Возвращение в Эрин Ласгален

      — Можешь расслабиться, Эстель, — проворковал король и налил себе ещё вина. — Я не собираюсь тебя убивать.       — Вы уверены, что не собираетесь убивать меня? — с долей подозрения спросил Арагорн.       — Уверен. По крайней мере, пока, — уточнил Трандуил.       — Мой король, клянусь вам, я…       Трандуил лишь поднял руку вверх, призывая мужчину к молчанию.       — Во-первых, позволь поздравить тебя с вступлением на престол, король Гондора.       — Благодарю вас, Ваше Величество, — отозвался Арагорн, всё ещё несколько напряжённый.       Трандуил радушно улыбнулся ему, от чего мужчина напрягся ещё больше.       — Знаешь, сперва я хотел отрубить тебе голову, когда узнал, что ты позволил Леголасу подружиться с этим гномом, но пообщавшись с камнеедом наедине, я решил тебя помиловать. Гном оказался вполне себе… В общем и целом, он не представляет опасности для моего сына.       — Угу. Понятно. А позвольте поинтересоваться, в каком ключе протекала ваша… беседа с Гимли?       — Как говорят смертные, мы с ним обменялись любезностями.       — Обменялись любезностями, значит? — выдохнул Арагорн. Его мозг отказывался поверить в то, что гордый и надменный король эльфов, который на дух не переносил гномов, мило беседовал с одним из ярких представителей низкорослого народа о пустяках. Король эльфов не вёл светских бесед.       — Да, а что тебя, собственно, так удивляет, Эстель? Ты что же думаешь, что король эльфов не способен вести галантную беседу с камнеедом? — насмешливо заявил Трандуил и вздёрнул бровь. — Между прочим, завтра я собираюсь пригласить низкорослого друга Леголаса на тренировочное поле. Гнома очень заинтересовал мой меч. Покажу ему, пожалуй, пару-тройку основных фехтовальных позиций.       — Пару-тройку позиций!.. — бесцветным голосом повторил Арагорн. Трандуил смерил его испепеляющим взглядом. — Ох, да Гимли просто счастливчик, Ваше Величество.       — Я тоже так думаю, — гордо заявил Трандуил и расплылся в опасной улыбке — в предвкушении развлечения, что уготовил ему завтрашний насыщенный на события день. — Мой меч — само совершенство. Филигранная работа эльфийских мастеров Дориата, отличающаяся смертоносной красотой и разящей изящностью. Рукоять из митрила, украшенная прорезной резьбой, выполнена в том же стиле, что и узор на клинке. Несмотря на солидный вес этого оружия, оно имеет идеальный баланс, и как следствие, обладает фантастической управляемостью, что в сумме даёт сокрушающей силы удар, помноженный на непередаваемое удовольствие от ощущения максимального контроля над клинком. Ты будешь моим спарринг-партнёром!       — Я?! — в ужасе выдохнул Арагорн. Король Гондора видел Леголаса и сыновей Элронда в действии — изящные, грациозные, молниеносные и очень опасные. Трандуил по праву считался одним из лучших мечников Средиземья. Если стиль боя Леголаса на поле брани был подобен ураганному ветру — выпендрёжник, одним словом, — то отца можно было охарактеризовать, как машину для убийства. Смертоносная грация и отточенное изящество движений этого древнего эльфа вселяли благоговейный ужас в его противников. В искусстве нагнетания ужаса на жертву ему просто не было равных. — М-милорд, я же всего лишь смертный. Разве может моё мастерство владения мечом сравниться с мастерством того же Леголаса, или Элладана, ну или Элрохира… Может быть, вам лучше остановить свой выбор на другой, более подходящей кандидатуре, скажем, на ком-то вроде… Торонтура, а?       — Я уже сделал выбор, — царственно изрёк Трандуил и смерил мужчину строгим взглядом. Арагорн обречённо вздохнул и молча кивнул. Король эльфов удовлетворённо улыбнулся и невозмутимо продолжил светскую беседу, коих он отродясь не вёл:       — Но я не о гноме с тобой хотел поболтать. Ты хоть представляешь какую боль мой мальчик испытывает, оставаясь в Средиземье рядом с тобой?       — Милорд, я правда планировал поговорить с ним об этом и убедить его уплыть в Валинор, но… я… я просто не представляю себе, как буду жить в Средиземье без него. Знаю, это очень эгоистично…       — Я не виню тебя, Эстель. Леголас всё равно никуда не уплывёт, что бы ты ему не пытался втемяшить в его упрямую голову, — покачал головой Трандуил. — По крайней мере, пока ты будешь сидеть на престоле Белого Города. Ты стал для него кем-то большим, нежели просто другом. Ты стал для него братом, которого у него никогда не было. Если мой сын желает остаться в Средиземье рядом с тобой, то я не стану отговаривать его и отнесусь к его решению с уважением. Видишь ли, меня беспокоит кое-что другое…       — Мой король…       — Арагорн, я не покину Средиземье до тех пор, пока мой сын здесь… Но пойми, я буду в Эрин Ласгален, ты и Арвен — в Минас Тирите, близнецы — в Имладрисе, а гном зароется в пещерах Агларонда. Да, конечно, все друзья моего сына последуют за ним из Эрин Ласгален в Итилиэн, и он не будет одинок, но… Леголас никогда и никому не покажет, что ему больно. Даже я не всегда могу достучаться до него…       Стальной голос короля эльфов дал осечку.       — Мой король, — тепло улыбнулся ему Арагорн. — Ну неужели вы думаете, что я убедил Леголаса перебраться в Итилиэн для того, чтобы позволить ему зачахнуть от тоски. Я понимаю, что теперь, когда я взошёл на престол Гондора, я не смогу проводить с ним столько времени, как раньше, но и сидеть на дереве целыми днями, мурлыкая деревьям нудные песенки, я ему не позволю. Уверяю вас, я найду способ проводить в Итилиэне как можно больше времени, и, не сомневаюсь, Арвен тоже с радостью будет навещать Леголаса. Думаю, я даже смогу придумать, как затащить этого упрямца погостить в «совершенно не впечатляющий и мрачный белый город, высеченный в скале». Милорд, не беспокойтесь, я пригляжу за ним одним глазком.       — Двумя, — угрожающе сощурился король эльфов.       — Двумя, — тяжело вздохнул Арагорн и почтительно склонил голову перед отцом, который любил своего эльфёнка больше жизни.       — Спасибо, — улыбнулся Трандуил и озорно кивнул в сторону двери. — А теперь ступай и выспись хорошенько. Увидимся завтра на тренировочном поле после завтрака и захвати с собой гнома… Ах да, и близнецов, пожалуй, тоже!