Anapneo

Утро было пасмурным, хмурым и неприятным. Солнце даже не думало показываться, а ветер хлестал вовсю, пока ученики мирно спали в замке. Драко было все равно. Его вечерние отлучки на квиддичное поле не остались незамеченными, но вот про утренние никто пока не подозревал. Игра Гриффиндора с Когтевраном была назначена на завтра, и Драко вяло раздумывал, что вечером поле, должно быть, будет свободно. Никто не гоняет свою команду в последний день. Слизеринец оседлал метлу и взмыл в небо. Полет не успокаивал. Ветер хлестал так нещадно, будто добивался, чтобы он ушел. Голова не освобождалась от лишних мыслей, они роились одна за другой, мешая сосредоточиться и сконцентрироваться. Что, если ему сварить оборотное зелье на Поттера? Кто-нибудь выпьет его, да и признается Драко в любви, и, может, все это пройдет. Хотя вряд ли конечно это все так сработает. Или, если кто-нибудь другой? Может, болезнь переключится? Что, если Драко Поттера просто разлюбит? Он уже совершенно перестал к нему цепляться, они практически не видятся и больше никогда не разговаривают. Их последняя беседа закончилась тем, что Драко навязал Поттеру услугу, которую тот должен вернуть. У слизеринца не было уверенности, что если он что-то попросит, Поттер и правда подчинится. "Слушай-ка, Гарри, помнишь, мы пересеклись в проходе до Хогсмида, и решили просто разойтись? В оплату моего великодушия, можешь меня поцеловать? Или перестать смотреть на Джиневру? Вообще перестать смотреть на девушек?" Драко фыркнул, вяло облетая кольца змейкой. Поттер пошлет его, в лучшем случае. Нельзя просто заставить Гарри Поттера любить его. Догадка поразила мозг и Драко разогнался на метле немного быстрее. Сердце забилось чаще, а руки сильнее сжали древко метлы. Но ведь можно заставить Поттера! Для того какая-то волшебница и изобрела приворотное зелье! Если это сработает, то Поттер действительно может полюбить его. И тогда... Чёрт, даже думать стало слишком сложно и волнительно. Драко не умрет, если Поттер полюбит его.

***

Для приготовления приворотного зелья рецептов предостаточно. Один флакон содержит сотни мельчайших деталей с иными подробностями в каждой капле. Драко берет за первооснову самое распространенное, с более доступными ингредиентами и надежным рецептом. Он переписывает формулу на отдельный кусок пергамента и воровато прячет его в сумку как можно глубже, с опаской оглядываясь по сторонам. В библиотеке нет даже Грейнджер. Наверное, морально поддерживает Уизела перед предстоящей игрой. Драко бы не против фыркнуть тому мимоходом что-нибудь обидное, но если этот рыжий растяпа завтра пропустит слишком много очков, то даже игра Гарри не спасет Гриффиндор от поражения. Драко пригибает голову ниже — идти с прямыми плечами и гордым видом странно, если тебя ежедневно наизнанку выворачивает от любви к человеку, которого прилюдно не выносишь, и ты задумал его опоить. Драко как наяву видит лицо Поттера: рассеянное, живое, совсем мальчишеское. Он ведь не ожидает чего-то подлого, не обращает даже внимания на то, что жует. Себя Драко ощущает уродливым грязным червем у подошвы Поттера. Спешите все - слизеринец, которому стыдно. Достаточно труслив, чтобы бояться смерти, недостаточно склизок, чтобы выкарабкаться без угрызений совести. Драко Малфой зол на себя больше всего в этом огромном замке. Он не знает, что ему делать, он не может разрешить ситуацию, не признается взрослым, не отправляется в больницу, не отправляет сову домой, и даже влюбить в себя Поттера ему кажется сложным морально. Единственным верным решением кажется то единственное, что пугает больше всего. Чертова гордость умрет вместе с ним еще до начала лета. Драко останавливается посреди подземелья и разглядывает свои руки. Они бледные, с проглядывающими синими венами у запястий и четко очерчивающимися костяшками пальцев. Уничтожить себя своими руками? Дыхание становится чаще, внутренности ноют, а в ушах начинает стучать пульс. Вены, расходящиеся от запястий, хорошо просматриваются. Драко страшно. Страшнее с каждой секундой, что он всерьез обдумывает эту мысль. Спешно, будто боясь опоздать, он вытаскивает из сумочки фиал укрепляющего и выпивает два флакона подряд. Выпивает и попавшее под руку успокаивающее. Только поймав мысль, тут же судорожно вытаскивает со дна сумки взятый с собой флакон веселящего и делает большой глоток, едва не подавившись. Это все чертово настроение. Нельзя о таком думать. Организм ослаб, нужно больше кушать и раньше ложиться спать. И забыть-забыть-забыть, что Поттер существует. Воображение подкидывает картинку, в которой Драко отбирает у гриффиндорца очки и важно сообщает: "Отныне, тебя должны звать иначе! Нарекаю тебя Уриком Третьим! Больше ты не Гарри Поттер! Поттера не существует!" Драко разбирает смех. Зелья начинают действовать, потому что по телу Драко проходится спокойствие и принятие. Краешком сознания он отмечает, как забавно смотрится одиноко смеющийся парень и начинает смеяться заново. Так увеличивать свою ежедневную дозу зелий не слишком разумно, но Драко, в общем-то, не слишком это беспокоит. "Неразумно влюбляться в мальчика-который выжил, если твой отец в подчинении того, кто-желал-мальчику-смерти" — думает Драко и хихикает по пути в факультетскую гостиную.

***

Тем же вечером он подпрыгивает всем телом, когда крепкая рука крестного ложится на плечо. Перед ним раскрытый шкаф с ингредиентами, из которого Малфой вытаскивал, сверяясь со списком, все необходимое для приворотного. Лицо Северуса Снегга сложно интерпретировать однозначно. — Драко, что случилось? — тон ровный, голос глубже, чем обычно. У слизеринца аж камень с души падает. Крестный не снимает баллы и не мечет авады во все стороны, более того, обеспокоен и волнуется за него. — Это... Я... — Драко начинает немного колошматить. Случился Поттер. — С тобой что-то не в порядке. Ты всегда можешь попросить зелье у меня, но предпочитаешь сварить. Вместо того, чтобы сообщить мне, пытаешься выкрасть составляющие, — Северус Снегг смотрел внимательным немигающим взглядом черной гадюки, — Драко Малфой, потрудитесь сообщить мне внятные причины вашего поведения, или я буду вынужден отправить сову Люциусу. — Не надо! Только не отцу! Драко дернулся всем телом повторно и умоляюще уставился на крестного. Ему нужно убедить его. Позарез нужно. — В чем причина? — Этот год, — Драко отвернулся, стараясь не смотреть крестному в лицо, — все наперекосяк. Я отстаю по всем предметам. Я... Я разочарование. Профильные предметы включают в себя и зельеварение, а вся школа уверена, что я здесь только с твоей помощью. Я не могу сконцентрироваться. Времени слишком много и слишком мало на все. Я... Меня начало подташнивать по вечерам, и голова вечно болит. Мадам Помфри сказала, я симулянт, поэтому я взял у тебя зелья. Сейчас мне уже намного лучше, правда. Но зелья... Я думал практиковаться, пока ты не видишь, чтобы обойти Грейнджер на тритонах. Драко решил выпустить немного волнения наружу, чтобы сыграть правдоподобнее. Плечи затряслись. Крестный одним порывистым движением обнял его. От мужчины пахло сухой древесиной. "Получилось!" Внутреннее ликование принесло волну облегчения. Натянутое тело Драко все размякло и расслабилось. Парень поднял руки, чтобы обхватить крестного в ответ, когда в груди глухо заболело, разрывая ребра изнутри. "Надо было сходить в туалет Плаксы Миртл до того, как приду сюда" — обреченно подумал Драко, в тот же момент, как крестный отстранился и заглянул ему в глаза. — Ты под зельями, — руки профессора зельеварения крепко сжали плечи, — зрачки расширены, тело мелко подрагивает. Что и сколько флаконов ты выпил? — Я не... — Драко Малфой! — Укрепляющего, два... Северус посмотрел на него как-то странно, выхватил палочку и одним движением сделал надрез на ладони. Драко даже не успел среагировать, как Северус Снегг уже взмахивал палочкой над выступившей кровью. — Тут явно не два, — прошипел он сквозь зубы, — у тебя передоз, причем длительный. — Я... Просто устал, — даже Драко показалось, что прозвучало глупо, но как же он устал. Комната плавно закружилась, а от необходимости объясняться перед Северусом хотелось бессильно упасть на пол. — Какое-то невероятное составляющее. Один компонент даже не определить. Впервые вижу. Ты нашел что-то из темных зелий? Драко, откуда это? Ты должен все мне рассказать! Он чувствовал, что если откроет сейчас рот, то зайдется в кашле и уже не остановится. Заставлять себя дышать через нос приходилось почти силой, от усердия в уголках глаз выступили слезы. Руки бессильно болтались вдоль тела, комната казалась слишком темной и душной. Хотелось присесть на что-нибудь, попросить Северуса просто оставить его и отправиться в свою спальню. Просто вернуться к себе и рухнуть на кровать и чтобы утром Поттера не существовало. Или чтобы не существовало Малфоя. Родись он девушкой, Гарри Поттер оценил бы его на восьмерку? — Драко, отвечай! Больше всего захотелось опереться на что-нибудь. Комната потемнела окончательно, а пол резко оказался близко. Когда Драко снова открыл глаза, он лежал в кровати. Крестный возился за столом у другой стены и Драко успел шепнуть Анапнео, тыча палочкой в свое горло. — Очнулся? — Северус Снегг обернулся на шевеление и Драко неуверенно кивнул, привстал, пытаясь сесть. — Вот, выпей, — крестный протянул пузырек и Драко без возражений подчинился. Больше всего хотелось откинуться обратно на подушку. — Ты длительное время принимал больше одного укрепляющего в день, сегодня принял еще порцию с успокаивающим и веселящим. Видимо, они дали такой неожиданный эффект, я так и не смог интерпретировать, но других зелий не было точно. О чем ты думал? У Драко перед глазами отчетливо проступили синие вены под белой кожей. Поттер, неуклюже запускающий руку в растрепанные волосы. Драко усиленно отводил взгляд, пытаясь не думать об этом. Северус Снегг легилимент, Драко не поддастся на спокойное настойчивое давление в голове. Драко давит мыслями в ответ. Возводит стены, впивается всеми силами в ограды, не пускает что-то глубже в свой мозг. Он подсовывает ложные мысли. Об учебе, о квиддиче, о грязнокровке, что обходит его по большинству предметов. Они грубы и неотесаны, но Драко впервые подменяет их с такой скоростью, закрывая одними образами другие. Глубже в его мозг просто нельзя-нельзя-нельзя погружаться! Не крестному, только не ему. Вообще никому. Драко кажется, что он сейчас свалится без сил, когда крестный моргает и прекращает все. — Ты освоил окклюменцию? Нарцисса неплохо обучила тебя. Я понял, ты не хочешь помощи, но Драко, помни, что в случае чего ты можешь прийти ко мне. Драко кивает, соглашается со всем, что говорит крестный, убеждает, что больше не будет пить зелья в таких количествах, признается в огромном недомогании и желании оказаться в собственной кровати. Он согласен-согласен-согласен, он обязательно расскажет-расскажет-расскажет. Теперь, когда он чувствует, что Северус не знает, как на него надавить, он давит сам и ускользает из его покоев. Сумка на боку оттягивает весом ингредиентов, теперь у него есть все из списка.