самой большой благодарностью для нас будет, если с вашей очаровательной сестрой больше никогда такого не случится. Берегите ее и – до свидания! – Я развернулся к машине, но Камерон удержал меня за рукав. - Будьте осторожны, мистер Росс. Мой отец… Он окончательно сошел с ума… Я знаю, что он собирается похитить мальчика. Он, и правда, совсем сумасшедший! - Не волнуйтесь, мистер Вейс. Я сумею защитить дорогих мне людей. И… спасибо за предупреждение. – Я кивнул Вейсу-младшему и отошел. Усадив уставшего Микки в машину и тронувшись с места, я еще долго видел в зеркало заднего вида эту странную парочку, Камерона и Джуди Вейс, махавших нам вслед руками. Значит, ты задумал очередную пакость, Джоб? Смотри, не заиграйся! ***** Высшие сферы. - РАЭЛЬ!!! Сефирос положил книгу на стол и, не спеша, обернулся, невозмутимо взглянув на покрасневшего от гнева Владыку. - Да, Дариэль, что-то случилось? - И ты еще спрашиваешь?! Случилось, еще как случилось! Зачем ты снял блоки с магии Микаэля?! Ты что же, думал – я не почувствую его силу в тот же момент, как только он ее использует? Сефирос удивленно поднял брови: - О чем ты, Дариэль? Я не снимал с малыша никакие блоки, его магия как была заблокирована, так и осталась. Он по-прежнему просто человек. Владыка растерялся. Честность сефироса не подлежала сомнению, ни тенши, ни, тем более, сефиросы, органически не переносили ложь и уж тем более не могли солгать своему Владыке. Не сказать всей правды, смолчать – да, солгать – нет. - Но как же так… Раэль, я абсолютно четко почувствовал всплеск его магии, причем такой сильный… Словно он лечил, например, умирающего… Эти ощущения я ни с чем не спутаю! Сефирос задумался. - Хм… Может быть, он сам сумел снять блок с магии? - Сам?! Не может быть! Для этого ему явно не хватит сил! - А если у него появились дополнительные силы? - Откуда? - Нууу… Он, например, влюбился. – Раэль расплылся в довольной улыбке. - ЧТО?! Мой мальчик влюбился, а я об этом узнаю только сейчас! Раэль, да я тебя… - сверкнув глазами, Владыка сжал кулаки и медленно двинулся к сефиросу. - Спокойствие, Дари, только спокойствие! Если ты меня покалечишь, потом сам будешь об этом жалеть, ведь я твой любимый и единственный младший братик! Дариэль остановился и насмешливо поднял бровь: - Испугался? В ответ сефирос только весело хмыкнул: - С тех пор, как вы с Дэмианом воссоединились, от тебя всего можно ожидать. Этот демон плохо на тебя влияет. Зачем ты, например, позавчера разогнал Совет? Подумаешь, они были против присутствия там Дэмиана, и что? - Эх, Раэль, тебе бы все веселиться… - Владыка смущенно опустил глаза, в которых прыгали озорные бесенята. – А мне знаешь, как страшно было! Эти стариканы налетели на нас с Дэмианом, как стая коршунов на… на… - На милых, маленьких и пушистых цыплят. – Сефирос хихикнул. - Фу! – притворно рассердился Владика и тоже захихикал. – Ты бы видел их лица, Раэль, когда я сказал, что Дэмиан, как мой супруг, будет принимать участие в управлении Высшими сферами в качестве моего второго советника. Их просто перекосило! А нечего было столько времени мне нервы трепать из-за Микаэля! Я им еще не раз вспомню, что мой мальчик практически без отца вырос благодаря их гипертрофированной бдительности! - Да будет тебе, Дариэль. Наши старейшины, конечно, жуткие перестраховщики, но Микаэля они любят. Прости их, раз уж все наладилось. – Сефирос улыбнулся и добавил: - А по поводу магии Микаэля… Я навещу малыша и проверю, что к чему. Владыка вдруг встрепенулся и попросил: - А можно, я с тобой? Я только посмотрю на него, и все. И, может, Дэмиана возьмем? Его все равно отец от власти отстранил, так что заняться ему нечем. - Ты уверен? А как же «победа над демонической кровью» и «он все должен сделать сам»? - Аааа… ну да, конечно… Мне так хочется его увидеть, Раэль, но ты прав, еще слишком рано. – Владыка грустно поник, но, тут же повеселев, продолжил: - Тогда пойду, расскажу Дэмиану, что наш мальчик влюбился! Пусть тоже попереживает, а то, что я - один да один! И Владыка Высших сфер быстро выбежал из комнаты сефироса, весело напевая себе что-то под нос. Раэль проводил брата взглядом и вздохнул: - И почему мне всегда кажется, что старший из нас – я? А уж когда они с Дэмианом вместе… - Сефирос сокрушенно покачал головой и вновь взялся за книгу. Он не сомневался, что не пройдет и получаса, как ему придется объяснять грозному Лорду Нижнего мира причины, по которым тому не следует сей же час мчаться в Медиаполис, дабы вырвать нежного и наивного Микаэля из лап коварного обольстителя, который всенепременно сделает мальчика несчастным, ибо совершенно не подходит самому красивому, умному и замечательному сыну Лорда Дэмиана. Раэль вздохнул и постарался расслабиться, искренне надеясь на поддержку Дариэля. Одному ему с Дэмианом не справиться, если только… Сефирос прижмурился и сладко улыбнулся, представив, как он нежно и ласково стукнет Дэмиана по его упрямой голове чем-нибудь тяжелым и хорошенько свяжет, пока тот в отключке. Да, не гуманно, зато эффективно! А уж потом пусть Дари уговаривает своего супруга потерпеть со встречей с сыном, пока Микаэль не закончит свой «рыцарский подвиг». Точно, так будет гораздо лучше! И, вполне довольный собой, сефирос углубился в чтение.