my first and last

I’m taking the opportunity To make my first love last till the end NCT Dream - My first and last

      Ёнхо буксирует мимо толпы студентов, что снуются туда-сюда, но никто не преграждает им путь, разве что некоторые вслед кричат приветствие американцу, а после замечают его кислую мину и без слов понимают, что лезть к тому не стоит. Тэн еле поспевает за парнем, иногда спотыкаясь об свои шнурки, о чём ругается, однако это волнует Ёнхо в последнюю очередь. Таец настолько хорошо знает своего бывшего, что вовсе не удивляется, когда старший притаскивает его в пыльную техническую комнату рядом лестницей. Вернее, рядом с ней, потому что она строго закрыта на ключ, который водится только у старушки-уборщицы. – Итак, – Джонни встаёт слишком близко, чтобы Тэн мог здраво соображать. – Что за херня была только что, Тэн? – Круто я придумал, да? – парень ослепительно улыбается. – Как думаешь, Тэён купился? – Ку… Так, блять, теперь я совсем ничего не понимаю! – Не ори ты так, – шикает Тэн, прищурив свои красивые глаза. – Сам же жаловался, что на личном у тебя перекати-поле на фоне степи, вот я и разбавил тебе её! – Тэн, блять.       Друзья говорили, что отношения с Тэном, по слухам, – эмоциональная горка, где в первую секунду всё чудесно, а потом мгновениями позже ставишь под вопрос об адекватности существования ваших отношений. Однако, предупреждения не остановили горячего, юного и возможно невероятно тупого Джонни на подвиги на свою новоприобретённую гейскую задницу. Серьёзно, как можно оставаться натуралом, когда с тобой в одной группе учился сам Читтапон Личайяпорнкул, а в простонародье Тэн? Вот и Ёнхо не понимает, наскоро попросив прощения у подружки детства в Чикаго, что терпеливо ждала возвращения парня. Точнее, она не ждала, они просто договорились в день улёта Джонни, что если они не найдут себе никого к пятидесяти годам, то съедутся вместе и заведут четырёх попугаев, чтобы хоть у них было по паре. К слову, подруга не расстроилась, даже подозревала, что Джонни из голубого отряда, о чём благоразумно промолчала.       Прелесть отношений в том, что ты никогда не знаешь, что ожидать – будь то мягкие поцелуи на публике, или вовсе проклятия в свой адрес за слишком горячий кофе. Джонни может в пьяном бреду привести очень много примеров алогичности их отношений, однако почётное первое место занимает один единственный вопрос, которым Со задаётся холодными одинокими ночами после долгого нытья в трубку от Юкхэя. Тэн вообще был в курсе, что они встречались?       В смысле, Тэн настолько эксцентричный, что его мотивы чёрт разберёшь – по симпатии, по приколу или из любопытства? Иногда Джонни казалось, что легкомысленность Тэна настолько поразительна, что парень никогда всерьёз не воспринимал зарождающуюся симпатию американца. Нет, Ёнхо даже рад такому раскладу, потому что разошлись они мирно и по-прежнему являются близкими друзьями – вплоть до того, что Тэн взял в свои маленькие руки устроить личную жизнь бывшего. Даже втихую сводил его на свидания вслепую без его же ведома – Ёнхо был уставшим, голодным и морально изнасилованным после рубежной недели и одним своим видом пугал потенциальную пару. А когда американец убедительно просил тайца выбирать даты, где он не смахивает на зомби, то Тэн пожимал плечами и говорил, что так скучно, что нужно начинать с негативного, чтобы в будущем вспоминать со смехом. Все знакомы со сдвигами тайца и на любой ненормальный подвиг лишь пожимают плечами, мол, это Тэн, это не лечится. И сейчас Ёнхо проводит ладонями по своему лицу и глухо стонет, сгибаясь в три погибели под озорной взгляд Тэна, который перекатывается с пятки на носок, канюча: – Ну, классно же я придумал, а? – Тэн, солнце моё бангкокское, – ноет Со, не в силах повысить голос на взбудораженного парня. – Из всех людей почему именно с Лукасом? – Ну, так в фейсбуке это сейчас обсуждают, – недоумённо хлопает ресницами тот. – Про слухи я не врал, Джонни, люди реально думают, что ты и Лукас... – Блять, как?! Тэн услужливо вытаскивает из кармана сотовый, открывает ссылку и показывает смазанные фотографии Со с Юкхэем под таким ракурсом, будто Джон целует Вона. Следующее видео недавнее, снятое как раз в столовой, где они придуривались в очереди – кто бы мог подумать, что кто-то их незаметно снимает на видео? Со отчётливо слышит глубокий голос Юкхэя, обещающее отплатить, как следует, и Джон только сейчас понимает странный подтекст фразы. – Знаменитые студенты своих факультетов сошлись на почве долгой дружбы? – пафосно читает заголовок Со, еле сдерживаясь, чтобы не швырнуть чужой сотовый в стенку. – Как всем известно, Ёнхо Со, так же известный, как Джонни, переведённый студент из Иллинойсского университе- Так, начнём с того, что я не переведённый студент! – Джонни, тебя реально только это задевает? – закатывает глаза Тэн, пока Ёнхо беззвучно шевелил губами, глазами пробегаясь по тексту. – Его долгая дружба с Вон Юкхэем не единожды ставилась под вопросом, – Джон скалится. – Слушай, не звучит ли так, будто какая-то крыса из желтухи пытается подорвать мне жизнь? – О, это напомнило мне один лакорн! – с энтузиазмом кивает Тэн. – Правда там в конце эти два друга сошлись… – Знаешь, вот сейчас ты мне нихрена не помогаешь, – страдальчески стонет Джонни, еле силясь, чтобы не ударить бывшего при всей его слабости к мелковатым людям.– Как мы, блять, встречались и я не хотел тебя прихлопнуть? – Потому что я прекрасен, – парень не ленится вытащить из сумки с фанерой искромсанные куски разноцветной бумаги и раскидать, как конфетти, попадая в лицо американцу. – И я целуюсь классно. И не смей спорить, я помню, как ты стонал мне в губы, извращенец.       Рядом раздаётся грохот и Ёнхо пихают ближе к ошарашенному Тэну, из-за чего таец ударяется затылком об стену, тихо прошипев ругательства и уронив свою сумку на пыльный пол. Джонни, чуть не придавив парня к стене, с разгневанным выражением лица оборачивается на того, кто толкнул его, толком не разглядев нарушителей их беседы. – Эй, найдите себе друг… – лицо Со проясняется, когда он присматривается на нарушителей, и удивляется. – Кун?!       Тэн нетерпеливо выглядывает за плечо Джонни, встав на носочки, опасно покачиваясь на парня, и видит побледневшего Куна и незнакомого белобрысого парня. Ёнхо выжидающе пялится на смущённого друга, который будто боится сказать что-нибудь, и путь к нему преграждает Хансоль, словно встав на его защиту, что немного смешит Джонни.       Джи Хансоль перебивался от их университета к другому, из-за безнадёжности его специализации, которую закрыли в их университете и парню, несмотря с судебными разбирательствами, пришлось перевестись в другое учебное заведение. Парень старался поддерживать связь с ребятами, с которыми он сдружился за время консультаций и подготовительных курсов, однако небольшое расстояние и разная атмосфера в университетах давала о себе знать, и они стали забывать друг о друге, иногда припоминая о своём существовании в праздники и дни рождения.       Недавно Ёнхо слышал от Тэиля, что Хансоль решил пройти у них магистратуру, только американец близко эту информацию не воспринял. Да и сам Джи не спешил на скорейшую встречу с друзьями – Джонни помнит, каким расстроенным из-за отменённой встречи был Юкхэй, на миг забывший о Чону. Однако больше всех, Ёнхо готов поклясться, по Хансолю скучал Кун, потому что Джи в большей степени помогал ему с корейским, терпеливо объясняя одни и те же темы по несколько раз, разжевывая словно детсадовцу. – Кун? – зовёт друга Джонни, кивнув в знак приветствия Хансолю. – Чёрт, – тихо выдыхает Кун, надёжно спрятавшись за нахмуренным Джи, и несмело отвечает. – Позже, ладно? – Постарайся уж, – хмыкает себе под нос Со, пока Цянь спешно уводит старшего, потянув за манжету белоснежной рубашки.       В уютном месте возле лестницы всё так же пыльно и прохладно, Тэн ненароком вспоминает, как уводил сюда Джонни и целовал до спёртого воздуха и дрожи в коленках. У Ёнхо ещё была эта милая привычка прижимать его к себе, чуть приподнимая над полом и оставлять быстрые поцелуи по его лицу, заставляя Тэна по-настоящему солнечно улыбаться и тихо смеяться. Им завидовали многие, некоторые ребята с графического дизайна, однокурсники Тэна, рисовали пару, заставляя тайца завидовать таланту знакомых. Те успокаивали парня, мол, ты же со строительного к нам перевёлся, успеешь догнать, не волнуйся. А Джонни и вовсе предпочитал внушать всё это горячим шёпотом в ухо, крепко сжимая Тэна в объятиях.       Несомненно, Ёнхо не скупился ни на что, что касалось Тэна, и тот часто чувствовал вину, корил себя, что зачастую смотрел в другую сторону, вместо того, чтобы наслаждаться вот этими отношениями с классным парнем и его крышесносными поцелуями. Исчерпанная история, где один симпатизирует, а другой позволяет – Тэн даже не был удивлён, что они расстались мирно, без скандалов, как любят некоторые люди. – Эй, Джонни, – Ёнхо поворачивается к Тэну, на мгновенье забыв о существовании парня. – Что будем делать с этими слухами? Ёнхо устало вздыхает, трёт вспотевшие ладони об свои джинсы и качает головой. Тэн приваливается спиной об стенку, не заботясь, что возможно испачкает одежду, и вертит в ладонях свой смартфон, задумчиво склонив голову на бок.

~~~

– Их долго нет, – обеспокоенно молвит Тэён, чем и обращает внимание Юкхэя, и машинально качает головой. – Просто, Тэн выглядел таким злым. Как бы он не убил Джонни в подвальных кабинетах. Там же макеты чуть ли не пятидесятых годов.       Вон хмыкает на пресловутую причину беспокойства Ли, и продолжает жевать лапшу, лениво рассматривая торопящихся студентов, и в глубине души испытывает стыд за свою легкомысленность – может Юкхэй и ненавидел посещать пары, тем более на пустой желудок, но он никогда не прогуливал две пары подряд, если это не с некоторыми одногруппниками. Когда сбегаешь с Марком и Донхёком, а в особенные дни, если удаётся уломать Сяоджуна, то как-то на сердце спокойней становится – если их и поймают, то отдуваться им тоже всем вместе. Правда с некоторых пор Сяоджун категорически против прогулов после воспитательного разговора с преподавателем Ву, что в их университете был магистрантом, и, видимо, это повлияло на парня. – Лукас, у тебя нет пары? – интересуется Ли, подкладывая парню больше мяса, получая отрицательное мычание. – Ох, мне придётся тебя оставить, а то у меня градостроительство у учителя Лу, а я у него далеко не любимчик. Тэён хватает свой увесистый рюкзак, треплет волосы младшего с очаровательной улыбкой и тихо говорит: – Если вдруг Джонни вернётся… – Скажу, что ты на пятом этаже? – широко улыбается Вон и Ли, заливисто смеясь, щёлкает парня по носу. – Всё-то ты знаешь, Лукас.       Юкхэй машет на прощание, ровно, как и Тэён, а когда старший скрывается за дверьми, то Вон вытаскивает сотовый, чтобы напечатать старосте, что его вообще не будет. Староста материт его, но соглашается прикрыть его при условии, если завтра Вон предоставит справку из медицинского пункта. Потому что иначе преподаватель До не примет блудного студента на следующую пару. Он убеждает себя, что просто морально не готов к паре технической механики, как и к другим предметам, чего уж лукавить. Ещё эта чёртова церковь так и недоконченная валяется у его кровати в ожидании своего часа, только вгоняет тоску и чувство безнадёжности. Боже, он так сильно переживал о Ким Чону, что напрочь забыл про уроки и что от всего этого страдают его итоговые баллы. А имеют ли значение эти баллы, если ты не получаешь от них удовлетворения?       Юкхэй получает сообщение от Юты с угрозами, чтобы тот не прогуливал, и Вону грустно, что его друзья старше его по курсу, так бы хоть кто-то был рядом в эти адские рубежные дни и организовывал процесс работы, потому что у Юкхэя немного беда с тайм-менеджментом. Помнится, мама его ругала за это, потому что его отец тоже откладывал всё в дальний ящик до крайнего срока из-за чего в конечном итоге страдали все. Предаваясь воспоминаниями о любимых родителях, Юкхэй жует булочку с корицей, уставившись в одну точку – жалкое зрелище, откровенно говоря. – Лукас?       Вон выныривает из своих нерадужных мыслей, почувствовав лёгкое прикосновение холодных пальцев к макушке. Юкхэй оборачивается и почти давится сдобным тестом, пока Чону неуверенно улыбается парню, неловко сжав пальцы в кулак. Пепельные отросшие волосы растрепаны, будто парень со всех ног несся к нему, об этом свидетельствует так же яркий румянец на щеках старшего.       Он упорно старается сосредоточить взгляд куда-нибудь мимо Чону или хотя бы на его волосы, потому что смотреть ему в глаза чревато последствиями, Юкхэй уверен. Ким с лёгким трепетом наблюдает, как активно начинает жевать Вон, забавно шевеля надутыми щеками – напоминает ему недавно просмотренное видео с кроликом, поедающим малину. Лукас, конечно, не кролик, но очарование такое же. – У тебя пары нет? – мягко интересуется Чону, на что Юкхэй быстро мотает головой. – Не против, если я сяду с тобой? Ты же никуда не уходишь? Вон вновь мотает головой под тихий смех уходящего к толпе очереди старшего. В груди об рёбра отчаянно бьётся сердце, грозясь переломать кости и оставить парня с зияющей дырой. Юкхэй дышит через раз, давясь сладким ароматом весны и просто не может оторвать глаз от такого красивого Чону, что до комичности тщательно выбирает между двумя видами выпечки, вертя головой между двумя подносами, из-за чего его мягкие волосы легко растрепываются, заставляя Вона тихо страдать. Это так странно, он давно наблюдает за Чону, но каждая их случайная встреча будто первая, внезапная, как и навалившиеся чувства на его сердце. Yuta-senpai Эй, ты чего опять прогуливаешь?! Юкхэй кидает очередной быстрый взгляд на Чону, что возвращается с подносом, и сосредоточенно лавирует между студентами, извиняясь и кивая с улыбкой.

lukiss Хён, я, кажется, снова влюбился

– Я тебе тоже взял, отказы не принимаются, – Чону аккуратно раскладывает тарелку с пончиками в форме микки мауса, щедро покрытыми шоколадом. – А ещё, я не знал какой чай ты будешь, поэтому взял просто чёрный.       Ким ещё что-то пыхтит, периодически мило сдувая чёлку со лба, а Юкхэй не слышит ничего, кроме своего учащенного сердцебиения, что набатом стучит в голове. Чону удивительный – с каждым разом хочется узнать о нём всё больше и больше, словно тот кладезь тайн, однако спросить напрямую у Вона не хватает решимости и зачастую им руководит страх испортить всё. Скорей всего, это немного странно – просто восхищаться одним существованием Ким Чону и его смущённой улыбкой, когда он понимает, что опять сменил тему не в то русло. – Ты сегодня какой-то несговорчивый, – подмечает Ким, склонив голову на бок, а после мямлит. – В-в смысле, ты обычно громко разговариваешь на всю библиотеку с друзьями и, нет-нет, я не хочу тебя ругать, что ты нарушаешь правила и… Ох боже, я опять тараторю непонятно что, да? То есть я хотел сказать, что ты обычно такой болтливый, а сейчас молчишь и это непривычно, понимаешь? В-вот.       Юкхэй неловко потирает шею, боясь, что его проклятье вновь даст о себе знать в самый неподходящий момент. Он хочет передать какими-нибудь сигналами, чтобы Чону потерпел немного эту угнетающую тишину, однако это несправедливо по отношению к нему – с чего это Ким должен ждать, когда эта идиотская икота исчезнет? – А ты слышал про олимпиаду? – Чону чарующе улыбается, а после отпивает из кружки и искренне удивляется, когда Юкхэй мотает головой. – Как? По всему пятому этажу столько плакатов в поддержку нашим студентам, Лукас!       Вон медленно жует сладкое тесто пончика и принимает крайне задумчивый вид. Вроде бы Сяоджун говорил что-то об этом, его ещё Донхёк подталкивал и трещал, чтобы он побыстрей зарегистрировался, а не как в прошлом году. Ах, да, тот ещё чуть ли не со слезами на глазах вышел из поточной аудитории ближе к концу олимпиады и выл, что там много талантливых студентов из других университетов. Стыдно даже – его друг небось вовсю переживает, а он даже не поинтересовался его делами. – Ты придёшь поболеть? – робкий голос Чону застаёт парня врасплох, и он застывает с ошарашенным выражением лица с набитыми щеками. – З-за нас? Придёшь поболеть за нас? Твои одногруппники тоже вроде будут. Юкхэй кивает с таким энтузиазмом, что со стороны кажется, будто его голова вот-вот оторвётся от шеи, на что Чону не сдерживает тихого смеха, прикрывая своим кулаком. И сердце бедного влюблённого парня вновь останавливается. Если Вселенная действительно слышит его, то Юкхэй хотел бы поблагодарить её, что его первой любовью оказался Ким Чону из моря людей. Yuta-senpai В смысле? Юкхэй? Лукас Вон Юкхэй! Лол это так странно прозвучало Юкхэй, бля, не игнорь!

lukiss Хён Это пиздец Боже, я не знаю как это объяснить Окей, я отдышался Кажется Я сделал Чону предложение

Yuta-senpai ТЫ ЧТО?!