Жизнь по ту сторону

- Еще раз! – менторским тоном пронеслось под сводами со сталактитами. - Хватит! – раздраженно послышалось в ответ. - Ты сам просил об этом. - Я просил научить меня летать, а не падать! Это я и без тебя умею, - огрызнулся Сиэль. - Ты относишься к уроку без должного внимания, - если бы у Себастьяна была в руках указка, граф не сомневался, что схлопотал бы болезненный шлепок. – Соберись. Еще раз!       Бурча про себя ругательства, горе-ученик прыгнул на подставленное предплечье и расправил крылья. - Почувствуй мир вокруг себя, лови потоки воздуха! Попробуй ощутить, как они перемещаются, словно живые. Где-то теплее, где-то прохладней, они понесут тебя куда угодно, если поймешь их язык. Давай!       Демон подтолкнул птицу вверх, вынуждая оторваться от руки и подлететь на несколько дюймов. Сиэль честно старался уловить хоть что-то из того, о чем говорил Себастьян, но пока у него лучше всего получалось падать камнем на пол. Этот раз не стал исключением, однако демон неизменно ловил его, когда было ясно, что очередная попытка провалилась. Бережно перехватив барахтающегося ворона, пригладил взъерошенные перья, не упуская возможность провести пальцами вдоль спины и слегка почесать под крыльями. - Ты нарочно это делаешь? - Что именно?       В невозмутимости Себастьяну не откажешь. Сиэль встряхнулся и сбросил с себя слишком внимательную руку, вызывающую приятное томление, которое губило всю сосредоточенность. А еще граф помнил, что тот отказался помочь Мелюзине и, что удивительно, контракт с ним согласился. Черт бы побрал демонов с их законами! - Прекрати меня лапать!       Себастьян устало вздохнул и, прежде чем отпустить птицу в новый полет, посоветовал: - Просто раскрой крылья и удерживай равновесие.       Сиэль не сразу понял, что произошло, демон выбросил руку вперед вместе с ним, и оставалось только сделать так, как было велено. Незнакомые инстинкты овладели им раньше, чем собственный мозг, он будто раскинул руки в стороны, подставляясь целиком встречному трепету сквозняка пещеры. Ощущение невесомости и ликования длились не больше пары секунд, а потом что-то пошло не так, нахлынуло волнение, внимание рассредоточилось, и ворон снова оказался в руках Себастьяна за миг до падения. - Похоже, язык тела для тебя слишком сложен, - на лице демона проступило мученическое выражение. - Что ты сказал?! – рявкнул Сиэль. - Я имел в виду, что в этом твои способности мало чем отличаются от умения танцевать. Движения слишком рваные, а они должны быть плавными, скользящими по воздуху… - Я знаю! – прервал его граф, повышая голос. – Я стараюсь, но… не получается.       Себастьян пристально посмотрел на птицу в своих ладонях. - Возможно, стоит прервать занятие? - Нет, - невозмутимо отклонил предложение Сиэль, отворачивая голову. – Смерть Мелюзины не должна быть напрасной, я не могу позволить пропасть зря этому телу.       Бровь демона неуловимо дернулась, выдавая раздражение. Сентиментальность. Совершенно бесполезное и ненужное чувство, оно такое… человеческое. Себастьян плотно сжал губы, сдерживая презрительную гримасу. Сначала Сиэль был одержим семейным кольцом с бриллиантом, теперь же привязался к форме ворона, чтоб сохранить память о том, чего уже не вернуть. Глупость какая. - Достаточно, - скомандовал демон спустя еще час добровольного самоистязания графа. – Ты слишком устал, а для дальнейшего пути еще потребуются силы. - Я не собираюсь кататься на тебе все время!       Ворон издал раздраженный звук, однако, осознавая свои возможности, смиренно позволил взять себя на руки. Дрожа от переутомления и напряжения, он приник к груди Себастьяна, принимая его тепло. Демон покинул пещеру и присел на самый край уступа, безмятежно свесив с него ноги. Его юный граф полон упорства и энтузиазма, а это верный признак будущего успеха. Со временем мальчик добьется, чего хочет, Себастьян был в этом уверен. Он коснулся свободной ладонью мешочка с осколками, скрытого под одеждой, повернул голову и всмотрелся в клубы багрового дыма. - У нас не так много времени, - демон говорил спокойно, но Сиэль почувствовал какую-то тревогу, назойливо витавшую в воздухе.       Он случайно скользнул взглядом по левой руке Себастьяна, и шокировано уставился на печать. Она будто выедала кожу, словно кислота, а на краях раны запеклась свежая кровь. Граф задался вопросом, когда это началось, как долго демон терпел, ведь такое наверняка не проходит безболезненно.        «Наверно это случилось после смерти Мелюзины, иначе я бы почувствовал изменения, - с толикой грусти подумал граф. – Я всегда Его чувствовал».       Быть отрезанным от Себастьяна оказалось довольно весомым неудобством, Сиэль слишком привык ощущать его в себе, текущую по жилам животную силу, оберегающую своего хозяина. Ему это даже нравилось, поэтому хотелось вернуть всё на свои места.       Оторвавшись от исследования пентаграммы, граф решительно спросил: - Как хорошо ты знаешь Авернус? - Достаточно. Сиэль, - позвал демон, и вид его свидетельствовал о серьезных намерениях, - вынужден просить тебя сделать все в точности, как я скажу. От этого будет многое зависеть.       Дождавшись утвердительного кивка, он продолжил: - Держись за меня так крепко, как сможешь. Отпустишь только в крайнем случае. - Надеюсь, этот случай не наступит, - угрюмо буркнул граф.       Оперевшись на руки, Себастьян перенес вес тела вперед и сорвался вниз со скалы. Через полсотни ярдов они вдруг резко изменили направление, стремительно разрезая красный туман размеренными взмахами развернувшихся черных крыльев. Оставив ущелье драконов далеко внизу, демон продолжал лететь в непосредственной близости от горной цепи, огораживающей Авернус. Отсюда Сиэль смог увидеть уже знакомые земли, дымящиеся как после пожара, и Бронзовую Цитадель, кишащую разными существами. Эта «живая масса» бурлила не только в замке, но и снаружи, сливаясь в единый ручеек, тянущийся к той самой груде черепов, что ужаснула графа по прибытии в Баатор. - Кажется, наши «друзья» сейчас слишком заняты, - прокомментировал Себастьян активные передвижения внизу. - Что они делают? - Обезглавливают павших в сражении и относят головы к уже собранным трофеям. А тела сбрасывают в реку драконьего ущелья, как дань уважения.       Теперь Сиэлю стало ясно, почему первый круг был буквально пропитан кровью, ее сырой запах раздражал нос, вызывая непрекращающуюся дурноту. - Что здесь случилось? - Очевидно, недавно было сражение. Думаю, танар'ри решили взять реванш, - Себастьян опустился в одну из лощин, из которой открывался прекрасный вид на пустошь Авернуса. – Готов признать, эти твари иногда бывают полезны. - Снова Аваддон? – в черных глазах ворона сверкнула холодная ярость. - Да. - Напомни поблагодарить его при встрече, - на октаву ниже собственного тона процедил граф, сгорая от желания кого-нибудь удушить. Он еще помнил горячее радушие владыки Бездны.       Демон усмехнулся, полностью разделяя мнение Сиэля. Он тоже был не прочь отблагодарить Аваддона по всем законам Баатора. - Нам нужно вниз, - встряхнулся Себастьян, изгоняя лишние мысли из головы. - Но там нас заметят! – возразил граф, не представлявший, каким образом они обойдут всех тех созданий, что возились около замка.       Вместо ответа демон покачал головой и о чем-то задумался. - Нет. За той горой черепов нас не увидят.       Сиэль уже собирался возразить, как его сильней прижали к груди, чтоб не выронить при спуске, оказавшемся довольно крутым. Туфли скользили по голым камням, но это нисколько не мешало Себастьяну, он быстро и ловко завершил их путешествие со скалы, педантично отряхнув брюки, когда они добрались до земли.       От преграды из демонических останков их отделяло около пяти миль каменных шипов, растущих из иссушенной поверхности. Это могло послужить неплохим укрытием от бдительных глаз. Минуя многочисленные разломы и пересекавшие землю небольшие кровавые стоки, демон вплотную подобрался к смердящей достопримечательности Авернуса. Сиэль понимал, что они рискуют, находясь так близко к врагу, но ведь Себастьян наверняка знал, что делал. От жуткого запаха тысяч новых разлагающихся трупов во рту появился горький привкус, комком застрявший в горле. Граф многое отдал бы, чтобы оказаться сейчас как можно дальше от этого места, однако выбор был невелик, а бросить демона он не мог. - Себастьян? – тихо позвал Сиэль, но тот лишь шикнул в ответ, настороженно оглядываясь по сторонам.       Затем демон переключил внимание на завалы черепов, скользнув по одному из них тыльной стороной ладони. Он задумчиво водил по гладкой кости кончиками пальцев, будто ласкал самое прекрасное, что видел в жизни. Сосредоточенный взгляд остановился в одной точке и долго сверлил ее, пока Сиэль, не выдержав, снова не окликнул его. - Что ты делаешь, Себастьян? – голос скорее был похож на шипение. - Ниже. - Что? – озадаченно каркнул ворон. - Нам нужно спуститься ниже. - Куда? – не до конца понял граф. - Пока не знаю, но осколки тянут туда, - он почти нежно похлопал по костяному темечку. - Мы же не будем раскапывать эту кучу…       Тут Сиэль и Себастьян обменялись многозначительными взглядами. - Должно быть, здесь есть проход, - демон вдруг быстрой походкой направился вдоль подножия «горы», отбрасывая носками туфель попадавшиеся на пути черепа. – Конечно, он есть! Дело в том, что эту насыпь создавали всегда только с севера, и никогда - с юга.       Вскоре, замедлив шаг, Себастьян начал изучать выпуклые кости более подробно, а потом и вовсе остановился. - Ну что там? – нетерпеливо заерзал ворон в предвкушении. - Близко, совсем близко…       Демон нагнулся, затем опустился на колени и принялся ощупывать чужие останки, пока не коснулся того единственного, нужного. Догадка оправдалась. Сиэль почувствовал, как их обоих резко втянуло в черную воронку, образовавшуюся прямо перед глазами; тело на миг рассыпалось в пыль, просачиваясь куда-то, будто в узкое горлышко песочных часов, а затем он осознал, что находился в круглом зале, потолок которого сомкнулся над головами непроницаемой тьмой. Вместо стен их окружали гладкие колонны, подпирающие антаблементы, которые соединялись по периметру общим карнизом, покрытым узором из листьев аканта. От них исходило слабое серебристое сияние, оно являлось единственным источником света в кромешном мраке, непроницаемом даже для глаз демона.       Себастьян замер, его напряжение передалось Сиэлю вместе с чувством неведомой опасности, где-то совсем близко. Граф всем телом ощущал напрягшиеся мускулы под тканью, демон явно приготовился к нападению. - А я ожидал вас раньше, Маркиз, - прозвучало откуда-то слева обманчиво-ласковое приветствие. – Что же вас так задержало? Вы ведь всегда отличались резвостью.       Себастьян тут же развернулся на голос, отыскивая глазами скрытую во тьме горбатую фигуру лорда Бела и еще нескольких неясных теней позади. Наконец он поклонился. - О, я не настолько важный гость, не стоило беспокоиться и встречать лично. - Знаете ли, Андрас, в последнее время стало небезопасно доверять тайники даже самой надежной охране. - В таком случае, я полагаю, долгие приветствия откладываются, господин Архигерцог, - иронично улыбнулся Михаэлис.       Сердце Сиэля отчаянно забилось, он понимал, что они остались одни против баатезу, который считался одним из могущественнейших правителей Баатора. Кольцо тьмы сомкнулось вокруг них клеткой, отступать было некуда. - Думали, сможете обмануть меня, Маркиз Андрас? – лорд Авернуса шагнул навстречу. – Хотели обокрасть меня!       В серебряном свете блеснули длинные ряды зубов в оскалившейся пасти разгневанного ящера с туловищем человека. Предположения Себастьяна оказались верны, их действительно ждали. Несомненно, мстительность Мефистофеля послужила впрок лорду Белу. - Убить их! – свирепо прозвучал приказ Архигерцога.       Четыре размытых силуэта незамедлительно ринулись исполнять волю своего повелителя. Себастьян отшатнулся назад, избегая клацнувших прямо перед лицом зубов. Сиэль в ужасе уставился на горящие красные глаза нападавших и их опасные пасти. Собаки, подумал граф, припомнив сокровищницу Мефистофеля. Адские гончие.       Утробное рычание окружало их со всех сторон, и демон вновь и вновь уклонялся от бросавшихся на него животных, пока места для отступления совсем не осталось. Одной из гончих удалось добраться до Себастьяна, она рьяно вцепилась ему в бедро, беспощадно разрывая плоть зубами. Демон уперся спиной в одну из колонн, защищая одной рукой ворона, а другой нанося удар по лбу пса. Раздался хруст ломающегося черепа и короткое поскуливание, собака разжала окровавленные челюсти и рухнула на пол безжизненным мешком. Оставалось еще три таких разъяренных твари, не считая самого баатезу, который с удовольствием наблюдал за исполнением своего приказа.       Себастьяна мучила непрерывная боль в руке, контракт поглощал силы именно тогда, когда они были особенно необходимы! Это будет его вечным наказанием, если не избавиться от договора. Рана на ноге ныла и кровоточила, демон чувствовал сбегающие к щиколотке теплые струйки. Но все это было не столь важно, когда над его графом нависла опасность. Все его инстинкты обострились до предела, стремясь защитить хрупкое существо, доверчиво прижавшееся к груди. - Счастливого конца, Андрас, - почти добродушно пожелал Бел, и Себастьян ощутил мощные лапы, надавившие на плечи, а в своей шее острые зубы, рвущие кожу, как полотно.       Он машинально нашел рукой горло пса и сдавил его со всей оставшейся силой. Глаза перестали различать происходящее, ноги не выдержали, подкосились и, накренившись, демон повалился за порог одной из арок вместе с Сиэлем и гончей. Помещение вместе с ухмыляющимся Белом исчезли из виду. - Прощай, бывший Великим, Маркиз Андрас.       Баатезу, довольный такой простой победой, отступил обратно во тьму арки и исчез, сопровождаемый оставшимися псами.       *** - Прошу прощения, - скорчилась на полу фигура Марисы. – Я не знала! Я не… - Молчать! Где ты видела их в последний раз? - На Авернусе у горы черепов. Они растаяли у подножия, и больше я не смогла ничего учуять. - Растаяли, говоришь… Возможно, так даже к лучшему. Заберем потом сразу все осколки. - Есть еще кое-что… - Так говори. - Спутник Андраса. - И что с ним? - Я точно знаю, что убила Посредника, но… Маркиза сопровождал ворон. - Это говорит лишь о твоей некомпетентности. Не смогла справиться с паршивой птицей! Позор. - Простите за неточность, но вы неверно истолковали мои слова. С Андрасом не было мальчика, это показалось мне очень странным. - Хмм, действительно странно… Можешь идти. - А что прикажете делать дальше? Я ведь потеряла след. - Когда осколок будет найден, они вернутся сами.       ***       Сиэль не понимал, что с ними случилось, когда Себастьян упал. Они провалились в густую темноту и увязли в ней, как в паутине. Холодная пустота и невесомость охватили его, повергая в состояние легкого оцепенения до того момента, пока обоняния не достиг соленый аромат крови. Но ведь на Авернусе этот запах присутствовал практически везде, так почему же сейчас графу он кажется неуместным? И тут голова взорвалась заполонившими ее воспоминаниями о лорде Беле, о ловушке, об Адских гончих, о том, как одна из них… О, нет! Сиэль повертел головой, пытаясь осмотреться, и взгляд выхватил из темноты непонятные очертания какого-то возвышения всего в паре футов. Усилием воли он заставил свое тело двигаться, но оно плохо подчинялось ему. Все, чего он смог добиться – это перевернуться со спины на бок. Сиэль чуть не вскрикнул от охватившего его ужаса: рядом лежал Себастьян, придавленный лохматой тушей огромного пса. Несмотря на то, что демон свернул тому шею и раздробил позвонки, гончая так и не ослабила захват, ее пасть продолжала сжимать прокушенное горло. Паника острыми когтями царапала грудь, граф с ужасом понимал, что абсолютно ничего не сможет сделать, по крайней мере, пока будет оставаться вороном. А что могла сделать птица в такой ситуации?       Сиэль позабыл о своем пугающем видении, о предупреждении, которое оно в себе несло, сейчас он всем существом желал помочь демону, но в таком виде ничего не получится. - Себастьян? – прохрипел ворон в попытке привлечь к себе внимание.       Беспокойство начало расти, когда стало ясно, что никакой реакции не последует. Демон лежал неподвижно, а в этом мраке разобрать подробности и как следует рассмотреть пострадавшего не было возможности. Он должен был что-то сделать! Желание действовать охватило его, и Сиэль уже не осознавал, как поднялся на колени, обхватил челюсти животного и постарался разомкнуть их. Мальчик не вполне понял, когда стал самим собой, на это не было времени. После нескольких попыток ему удалось отвоевать свободу демону и отпихнуть тяжелую гончую в сторону. - Себастьян! Себастьян, ты меня слышишь?       Граф не видел, насколько повреждена шея, она была залита кровью, в сумраке похожей на чернила. Сиэль уже кинулся рвать на себе одежду, чтоб протереть кожу, но замер в недоумении – он оказался абсолютно гол. После превращения на нем не осталось даже нитки. Наплевав на наготу, он подобрался поближе к демону и легонько похлопал по щекам. Тело было холодным, и страх назойливо лип к мальчику, обнимая леденящими руками и пробегая вдоль позвонков. Он отогнал это чувство, склонился над Себастьяном и едва не отпрянул назад, острый запах крови ударил в нос, но пошатнуло стойкость графа другое: мальчику удалось рассмотреть рваные, глубокие раны, которые до сих пор сочились темной густой жидкостью. - Черт побери! – невольно сорвалось с языка. – Себастьян, очнись. Ты должен очнуться!       Сиэль стал лихорадочно нащупывать левую руку, обхватил ладонь и перевернул тыльной стороной вверх, внимательно осматривая печать. - Проклятье! – воскликнул он, чувствуя пальцами скользкую влагу. – Проклятый контракт, проклятый демон, проклятье, проклятье!..       Пентаграмма кровоточила, казалось, гораздо сильнее, чем в прошлый раз. - Ты не имеешь права так поступать с ним! – закричал мальчик, обращаясь к древнему символу на руке Себастьяна. – Он нужен мне. Он принадлежит мне! Я душу за это отдал!       Сиэль выпустил ладонь, безвольно упавшую вдоль тела, и выпрямился. - Ты же не собираешься спать прямо здесь? Это плохая идея.       Он провел пальцами по лицу демона, судорожно выдохнул, ощутив мертвенный холод, и сглотнул, опустив руки ему на грудь, где под прорехами ткани виднелись едва зажившие следы от когтей Безымянного. Граф не мог просто смотреть, как Себастьян лежит, истекая кровью, а он не в силах что-либо сделать. И тут в голову пришла безумная мысль. Не думая, что этот способ мог оказаться совершенно бесполезным и глупым, Сиэль разорвал остатки туники и прилег рядом с Себастьяном, с трудом перекатив бездвижное тело на бок. Мальчик прильнул к нему, стараясь быть как можно ближе, он отдавал свое тепло, хотя сомневался, что демон способен согреться таким образом, но сейчас это всё, на что он был способен. Граф устроил голову, так что его дыхание жарким ручейком ласкало ключицы и шею, а затем осмелел, провел рукой по спине и мягко принялся растирать поясницу. От резкого запаха и вида крови Сиэля снова замутило, но он мужественно придвинулся и спрятал лицо на груди Себастьяна, вслушиваясь в слабое успокаивающее биение сердца в глубине.