Туманы Арвалона, или Охота на дракона

Джастин не заметил, как уснул, а когда проснулся, обнаружил, что солнце уже заглядывает в приоткрытые жалюзи. Он сосредоточился, пытаясь понять, что вырвало его из сна. Услышал выстрелы, вскочил и тут же, скрипнув зубами, прижал ладонью рёбра. — Чёрт… — послышалось вдалеке. Голос Келби. — Не хотел тебя разбудить. — Что за дерьмо? — пробормотал Джастин и протёр слипшиеся глаза. — Террористов гоняю. Устал в засаде сидеть. Джастину показалось, что продолжается кошмарный сон. — Тебе не хватает настоящих? — спросил он и, протолкавшись к раковине по лабиринту из мебели, пустил воду. Сунул голову под кран и принялся тереть лицо. — Мне кажется, между нами уже происходил этот разговор. Всё веселье обычно достаётся вам двоим. И вообще, хватит тут сырость разводить. Джастин промолчал. Разговор у них действительно был. И объяснять Форесту, как хреново себя чувствуешь после того, как тебя несколько часов бьют «террористы», не имело смысла: кто не пробовал — не поймёт. Джастин выключил воду, щёлкнул кнопкой на электрическом чайнике и, опершись бёдрами о столешницу, поинтересовался: — Где Дэвид? — Я здесь, — голос Дэвида звучал непривычно бодро, хотя Джастин и не помнил, когда слышал в нём какие-либо нотки тепла. Дело не в том, что Дэвид был холоден с ним, Джастином. Он был холоден вообще всегда. Сейчас же он шагнул к Джастину и, остановившись вплотную, так что они соприкасались обнажёнными животами, замер. Руки Дэвида легли Джастину на мокрые плечи, рассылая по венам огонь. Скользнули выше, пальцы бережно коснулись шеи и, приподняв лицо Джастина, стерли с него мелкие капельки воды. Губы Дэвида сомкнулись на его губах. Поцелуй был сладким. Таким, о каком Джастин всегда мечтал. И таким, какого не было у них никогда раньше — или, по крайней мере, очень давно. Язык Дэвида скользил у него во рту, умело лаская нежные места, пробуждая голод. — Дэвид… — сказал Джастин тихо, когда губы Дэвида мягко сдавили его губы напоследок и исчезли, — мне казалось, мы уже миновали этот этап. — Я боялся за тебя, — бархатистые нотки в голосе Дэвида пустили по телу дрожь. И тут же, следом за ней, пришла боль. Джастин зажмурился. «Не нужно просить прощения, умолять или спрашивать «Зачем?». Слова Говарда молнией пронеслись в голове, и из горла Джастина вырвался нервный смех. Он был горьковатым на вкус, но остановиться Джастин не мог. Продолжая смеяться, он уткнулся лбом Дэвиду в плечо и обнаружил, что большие ладони гладят его по обнажённой спине. — Ты такой красивый, Дэвид… — прошептал он. «Тебе так трудно отказать». Джастин запрокинул голову, позволяя влажным волосам рассыпаться по спине. Расправил плечи и, положив руку Дэвиду на щёку, втянул его в новый, долгий и жадный поцелуй. «Я тоже умею играть в эту игру». Пах Дэвида прижался к его затвердевшему паху, и бёдра медленно качнулись, потираясь о него. — Хочу тебя прямо сейчас… — прошептал Дэвид. — И я тебя, — Джастин поддел носом его нос. — Но бьюсь об заклад, у нас ещё есть дела. Дэвид кивнул и с ощутимой неохотой отстранился от него, напоследок мазнув ладонью по плечу. — Форест, покажешь, что ты нашёл? — спросил он и двинулся по направлению к компьютерному столу. Джастин не спешил следовать за ним. Сначала засыпал кофе в кружку, залил кипятком и добавил сахара. Размешал. Подул на горячий напиток и только потом пошёл смотреть. По экрану перед Форестом ползли строчки расчетов, результаты опросов, статистические данные, вырезки из газет. В одних речь шла о событиях, которые совсем недавно произошли с Богартом и с ним. Другие были подписаны именами, которые Джастину ничего не говорили. — Может показаться, что мы уже очень близки к цели, — озвучил суть этой презентации Дэвид, — но на самом деле между нами и выполненной миссией по-прежнему стоит решение Курта Богарта. Мы просчитались, и он сумел переманить лидера партии Свободы на свою сторону. Однако это не столь важно. Когда Богарт изменит решение, тот последует за ним. Джастин стоял, прислонившись к стене, и молчал. Дэвид продолжал рассказывать что-то о вероятностях и результатах, а Джастин думал о Бетси и о том, хотела ли она так умереть. Он старался не переживать о смерти тех, кто становился его союзником на время, но сейчас, когда они оказались втроём, Джастин необычайно остро ощущал, что в лофте не хватает кого-то ещё. — Дэвид… — окликнул он. Дэвид поднял глаза от экрана, и в них читался вопрос. — Почему Бетси работала на Орден? — спросил Джастин. На несколько долгих мгновений наступила тишина. Келби перестал щёлкать клавишами и сидел неподвижно, глядя в экран. — Я сделаю себе кофе? — наконец первым предложил он. — Иди, — согласился Дэвид. Келби встал, но вместо того, чтобы отправиться в кухонный закуток, вышел из лофта. Теперь его худощавую фигуру можно было видеть за окном. Дэвид проводил его взглядом и снова посмотрел на Джастина. — Ты же знаешь, мы не задаём друг другу таких вопросов. — Думаешь, это страшная тайна… теперь, когда она уже мертва? — Нет, — спокойно ответил Дэвид, — просто я никогда об этом с ней не говорил. — Но ты знаешь, почему здесь я? — спросил Джастин. Дэвид молчал и оставалось только гадать, знает он всё же настоящий ответ или нет. А Джастин невольно вспомнил улицу, по обе стороны которой небоскрёбы вздымались до самого неба. Своё отражение в пыльном стекле давно закрывшегося магазина — там, где он жил, мелкие магазины стремительно вымирали, уступая место корпорациям и торговым сетям. Потом вспомнил свои ноги в рваных кроссовках — он сидел на асфальте, опершись о бугристую стену старого здания спиной. И фигуру Дэвида, в чёрных джинсах и чёрном плаще, под которым так легко было спрятать что угодно, даже автомат. Чёрные волосы, не такие ухоженные, как у героев стереокино, но падавшие на плечи густой волной. Глаза, пристально и спокойно смотревшие на него. Дэвид походил на ангела смерти, который пришёл вынести приговор. Он и был ангелом смерти, потому что Джастин впутался тогда в игру, из которой не было другого выхода, кроме как умереть. Он был обычной лишней фишкой на чужой доске, и, если бы не Дэвид, настоящие игроки смели бы его, оставив валяться у обочины раскуроченный труп, который уже никто и никогда не смог бы опознать. — У тебя есть выбор, — спокойно сказал Дэвид. — Ты можешь умереть — или ты можешь работать на нас. Но Джастин не боялся смерти. Иногда ему казалось, что он и не рождался вовсе, а жизнь — одна бесконечная серая пустота, в которой он плавает, как в проруби дерьмо. Джастин хотел рассмеяться Дэвиду в лицо. Плюнуть. Достать собственный пистолет и выстрелить — не потому, что ненавидел, а просто чтобы доказать, что ему всё равно. Вместо этого он смотрел в чёрные глаза, затягивавшие в обжигающий водоворот, и сам не заметил, как кто-то чужой шевельнул его языком и произнёс: — Да. Джастин отвернулся, разрывая контакт глаз, успевший стать невыносимым. — А почему здесь ты, Дэвид? Дэвид молчал. — Или этого мне тоже не положено знать? — Джастин, — Дэвид шагнул к нему и обнял со спины. Тело Джастина оставалось напряжено, но Дэвид не уходил. Носом сдвинул в сторону спутавшиеся волосы и запечатлел на самом верхнем позвонке поцелуй. — Ты не об этом хочешь спросить. Джастин задумался. — Нет, не об этом, — признал он. — Я хочу, чтобы от меня что-то зависело, Дэвид. — От тебя зависит успех нашей операции. Прямо сейчас. — Я хочу хоть раз в жизни иметь возможность что-то решить сам. — Один раз? — Дэвид издал тихий смешок. — Что ж, хорошо. Думаю, у тебя достаточно опыта, чтобы взять разработку плана на себя. Джастину захотелось ударить его. Он почти не сомневался, что Дэвид понимает, о чём он говорит. — Но дело и не в этом, — продолжил Дэвид, будто прочитав его мысли. — Тебе жалко его, так? — Мальчик ни в чём не виноват! — Мы не пауэр рейнджеры, у нас нет возможности решать, кто виноват, а кто — нет. — И тем не менее, Дэвид. Что ты собираешься с ним сделать? Он развернулся и посмотрел Дэвиду в глаза. — Если Богарт согласится на наши условия, я его отпущу. Он ничего не видел и не опасен для нас. Джастин поставил чашку на стол и двумя руками потёр глаза. Синяки отозвались глухой болью. — Возможно, ты хочешь сам взглянуть на него? — продолжил Дэвид. — Убедиться, что ему никто не причинил вреда? Джастин почувствовал в его голосе подвох и потому качнул головой. — Нет, — сказал он. — И лезть в твою работу я тоже не хочу. Давай продолжим. Что ещё требуется от меня? Дэвид кивнул и, коснувшись плеча Джастина, подтолкнул его к стулу, усаживая туда, где раньше сидел Келби. Сам он замер у Джастина над плечом, так что тот чувствовал исходившее от сильного и знакомого тела тепло. Так легко было бы отдаться сейчас целиком… Джастин почти не сомневался, что Дэвид позволит ему это. Джастин сделал глубокий вдох, силясь успокоиться, но вместо этого ощутил, как пропахший потом и мускусом воздух входит в его лёгкие, будоражит те струны души и тела, которые сейчас были абсолютно не нужны. Боль в груди стала чуточку сильней, но Джастин привычно подавил её и сосредоточился на мониторе. Рука Дэвида легла на мышку и принялась щёлкать по окнам. — Самое ценное, что нам удалось установить — Богарт действительно связан с зелёными боевиками. До сих пор в газетах мелькали сплетни о том, что он финансирует их, но подтверждения у Ордена не было, и мы считали, что это фейк. — Этой информации не будет достаточно для шантажа? — Боюсь, что нет. Эта новость слишком стара, а Богарту, похоже, наплевать на мнение прессы — у него отличная подушка безопасности в виде скандалов, которые стелятся за ним хвостом. Однако ему прощают эпатаж до тех пор, пока его выходки не приносят вреда. Но если боевики устроят теракт в черте города — это будет уже другой разговор. — То, о чём говорил Курт, — устало произнёс Джастин. — Нападение на сенат… Ты думаешь, он правда собирался это сделать? — Сомневаюсь. Полагаю, он тебя проверял. А Тортон купился. Слишком испугался за себя. Я был против нападения на городскую квартиру, однако в конечном счёте и оно сыграло на нас. Если бы не этот идиотский штурм, мы бы не добрались до Криса никогда. — Ладно, что теперь? Как я понимаю, Курт не горит желанием идти на уступки. Дэвид усмехнулся. — Мне следовало понять, что он не тот человек. Это ведь было ясно с самого начала, но по той информации, которую ты нам принёс, — на этих словах Джастину снова стало тошно от самого себя, — у меня сложилось впечатление, что Крис всё-таки может стать идеальным рычагом. Мы оставим этот вариант на перспективу, но в параллель попробуем нанести удар по репутации Богарта, как и собирались изначально. Келби вышел на одного из руководителей кланов зелёных. За умеренную сумму они готовы нанести удар по Конклаву. Будто в подтверждение своих слов, Дэвид щёлкнул по одному из окошек, и на экране появилось бородатое лицо. Окошко разделилось на два сегмента, и пока человек в левой части говорил о чём-то в сопровождении субтитров на незнакомом языке, на правом экране пошла хроникальная запись какого-то штурма. Джастин видел, как люди в камуфляже ведут автоматную стрельбу. Как один из их противников падает замертво, и как человек в камуфляже с зелёной повязкой на рукаве ставит ему на горло сапог. Побеждённый коротко вскрикнул, сапог надавил сильнее, и шея вывернулась под неестественным углом. Изо рта мертвеца потекла кровь. Кадр сменился, и Джастин продолжал смотреть, как падают противники зелёных один за другим. — Зачем Курту это надо? — глухо спросил он. Он всё ещё не понимал до конца, что за война идёт на экране, но ему внезапно стало не всё равно. — Зелёные — фанатики, они хотят установить на Арвалоне диктатуру драконорожденных. Оказывая им скрытую финансовую поддержку, Богарт серьёзно подрывает авторитет своих политических противников. Зелёные наглядно демонстрируют обитателям Арвалона, что будет, если консерваторы победят. — Расизм, — тихо сказал Джастин, до которого наконец дошло. — Именно так. Зелёные считают, что те, в ком нет драконьей крови, годятся только на роль рабов. — Откуда эта запись? — С одного из восточных островов. Сейчас зелёные по большей части ведут сопротивление там. Официальные власти то высылают против них войска, то объявляют переговоры о мире… Обычно боевики соглашаются на их условия, когда боеприпасы подходят к концу, но стоит нашему другу Богарту осуществить очередную поставку — и зелёные получают возможность нарушить соглашение. — Будет глупо, если я скажу: «Они же убивают людей»? — «Жизнь — это война всех против всех», Богарт никогда не скрывал, что так считает. Джастин сглотнул. Он и сам отлично помнил эти слова. Ответить что-либо он не успел. На экране моргнуло сообщение вызова, и Дэвид резко оттолкнул его. — Не суйся в кадр, — коротко приказал он. Сам сел за стол и нажал приём. Лицо Богарта, усталое и ещё более небритое, чем обычно, показалось на экране. — Доброе утро, мистер как-вас-там. — Можно просто Дэвид, — Холиман никак не отреагировал на подкол. — Да, я, честно говоря, потратил некоторое время на то, чтобы выяснить, как же тебя на самом деле зовут, — но ничего более ценного, чем эти пять букв, не нашёл. Браво, этот кон за тобой. — Я не игрок, — сказал Дэвид так же спокойно. — У меня есть задача, которую я должен решить. На самом деле она очень проста для тебя. Но твоё упрямство задерживает нас обоих. Джастин видел — хотя мог бы поклясться, что этого не смог бы разглядеть ни Дэвид, ни кто-либо другой — как лицо Курта исказила боль. — Я пришёл к тому же выводу, — только и ответил Богарт. — Я мог бы пойти на некоторые уступки. Но прежде я должен получить Криса. — Не пойдёт, — оборвал его Дэвид. — Я не настолько верю твоему слову. — Выбора у тебя нет. Зато у меня появилось ещё кое-что… на обмен. Полагаю это тебя может заинтересовать даже больше, чем вопрос о вступлении в Сеть. Курт достал откуда-то сигарету. Не такую, какие курил обычно — коричневую, с серебристым ободком на фильтре, — а белую, без фильтра вообще. Когда Курт принялся щёлкать зажигалкой, Джастин заметил, что пальцы его подрагивают. Захотелось шагнуть в экран и стиснуть эти пальцы, поднести к губам, как он уже делал это, когда они с Куртом оставались вдвоём. Потом Курт надавил на какую-то клавишу, и Джастин услышал собственный голос: «Ладно, что теперь?» Джастин вздрогнул. Пальцы заскребли по коже там, где всего сутки назад Говард сделал надрез. Кожа срослась ещё не до конца, и под ней отчётливо ощущался металлический комок. Джастин с трудом подавил яростный вой. «…Мы оставим этот вариант на перспективу, но в параллель попробуем нанести удар по репутации Богарта, как и собирались изначально. Келби вышел на одного из руководителей кланов зелёных. За умеренную сумму они готовы нанести удар по Конклаву». Джастину захотелось удариться о стену головой. — Как я ненавижу вас всех… — прошептал он. Дэвид на него не смотрел. Курт тоже никак не комментировал запись. — И чем это тебе поможет? — спросил Дэвид. — Я знаю людей здесь, на Арвалоне, которым будет любопытно, с кем, кроме них, работает «Орден вечных звёзд». Мало того, когда эта запись попадёт к ним, тебе и твоим людям уже не удастся покинуть мир ни через одни Врата. Дэвид молчал. Оставалось только гадать, ожидал он такого поворота или нет. — Так что, Дэвид, когда мы встретимся, чтобы провести обмен? Или мне просто отправить эту запись по нескольким адресам? — Я пришлю координаты, — сказал он наконец. — Но каковы гарантии, что единственная копия будет у тебя? — Никаких гарантий нет. Ты либо веришь моему слову — либо нет. Оба замолкли, пристально изучая друг друга.  — Согласен, — признал Дэвид наконец. — Но на встречу ты должен прийти без охраны — и сам. — Никакой охраны, — подтвердил Курт. Джастину показалось, что тот согласился на удивление легко. Потом в глазах Богарта промелькнул знакомый нечеловеческий огонёк. — До встречи, — сказал он и нажал отбой.