Заход солнца

►Nightwish — My Walden Лидер больше так не хочет, он издал последний клич. Мощью жизни гром хохочет, а на сердце — паралич. И багровым теплым снегом, к той, окрасившей его, Побежит, срываясь в небо, чтоб умереть скорей всего. Укрывается деревня. Беспечно поднимаются звезды в бесконечную ночь. Вьюн побросал свои тени в свете яркой луны. Порой мерещилось, что они движутся и следуют за ним. Оборачивается — нет, показалось. Вэй У Сянь медленно брел в сторону от дома, вскинув голову в небо. Всегда ли столь тихи здешние ночи? Ни огня, ни души и даже звон цикады одинок в туманном поле. Подул ветер. Вэй у Сянь, обхватил плечи и поежился. Воздух леденел, голову продуло, и мысли его отрезвели. Ночи и правда становились холодными. «Лань Чжань, Лань Чжань…» Он ведь ни на миг не расставался с ним. Даже когда он покинул Облачные Глубины, Лань Чжань не раз являлся ему во снах. Как тот, седлая пенистые облака и держа за руку горизонт, парит над землей и лента в волосах длиннее в тысячи раз, развевается и хвостом рассекает воздух, разметая грозовые облака на его пути. Он всегда был с ним, как небо всегда над головой. Где бы ты ни был, стоит поднять голову и оно здесь, руку протяни — не достанешь, столь оно высоко и величественно, но будто бережет тебя, бескрайнее, всеобъемлющее. Облачившись в свои мысли, он не чувствовал ни времени, ни расстояния. Идет и идет вперед, не сворачивая на пересекающие тропы, дабы вернуться назад. Сколько бы он так еще шел, если бы не… Что? Запах… Туманность рассеялась и прямо напротив него стояла тень. Мужчина, с обрезанными по плечи волосами, смотрел на него бледными мутными глазами. Мертвец. «Да какого ж черта!» — выругался он про себя Вэй У Сянь, не отрывая от него глаз, потянулся за своей флейтой. Не спеша, будто нехотя, стал подводить флейту к губам. Мертвец стоял неподвижно, но совершенно точно смотрел прямо на него. И стоял бы, и увел бы его Вэй У Сянь куда подальше, если бы в грудак мертвецу не прилетел камень. От чего тот закрутился, заверещал и начал махать руками. Вдруг флейта ускользнула от губ Вэй У Сяня. — Уходи! Прочь! — на руке у него повисла Ян Суиин, отнимая флейту. — Ласточка, ты что творишь? Не бойся, я избавлюсь от него! — но флейту из его руки рванули с большей силой. — Нет! Нееет! Не сможешь! — и он застыл, потому как Ян Суиин посмотрела на него диким испуганным взглядом, и вновь обернулась — Прочь! Прочь! — завопила она и стала хватать с земли палки, камни и швырять в мертвеца. Тот пытался увернуться, но из-за своей неповоротливости и окоченевших конечностей получал то в живот, то в голову, и стал отступать назад. Вэй У Сянь набрал побольше воздуха, чтобы громко сказать девушке, что-то важное и возможно грубое, но только ахнул, так как его опередили и резко дернули за шиворот, таща за собой. Ян Суиин изо всех сил потянула его в обратную сторону, к дому. Вэй У Сянь уже не думал сопротивляться, а думал, как бы помягче просить у нее оправданий, когда они вернутся в дом. Та бежала, как не бегает ни человек, ни зверь. Всё время оборачивалась, чтобы проследить, не ушел ли мертвец. А Вэй У Сянь смотрел под ноги и заметил одну странную штуку: он старался идти всё время прямо и не сворачивал с тропы но, сейчас же они свернули дважды, а то и трижды. Когда беготня закончилась и они смогли отдышаться, Вэй У Сянь Тут же спросил: — И ты шла за мной все это время? — Конечно, я пошла за тобой! Ты как шуганный выбежал из дома, сорвал щеколду и чуть не грохнулся, споткнувшись о порог! — она заколотила Вэй У Сяня по груди — ну зачем, зачем ты вообще пошел в поле! — Порог — Что? — Порог –повторил Вэй У Сянь — порог у твоего дома выше, чем обычный. Из-за этого мертвеца, да? Ян Суиин закусила губу. Ведь она саморучно прибивала к порогу лишнюю дощечку. Вэй У Сяню для ответа было достаточно одного взгляда, и он продолжил: — Он один? — Да. Да, он один. Ян Суиин сдалась и уже была готова ответить на любой вопрос. Она чувствовала, что теперь-то ее так просто не отпустят. — Ты не хотела, чтобы мы ночевали в поле, ведь если бы мы наткнулись на него, то… — То вы бы убили его! — сорвалось у нее с языка — Кто он для тебя? Девушка отвела взгляд и ничего не ответила. Она знала, что рано или поздно ей все-таки придется объясниться, но она решила сделать это в более теплом месте, ведь к этому моменту они уже подошли к дому. — Его зовут Тао — заговорила Ян Суиин, когда они уже вошли и уселись перед очагом, согревая руки — мы были знакомы с детства, он жил здесь, в Омо Шуджу, делал веера и зонты — и она потерла пальцами свой веер, который не выпускала из рук — продавал их на рынке в городе. Однажды его ремесло увидела жена какого-то знаменитого заклинателя и сказала, что негоже таким рукам творить из такого скверного материала. Что столь золотые руки должны золотом и вышивать! — заулыбалась она. Столь нежной улыбки на ее лице Вэй У Сяню за их недолгое знакомство еще видеть не приходилось — Я помню, как он прибежал ко мне счастливый, и рассказал, что позвали его учиться ювелирному делу и ткачеству у прославленных мастеров — продолжила свой рассказ Ян Суиин — Только отец его был не рад этому, видите ли, все его нормальные дети уже взрослые и в полях работают, а этот занимается чем попало, не по мужски как-то! Хотя против тоже ничего не имел, может и к лучшему — уедет, и не будет позорить седины своего бедного отца, а соседям пустить слух о чем-то благородном уж труда не составит! А Тао было всё равно, он скорей инструменты собирать, вещи — потом. На старика плевать ему было, на всё плевать. И на меня тоже, а я ведь любила его, гада! — захохотала она, потом тут же переменилась в лице — а потом он уехал. Поначалу присылал деньги отцу, письма, а потом пропал. И ничего от него лет так шесть не было — руки сжали веер крепче — поползли слухи, и я отправилась его искать. Смелости у меня тогда было много, чего не скажешь о рассудке. Я выбрала самый низкий, опасный, но самый короткий путь для девушки, чтобы как можно больше собрать информации за небольшой срок, потому как предчувствие не отпускало — глаза Ян Суиин напитались слезами — от мужчин я никогда без подарка не возвращалась, так вот один подарил мне этот веер и рассказал о великолепном мастере своего дела, который словно обрел новое дыхание! Я узнала работу своего Тао, но понять не могла о каком втором дыхании идет речь. Другой же, увидел мой веер, и рассказал историю, что к мастеру из большого города привели талантливого юнца из Омо Шуджу, и тот был не особо рад, но завидев его способности, завалил работой и продавал его изделия за хорошие деньги и под своим именем. Только давно это было, теперь же веера эти особой ценности, так как мертв истинный мастер — тихие слезы потекли по щекам девушки — после этого, я, как обезумевшая, шаталась по городам и на последние деньги скупала все, что видела, все украшения его выделки — уж его-то я ни с чем не спутаю! Не могла купить — воровала! На какое-то время она как оцепенела. Вэй У Сянь приобнял ее за плечи и не знал, как подступиться. — Но все же, почему же он бродит мертвецом по полю? Ян Суиин очнулась и утерла слезы. Встала и пошла в тот угол, где доски пола особо скрипели. Из тайника под половицей она вынула небольшой жестяной ящик и поставила его к ногам Вэй У Сяня. — Была я как-то в гостях у одного заклинателя, и подарок мне его совсем не понравился — заговорила она, отворачивая задвижки на сундучке — и я стащила вещицу по душе Рука ее содрогалась, как будто держала она нечто ценное и опасное одновременно. И боялась. Очень боялась. Тело Вэй У Сяня прошибла молния, а грома нет, значит штука действительно ужасающая. — Это же… Ох! — Вэй у Сянь зажал рот ладонью, чтобы оттуда не вырвалось ничего нецензурного. — Тебе знакомо это? — Еще как… Вот уж поистине что угодно он был готов увидеть в сундучке Ян Суиин, но только не свои собственные рукописи.