Маков Цвет

После недолгого сна спина болит еще сильнее, а задница зудит, заживая. Хорошо, что этот изверг больше не приходил. Тэ же уже все уши прожужжал о жизни здесь, мне, если честно, его жаль. Хотя, сейчас в большей заднице именно я. Пытаюсь встать и самостоятельно доползти до туалета, но ноги дрожат, и приходится наваливаться на стенку. Когда же сделать свои дела получается, понимаю, что падаю, так как тело немеет. Похоже, меня решила посетить ломка, слишком долго наркотиков не было в моём организме. Смотрю на кафель, что неумолимо приближается, от страха боли закрываю глаза. Тут же зависая и ощущая на себе чужие руки, однако уже по запаху знаю, что это тот маньяк. Сердце в груди начинает испуганно стучать, хотя, замечаю странное. Задница от чего-то влажнеет. В таком немощном состоянии хозяин и мерзавец переносит меня на кровать и аккуратно кладет на нее. Словно оживаю и быстро прячусь под одеяло, принимая позу эмбриона. Колотит ещё сильнее, сейчас бы таблеточку экстази под язык и мой цветной мир. Однако, этот парень не уходит, похлопывает одеяло в своём собственном ритме. Такое действие начинает раздражать весьма быстро, поэтому сбрасываю препятствие и впиваюсь в злодея злющими глазами. Наш поединок взглядов длится ровно одну крайне длинную минуту, вздрагиваю, когда этот парень наконец говорит. — Тебе уже лучше! Подобное заявление звучит даже не как вопрос, а как констатация факта. Поджимаю ноги к себе ближе, задница всё еще болит. Но показывать себя слабым и разбитым нельзя ни в коем случае, отчего выпускаю бронированные колючки и наглым голосом вещаю. — Нет, а что, решил меня снова изнасиловать? Лицо хозяина от моих слов мрачнеет на единый миг, начинают ходить желваки. Страх пронизывает моё тело, но, оказывается, предчувствие ложное. RM вздыхает устало, протирает глаза, под которыми синяки, и говорит спокойно, без толики раздражения. — Я не насиловал тебя, Чимин, ты сам согласился на это. Так что, теперь не возмущайся, пока ты полностью не восстановишься, твою булочку я не трону… Не даю ему договорить и задаю вопрос в лоб. — Тогда зачем ты здесь? Ухаживать за мной есть кому. Этот парень на это реагирует улыбкой с этими чертовыми ямочками и указывает на поднос, что я сразу не заметил. Видя мороженое с белым шоколадом, присвистываю и берусь за сладость. Просто обожаю подобный десерт и совсем не хочу знать, откуда это знает чертов сталкер. Альфа не уходит, а наблюдает за моей трапезой, кажется, не моргая. На долю секунды чувствую как усиливается его аромат, жаль, паника настигает меня лишь тогда, когда в волосы проникают сильные длинные пальцы, оттягивая мою и так короткую шевелюру назад. Вякаю как пёс, которому прищемило хвост, покорно раскидываясь по кровати. Сердце в груди сейчас мечется от ужаса, лёгкие свело судорогой, хочется кричать. Но ведь бесполезно, поэтому просто обращаю злой взгляд на хозяина. — Какого хрена, разве ты не обещал… Возмущаюсь со своей кроличьей душой на этот момент, зверь я явно странный, кролоёжебулка. Однако, разглагольствовать и орать мне он не даёт, увлекая мои ещё не зажившие губы в поцелуй. Вздрагиваю от этого, но, сам не знаю, почему, поддаюсь манипуляции, отчаянно на что-то надеясь. Хотя, мои чаянья не оправдываются ни в первый раз. Альфа разрывает поцелуй, сейчас же потянув меня вверх и говоря голосом, не терпящим возражений. — Растягни мою ширинку. Меня корёжит от его интонации хозяина, еще больше от того, что подчиняюсь. Пальцы немного дрожат, поэтому на то, чтобы вжикнуть замочком, уходит секунд тридцать, хватка на затылке крепнет. Шиплю от боли, хочу дёрнуться, но это всё бесполезно. Сердце в груди замирает от огромного члена, что упирается в губы, истекая предэякулятом. Хочу отвернуться, изобразить отвращение. Однако, попросту не успеваю — свободной рукой альфа нажимает мне на щёки, заставляя открыть рот, и вводит свой орган внутрь, уже постанывая. Мерзость, головка солёная, хотя мне и не привыкать, я ведь шлюха. Делаю губы в форме буквы «о» и сдаюсь. Чем скорее этот парень закончит, тем быстрее снова буду в гордом одиночестве. Маньяк чувствует мою капитуляцию, хмыкает и начинает безжалостно вдалбливаться в расслабленное горло. То сразу же сводит спазмами, глаза наполняются слезами. Рвотный рефлекс убивает, но терплю из последних сил. Альфа не жалеет мой рот, у него прикрыты глаза от эйфории, с губ срывается довольное рычание. Похож на льва, которому чешут за холкой. Вся моя шея в собственной слюне, уже начинает мокнуть футболка. Горло привыкло к фрикциям, мозг смирился с болью и отвращением. Понимаю, что процесс скоро закончиться, когда этот доминант начинает толкаться глубже и быстрее. Сжимаю кулаки, больно, это очень больно. Представьте, если бы в ваш рот запихали огромную ветчину, что в радиусе сантиметров пять. То же ощущение, хотя, не пробовал, там хоть кусаться можно. Уже ничего не вижу из-за слёз, начинаю задыхаться и мычать. В этот же момент альфа выходит, и белые склизкие капли попадают мне на лицо, да так, что даже ресницы не поднимешь. Так и сижу с закрытыми глазами, не шелохнувшись, немного убитый от произошедшего. Однако, поддаюсь, когда хозяин тянет меня за руку и, приведя в ванную, умывает, утирает полотенцем капли от воды. Извинений я не жду, отчего вздрагиваю, слыша его немного виноватый голос, что тихо шепчет. — Прости, Чимин, я не смог удержаться. Твой запах усилился, скорее всего, течка придёт в конце недели. Киваю на автомате, укрываясь одеялом снова. Хотя, в этот раз не прячась. Голос мой сипит после произошедшего, когда спрашиваю. — Долго ещё я буду сидеть взаперти? На это RM становится немного мрачным, а затем маска меняется в мгновение ока. Выглядит теперь альфа задумчивым, садится медленно, совсем рядом, и начинает говорить на полном серьёзе. — Через два дня, но с тобой всегда будет Тэ и ошейник. Ещё тебе нужно придумать стоп-слово, во время течки оно нам очень пригодится. Перевариваю информацию довольно быстро, хватаясь за хоть толику свободы и малый шанс на побег. Идея же для этого самого стоп-слова у меня есть. Набираясь наглости и заново выпуская шипы, отвечаю. — Хочу чтобы стоп словом было твоё настоящее имя. Альфа немного теряется от моего напора, но потом наклоняется ко мне вплотную и шепчет в самое ухо. — Хорошо, меня зовут Намджун, кричи погромче, когда придёт время. Ответить на это даже не успеваю, потому что хозяин, сказав это, уходит быстрым и уверенным шагом, вновь запирая меня. Укладываюсь на кровать, кладя под голову подушку. Успокоившись, замечаю дискомфорт в области паха, запускаю руку под резинку трусов и впадаю в шок. Там очень мокро, и хотя член опал, становится ясно, что я кончил, пока мой рот насиловали. Мозг от понимания этой истины клинит, отчего начинаю смеяться, как последний псих. Постепенно голос срывается на истерику и всхлипы, какое ты всё же ничтожество, Пак Чимин! Бархатная коробочка снова поглощает звук, тишина хохочет в ответ, теперь и не знаю сам, как дальше себя вести. Ведь в этот раз не было никакой таблетки, просто, похоже, глубоко внутри меня живёт сабмиссив. Так что, мы идеальная пара с этим извращенцем, вашу ж мать. Кто-нибудь, спасите меня от самого себя, не могу больше чахнуть в этой комнате один. Всё ближе приближаюсь к последней границе сумасшествия. Почему вся эта реальность не может оказаться программой в матрице, а я всего лишь её единицей? Боль напоминает о реальности происходящего, сворачиваюсь в комочек под одеялом и стараюсь уснуть, всего лишь нужно подождать пару дней, и я выйду из этой шкатулки, и попытаюсь сбежать, чего бы мне это не стоило, даже жизни.