Lawrence Revisited (Возвращение в Лоуренс)

      — Мама?       Мэри сидела на кровати в своей комнате, прислонившись спиной к изголовью, а Джон ласково пожил руку ей на живот. У обоих были слезы на глазах, но это были слезы радости. Смеясь и плача одновременно, родители Дина выглядели счастливее, чем когда-либо, более влюбленными, чем когда-либо. По крайней мере, Дин никогда такого не помнил.       — Это мальчик, — прошептала Мэри дрожащим голосом. — Ты можешь в это поверить?       С восторженной улыбкой на лице, Джон нежно поцеловал ее в лоб, а затем и в живот.       — О, Мэри. Я очень сильно тебя люблю.       — Маленький мальчик, Джон…       — Винчестер.       Мэри тихо рассмеялась и провела рукой по темным волосам мужа, когда он положил голову ей на колени. Джон удовлетворенно вздохнул и задумался.       — Он будет сильным. Вот увидишь. Я научу его, как защитить себя, и тех, кого он любит.       — О, Джон., — Мэри покачала головой и обхватила лицо мужа обеими руками.— Послушай меня. Я знаю, что ты морпех, и всегда им будешь. Это то, кто ты есть, и я люблю тебя. Но ты должен пообещать мне, что не превратишь наших детей в маленьких солдат. Я хочу сына, а не воина. Пообещай мне это.       — Хорошо, я обещаю.       Выражение лица Мэри мгновенно смягчилось, и она нежно поцеловала мужа. Прервав поцелуй, они посмотрели друг другу в глаза, общаясь без слов, как это могли делать только настоящие родственные души. Через некоторое время Джон снова положил голову на колени жены, и она пододвинулась, чтобы лечь рядом с ним.       — Мы должны придумать для него хорошее имя, — сказал Джон.       — Да…красивое имя.       — Ты уже что-нибудь придумала?       С милой, застенчивой улыбкой, Мэри приподнялась на локте, и кивнула. Она жестом попросила Джона пододвинуться поближе, и прошептала ему на ухо…

***

      — Дин!       Тихий стон слетел с губ Дина, но старший Винчестер не открыл глаза. Он не знал, где находится. Чем больше он пытался ухватиться за исчезающую нить видения, тем больше она превращалась в ужасающую пустоту без каких-либо ориентиров. Пустота, где такие понятия, как верх и низ теряют смысл, где единственное, что он мог заставить себя сделать, это отпустить и плыть по течению в небытие.       — Дин, очнись! Очнись!       Сэм…       Это был голос Сэма, он звал его, но звучал так далеко. Вокруг него не было ничего, кроме тьмы. Это была не та тьма, с которой он привык сражаться, а толстая, пустая, ужасно страшная, которая разрывала его на куски.       — Сэм? — простонал Дин.       Почему? Почему ты позвал его? Голос звучал эхом в его голове. Он подавился запахом роз и потерял чувство реальности, которую обеспечивал отдаленный звук его собственного голоса.       — Я здесь, Дин. Открой глаза.       Голос Сэма был пронизан беспокойством, и Дин подумал, что с братом что-то случилось. Возможно, он был в опасности. Зная, что должен помочь, защитить Сэма, Дин собрал последние силы, пытаясь выбраться из тумана в своей голове. Он изо всех сил пытался идти на голос Сэма. Имя брата было ключом, паролем, который всегда возвращал Дина в нужное русло, независимо от того, как хреново он себя чувствовал. Но сейчас что-то не так. Папа бы разозлился на него.       Нет, папа счастлив…он был счастлив с мамой…       — Открой глаза, — повторил Сэм.       Дин пытался подчиниться, правда, но его веки не реагировали, и казалось весили тонну. Его сердце стучало в груди пойманной птицей, и он запаниковал. Всхлипнув, он протянул руку в слепой попытке найти Сэма и сжал предплечье брата.       Сэмми.       Он чувствовал, что рука его брата вцепилась в него, и этот знакомый контакт привел Дина в чувство. Верх и низ нашли свои места в порядке Вселенной в тот момент, когда он понял, что лежит на полу.       Комната мамы, понял Дин.       Вторую руку Сэм положил на его щеку, и Дин устало откинул голову на пару дюймов, чтобы отдохнуть на ладони брата. Затем он открыл глаза и смутно огляделся. Образы из его видения смешались с настоящим, и ощущение парения над пустотой усилилось. Если бы Сэм не сжал свою руку в этот самый момент, Дин бы продолжал парить в этой пустоте вечно.       — Где мы? — невнятно спросил Дин.       Пытаясь контролировать свой страх, Сэм помолчал секунду, прежде чем ответить. Он никогда не видел его таким дезориентированным, и брат цеплялся за него так, как Дин, которого он знал, никогда бы не сделал. Но, по крайней мере, он очнулся.       — В комнате Дженнифер, я думаю, — сказал Сэм.       Дин моргнул и взглянул на брата остекленевшим взглядом, и улыбнулся дрожащей улыбкой, пытаясь успокоить брата.       — Ч…что случилось?       — Это ты мне скажи, — сказал младший, его голос стал мягче, но в нем все еще был слышен страх. — Я услышал, как ты звал меня, а потом звук падения. Я нашел тебя без сознания на полу.       — Что? — Дин пошевелился. — К...как долго я был в отключке?       — Всего пару минут, — когда глаза Дина снова закрылись, Сэм погладил его по щеке, — Давай, приятель, останься со мной.       Дин слабо кивнул и сглотнул. Его разум медленно работал, и он начинал вспоминать, что произошло. Он также понял, что все еще держится за руку Сэма, как за спасательную шлюпку. Смутившись, Дин отпустил его и попытался встать. Но слишком быстрое движение отняло остатки сил, он издал стон и резко наклонился вперед.       — Сукин сын… — буркнул он.       Сэм поморщился на болезненное выражение лица брата и попытался его удержать, но Дин оттолкнул его.       — Дин?       — Я…Я… просто дай мне минутку.       Когда Дин настоял на том, чтобы встать сам, Сэм стиснул челюсти и отступил назад. И для младшего Винчестера не оказалось сюрпризом, когда Дин чуть не грохнулся опять. Тяжело опершись на стену, Дин сосредоточился на своем дыхании, пытаясь успокоить головную боль. После минуты неловкого молчания, Сэм фыркнул и ушел. Дин сглотнул и посмотрел, как его брат подошел к противоположной стене, и остановился повернувшись к нему спиной.       — Чувак, ты…       Младший Винчестер ударил кулаком в стену, заставив испуганного Дина замолчать.       — Черт возьми, Дин, никогда больше так не делай!       Дин съежился от гнева в голосе брата, и он попытался сосредоточится, чтобы успокоить Сэма. К сожалению, его мозги работали не лучше, чем его конечности.       — Расслабься, Сэмми.       — Пошел ты, — молодой человек посмотрел на него.       — Сэм… — начал Дин предупреждающим тоном.       Но в последний момент он придержал язык увидел в глазах брата слезы. «Какого черта?»       — Все в порядке, мальчики?       Голос Миссури застал их врасплох, и оба брата повернулись к ней лицом, когда она появилась на пороге. Когда она заметила старшего охотника, сидящего на полу, она сразу же встревожилась.       — О Боже… что случилось? С тобой все в порядке, сынок?       Сидя перед ней на полу, слабый и беззащитный, Дин почувствовал что-то похожее на смущение, и он вздрогнул, когда Миссури шагнула к нему.       — Я в порядке, — быстро сказал он, изо всех сил пытаясь встать.       Его сердце пропустило удар, и бросил на Сэма взгляд, полный отчаяния, когда понял, что вряд ли сможет встать сам. Несмотря на напряженность, которая возникла между ними, его брат принял молчаливую мольбу и оказался рядом с ним в мгновение ока.       — У нас произошел небольшой несчастный случай, вот и все, — заверил Сэм Миссури, помогая брату подняться. Прежде чем Дин успел отстраниться, Сэм схватил его за локоть.       — Вы уверены? Ты выглядишь немного бледным, дорогой. Может тебе спуститься вниз и присесть ненадолго. Я принесу тебе что-нибудь выпить.       Дин слабо покачал головой, чтобы отказаться от предложения, и Сэм понял, что он молчит, потому что доверяет своему голосу не больше, чем своим ногам. Мышцы старшего брата были напряжены под его пальцами, и Сэм знал, что Дин хочет уйти. Он ненавидел быть беспомощным, и не хотел показывать свою слабость перед Миссури. Сэм его прекрасно понимал, и хотя ему казалось, что Дин слишком остро реагировал, Сэм автоматически перешел в защитный режим.       — Спасибо. Но все действительно нормально, — настаивал Сэм.       Дин был похож на раненого дикого животного, оказавшимся перед хищником, и ситуация быстро ухудшалась. Может, Миссури не замечала дискомфорта Дина, но Сэм мог читать брата, как открытую книгу. И хотя в любое другое время он был бы более чем счастлив заставить Дина немного отдохнуть, сейчас он хотел защитить брата.       — Не глупи, малыш. Просто приходите на кухню и позвольте мне подготовить некоторые…       — С ним все будет хорошо, — прямо сказал Сэм, шагнув вперед, чтобы встать между Миссури и Дином. Что, черт возьми, было не так с женщиной, почему она не оставит их в покое? — Мы должны продолжать работу.

***

      Сэм посмотрел на брата, чтобы убедиться, что он все еще с ними, и с удивлением обнаружил благодарный взгляд. Дин благодарен? Ну, это было тревожно. Они должны были выбраться из этого дома и как можно скорее. Миссури нахмурилась, положила руки на бедра и преградила им путь.       — Сэм и Дин Винчестеры! — воскликнула она. — Я думала, что нет никого более упрямого, чем ваш отец, но вы доказываете, что я ошибалась!       Братья тут же замерли, как олени, пойманные в свете фар.       — Что ты только что сказала? — спросил хрипло Сэм.       Посмотрев на ошеломленного Дина, который побледнел еще сильнее, Миссури вздохнула. Затем она перевела взгляд на Сэма, который с недоверием смотрел на нее.       — Боюсь, нам надо поговорить, мальчики, — сказала она мягко. — Давайте спустимся вниз.

***

      Держась за перила, Сэм шел впереди брата, готовый в любой момент его поддержать. Но Дин Винчестер спустился вниз сам. Сэмми рядом, Дин пытался восстановить контроль над собой. Сэмми рядом… именно Сэмми помешал Дину сойти с ума, когда разум кричал ему выбираться из этого дома.       На кухне Дин сел и облокотился локтями о стол, подперев руками подбородок. Сэм прислонился к столу рядом с ним, напряженный как струна. Он уже не был тем милым ребенком, с щенячьим взглядом, который вызывал у любой женщины желание его усыновить. Охотник занял место ребенка. Охотник, который готов был разорвать Миссури, если она даст ему малейшую причину и чей яростный взгляд был почти страшен.       Дин мог слышать, как Миссури рылась где-то на первом этаже, но не мог сосредоточиться, чтобы найти источник звуков. Он чувствовал слабость во всем теле. На самом деле, короткий спуск со второго этажа был хуже, чем он ожидал. У него было чувство, что конечности просто решили объявить ему бойкот. Вероятно, это было связано с тем что он стукнулся головой, когда упал. Дин прикусил язык, чтобы подавить стон, готовый вырваться изо рта, когда в голове начался колокольный звон. Он надеялся, что Сэм не заметит его состояния. Прямо сейчас, он не мог справиться с жалостью Сэма, или хмурым взглядом Сэма, или беспокойством Сэма, взглядом Сэма «ты этого заслуживаешь», или тем, что его брат приготовил для него в качестве наказания за то, что он такой безрассудный идиот.       Даже с закрытыми глазами Дин почувствовал, что Сэм приблизился к нему, и напрягся. Мгновение спустя он почувствовал, как руки Сэма нежно коснулись его головы. Его первой реакцией, конечно, было отпрянуть, но поглаживание унесло новую волну боли в его голове, и старший Винчестер стиснул зубы.       — Что ты делаешь? — прошипел Дин.       — Ты ударился головой, когда упал?       — Что? — пробормотал он, отстраняясь от прикосновения брата.       — Ты ударился головой? — повторил Сэм, поглаживая волосы Дина.       Последний понял, что Сэм ищет шишки или раны, и поднял руку, чтобы остановить его, но Сэм проигнорировал и его нытье, и его слишком слабую попытку отстраниться.       — Нет…я не знаю, — проворчал Дин. — Пожалуйста, не надо.       — Дин, — примирительно сказал его брат. — Ты едва можешь открыть глаза. Я просто хочу убедиться.       — Это не... — прошептал Дин, — Это не сотрясение мозга, понятно? Это просто головная боль.       Миссури с грустью и гордостью наблюдала за мальчиками, стоя в дверях кухни.       «Ах, Джон, — подумала она. — Если бы ты мог увидеть их сейчас. Они хорошие мальчики. Они этого не заслуживают». Вздохнув, она вошла в комнату. Дин мгновенно открыл глаза, а резко выпрямился.       Миссури быстро оценила ситуацию. Было очевидно, что сейчас оба охотника считают ее угрозой и будут держаться против нее единым фронтом. Сказать, что Сэм выглядел недружелюбно, было бы преуменьшением, и сочувствующий взгляд женщины не помогал ему успокоиться. По крайней мере, она была счастлива видеть, что старший брат немного пришел в себя, и он сосредоточено смотрел на нее. Его лихорадочный, панический взгляд, который она видела на втором этаже, исчез, его заменила решимость получить ответы. Если бы она смогла найти нужные слова, может быть, он послушал бы, подумала Миссури. Только трудно было придумать правильные слова. На самом деле, она была уверена, что не было правильного способа сказать то, что она собиралась сказать.       Осознавая их дискомфорт, Миссури медленно подошла и предложила стакан воды и пару таблеток обезболивающих, в качестве мира.       — Я подумала, что тебе пригодится кое-что для твоей головы, дорогой, — сказала она мягко Дину.       Последний пристально посмотрел на нее.       — Спасибо, но я в порядке, — ответил он ровным голосом.       — Ты уверен? — Миссури решила немного надавить, затем вспомнив отвращение Джона к сильным обезболивающим, она добавила, — они очень слабые. Обещаю, они тебя не вырубят.       Дин нахмурился и стиснул челюсти, весь его вид говорил: Не смей думать, что знаешь меня.       Миссури не нужно было читать мысли, чтобы понять это.       — Я позабочусь об этом, — вмешался Сэм, протягивая руку.       Его тон был непоколебим, и младший снова встал между братом и Миссури. В этот момент Сэм напоминал Дину адвоката в суде, решительно протестуя после слишком грязного вопроса, направленного на его клиента. Забавно, он и не замечал, насколько хорош Сэм в этом. Он был бы слишком хорошим адвокатом, если бы смог прожить нормальную, безопасную жизнь.       — Я хочу сына, а не воина.       Пытаясь сосредоточиться, Дин чуть не ахнул, и покачал головой. Черт возьми! Он не просил Сэма представлять его интересы! Он только…позволил ему поиграть в защитника в момент слабости, но Сэм сделал это так естественно, что Дин почувствовал себя виноватым, за то что когда-то отнял у брата шанс на спокойную жизнь в Стэнфорде.       Он был бы хорошим адвокатом.       Не то, чтобы Дин когда-либо сомневался в этом, но все что он чувствовал сейчас в своей раскалывающейся голове — это гордость. И он чувствовал себя в безопасности, от чего, Дин и сам не знал. Он ненавидел терять контроль над ситуацией, но он верил в способности Сэма его защитить.       Успокоившись, Миссури передала Сэму воду и таблетки и обошла стол, чтобы сесть напротив них. Краем глаза она увидела, как братья переглянулись. Дин бросил на брата вызывающий взгляд, на случай, если Сэм захочет принять сторону Миссури насчет таблеток. Сэм своим видом давал понять: «да, я согласен с ней, но я не собираюсь тебя принуждать».       Он оставил воду и таблетки на столе, чтобы его брат мог сделать свой собственный выбор.       Миссури помолчала минуту, прежде чем начать разговор, потому что она чувствовала необходимость подготовиться, и потому, что подсознательно ждала, когда Сэм сядет. Однако он остался стоять, и именно он нарушил молчание.       — Кто ты такая?       И обвиняемый дает показания.…       — Как и сказала Джинни, меня зовут Миссури. И я и вправду друг семьи.       — Что ты знаешь о нашем отце? — допрашивал Сэм.       Она облизнула губы и заговорила.       — Я знаю Джона с давних времен. Он связался со мной вскоре после смерти Мэри.       — Почему? — нажал младший.       — Думаю, он хотел моей помощи.       — Для чего?       Глаза Дина вспыхнули, когда он глянул на брата, затем он вернулся в Миссури.       — Ну, — она осторожно выбирала слова. — Он хотел, чтобы я выяснила, что случилось с твоей матерью, он хотел знать, что ее убило, и как с этим бороться.       Братья одновременно нахмурились. Им было трудно поверить, что Джон доверял кому-либо до такой степени. Насколько они знали, у него не было друзей, не говоря уже о таких, с которыми он говорил о своих поисках. Не говоря уже о друзьях, у которых он просил помощи. Не позволяй людям узнать, чем ты на самом деле занимаешься. Это было главное правило Винчестеров, с тех пор, как Дин и Сэм себя помнили. И все же, эта женщина, эта Миссури знала что-то, и они готовы были поспорить, что она знала слишком много. Сэм чувствовал себя обманутым, Дин чувствовал себя неуверенно, как будто он шагал по минному полю.       — И почему?  — голос Дина звучал немного хрипло, и откашляться. Сэм посмотрел на него, потом сглотнул и уставился себе под ноги. — Почему он думал, что ты можешь ему помочь?       Миссури ответила не сразу, и Сэм заметив ее колебания, уставился на нее.       — Кто ты такая? — снова спросил младший Винчестер.       Миссури поняла, что Сэм хочет знать правду.       — Я экстрасенс, — деловито заявила она. — Такой же, как и ты.       Сэм вздрогнул от этого слова, как будто его ударили кувалдой, и в его голове зазвучали слова — экстрасенс, псих, убийца и монстр — от чего на глаза навернулись слезы.       — Ты ничего не знаешь! — взорвался он. — Ты ничего обо мне не знаешь! Ты ничего о нас не знаешь! Я совсем на тебя не похож!       Дин мгновенно напрягся, и выстрелил в Миссури смертельный взглядом. Любой кто расстроит его брата получит в бубен, независимо от пола и от того, говорит он правду или нет. Сэм мог быть экстрасенсом, если бы захотел, но это слово звучало для него как оскорбление. И любой, кто посмел бы оскорбить его брата, имел бы проблемы с Дином.       Всегда.       — Я понимаю, что это страшно, сынок, — продолжала Миссури. — Но ты не должен бояться…       — Я НИЧЕГО НЕ БОЮСЬ! — взорвался Сэм.       Миссури сглотнула и устремила умоляющий взгляд на Дина. «Да, верно, подумал язвительно Дин,. — Сначала ты называешь его уродом, а потом пытаешься все исправить, ища у меня поддержки?»       Но проблема была в том, что его младший брат был в беде, и Дин знал, что должен помочь ему. Так, игнорируя свою головную боль, Дин все же вошел в свою роль старшего брата.       — Сэм.       «Нет, Сэмми, нет. Успокойся, Господи, ты знаешь, что она права, смирись уже». Имени Сэма, сказанное спокойным тоном, было достаточно, чтобы младший охотник успокоился. Взяв себя в руки и отводя глаза от Миссури, Сэм выдохнул и впервые во время разговора сел рядом с братом.       — Я не боюсь, — соврал он, напряженным голосом. Миссури позволила ему притвориться, — Я просто…я не уверен, что понимаю, что я видел.       — Ты видел, что Дженни в опасности, — был ее простой ответ. — Вот почему ты здесь.       — Дженни…она знает об этом?       — Нет, она ничего не знает.       — Но ты сказала, что ждала нас, — вдруг вспомнил Сэм. — Как ты узнала, что мы придем?       Миссури слышала в его голосе надежду, он хотел подтверждения, что у нее тоже есть видения, хотя это и не уменьшило бы чувство, что он монстр, но он был бы не один. К сожалению, Миссури должна была его разочаровать.       — Мне звонил ваш отец.       Судя по лицу молодого человека, такого ответа он точно не ожидал. Но в то время, пока он был в растерянности из-за этих слов, Дин поднял глаза и едва мог скрыть свои эмоции.       — Он получил мое сообщение?.. — пробормотал старший охотник.       Широко раскрытыми глазами Сэм уставился на брата.       — Ты позвонил папе? — спросил он недоверчиво, с яростным взглядом верного адвоката, который обнаружил, что его клиент скрывает от него важную информацию.       Не смотря на брата, Дин сосредоточился на Миссури.       — С ним все в порядке?       Слишком смущенный внезапным поворотом событий, разрываясь между горечью из-за «предательства» Дина и его собственной тревогой за отца, Сэм поджал губы и обратил свое внимание на Миссури.       — Он в порядке, — заверила их женщина.       Оба бата облегченно выдохнули.       — Где он? — Спросил Дин.       — Прости, милый, — огорченно сказала Миссури, — но я не знаю.       — Но…это не имеет никакого смысла. — пробормотал Сэм.       Он с недоумением глянул на своего старшего брата. Сэм выглядел таким юным, что у Дина комок встал в горле.       — Если бы он знал, что мы будем здесь… — попытался он сказать, и сразу себя оборвал. В конце концов, их отец, вероятно, знал об их местонахождении раньше, и все же он не потрудился позвонить им. — Я имею в виду, если ты сказал ему, что мы, возможно, нашли то, что убило маму, почему его здесь нет?       Дин тяжело сглотнул. Его головная боль становилась сильнее, и он начал крутить в руках таблетки сам того не замечая. С беспокойством глядя на старшего охотника, Миссури заговорила.       — Боюсь, что в этом-то и проблема, Сэм. Внутри этого дома не то, что ты ищешь.       Просто работа… голова Дина закружилась.       — Как ты можешь быть так уверена? — не уступал Сэм. — Потому что ты чувствуешь это своим гребаным третьим глазом?       — Потому что, — ответила Миссури, игнорируя замечание мальчика, — я следила за этим домом последние восемнадцать лет, как и просил меня Джон. Я наблюдала за каждым владельцем, который здесь жил, и я видела, что с ними делал дом. И я могу сказать, что это не то, что убило Мэри.       — Нет!       Сэм резко вскочил с громким криком, и Дину пришлось схватиться руками за край стола, чтобы успокоиться. У него в голове все перемешалось, он чувствовал смесь сожаления и облегчения, но Сэм определенно был разочарован. Точнее, он был расстроен, и Дин слишком много раз видел, как разочарование влияло на его младшего брата. Сэм ожидал, что это будет охота, ему нужно было, чтобы это была охота, потому что это и только это помогло бы побороть чувство вины. Предвидя вспышку гнева против Миссури, Дин вспомнил все те ужасные бои между Сэмом и их отцом. Их отец не понимал, что Сэм не хочет жить их жизнью, что Сэм в охоте был не так хорош, как Дин. И то, что Миссури была женщиной в возрасте, вряд ли спасет ее от гнева Сэма.       — Тогда, если это не то, что убило нашу маму, что это? — спросил Дин прежде чем его брат разойдется.       Удрученный тем, как легко Дин сдался, Сэм тяжело вздохнул, и старший охотник буквально почувствовал его яростный взгляд на себе.       Миссури прикусила нижнюю губу.       — Это… это беспокойная душа.       — Как… призрак, ты имеешь в виду? — нажал Дин.       — Да, дорогой. Дух или призрак, как вы их так называете, — Миссури печально закрыла глаза. — Беспокойная душа привязалась к месту, где она встретила раннюю смерть 22 года назад.       Когда Дин опустил глаза, Сэм застыл посреди комнаты и в шоке уставился на Миссури. Она не могла говорить что…? Внезапно младший Винчестер почувствовал непреодолимое желание рассмеяться, но не хотел, чтобы все решили, что у него истерика. Это просто безумие.       — Как ты смеешь? — голос Сэма был тихим и опасным.       — Мне очень жаль, мальчики. Я знаю, это ужасный способ сказать вам, но это единственный способ. Это правда. Дух, который бродит по вашему дому, это…       — Не надо! — закричал Дин.       Сэм вскочил и повернулся к брату, который спрятал лицо в ладонях.       — Дин?       — Дин, дорогой, — Миссури повернулась, собираясь встать.       — Держись от него подальше! — закричал на нее Сэм.       Миссури молча наблюдала, как Сэм пожимает плечо брата. Дин был бледен, слишком бледен, и сильно дрожал.       — Чувак, давай… — прошептал Сэм.       — Все хорошо, Сэм, — попыталась успокоить его Миссури. Затем они тихо спросила первенца Джона, — Дин, дорогой, почему бы тебе не рассказать нам, что ты видел?       Сэм нахмурился и взглянул на Миссури. О чем она вообще говорила? Но потом он почувствовал, что Дин напрягся под его рукой и ошеломленно услышал голос брата:       — Не знаю., — пробормотал он нерешительно. — Были вспышки, словно воспоминания. Воспоминания, которые были у меня с мамой. Завтрак на кухне или игра в прятки. А также с ней и отцом, когда она была беременна…я просто…я думал, что это нормально, от того, что я здесь и все такое. Но я не мог их контролировать, они просто всплыли в моей голове.       Он печально поднял глаза, чтобы встретить взгляд Сэма. Младший брат уронил руку с его плеча, он казался совершенно ошеломленным, и на его лице было выражение преданного адвоката.       — Что еще? — уговаривала Миссури, — что случилось, когда ты потерял сознание?       Потирая лоб, Дин слегка покачал головой.       — Я не помню, — соврал он.       Его голос не мог скрыть боль. Его голова готова была взорваться, и вдобавок ко всему, Сэмми был зол на него.       — Дин…       — Я сказал, что не помню, хорошо?       — Оставь его в покое, — сухо приказал Сэм Миссури.       Злой, но преданный.       — Сэм, ты должен понимать, что это очень серьезно…       — Это ты ничего не понимаешь, Миссури. Мы не знаем тебя, так почему мы должны тебе верить? Сначала ты лжешь нам, потом говоришь, что разговаривала с нашим отцом, а потом отказываешься говорить, где он. И теперь ты хочешь, чтобы мы поверили, что…что наша… Ради всего святого!       — Я просто хочу вам помочь.       — Спасибо, но с нами все будет в порядке.       Тем не менее, Сэм похлопал брата по спине, чтобы сообщить ему, что они уходят, и что он не собирается принимать «нет» за ответ. Однако Миссури тоже встала, и она видела дрожь Дина. Как и Сэм.       — Если ты передумаешь, — сказала она, — вот, возьми мою визитку, чтобы знать, где меня найти.       Сэм скривил губы, когда Дин протянул руку, чтобы схватить карточку, прежде чем устало встать и следовать за братом к входной двери.

***

      Ни один из них не сказал ни слова во время поездки обратно в мотель, если не считать ворчания Сэма о смертельной хватке Дина на руле. Дина это не обмануло. Это был только вопрос времени, пока Сэм не решил, что перемирие закончилось и начнет к нему приставать. Разозленный адвокат держал себя в руках, пока не вернулся в комнату для допросов со своим клиентом, подумал Дин. Он усмехнулся этой мысли, когда они вошли в номер мотеля, и он плюхнулся на ближайший стул.       — Так когда ты позвонил отцу?       Забавно, что после всего, что случилось, именно этот звонок больше всего ранил Сэма.       — Когда мы остановились на заправке.       — О, — был единственным ответом Сэма.       Дин неловко поерзал в кресле. Он должен был быть благодарен, что это все, но вдруг молчание Сэмми показалось неправильным.       — Что? — спросил Дин.       — Ничего.       Давай, Сэмми, не поступай так со мной.       — Итак, что же это такое? Пытка молчанием?       Сэм рассмеялся так же невесело, как и Дин ранее.       — Нет, — прямо ответил младший. — Но я ненавижу, когда ты так делаешь.       — Как делаю?       — Затыкаешь меня.       Дин на секунду задержал взгляд на брате, а затем перевел взгляд на ковер.       — Я не был…я просто…чувак, я не знаю, хорошо? Я должен был сказать тебе раньше. Мы можем двигаться дальше?       — Как ты должен был рассказать мне о своих видениях?       Забавно, ты спрашиваешь меня об этом, сияющий мальчик.       — Это были не видения, — устало возразил старший.       — Какая разница, Дин.       — Я не хотел, чтобы ты волновался.       — Да, и ты проделал потрясающую работу. Но в следующий раз избавь меня от этой участи, где я нахожу брата без сознания на полу.       — Да, точно! — взорвался Дин. — Будто я был рад валяться на полу!       — Черт побери, Дин! Ты знал, что что-то происходит, и не сказал мне! Ты меня еще и отослал! Это было просто глупо! — повысил голос Сэм.       Неужели глупо?       — Ты напугал меня, понимаешь? — Голос Сэма дрогнул, он отошел, и сел на край кровати. — Боже, я думал…я думал, что найду тебя подвешенным на гребаном потолке.       Дин хотел ответить, но слова застряли в глотке, когда он встретился с раненым взглядом брата. Дин почувствовал себя последней сволочью за то, что заставил брата волноваться.       — Прости, — наконец сказал старший.       Сэм щелкнул языком и отвел глаза.       — Проехали, — покорно ответил он.       Хорошо, он поступил глупо, скрывая от него свои видения, но у мелкого было и так достаточно поводов для волнений. Но он не собирался извиняться за желание держать его подальше от опасности, потому что это то, что он делал и будет делать всю оставшуюся жизнь. Но он сожалел, что напугал его, потому что если бы он был на месте Сэма, он бы умер от сердечного приступа.       — Все равно, приятель.       Они помолчали пару минут.       — Дин?       — Что?       — С ней что-то не так, понимаешь? С Миссури. Это невозможно.       Дин услышал, что голос Сэма внезапно стал мягким. Отлично, теперь братишка чувствует себя обязанным утешить его?       — Кого ты пытаешься убедить? Меня или себя?       — Что это значит?       — Ты знаешь, что я имею в виду.       — Я не собираюсь извиняться за то, что хотел этого, Дин, — заявил Сэм. — Но дело не в том, что я ослеплен желанием отомстить, если ты так думаешь. Дело в том, что ты слепо веришь в слово совершенно незнакомого человека. Потому что я вижу, что ты ей веришь. Но я имею в виду, почему ты так ей доверяешь? Только потому, что она говорит, что знает отца?       Дин вздохнул и покачал головой.       — Это не так.       — Черт возьми, это так.       — Это не связано с папой, Сэм. И это даже не касается Миссури. Это касается меня. Дело в том, что я видел.       — Я знаю. Вспышки воспоминаний о тебе, я понимаю. Но ты сам сказал, что это было бы вполне нормально, учитывая обстоятельства…       — Нет! — Дин проклинал себя за слезы, которые собирались на глазах, — Ты ничего не понимаешь. Я видел маму… Я действительно видел ее. И это не было воспоминанием…она говорила со мной, а потом…       Его голос дрогнул, и Дин замолчал, пытаясь подавить дрожь.       — А потом ты отключился, — закончил его брат. — Она напала на тебя, не так ли? Это то, что с тобой происходит?       Дин не ответил.       — Дин, — твердо сказал Сэм. — Даже если и так, это ничего не значит. Чувак, мы через это проходили. Духи, которые влезают в наши головы и используют то, что они находят против нас, духи, которые принимают чужой внешний вид, чтобы манипулировать…       — Да, да… избавь меня от урока, — пробормотал Дин себе под нос и закрыл глаза.       Он не видел, но, догадываясь по тишине, которая воцарилась в комнате, что его брат закатывает глаза и раздраженно опускает руки. Хороший мальчик. Сколько раз он использовал трюк раздражения, чтобы избавиться от Сэма? В конце концов, любой здравомыслящий адвокат откажется от своего клиента, если последний будет слишком вредным, чтобы сотрудничать. Не то, чтобы этот клиент заслуживал такого внимания в первую очередь, так зачем беспокоиться?       — Как твоя головная боль?       Боже, у этого парня было призвание.       — Замечательно, — пробормотал он.       Сэм ни на секунду не купился.       — Ты выглядишь дерьмово.       Дин грустно усмехнулся.       — Спасибо, Мисс Канзас.       Проигнорировав замечание, Сэм подошел к брату и пристально посмотрел на него. Дин почувствовал его присутствие, но не открыл глаза, вызывая новую волну беспокойства у его младшего брата. Немного подумав, Сэм провел руками по волосам Дина и провел ими по вискам.       — Сэм…я же говорил тебе, что у меня нет сотрясения мозга, — прошептал Дин. — Прекрати это делать…       Но как бы сильно Дин не хотел оттолкнуть Сэма, он не мог заставить себя сражаться с ним, что если пошевелиться, то головная боль усилится, и он сорвется, рыдая как ребенок. Дело не в том, что он не мог выдержать боль. Он мог терпеть боль. Но сейчас он только хотел свернуться калачиком и плакать, и мягкие движения Сэма только усугубляют ситуацию.       — Сэм, пожалуйста.       — Успокойся, — тихо сказал Сэм.       Младший брат провел пальцами по вискам Дина, и тот тяжело задохнулся и прикусил нижнюю губу, когда весь его мир побелел. В следующую секунду стук в голове немного утих, и Дин снова почувствовал, что задыхается на грани слез. Но это было приятное чувство. Сэм снова надавил на голову кончиками пальцев, делая маленькие кружочки, и потирая большими пальцами затылок. Дин задержал дыхание, пока его брат не ослабил прикосновение, тем самым посылая новый поток облегчения по всему телу. Затем Сэм погладил брата по лбу, и ему удалось успокоить боль Дина.       Дин узнал его движения. Он все еще помнил времена, когда он время от времени делал это для своего младшего брата. У Сэма были ужасные мигрени, когда они были детьми, главным образом потому, что он настаивал на чтении в течение нескольких часов в тусклом свете на заднем сиденье автомобиля. Их отец предупреждал его и ругал, иногда он очень злился на него, но ребенок был слишком упертым, чтобы слушать. Тем не менее, иногда ночью, когда они останавливались в очередном потрепанном мотеле у дороги, Сэм не мог скрыть симптомы. Он в конечном итоге ходил, как зомби, гримасничал при малейшем звуке и сворачивался в клубок, когда папа не смотрел. В то время все лекарства были у папы, и ребенок был слишком горд, чтобы попросить Тайленол.       Конечно, он и Дину ничего не говорил, но старшему брату не нужно ничего говорить, чтобы он определил признаки. Поэтому он просто жестом подзывал Сэма подойти поближе, и он всегда слушался, сначала смущенно, с благодарностью, когда понял, что Дин не собирается судить его. Сэм в конце концов прижимался к брату в тишине и позволял Дину помассировать его голову. После того, как его брат терпеливо делал массаж, и боль исчезала, Сэм засыпал в спокойном сне. На следующее утро они обнимались, но не говорили об этом, так же, как они не говорили о большинстве вещей, происходящих в их жизни. Но пока они росли, это были всего лишь несколько моментов близости, как эти, которые имели смысл и держали их в здравом уме.       По правде говоря, Дин был шокирован и тронут тем, что его младший брат вспомнил их маленькую практику. Это был первый раз, когда старший позволил Сэму отплатить ему, и он с облегчением обнаружил, что Сэм очень хорош в этом. Когда Сэм закончил и небрежно положил руки ему на плечи, Дин глубоко вздохнул и сглотнул, как будто он просыпался от задумчивости. Его голова немного онемела. Эхо головной боли, слегка стучало по его черепу, но, по крайней мере, он мог ясно думать, и головокружение исчезло.        — Спасибо.       — Без проблем. Нужен еще один раунд?       Дин отрицательно покачал головой и немного выпрямился — в конце концов, он наклонил голову и частично прислонился к брату. Сэм ничего не сказал, не он держал руку над плечом своего брата немного дольше, прежде чем отойти к столу.       — Послушай, я собираюсь принять душ, — сообщил Сэм. — Мы можем провести некоторое расследование позже и попытаться выяснить, что на самом деле происходит, хорошо?       Дин кивнул и услышал, как Сэм шепчет: «хорошо», прежде чем он отступил и пошарил в сумке, чтобы найти свежую одежду.       — Эй, Сэм, — прошептал Дин, как раз перед тем, как его брат исчез в ванной.       — Да?       — Знаешь, ты был бы отличным адвокатом, — улыбнулся он.       Сэм поднял бровь и покачал головой, как будто Дин просто сошел с ума, но все же улыбнулся в ответ.       — Разве ты не слышал последние новости? — усмехнулся младший. — Оказывается, сейчас я больше экстрасенс.       — Ну и что? Думаешь, у парня Перри Мейсона тоже не было причуд?       — Да, конечно, — засмеялся Сэм. — Увидимся через некоторое время.       Младший Винчестер ушел в ванную, оставив Дина одного.       — Да конечно, братишка, — прошептал он.       И схватив ключи от Импалы, он вышел из комнаты, закрыв за собой дверь.