Его чокнутая любовь

Прошло два месяца. От лица Лизы Два месяца... Уже два месяца моего брата нет на этом свете. Мы съездили в морг. Это было ужасно. Ее перерубило пополам колесами тяжеловоза. Все было в крови, на ней живого места не было. Дин держался. Он был бледнее стен в морге, но держался. Я, как только увидела ее тело, разрыдалась. Потом мы ее похоронили. Кроме нас четверых, меня, Кевина, Дина и Сэма, на похоронах никого не было. Шейла, девушка Сэма, сидела дома с Дианкой. Я, бросив горсть земли в могилу, разревелась. Дин обнял меня. Ему было хуже всех. Первые дни он не выходил из своей комнаты. По ночам я слышала, как он кричит во сне. Он выкрикивал ее имя. Только месяц назад он начал нормально есть. Каждый вечер он уезжал. Отводил душу. В близжайших пяти штатах не стало нечисти. Вообще. Дин уничтожил каждого вампира, каждого гуля и вендиго. Он возвращался за полночь, весь в крови. Кидал вещи в стирку и падал в кровать. Его взгляд побледнел, как и его кожа. Его сердце как будто больше не билось. Оно закаменело. Только Дианка вызывала легкую улыбку на его губах. Мы запретили ей спрашивать о Тане. Но моя дочь втихоря интересовалась у Дина, почему ее нет. После этого Дин приносил ее к нам. Дианка сидела на его руках в задумчивости, а у самого Дина в глазах стояли слезы. Он отдавал ее нам и молча уходил. Запирался в своей комнате и, уткнувшись в подушку, долго кричал. До охрипа, до боли в горле. Я не могла слышать, как разрывается его душа, и уходила на кухню. Каждая вещь в этом бункере напоминала нам о Тане. Ее любимая кружка стола на полке, никем не тронутая. Ее шапочка висела на вешалке в коридоре. Пачка с зеленым чаем, с бергамотом, стояла в буфете. Ее гитара стояла в углу в зале. У Дина в комнате на тумбочке рядом с кроватью стояла рамка с их совместным фото. Ее любимые цветы, хризантемы, стояли на столе на кухне. Постер Эминема с автографом рэпера так и висел в коридоре на стене. А с недавних пор в зале, на свободной стене, висит ее огромное фото. Она, улыбающаяся, сидит на капоте Импалы и, чуть склонив голову, смотрит прямо в камеру. Ее голубые глаза, без очков, сияют. Я умираю, смотря на это фото. Дианка, когда одна остается на диване, подползает к фотографии и гладит пальчиками лицо Тани. По моим щекам бегут слезы, когда я вижу это. Самое убийственное, что Дин, когда видит Дианку рядом с фотографией Тани, горько улыбается и, беря мою дочь на руки, поет ей сквозь слезы любимую Танину песню. Я, захлебываясь слезами, ухожу из зала. Вот и сейчас Дин собирается на охоту. - Лизавет, я поехал. - Все взял? - Да. Не волнуйся. - Куда хоть? - В Мехико. - Это же в сутках пути отсюда! - И что? Для больше нет времени. Я не живу без нее, Лиз, я существую. Дин горько улыбнулся и вышел из бункера. Я села на диван и, уткнувшись лицом в ладони, разревелась. Подняла голову и посмотрела на фотографию Тани. - Брат, за что ты так с нами? За что? Дин вернулся через два дня, в полдень. Снова весь в крови. Швырнул сумку с оружием у порога и, на ходу раздеваясь, пошел в комнату. Мы столкнулись с ним в коридоре. - Привет. Ну как? - Привет. Как обычно. 30 вампиров и десяток оборотней. Вы как? - Все стабильно. - Где Диана? - В комнате у тебя. - У меня? Что она там делает? - Сходи и посмотри. Дин пошел к себе в комнату. Открыл дверь и осторожно заглянул. Дианка сидела на его кровати и что-то бормотала. Дин присмотрелся. В руках у девочки была рамка с фотографией. Дин улыбнулся. - Тетя Тата, пиезжай. Мама плачет. Папа тозе. Дядя Дин вобсе плохо. Я скучаю по тебе. Хочю, стобы ты есе лаз спела мне песенку пло демонов. Знаес, мы тебя любим. Дядя Дин сийнее всех любит тебя. Он кличит по ночам. Я плачу, когда он кличит. Тетя Тата, пиезжай позауста. Дин моргнул, смахивая слезы с ресниц. Зашел в комнату. - Привет, принцесса. Дианка повернулась, положила рамку на тумбочку и протянула к Дину ручки. - Дядя Дииин! Винчестер взял ее на руки и поцеловал в щечку. Прижал к себе. - Принцесса маленькая моя. - Я тозе тебя люблю, дядя Дин. Дин зажмурился, не давая слезам катиться по щекам. - Маленькая, хочешь я спою тебе? - Хосю. Тети Татину песню, да? Дин кивнул и поставил Дианку на пол. - Я пьинесу! Малышка убежала. Я заглянула в комнату. Дин стоял, подняв голову к потолку и закрыв лицо руками. - Дин, может не надо? - Надо, Лизавета. Дианка не должна забыть... Я всхлипнула и, зайдя в комнату, обняла Винчестера. - Мы никогда не забудем, Дин. Дин вздохнул, успокаиваясь. В комнату прибежала Дианка, волоча за собой Танину гитару. - Диан, а почему не мою? - У тети Таты гитала тозе холосая. Эта песня тети Таты, знасит, на ее гитале. Дин улыбнулся. Взял Дианку на руки и посадил ее на кровать. Сам сел напротив нее, скрестив ноги по-турецки, взял гитару в руки. Провел пальцами по изгибам. Когда-то он также водил пальцами по телу своей девушки... Я не выдержала и вышла из комнаты. Села рядом с дверью. Я не могу смотреть на это. Может, хоть слушать смогу. Дианка легла на животик и, подперев голову ручками, приготовилась слушать. Дин пробежался пальцами по струнам, слушая звук. Такой же, как и в ЕЕ руках. - When the days are cold And the cards all fold And the saints we see Are all made of gold Голос Дина был чистым, без слез и боли. - When your dreams all fail And the ones we hail Are the worst of all And the blood's run stale I want to hide the truth I want to shelter you But with the beast inside There's nowhere we can hide Винчестер перевел дыхание. - No matter what we breed We still are made of greed This is my kingdom come This is my kingdom come На припеве я не выдержала, и слезы побежали по моим щекам. Как она любила эту песню, Боже... - When you feel my heat Look into my eyes It's where my demons hide It's where my demons hide Don't get too close It's dark inside It's where my demons hide It's where my demons hide Дин играл и пел, улыбаясь. Он вспоминал ее. Вспоминал ту, которую любил. - When the curtain's call Is the last of all When the lights fade out All the sinners crawl So they dug your grave And the masquerade Will come calling out At the mess you made Don't want to let you down But I am hellbound Though this is all for you Don't want to hide the truth Дин перестал играть. - Диан, будешь петь со мной припев? Дианка улыбнулась. - Как тетя Тата? - Да. Как она. - Буду. Они часто пели эту песню для Дианки вместе. Вместе играли на двух гитарах и месте пели. - No matter what we breed We still are made of greed This is my kingdom come This is my kingdom come Дианка села. Дождалась момента и запела своим чистым голосочком вместе с Дином. - When you feel my heat Look into my eyes It's where my demons hide It's where my demons hide Don't get to close It's dark inside It's where my demons hide It's where my demons hide Дианка коверкала слова, но пела вместе с Дином. Как это классно, Боже... Моя дочь поет... Дин закончил играть. - Пасибо, дядя Дин. Дианка поднялась и обняла Дина за шею. Винчестер сглотнул ком, но сдержался. - Всегда пожалуйста, моя хорошая. Приходи, когда захочешь. Дианка чмокнула Дина в щетинистую щеку. - Ты коюсий! Дин улыбнулся. Дианка спрыгнула с кровати и побежала в комнату к папе. - Папа! Я пела с дядей Дином! Я поднялась и пошла на кухню. Мне нужно было выреветься. Дин взял гитару. Повернулся к фотографии. - Малая моя... Зачем ты ушла? Мне так плохо... Как будто наизнанку вывернули. Душу рвет на куски. Скоро от меня ничего не останется, понимаешь? Я сейчас держусь только потому, что Дианка не сможет вынести моего ухода. Мы так и не смогли сказать ей. Она еще такая маленькая... Знаешь, когда я обнимаю ее... Я понимаю, что своих детей не смогу так обнять. Потому что у меня их не будет. Я не хочу другой матери своим детям, кроме тебя. И жены не хочу другой. Помнишь, тогда, в роддоме, ты спросила: «Кто сказал, что я выйду за тебя замуж?». Как будто ты знала, что мы не будем женаты. А я так хотел назвать тебя своей женой... Много раз представлял, как делаю тебе предложение. Как ты, проподняв бровь, спрашиваешь: «Винчестер, ты идиот?». Дин улыбнулся. - А потом, поняв, что я не прикалываюсь, визжишь и бросаешься мне на шею. Как Лизка набухается на нашей свадьбе. Маленькая Дианка идет перед тобой и рассыпает лепестки роз. Боже... Неужели этого никогда не будет... По щеке Дина скатилась слеза. - Я знаю, ты любила, когда я пел тебе. Так слушай. Дин вздохнул и заиграл. - Уже которую ночь подряд Вижу во сне твой красивый взгляд. Идут стрелки, но будто бы стоят. Давай попробуем нас вернуть назад. Сглотнул слезы. - Провожаю без тебя закаты снова. Набираю номер, но тебя нет дома. Нету привычного голоса в трубке? Так медленно длятся сутки. Господи, как же медленно... - Твои руки мои не греют. Пропадаешь или взрослеешь. А я всё тот же, и так же тебе верен - Хоть и наверно забыла меня со временем. Перестал играть, прислушался. Снова запел, глотая слезы. - Не со мной ты, не со мной - Наедине я с тишиной. И ты знаешь, хоть умерла любовь твоя, Но ты такая одна. Помолчал, играя. Вытер слезы и перевел дыхание перед припевом. - Я вижу сны, как раньше. Всё тоже фото в рамке. И верю до сих пор в мечты, где в белом платье рядом ты. Я вижу сны, как раньше. Всё тоже фото в рамке. И верю до сих пор в мечты, где в белом платье рядом ты. Дин отложил гитару и лег на кровать. - В белом платье рядом ты... Уткнулся лицом в подушку и закричал от боли.