Возвращение в Эрин Ласгален

      Четверо друзей робко проскользнули в кабинет короля эльфов и, не сговариваясь, выстроились в ряд, как нашкодившие эльфята. Элладан и Арагорн прикрыли переминавшегося с ноги на ногу Леголаса с фланга, в то время, как предприимчивый Элрохир попытался укрыться в тени старшего близнеца.       — Элрохир, я тебя прекрасно вижу! — прогремел строгий голос из кресла. — Леголас, угомонись! Итак, коль скоро все мы собрались, наконец, в одном замкнутом пространстве, то я хотел бы услышать от вас объяснения! Есть добровольцы?       — Это целиком и полностью их вина, милорд, — выпалил младший близнец, ещё до того, как кто-то из друзей успел открыть рот. — Я, если помните, советовал вам замуровать эльфёнка в цитадели во избежание проблем. Я честно пытался воспрепятствовать его участию в этом безрассудном походе…       — Хватит заливать! — вмешался разъярённый Элладан. — Ты только поинтересовался, цитирую: «Эльфёнок, ты точно уверен в том, что это мудрое решение?», а потом весь вечер помогал этому недоумку оперять стрелы.       — А что?! — возмутился Элрохир. — По-твоему, я должен был позволить ему отправиться в этот дурацкий поход безоружным? Я… я просто проконтролировал, чтобы он был вооружён как следует. И вообще, я хотя бы попытался его остановить! В то время, как ты и Эстель…       — А вот не нужно вмешивать в ваши дела Эстеля! — запротестовал Арагорн. — Эстель —всего лишь скромный смертный, которому не пристало совать нос в дела юных эльфийских принцев, даже если эти дела очень смахивают на безрассудство и самоубийство.       — Моё дело, значит?! Это же ты решил отправиться в этот проклятый поход, потому что тебе, видишь ли, это было предначертано судьбой! Ты же все уши мне прожужжал о том, что без меня ты ни за что не справишься!       — Я?! Ваше Величество, ваш сын бредит. Не обращайте внимание на то, что он сказал, эльфёнок всегда становится невменяемым, когда оказывается у вас на ковре. Уверяю вас, я никогда не говорил ничего такого, что можно было бы истолковать, как просьбу отправиться со мной в этот опасный... жуткий поход. Да я вообще был против, чтобы он шёл со мной, но Элронд фактически навязал мне его общество и…       — Довольно! — рявкнул Трандуил.       Трое эльфов и человек тут же умолкли и в ужасе уставились на грозного эльфийского Владыку.       — До того, как я начну беседовать с вами, — и, поверьте на слово, у меня накопилось немало вопросов к каждому из вас! — есть ли что-то ещё, что вы хотели бы мне рассказать?        — Ч-что-то ещё, милорд? — заикаясь, уточнил Арагорн, гадая, стоило ли явиться на ковёр к королю эльфов в короне и придала бы она ему хоть толику уверенности перед лицом столь опасного и разъярённого противника. Решив, что для того, чтобы выдержать взгляд взбешённого Трандуила нужно нечто поувесистее, нежели королевские регалии, он поспешил заверить эльфийского Владыку в своей непричастности ко всему, в чём бы тот не решил его обвинить. — Ваше Величество, уверяю вас, что бы ещё там эльфёнок ни выкинул, я здесь совершенно ни при чём!       Элрохир и Элладан поспешили последовать примеру приёмного брата.       — Милорд, если вы намекаете на то, что эльфёнок отправился в этот сомнительный поход с нашей подачи, то, уверяем вас, мы были категорически против! — хором проскандировали братья-близнецы.       — Насколько я припоминаю, вы были очень даже не против, когда мне удалось уломать Элронда! — проворчал Леголас.       — Это было до того, как наш дражайший папаша отказался брать на себя вину за твоё участие в этом грёбаном походе и скинул всю ответственность на наши хрупкие плечи! Знали бы мы тогда, что он бросит нас на растерзание взбешённому королю эльфов, мы бы никогда не подписались на это безумие! — взвились близнецы. Встретившись взглядом с пугающе спокойными холодными глазами, которые не моргая следили за каждым их движением, братья судорожно сглотнули и в ужасе отпрянули назад. Элрохир снова укрылся за спиной старшего брата и, зажмурившись, как эльфёнок, что испугался грома молнии, пролепетал:        — Ваше Величество, ваш гнев, что обрушился на наши безрассудные головы, был справедлив и заслужен. М-мы же вернули вам вашего эльфёнка в целости и сохранности, без е-единой царапинки, п-правда, с небольшой з-заминкой, но дитё-то у вас неуправляемое и упёртое, с-сами уже поди знаете…       — Дитё! Да я старше всех участников этого проклятого похода, чем все они вместе взятые!       — Хм, видишь ли, Леголас, это очень спорный вопрос. Всё зависит от того, как именно трактовать понятие «возраст» в твоём случае, — глубокомысленно заключил Арагорн. — Вот, к примеру, я старше, чем большинство обычных людей. И даже по меркам Нуменорцев, я уже давно перешагнул тот рубеж, когда меня можно было бы назвать молодым человеком. То же, кстати, можно сказать и о Гимли. А вот, что касается тебя и близнецов, то здесь всё несколько сложнее… Видишь ли, по эльфийским меркам, мои братья уже вышли из фазы совсем зелёных эльфов и могут считаться юными эльфами, хотя по ним этого и не скажешь. А вот тебя вряд ли можно назвать даже зелёным эльфом. Ты — скорее эдакий перевалочный вариант между горьким эльфёнком и совсем зелёным эльфом. Ну, чтобы тебе было понятнее, объясню на пальцах — ты сейчас по возрастной категории где-то на уровне Перегрина Тука.       Близнецы отвесили Арагорну по тумаку, а Леголас уже открыл было рот, чтобы разразиться гневной тирадой, но в этот момент король эльфов многозначительно прочистил горло, и перепалка тут же сошла на нет. Четверо друзей робко взглянули на кресло у камина, в котором восседал его Величество Трандуил.       — Значит так, давайте-ка проясним следующее, я — не Элронд, и со мной эти ваши штучки не прокатят, — невозмутимо заявил Трандуил. — Есть только два варианта развития событий. Первый — вы будете стоять здесь всю ночь, если потребуется, пока не расскажете мне то, что я хочу услышать, а затем каждому из вас достанется от меня на орехи. После чего я отправлюсь в свою тёплую мягкую кровать, а вы четверо — на жёсткие холодные нары в моих гостеприимных одиночных камерах, что в мрачном и сыром подземелье. И второй — вы выкладываете всё, что пытаетесь от меня скрыть, получаете коллективный нагоняй за непроходимую глупость, и мы все расходимся по своим комнатам.       — Просто расскажите ему то, что он хочет услышать, — подал голос из-за спины брата Элрохир. — Чем дольше вы двое ходите вокруг да около, тем сильнее нам всем влетит в итоге.       Леголас и Арагорн обменялись содержательными взглядами прежде, чем человек осмелился открыть рот:       — Я бы хотел, чтобы Леголас и другие эльфы, которые пожелают последовать за ним, отправились со мной в Итилиэн, милорд. Если, конечно, вы позволите. Древни Фангорна попросили принца о помощи, так как древний лес сильно пострадал вследствие последних событий, и ему потребуется несколько сотен лет, чтобы восстановиться.       — Что ж, я не стану притворяться, что очень доволен этой новостью, но в глубине души я ожидал услышать нечто подобное, — нахмурился Трандуил. — Леголас, я разрешаю тебе и всем лесным эльфам, кто захочет последовать за тобой, отправиться в Итилиэн. Но, Эстель, если с головы моего сына хоть волосок упадёт, то я тебя собственноручно освежую и повешу на этом твоём Белом Дереве, предварительно позаботившись о том, чтобы ты не смог размножаться. Тебе всё ясно?       Арагорн открыл было рот, чтобы заверить короля эльфов, что он прочувствовал и осознал весомость и скрытый подтекст его угрозы, но вместо этого у него вырвалось:       — Но, мой король, вы же сами не далее, как полчаса назад, разрешили мне скинуть это недоразумение с утёса!       — Да, но это лимитированное предложение действует только в пределах Эрин Ласгален.       — Он согласен, — радостно выпалил Элладан, прежде чем Арагорн успел снова открыть рот и сморозить очередную глупость. — Леголас, подскажи, в вашем лесу есть какая-нибудь скала, возвышенность, или скажем, водопад устрашающего вида, ну или на крайняк холмик какой-нибудь?..       — Ну, раз мы всё выяснили, то можно и расходиться, да? А то нам ещё эльфёнка с горы сбрасывать… — уверенной походкой направился в сторону спасительной двери Элрохир.       Трандуил откинулся на спинку кресла, смерив четвёрку мрачным взглядом.       — Ты покинешь этот кабинет только тогда, Элрохир, когда я услышу всё, что вы пытаетесь от меня скрыть! — раздражённо повторил король. — Я жду!       Леголас неуверенно шагнул вперёд, а следом за ним Арагорн. Не обменявшись ни словом, ни жестом, принц грациозно приземлился по левую руку от короля эльфов, а Арагорн, соответственно, — по правую. Леголас сжал руку отца в дрожавших от волнения ладонях, а Арагорн предусмотрительно наполнил опустевший кубок любимым вином Трандуила и осторожно вложил его в правую руку короля.       — Так… Что ты натворил, Леголас? Это должно быть что-то действительно из ряда вон выходящее, раз вы так заискиваете передо мной, — сухо озвучил свои опасения вслух король эльфов и угрожающе сощурился. — Лайквалассе. Что. Ты. Сделал?       Леголас лишь опустил голубые огромные очи, чёрные длинные реснички затрепетали на белоснежном личике, как крылья ласточки на ветру, а ладони сына прижали руку отца к самому сердцу, которое билось так сильно, что, казалось, сейчас выпрыгнет из груди.       — Арагорн, что он натворил? — не дождавшись от сына ответа, прорычал Трандуил. Арагорн кинул на Леголаса призывный взгляд и принялся дёргать его за рукав туники.       — Элрохир, Элладан, что этот малолетний недоумок натворил?! — прошипел король. Молчание четвёрки уже порядком вывело его из себя.       Близнецы переглянулись и синхронно отпрянули назад.       Первым подал голос Леголас.       — Ada, я… — начал было сын, но тут же осёкся и бросил преисполненный отчаяния взгляд на друга. Арагорн положил руку Леголасу на плечо, и, казалось, этот жест придал принцу сил завершить фразу. Леголас посмотрел в глаза отцу и робко продолжил:       — Пап, когда мы были в Пеларгире, я услышал крики чаек.       — Чайки, стало быть… Зов моря, — задумчиво протянул Трандуил, потрясённый внезапным признанием. Леголас лишь молча кивнул и отвёл взгляд. Рука отца дрогнула, тонкие пальцы выпустили кубок с благородным напитком, что несомненно упал бы на пол, не успей Арагорн его подхватить. В ту же секунду отец притянул сына к себе за подбородок, принуждая того посмотреть ему в глаза. Спустя, казалось бы, вечность, отец выпустил сына из мёртвой хватки:        — Кажется, ты довольно неплохо справляешься с этим… Пока.        — Я в порядке, аda.       — Леголас… Мы уже говорили с тобой — и не раз! — о том, что лгать отцу и своему королю совершенно неприемлемо и к тому же бесполезно.       — Мне всё ещё можно отправиться в Гондор с Арагорном, пожа-а-алуйста? — тихо спросил принц, синие огромные глаза уставились на отца, не моргая. Эта печальная умилительная мордашка способна была разжалобить даже камень.       Трандуил оторвал глаза от разрывавшего его сердце на части, жалостливого личика сына, посмотрел на идентичные вопрошающие лица близнецов, которые теперь переминались с ноги на ногу за спиной его сына, скользнул взглядом по Арагорну, чьи серые глаза с умилением смотрели на очаровательно печальную мордашку Леголаса, — это зрелище всегда его завораживало — и неохотно проворчал:       — А у меня разве есть выбор, Лайквалассе? Запрети я тебе, ты ведь будешь сидеть на дереве целыми сутками и пялиться на эльфийскую тропу в ожидании, когда на ней появятся твои закадычные друзья, или станешь использовать любую возможность, чтобы сбежать от меня в Гондор, так ведь, дитя? — принц печально вздохнул, синие глаза опустились долу, а на губах расцвела озорная улыбка. Трандуил сокрушённо покачал головой и тяжело вздохнул. — Да, Леголас. Я разрешаю тебе отправиться с Арагорном в Гондор. По крайней мере, я хоть буду знать, где тебя носит.       Выпустив руки сына из своих ладоней, Трандуил поцеловал его в лоб и поднялся на ноги.       — Ступай в кровать, penneth. Увидимся утром.       Скользнув взглядом по побледневшим лицам близнецов, король небрежным жестом руки позволил им удалиться. Те вздохнули с облегчением и, прихватив младшего брата под руки, потащили его за собой по направлению к выходу.       — Эстель, с тобой я ещё не закончил.       — Что ж… Арвен всегда был к лицу чёрный цвет, — участливо потрепав брата по плечу, близнецы бросили перепуганного насмерть короля Гондора у выхода из кабинета.        Леголас, проплывая мимо, соболезнующе улыбнулся другу и скрылся за дверью.       Арагорн же робко оглянулся на тёмную сгорбившуюся фигуру, возвышавшуюся у камина и задумчиво разглядывавшую угрожающе потрескивавшие в полумраке языки пламени.