Жизнь по ту сторону

      Сиэль внимательно осматривал Дворцовую площадь, кишащую самыми разными существами, подмечая любую мелочь и просчитывая возможные пути отступления в случае провала. В Лондоне не было таких впечатляющих мест. Нет, не красивых, едва ли это слово подходило под описание, но масштабных. Площадь напоминала Колизей, только превосходила его размерами раза в два, а разнокалиберные цепи петляли от арки к арке, наводя на мысль об огромной клетке. Невольно Сиэль поежился и дернул за складку тонкой накидки Мелюзины, та немедля нагнулась к нему. - Что там происходит? – граф кивнул на арену внизу, надеясь, что будет услышан сквозь непрекращающийся гвалт. Они находились слишком высоко, и разглядеть что-либо мальчику с низким ростом было весьма затруднительно. - Хотите посмотреть сами?       Сиэль сомневался, что правильно расслышал, но все же кивнул и чуть не охнул от удивления, когда был с легкостью поднят на руки. Наверное, ему полагалось смутиться, учитывая странность ситуации, однако любопытство перебороло привитые условности и правила приличия. Взгляд тут же метнулся вниз, где за невысоким барьером на круглой, как блюдо, арене была установлена низкая жардиньерка, сверкающая многочисленными роскошными топазами, вкрапленными в тонкую ножку. Сиэль сразу догадался, где находился нужный предмет – внутри сплетенных в виде сферы тонких цепочек, повисших над подставкой. Наверняка это и было то самое препятствие, которое посчастливилось преодолеть ныне мертвому демону. Но было там и другое зрелище, не столь приятное глазу: у стойки с осколком на земле корчилось в агонии что-то непонятное, визжащее и дымящееся, как угасающие угли. Существо болезненно скрючилось, еще несколько предсмертных конвульсий сотрясли тело, и оно затихло. Бааторцы повскакивали со своих мест, радостно ликуя и оглушительно свистя. За считанные секунды сцену наводнили мелкие создания размером с тарантула, не оставив от тела несчастного даже костей.       Сиэль повертел головой, пытаясь отыскать в толпе Себастьяна, однако не особенно надеялся на успех. Он знал, это равносильно поиску иголки в стоге сена, но развлечения демонов были слишком отвратительны, чтоб на них хотелось смотреть. Впрочем, у людей не лучше. Когда граф снова глянул вниз, там уже новый желающий испытать удачу приближался к смертоносной сфере. Снова крик, боль, агония. Все повторилось, но теперь Сиэль видел, как это происходит от начала до конца. Существо отчаянно протянуло руки к желанной цели, но коснувшись одной из цепочек, окружавших ее, дико взвыло, изумленно осматривая загоревшуюся ярким пламенем кисть. Огонь очень быстро охватил свою жертву целиком и жадно поглощал добровольца, треща от удовольствия. - Вы уверены в том, что хотите этого? – удрученно проговорила Мелюзина на ухо Сиэлю и, отвернувшись, добавила: - Не понимаю, почему господин одобрил такую беспечность. - Я должен. - Но это глупо - так рисковать! Вы погибнете… - она осеклась. - Опусти меня, - холодно велел граф.       Ощутив под ногами твердую землю, он вновь заговорил. - Ты сама знаешь, что иначе я не могу поступить, - даже сквозь многоголосый шум девушка смогла различить слова, и Сиэль продолжал: - Мое время истекло больше года назад, не считая того, сколько я пробыл здесь. Я отдам долг чести. - Тогда мой вам совет - не забывать о ловушке. Ее не зря так сложно обойти. Разберитесь в себе. Если вы желаете достать осколок, желаете владеть им, то смерть не замедлит прийти, и даже господин не сможет помочь. - Я знаю чего хочу! - Вы так уверены, что сможете обхитрить Сферу? Для начала следует солгать самому себе, но и этого мало, нужно искренне верить в собственную ложь, чтобы… - Это должен быть я, - с твердой уверенностью пытался отсечь граф дальнейшие возражения. - Почему? - Потому что я – человек.       Мелюзина только покачала головой. - Не самый весомый довод. - По-другому Себастьяну не помочь, - бросил последний аргумент Сиэль и принялся пробираться к арене сквозь бушующую толпу. - Даже не надейтесь, что я оставлю вас одного, - она пустилась следом, не сводя глаз с хрупкой фигуры.       Оказавшись, наконец, внизу, мальчик только теперь осознал, насколько больше размер арены, чем казалось сначала, вид снизу делал ее еще более величественной и угрожающей одновременно. Отдельно от других мест для зрителей располагалась полукруглая ложа, которой раньше не было видно, зато сейчас Сиэль даже мог разглядеть находящееся внутри существо. Уныло подперев голову рукой, высокий и статный мужчина в сером плаще, спадающем с худых плеч, возлежал на заваленной подушками каменной плите, которую поддерживали, согнувшись пополам, четыре беса. Догадаться, кем являлась эта личность, было не сложно, Сиэль сразу признал в нем того, о ком рассказывала Мелюзина. Куимат небрежно махнул рукой, дав сигнал пропустить следующего претендента на осколок. А их оказалось не так уж мало. Граф рассматривал сгрудившихся у входа разномастных существ, рвущихся отдать жизнь в попытке прикоснуться к запретному камешку, и сомневался в том, что никто из них не понимал, насколько мизерны их потуги.       В действительности никто и не ведал, что большинство присутствующих всего лишь марионетки, действующие по воле своего повелителя, не смеющие нарушить его приказ и сорвать представление. - Вы не обязаны делать это один, - от неожиданного шепота Мелюзины над ухом мальчик чуть не вздрогнул. – Я пойду с вами. - Нет. - Господин приказал присматривать за вами, я этим и занимаюсь.       Она упрямо сложила на груди руки и выжидающе сверлила Сиэля темными глазами. Граф молча капитулировал, спор был явно бесполезен. Сейчас его заботило другое – на что похожа смерть в огне? Нужно ведь быть готовым ко всему.       Демоны в Бааторе оказались не такими уж бессмертными, этот мир не щадил даже своих отпрысков. Страх неудачи тенью прокрался в сознание, не сразу замеченный хозяином. По мере уменьшения очереди Сиэля начали одолевать сомнения. Вдруг он что-то упустил, в чем-то ошибся, не рассчитал силы и не сможет пройти испытание? Стало жутко от этих мыслей, они градом сыпались на голову, рисуя возможные варианты событий в случае провала. Неверный шаг – и он обречен, ничего уже не исправить. Но Сиэль стоически отгонял назойливые видения собственной смерти. Вот он весь в огне, пылает, не хуже факелов Флегетоса…       Внезапное ощущение на себе чьего-то пронизывающего взгляда, следящего за каждым движением, отрезвило. Чувства обострились до покалывания кожи по всему телу. Он здесь. Себастьян где-то здесь. Смотрит. Наблюдает. Рядом. Теплое спокойствие затопило растревоженное сознание, мягко разгладило сомнения и придало уверенности. Ладонь Мелюзины невесомо опустилась на плечо, оказывая немую поддержку.       Когда пришел черед Сиэля, Куимат вдруг оживился, приподнялся и сел. Гудящий шум вокруг поутих, когда демон поднял руку, заставляя замолчать своих подданных. Граф вежливо поклонился, он чувствовал себя гладиатором на средневековом турнире, стоя под балконом, с которого на него изучающее смотрел судья этого развлечения. - Как интересно, - манерно протянул он.       По ярусам арены пробежал тихий ропот. - Я знаю, кто ты, - Куимат брезгливо изогнул плоские губы, выплевывая последнее слово: - Человек.       Сиэль вскинул голову. - Неужели ты хочешь умереть такой глупой смертью?       В голосе демона отчетливо слышалась издевка. - Зачем тебе осколок? Ты не сможешь даже подойти к нему. Для чего умирать так глупо? Мне будет очень обидно… если бездарно сгинет такой лакомый кусочек. Ммм… - от резкого вдоха крылья носа Куимата яростно затрепетали, а острый язык метнулся от одного уголка губ к другому. – Бесподобно. - Я не умирать сюда пришел.       Демон не обратил на слова Сиэля никакого внимания, продолжая разглагольствовать о своем: - Насколько мне известно, твоим хозяином является Андрас. Но его с тобой нет. - Наши пути разошлись, - без колебаний ответил граф, ему даже лгать не пришлось. - Допустим. А где же сейчас Маркиз? - Разве я должен это знать? – Сиэль с осторожностью выбирал выражения, догадываясь, что будет, если он допустит малейшую ошибку.       Наступила пауза, во время которой его буравили испытующим взглядом. - Что будет, когда я достану осколок? – граф прервал неизвестные ему размышления Куимата. - Какая самоуверенность, - рассмеялся заместитель Маммона. – Не «когда», сладкий мой, а «если» достанешь.       От фамильярного обращения Сиэля передернуло, но он пропустил его мимо ушей. - Хорошо. Если достану? - Он твой. - А что насчет нас? – Сиэль указал на себя и Мелюзину. - Ваши жизни в безопасности, - развел руками Куимат с самым невинным видом.       Граф чувствовал явный подвох, что-то неуловимо ускользало от него. Мельком глянув на свою спутницу, он отметил, как та напряжена. - Этого мало. - Хм, далеко пойдешь, мальчик, - весело заметил демон, явно не видевший в нем настоящей угрозы. – Будь по твоему, ни один житель Звенящего Хитера не тронет вас, если осколок Сердца все же каким-то чудом попадет к вам в руки.       Сиэль напряженно размышлял, но все же кивнул, принимая условия. Отступать все равно было уже поздно, и даже представляя исход этого предприятия, он не мог не согласиться. Куимат потер ладони, довольно скалясь. - Вот и прекрасно. Можешь начинать, - он устроился на своем ложе так, чтобы видеть абсолютно все происходящее на арене.       Не забыв проявить уважение, граф склонил голову и, резко развернувшись на каблуках, прошествовал к пресловутой подставке, по мере приближения замедляя шаг. Внутренне подобравшись, Сиэль сосредоточился на своих желаниях и ощущениях. Мелюзина остановилась рядом и положила руку на его плечо, отчего стало немного спокойнее, тепло ее присутствия действовало умиротворяюще.        «Мне не нужен осколок, - повторял про себя граф, не видя больше ничего кроме маленького камня. – Я всего лишь хочу снять печать контракта. Осколок мне не нужен… не нужен… Снять печать…»       Осталось совершить один маленький шаг и протянуть руку. Толпа снова загудела, от оглушительного свиста заложило уши.        «Только снять печать… только печать…»       Гомон с трибун стал слишком громким, нарушая стройный порядок мыслей мальчика, и он тут же получил болезненный воздушный толчок, будто его пыталась сбить с ног невидимая волна. Оказалось не так уж просто сделать последний рывок, какая-то сила заставляла повернуть обратно, но сдаваться в планы не входило.        «Я не могу сейчас уйти!»       Каждый раз, когда Сиэль пытался преодолеть оставшееся расстояние, он натыкался на странный барьер, отталкивающий его. Граф пошатнулся, но не позволил себе упасть. Вместо шага вперед он делал один назад.        «Не отступлю. Мне нужно…»        «Что же именно вам нужно?» – слишком четко прозвучало в голове, чтоб принять за разыгравшееся воображение.        «Избавиться от договора».        «Неужели? Вы уверены в этом? – вкрадчиво отозвался неизвестный голос. – Подумайте хорошенько, граф. С Сердцем Баатора вы сможете получить всё, что пожелаете: силу и власть, какие не видывали даже все владыки этого мира вместе взятые».        «Но Себастьян говорил, что я не смогу им воспользоваться».        «И вы поверили? Он же демон, а демоны не говорят правды, если не хотят».        «Себастьян не может мне лгать», - уверенно заявил Сиэль.        «Хмм, вы не хотите терять его, не так ли? – голос стал гораздо мягче и заботливей, сменив тактику. – Но для этого не обязательно снимать печать. Он будет рядом, даже если потеряет силы, он будет подчиняться и зависеть от вас, будет слугой вечно».       Последнее слово эхом скакало в сознании мальчика, стуча в висках барабанной дробью.        «Кто вы?» - с подозрением спросил граф.        «Не имеет значения. Так вы хотите безраздельно владеть своим демоном или нет?»       Сиэль не ответил, он был слишком сильно поглощен раздумьями над заманчивым предложением неизвестного голоса.        «А как насчет мести? – елейно спросил инкогнито. – Те, кто пытались отобрать его у вас - разве они не заслуживают наказания?»       По телу графа побежала мелкая дрожь, эта тема не могла оставить его равнодушным, и, кажется, неизвестный понял, что нашел то самое слабое место.        «Они ведь в любой момент могут встать на вашем пути и добиться своего…»        «Нет! – мысленно воскликнул Сиэль и уже более сдержанно, но зло процедил: - Нет».        «А-а-а, вы боитесь».        «Вздор».        «Боитесь предательства и разочарований, - настаивал голос. – Страх вовсе не является слабостью, не нужно его сторониться. Только глупцы или безумцы не ведают этого чувства. Вы не относитесь ни к тем, ни к другим. Однако ваши страхи будут оправданы, если ничего не предпринять. Демон не сможет противостоять вашим врагам, у него больше нет таких сил, он ослаб. Они заберут его…»        «Нет. Убирайся из моих мыслей!» – перешел на крик Сиэль, пытаясь зажать уши руками, его тайные страхи обличали один за другим, словно те лежали на подносе перед неизвестным Голосом.        «Отомстите же им, не дайте его отнять! Вы ведь пришли за силой, которая поможет это сделать, так возьмите ее».        «Но мне не нужна сила, я всего лишь хочу разорвать договор».        «И только-то? Вы можете лгать кому угодно, даже себе, но меня обмануть не выйдет, - если бы у неизвестного собеседника было лицо, Сиэль не сомневался, что увидел бы нахальную усмешку. – Не пытайтесь отрицать, вы никогда не пошли бы на расторжение контракта, если бы не нежелание терять то, что стало так дорого».       Граф в это время ощущал себя раздетым догола и стоящим посреди многолюдной улицы, чувствуя небывалую беззащитность перед Голосом. Его будто видели насквозь, ударяя по больным точкам и загоняя в угол.        «Мне нужно разрушить печать», - упрямо повторил Сиэль.        «Конечно, нужно, но для этого потребуется осколок».        «Да, но…»        «Все еще сомневаетесь, а ведь время истекает. Совсем скоро придется столкнуться с той, что пошатнула вашу уверенность в демоне, которого вы так цените. Что тогда будете делать? Согласны отдать его ей?»        «Никогда!» - зашипел Сиэль со всей злостью, которую вызывало одно упоминание о суккубе.        «Ммм… она согревала его тело своим, ни один мужчина не устоит перед таким…»        «Замолчи!!!»        «И она сделает это снова…»        «Не говори ничего!» - отчаянно кричал Сиэль, пытаясь выровнять участившееся дыхание.        «Или это будет леди Фиерна, дочь бывшего владыки Флегетоса Белиала. Она использует вашего демона как игрушку, а он, не имея возможности сопротивляться, будет вынужден подчиниться».        «Не надо, не продолжай!»        «А когда он, наконец, надоест ей, то будет выброшен гнить в небытии. О нем забудут, и некогда Великий Маркиз превратится в ничто».        «Он никогда не позволит так обращаться с собой», - уверенно заявил Сиэль.        «Верно. Не позволил бы. Раньше. До того, как появились вы».       Граф нервно сглотнул, его одолевали сомнения.        «О, нет-нет, юный граф, в том нет вашей вины. Но те, кто посягнул на вашу собственность… неужели они так и останутся безнаказанными?» - застенчиво поинтересовались у мальчика.       Кому бы ни принадлежал этот Голос, его владелец определенно был стратегом, но и рациональный склад ума Сиэля не дремал, распознавая уловки неизвестного. А вот с сердцем было гораздо сложнее, оно не желало мириться с предполагаемыми вариантами их с Себастьяном дальнейшей судьбы, поэтому жаждало действий, пусть даже и необдуманных.        «Я не расположен терять что-либо. И делиться тоже».        «Но так случится, если бездействовать. Они отберут его», - снова заладил Голос.        «Я не позволю», - гневно проговорил Сиэль, сжимая кулаки.        «Хотите предотвратить это? Достойно ответить за унижения и отомстить?»        «Да», - вырвалось раньше, чем граф успел это осознать.       Да, он же именно за этим и пришел. Месть. Ему нравилось это слово, чувствовать его каждой клеточкой тела и упиваться ее безжалостностью, как крепким, но выдержанным в лучших традициях вином. Ему нужно отомстить, нужно достать осколок, который поможет… Взращенная расчетливость дала-таки трещину, иногда не стоит позволять вольничать неспокойному органу в груди.       Осколок медленно перемещался по воздуху внутри Сферы. Мальчик потянулся к мешающим взять камень цепочкам и попробовал протиснуть руку внутрь, отстраненно отметив, что невидимая стена, преграждавшая до этого путь, исчезла. Пальцы чем-то обожгло, однако это не имело абсолютно никакого значения, мальчика охватила эйфория, будто тело принадлежало вовсе не ему. Все, что имело значение – это осколок, пульсирующий в его руке, словно живое существо, такое горячее, что перехватывало дыхание. Ему стало безумно жарко, слишком жарко…       Балансируя на острие, как циркач на канате, граф не удержал чашу весов, и она перевесила его. Он оступился. Он проиграл.       Кто-то схватил Сиэля за плечи и тряхнул с такой силой, что на коже наверняка проступили бы синяки, не передайся ему замечательный дар Себастьяна к быстрому заживлению. Все еще очарованный видом камня на своей ладони, мальчик начал приходить в себя, а со скоростью цунами на него накатывало ощущение дикого ужаса и паники. Он горел. Горел, как те существа до него, что хотели получить часть Сердца. Кожа плавилась под весело танцующим пламенем, пожиравшим его тело, дикая боль ворвалась как ураганный ветер, вынуждая каждое нервное окончание кричать о жалящих объятиях подступавшего небытия.       Его встряхнули еще раз уже сильнее.       Сиэль не помнил себя, кажется, он кричал, кричал так сильно, что сорвал голос и из горла вырывались уже бессвязные хрипы, поскольку связки были окончательно погублены. Боль оказалась ни с чем несравнимой, разве что с погружением в ванну, наполненную расплавленным свинцом. Мальчик не знал, сколько еще смог бы вынести беспощадные пытки, когда сознание медленно начало уплывать, оставляя вместо себя спасительную тьму. Единственной мыслью перед тем, как отдаться ей, был вопрос: почему Себастьян так и не пришел.       Мелюзина не могла позволить мальчику погибнуть, она резко дернула его назад, заставляя руку покинуть область Сферы, но к ее ужасу, огонь не перестал гореть, а только перешел на ее ладони, с удовольствием захватывая новые владения. Сцепив зубы, она оттащила бьющегося в агонии Сиэля подальше. Только когда он потерял сознание, пламя начало отступать, оставляя после себя обширные ожоги и оплавленную, дымящуюся одежду. Девушка подняла безвольное тело и развернулась к выходу. - Далеко собрались?       Мелюзина вскинула голову, встречаясь взглядом с Куиматом, лицо которого искажала неприкрытая ярость. - Вы обещали отпустить, если осколок окажется у нас, - прокомментировала она, стараясь поудобнее перехватить свою ношу. - О, нет-нет, моя дорогая, вы что-то путаете, - расплылся тот в ухмылке. – Я лишь сказал, что никто из наших жителей не тронет вас, что, кстати говоря, так и есть. Я свое слово держу. Для вас найдется почетное место на оси Хитера, а для этого не нужно быть мертвым.       А вот и подвох, который Мелюзина ожидала с того момента, как они с Сиэлем ступили на арену. - Это в наши планы не входило. - Сомневаюсь, что у вас есть выбор, - Куимат щелкнул пальцами, и цепи, свисавшие между колоннами, ожили по его команде. - Теперь ясно, почему не потребуется ничье вмешательство для нашего задержания, - прошептала Мелюзина, медленно двигаясь в противоположную от балкона сторону.       Десятки или сотни металлических змей забряцали звеньями по ступеням, стекая к центру арены. Извилистые ручейки разнокалиберных цепей метнулись к девушке, словно множество кобр в синхронном броске.       Мелюзине приходилось нелегко, уходить от нападений с грузом на руках было не так просто. При всей природной пластике долго отступать она бы не смогла, да и некуда. - Взять их, - нетерпеливо прорычал Куимат.       Толпа на скамьях буйствовала, наслаждаясь таким необычным поворотом событий, подобные сцены не часто можно было здесь увидеть.       Внезапный грохот перекрыл общий шум, и все на мгновение замерло. Затем одна за другой цепи начали распадаться на звенья, прыгая по земле и каменным ступеням. - Это еще что за…       Договорить Куимат не успел, откуда-то сверху в центр арены метнулась черная тень, накрыв собой Мелюзину, прижимавшую к груди бессознательного мальчика. Верный слуга Маммона рассмеялся, но в его голосе не было веселья, скорее отчаянье и страх. - Маркиз Андрас, это ведь вы? Я знал, что тут не обошлось без вашего участия, - выкрикнул демон, хотя его было и так прекрасно слышно. – Лучше не сопротивляйтесь, отдайте их мне. - Отдавать указания будете своим слугам. Ни вам, ни лорду Маммону я не подчиняюсь, - многократно повторяющийся, словно эхо, голос Себастьяна пронесся по пролетам строения. – Увы, но вам больше нечем меня удержать.       Темное пятно скользнуло к выходу и затерялось в неосвещенном проеме. Притихшие жители Хитера попрощались с ним бессвязным рокотом и диким воем рухнувшего на колени Куимата.       *** - Успокойся, за нами никого нет, - заверил Себастьян постоянно оборачивавшуюся Мелюзину. – Шею свернешь. - Они не могут так просто отпустить нас. - Могут. Демоны еще не все догматы растеряли, а Куимат даже под страхом смерти не нарушит ни один из них. - Господин, - обратилась к нему через некоторое время девушка, - вам лучше отдохнуть. Я знаю, вы слишком много потратили сил на то представление.       Себастьян бросил на нее гневный взгляд, но все же прислушался к совету. Они опустились на самый край Хитера, небольшой уступ прекрасно походил на место для привала. Демон осторожно выпустил из рук двойную ношу и боком привалился к отвесной скалистой стене. Испустив тяжелый вздох, он осел на землю, закрыв слегка потускневшие глаза.       Устроив графа неподалеку, девушка с озабоченным видом присела рядом с Себастьяном и приложила два пальца к его шее. - Займись Сиэлем, - отстранив руку, он расслабленно вытянул ноги, а глянув на обгорелые кисти, добавил: - И собой. - Он в порядке. Потеря сознания от болевого шока и множественные ожоги, но они довольно быстро проходят, благодаря вашим способностям, прижившимся в его теле, - она осмотрела свои руки. – Хм, бывало и хуже.       Демон кивнул, удовлетворившись ответом. - Держи его от меня подальше. - Да, господин, - согласилась Мелюзина и тут же напряглась, прислушиваясь. - Мариса! – зашипел Себастьян, резко распахивая глаза и рывком поднимаясь с земли, позабыв об усталости.       Всего в нескольких шагах из-за уступа появилась тонкая фигура, с ловкостью пантеры оказавшаяся у неподвижного мальчика. Ее улыбка сверкнула белыми зубами, а острые коготки вцепились в хрупкое израненное тело. Сиэль чуть слышно застонал, очевидно, приходя в себя. - Благодарим за проделанную работу, но более в ваших услугах мы не нуждаемся, - жизнерадостно пропела суккуб, шагая вместе с мальчиком за пределы каймы.