Anapneo

Как глупо-глупо-глупо получилось! Драко с тихим стоном опустил лоб на парту. Как же он умудрился так вляпаться? Тело ежесекундно ныло, внутри скребло противное чувство осознания - это не просто так, ему не кажется, и оно не пройдет как простуда. "А может, пройдет?" - проскочила невинная, острая, радостная мысль. Обманывать себя было так приятно. Осознание самообмана тяжело ударило его снова. Теперь стонать хотелось громче. Занятия по Истории магии никогда не проходили слишком активно, но теперь, вместо того, чтобы уснуть, Драко чувствовал все необходимые симптомы для смерти. Когтевранцы слегка поклевывали носом и на Малфоя излишнего внимания не обращали, а значит, лежать лбом о парту можно было хоть до конца пары. Главное, не закашлять в этот промежуток времени. "Пусть до конца занятия все будет хорошо. Пусть все просто будет спокойно. Пожалуйста. Мерлин, пожалуйста" - на дальнейшее не было даже необходимости загадывать. Последнюю неделю не хотелось даже вспоминать. С каждым днем количество лепестков росло. В библиотеке по редкой болезни с корнями магической Японии не было и толики толковой информации, так, редкие упоминания без практических рекомендаций. Нашелся один медицинский справочник с красочной иллюстрацией внутренностей, оплетенных цветами, от которого Драко начинало мутить, но он внимательно прочел страничку вдоль и поперек несколько раз. Отправься он домой, ему удалось бы перетряхнуть всю библиотеку Малфой-мэнора и, хотя бы невзначай, одолжить у мамы парочку романов в мягком переплете. Не ясно, сколько там достоверной информации, но Драко бы уж точно не отказался прочитать. Послать домой сову с просьбой? От идеи аж перетряхнуло. Гиблое дело. Лучше уж не стоит. Дождаться зимних каникул и решить вопрос самостоятельно? Не известно, в какой форме Драко будет пребывать за эти пару месяцев. Драко приподнял голову над партой и снова опустил, ударившись лбом с глухим стуком. Не известно, поможет ли, но надо взять себя в руки. С тяжелым вздохом, по окончанию занятия, он оправил рукава мантии, провел рукой по волосам и подхватил сумку. -Крэбб, Гойл, захватите мои вещи с собой. Я сделаю до трансфигурации небольшой крюк. Парни пожали плечами и приняли его вещи. Как только они ушли, Драко поспешил к неработающему женскому туалету на третьем этаже. К горлу уже подбирался противный спазм. Было бы забавно сейчас наткнуться на Поттера. Криво споткнуться о него и одновременно свалиться. Он бы обреченно зашарил по полу в поисках очков, а Драко нашарил бы их раньше и одел ему на нос. Криво улыбнулся бы на растерянный взгляд и посоветовал быть аккуратнее. Или бы поцеловал его в лоб. Поттер бы наверное опешил и покраснел. Или просто отпихнул бы его буркнув: "придурок". Мечтать о раскладе, в котором он бы покраснел, было приятнее. Драко тихо ругнулся себе под нос, потому что в конце коридора действительно был Поттер. Шел на занятия вместе со своими друзьями и в ус не дул, торопиться, падать и терять очки, а уж тем более краснеть, не собирался. Если сейчас разогнаться и задеть его плечом, это не даст и сотой доли эффекта, а еще абсолютно глупо будет выблевать прямо перед гриффиндорцами комок лепестков, чтобы узнали сразу и все. Драко живо представил себе этот неприятный расклад, в котором он смотрит на Поттера с бутонами выблеванных роз в руках. Поттер бы наверное и не понял, а вот Грейнджер или Уизли бы разобрались. В любом случае хорошо, что ни одного бутона из недр своего тела Драко пока не увидел. Он быстро свернул в боковой коридор. Кажется, гриффиндорская троица его заметила. Ему показалось, что Поттер встрепенулся от его вида и даже слегка дернулся вперед. Мечты уже доминировали над реальностью, стоило перестать такое фантазировать. Драко ускорил шаг. Дойдя до туалета Плаксы Миртл, Драко быстро оглянулся по сторонам и, дернув на себя дверь, добежал до раковины. Лепестки отхаркивались легко, моментально заполняя все пространство раковины. Драко выкашливал их все больше и больше с каждым днем и надеялся только, что их количество не растет с каждым часом. Его плечи тряслись в такт покашливаниям, на лбу выступила испарина, а лопатками он чувствовал, как рубашка прилипла к спине. Драко поднял голову и посмотрел на свое бледное отражение. Ноги подрагивали и пришлось приложить усилия, чтобы унять трясучку. Он усиленно подышал на счет, смыл все лепестки и направил палочку на свое горло. Отражение в зеркале не выглядело слишком уверенным. Раньше, чем он решился применить заклинание, из его горла вырвался жуткий мокрый грудной звук, Драко дернулся и его стошнило здоровенным комом измятых лепестков. Ощущения были будто он только что выплюнул свое легкое. Драко тяжело дышал над раковиной открытым ртом. Из уголка тянулась ниточка желчи со слюной. Определенно, с тем, чтобы попробовать заклинание для прочистки дыхательных путей и горла не стоит тянуть.

***

Погода с приближением холодов все портилась и портилась. Поттер, в любом случае, не выглядел несчастным. Драко давно уже заметил, что у Поттера, видимо, нет любимого времени года. Возможно, осень, ведь "каждую осень сиротка возвращается в Хогвартс, ставший ему вторым домом" - продекламировал Драко у себя в голове противным голосом Скиттер. Знаменитая троица выглядела ввязывающейся в очередную авантюру. По крайней мере, Поттер часто активно спорил о чем-то со своими друзьями и рьяно доказывал, много жестикулируя. Драко с остервенением смотрел в окно коридора, в котором под определенным углом хорошо отражались их часто меняющие выражение лица. Гриффиндорцы стояли чуть правее его и у дальней стены коридора. Гарри говорил явно громко и убедительно, до слизеринцев не долетало ни звука, к шестому курсу все ученики овладевали заглушками. Грейнджер много мотала головой, а Уизли изредка протягивал что-то в поддержку то одного, то другого. Временами все трое стреляли глазами в его сторону, от чего Драко казалось что в этом году предмет спора - он. В конце концов заучка Грейнджер видимо сказала что-то совсем уж весомое, кивнула в сторону Драко подбородком и скрестила руки на груди. Драко будто огнем обожгло, отражения в окне было недостаточно, чтобы убедиться, он обернулся и в упор посмотрел на гриффиндорцев. Ему не показалось, Поттер, красный как саламандра, смущенно блеял что-то, растеряв всю браваду. Что она сказала? О чем они говорили? О чем говорят все время? Гарри встретил внимательный взгляд Драко и его глаза забегали за круглыми очками. Волосы были примяты с левой стороны, и взлохмачены у лба с правой. Видимо, он запускал в них руку, когда много думал. Драко хотел бы знать, о чем тот думает. Драко хотелось бы знать все. Внутренности противно заныли и Драко опять отвернулся к окну. Лица троицы отражались в тени Запретного леса все так же хорошо. Краснота медленно отступала с лица Поттера и он смотрел с каким-то обреченным выражением лица прямо туда, где стоял Драко. А может, ему просто кажется, и он так фантазирует. Драко попытался подавить кашель, но ему не до конца это удалось. Во рту, за щекой, остался лепесток.

***

Драко старался доходить до туалета Миртл каждый вечер, как можно ближе ко времени отхода ко сну, чтобы, возвратясь в спальню, сразу завалиться в кровать. Надо было признаться хотя бы самому себе. Он помнил о Поттере все эти сотни маленьких вещиц. Ему почему-то запоминаются выражения лица Поттера и он считает милым его недоумевающее лицо. Ему хочется закопаться с ним где-то на краю земли, чтобы рядом не было никого, кто осудит или скажет что-то не то. Да, он по уши влюблен в Гарри Поттера. Он влюблен в Гарри Поттера. Драко Малфой влюблен. В Поттера. Да. Драко готов укрывать его от всего на свете, если Поттер вдруг решит, что не возражает против его присутствия. Драко до смерти боится, что хоть кто-то в мире узнает об этом, потому что самому Поттеру Драко Малфой не сдался даже за деньги. И вот теперь с ним приключилось это. Что он, к дракклам, должен делать? "Извини, что насмехался над тобой все эти годы, бросай свою Джиневру и ходи теперь со мной под ручку!" Серьезно? Заклинание для прочистки дыхательных проходов отлично помогало и выручало в течение занятий, но не избавляло от первопричины, убирало только лепестки из носоглотки, а потому требовалось слишком часто. Драко старался попадать в туалет Плаксы Миртл как можно чаще. Возможно, привычка избавляться от цветов по вечерам однажды спасет его от удушья во сне. - Что, сегодня опять? - привидение погибшей студентки с Когтеварана парило неподалеку. Драко посмотрел в ее сторону и судорожно кивнул. Волосы прилипли ко лбу от пота, манжеты мантии и воротничок рубашки намочились от воды. Вдыхать воздух было сложно, будто камень на грудь положили. Он стянул мантию через голову, попутно вытирая руки и лицо. Миртл продолжала со скорбным видом парить справа от него. -Ты должен рассказать, кто она, - с понимающими интонациями посоветовала Плакса Миртл. -Не должен, - Драко вцепился руками в края раковины и склонился над ней, ожидая следующих позывов. -Ты же очень красивый, - приведение как-то смущенно улыбнулось, - мне кажется, что у вас с ней могло бы все получиться. Драко склонил голову ниже. От такого предположения хотелось хохотать: у него было больше шансов на то, что его отношения сложатся с гиппогрифом, чем с Поттером. Лицо исказила судорожная гримаса. -Уйди, Миртл. Приведение немного обиженно развернулось в сторону туалетных бачков. -Не рассказывай никому про меня. Пожалуйста, - добавил Драко севшим голосом, пока призрак был еще здесь. Девушка кивнула, приободрившись, и смылась с громким шумом через канализационную трубу. Драко, оставшегося одного, моментально затрясло. Ноги показались слабыми и ватными. Пальцы схватились за край раковины так крепко, что костяшки по цвету были уже близки к фарфору. В уголках глаз появились слезы. Через два задушенных всхлипа ему показалось, что его вывернули наизнанку через рот. Все его тело перетрясло, как будто нечто запустило в него костлявую руку и, основательно перемешав внутренности, невзначай выволокло часть их наружу. Лепестков в раковине стало так много, что они начали разлетаться вокруг. Неприятные слизкие ошметки оседали плотными белыми комками на одном месте, вездесущие более сухие мелкие легко приклеивались к любой поверхности, прилипали к зеркалу над раковиной, забили собой краники и щели между соседними раковинами, прилипли к ботинками и штанинам Драко, разлетелись по полу как первый снег. Драко с мокрым грудным звуком отплевывал все новые и новые лепестки. Ноги его подкосились и он осел на пол. Насквозь мокрую рубашку хотелось снять, сил на это не хватало. Драко продолжал сидеть на полу, вымокший и абсолютно вымотанный, пытаясь дышать глубже и на счет. Раз, два, три, четыре, пять... Давление на грудь как будто бы стало меньше. Драко утер ниточку слюны и желчи с подбородка. Раз, два, три, четыре, пять... Палочка осталась лежать на бортике раковины, и Драко совершает усилие над собой, чтобы встать и дотянуться до нее. Очищающее освобождает его от всей налипшей грязи. Драко старательно уничтожает все следы своего пребывания в женском туалете, долго избавляется от лепестков и в конце, умывшись, бросает на себя взгляд в зеркало. Отражение отвратительно. Видела бы его сейчас та девчонка, Райли Камбелл: ни следа былого лоска, уничтоженное выражение лица, с каким отправляются на Поцелуй в Азкабане. Видел бы его сейчас Поттер... Чёрт. Раз, два, три, четыре, пять. Драко не думает о Поттере. Он приводит себя в порядок при помощи заклинаний и через несколько минут по нему уже и не скажешь, что болезнь в его теле прогрессирует. Драко отправляется обратно в подземелья.