Приобретённое счастье

Всю прошедшую ночь Юнги поспать так и не смог. Занятый раздумьями, парень сначала попытался очистить голову от навязчивых идей, от бесполезных разговоров с Тэхёном. Когда стрелка на часах перевалила за двенадцать, Юнги уставился в окно, сидя на кухне. Ночь освещала улицу, на небе едва видны были звёзды, а луна светила очень ярко. Прохладный ветерок проскальзывал сквозь открытое окошко. Холодок пробирался по босым ногам, пока вкладка на ноутбуке была открыта. Его яркий свет освещал блокнот, пока Мин пытался придумать хоть пару строчек чего-нибудь нового. Он услышал, как хлопнула дверь туалета, нахмурился, но не придал этому значения. Через несколько мгновений послышались шаги, а после в проёме засветилась мордашка Чонгука сонная. Юнги даже не удивился, представив, как он вылезает с кроватки. — Хён? — Позвал мальчик, потерев кулачками глаза и шлёпая босыми ногами к Мину. Альфа ждать не стал, пока малыш простудит ноги на полу прохладном, а потому потянулся и поднял его, сразу укладывая на свои руки. Чонгук не спорил, лишь кулачки сжал и щекой прижался к руке Мина, закрывая глаза сразу же. Уснул он быстро, пока Юнги любовался мальчиком. Альфа взрослый наклонился чуть вперёд, провёл носом по волосам мягким и пушистым, вдохнул поглубже. Он ощутил яркий запах ребёнка и что-то своё, родное. Чонгук спал спокойно, подрагивали лишь реснички. Юнги снова задумался, что же ему делать после и как поступить. Как отвыкнуть от этих детей, не интересоваться больше их жизнью. Не знать, как они взрослеть будут, как в школу пойдут. Что Мин вообще может? На данный момент лишь прижимать к себе поближе спящего Чонгука и водить носом по его щеке, сожалея о многом. То, как они называют его «хён», уже огорчает сильно, а невозможность сказать, что он их самый настоящий отец, что вот он, здесь, рядышком с ними, в обиду не даст, не предаст больше, защищать будет, любить и оберегать. Все прихоти и пожелания лелеять, лишь бы и дальше видеть глазки маленькие, гладить пухлые щёчки и наслаждаться родным запахом. — Мой маленький, — не сдержавшись, тихо шепчет альфа в щёку малыша. Тот немного дёргается, сипит носиком заложенным и продолжает спать. Юнги поднимается аккуратно, идёт до детской, укладывает того, накрывая одеялом. Подходит к кроватке Чимина, поправляя одеялко того, поглаживает по спине и выходит. Заваривает новую кружку кофе и в строке поисковика набирает всю необходимую информацию про детей данного возраста. Читает, изучает, запоминает. Некоторые, особо важные моменты выписывает. Старается, хочет получить результат. За ночь уходят ещё три кружки кофе, изученная информация и солнце, что освещает кухню. Альфа морщится от яркого света и чувствует себя не очень хорошо — бессонная ночь даёт о себе знать. Он готовит завтрак на троих, раздумывая над тем, чем сегодня они займутся. Малыши просыпаются шумно, уже начиная о чём-то переговариваться. Юнги с улыбкой заходит к ним в детскую, и получает такую же яркую улыбку в ответ. Альфа поднимает детей на руки, прижимает к себе, а реакцией становится весёлый писк в самое ухо. Они оба растрёпаны, в пижамах смешных, трут глаза заспанные и улыбаются счастливо, всё это доставляет Юнги огромное удовольствие. Парень включает канал с детской музыкой и наблюдает с улыбкой лёгкой, когда его маленькие ребята окончательно проснутся. Наблюдать за ними, сплошное удовольствие. — Хён, смотри! — Слышится просьба от светловолосого омеги. Через секунду, понимая, что на него смотрят, он принимается дрыгать ногами и руками, всё также улыбаясь. Чонгук тоже проснулся окончательно, хохочет на всю гостиную и через несколько секунд подстраивается к брату. От сего созерцания отвлекает трезвонивший телефон, а на экране высвечивается заранее записанный номер Тэхёна. — Привет, — говорит Юнги, уходя на кухню. — Привет, — голос Тэхёна немного охрип, и Мин даже прекрасно представляет, от чего именно. — Как мои дети? Он специально делает ударение, показывая, что ситуация всё ещё в его руках, а дети по-прежнему принадлежат только ему. Это заставляет чувствовать себя грустным и потерянным, но Юнги этого пока что показывать не будет. — С ними всё хорошо. А как Намджун? — Колкость так и норовит соскочить с языка, ну, а Мин позволяет этому случиться. — Откуда ты знаешь? — Тэхён крайне недоволен, это слышно по его голосу. — Как не знать, где пропадает лучший друг, — говорит Юнги и заглядывает в зал, где дети уже принялись собирать кубики и катать машинки. — Не смей ему мешать. Тебе это всё равно не удастся сделать. — Ким уверен в своих словах, а потому сейчас он просто рубит с плеча. — Зачем мне ему мешать? Пусть ты достанешься ему, я не против. Какого тебе? По рукам пойти? — Альфа усмехается зло и раздражённо. — Пошёл ты. — Голос Тэхёна дрожит, слышно, как он пытается сдержаться. — Ещё пять дней и ты ни меня, ни малышей больше никогда не увидишь. — Посмотрим, Тэхён. — Юнги отключается, потому что слышит голос Джуна вдалеке и злится на всех подряд. В первую очередь, на самого себя, а после уже на Тэхёна и Джуна. Мин вспоминает о том, что ночью искал места для развлечения с детьми и совсем недалеко нашёл зоопарк. Сейчас же он вдохновился этой идеей, а потому неспешно собрал сумку с необходимыми вещами. — Знаете, куда мы сейчас отправимся? — Спрашивает Юнги, когда застаёт играющихся малышей. Те кивают головками отрицательно и удивляются сильно, а после радостно носятся по комнате, когда Мин даёт каждому по сменной одежде. Одеваются быстро, сандалии свои каждый застёгивает, на головах кепки от солнца, а ещё вода, помимо других вещей. Юнги долго думает, стоит ли брать с собой коляску, но понимает, что идут на весь день, а мальчики устать могут. Пока он наблюдает за тем, когда рядом с ним идут дети, сам альфа снова улыбается, одаривая их нежным взглядом. — Гуки, возьми брата за ручку. — Просит Юнги и буквально через секунду готов умереть от того, как выглядит всё это. Это слишком трогательно и мило для него. Чонгук протягивает ладошку, хватается за Чимина, держит крепко и ведёт себя так, словно он старший брат, словно прямо сейчас идёт ругать всех обидчиков Чимина, который покраснел немножко, но продолжал шагать рядом с братом. Когда они уже на месте и осматривают некоторых животных, на долю секунды альфа успевает пожалеть о том, что они вообще сюда пришли. Нет, мальчики ведут себя спокойно, ходят всё также вместе, смеются или удивляются. Но столько заданных вопросов Мин ещё никогда в своей жизни не слышал. — Хён, смотри сюда, — кричит Чонгук, показывая на мохнатого енота. — Кто это? И Юнги доступно объясняет, пока оживлённый Чимин тыкает пальчиком в другое животное, которое тоже приходится объяснять. После обеда Юнги покупает каждому по сладкой вате и мороженому, считая, что один такой день можно провести без здоровой и полезной пищи. Оба перемазываются, смеются и пальчиками липкими пытаются достать до лица Мина, пока тот шутливо рычит и достаёт салфетки, пытаясь поймать их руки. Когда чья-то ладошка из детей припечатывается к щеке, Юнги быстро поворачивает голову и ловит пальцы губами, зажимая. Оказалось, это был Чонгук, который сейчас заверещал громко и принялся ножками стучать, смеясь. Прохожие одаривали такую картину милыми улыбками, а сам Юнги старался не замечать этого, чтоб не думать снова о лишнем, волновать себя грустными мыслями. Он сильный и должен стойко всё это перенести. Тем более, к концу недели он обязательно что-нибудь придумает. Вечером, когда уставшие дети клевали носиками, Юнги посадил каждого в коляску, поправил тент и повёз их по направлению к дому. Осталось привезти, накормить, искупать и уложить спать. На улице прохладно, а потому не жарко и совсем-таки приятная погода. Мин останавливается в парке, который ведёт прямо к этажке. Садится на скамейку и легонько покачивает коляску, пока не замечает, как мальчики перестают возиться, засыпая. Кажется, сегодня обойдутся без ужина и ванной. Зато завтра с утра покушают много, тогда-то их альфа и искупает. В детской, в кроватке каждого он стелет простыню отдельную, раздевает малышей, решая уложить без пижамы. Ничего, что так. Главное, что они набегались на весь день, насмеялись, вели себя хорошо и им всё понравилось. Они счастливы были, и счастлив был Юнги. Оставляя дверь детской открытой, Юнги решает прилечь на диван, не спеша разбирать себе постель. Спать в кровати Тэхёна ему никак не прельщалось. На телефон приходит сообщение от Хосока с просьбой оценить его новый текст песни, а Юнги так и засыпает с телефоном в руках, неудобной позой и светящим экраном. Он проспал так крепко, что проснулся лишь утром. И то не сам, потому что сначала ощутил, как по нему ползёт совсем не лёгкое тело, а после тыкает пальцем в щёку. Другой же мальчик кусает за плечо, пока первый перемещает палец со щеки на глаз. Тянет коротенькими пальчиками за ресничку и вскрикивает от страха, когда глаз открытый и тёмный смотрит на него. Юнги просыпается моментально, отгоняет руку Чимина от себя и осматривает двоих малышей, которые смотрят подозрительно тихо, наблюдая. — Всё, хён проснулся, — говорит Мин, сразу понимая, в чём дело. Он поднимается, удерживая Минни на руках, а Чонгука берёт за руку, отводя обоих на кухню и сажая за стол. — Голодные? Оба послушно кивают, и Мин быстро готовит им завтрак, попутно зевая. После набирает ванную для двоих и сразу же их туда опускает, кидая несколько игрушек. Уточка пищит, кораблик волнами легкими ударяется о стенку ванной, пока альфа со смехом купает каждого. Он искренне надеется, что день тот прошедший они запомнят хотя бы на немного. Ему очень хочется, чтобы дети впоследствии говорили, что ходили они туда не с хёном, а с отцом. Пока что эти мечты нереальны, но вскоре, Юнги думает, что может сделать их правдивыми и реальными. Пока правда не представляет как, думает, с чего нужно начать. Но в итоге он надеется на хороший исход.