Семья
13 сентября 2018 г., 21:04
— Дин…мой малыш, мой красивый ребенок. Прошло так много времени.
— Я знаю.
— Ты позабыл меня, если так долго не возвращался?
— Это…это не так.
— Но раньше, когда ты был ребенком… Ты не хотел заходить. Как бы я тебя не звала, ты оставался снаружи. Разве ты не слышал меня?
— Я слышал. Но мне было страшно.
— Ты боишься меня? Почему?
— Потому что я не понимаю, почему ты все еще здесь. Потому что ты…умерла.
— А сейчас, ты понимаешь?
— Да, Мама. Я понимаю.
— Но ты все еще боишься. Это потому, что ты меня больше не любишь?
— Это не правда. Я люблю тебя.
— Но ты пришел, чтобы убить меня. Дорогой, я не могу позволить тебе убить меня.
***
Сэм весь вспотел, пока нес Дженнифер на улицу. Ночной воздух обжигал разгоряченную кожу ледяными иглами, и он начал дрожать. Тело было слабым после недавнего удушья, голова болела и кружилась. Как только он вышел на свежий воздух, Сэм обернулся. Но его брат не вышел из дома, и младший Винчестер прищурился, пытаясь рассмотреть Дина в мраке гостиной. Его старший брат стоял в коридоре, прикусив нижнюю губу. Он не сделал ни шагу наружу. — Дин? — Спросил Сэм, хмурясь. Когда он увидел печаль на лице Дина, на его позвоночнику пробежал холод, словно электрический заряд. Он пытался убедить себя, что Дин просто остался позади, чтобы прикрыть их уход. Но даже, когда он придумывал оправдание задержке Дина, он уже тогда знал, что старший брат решил остаться внутри. — Дин! Внезапно дверь захлопнулась с громким хлопком, и крик Сэма потонул в этом звуке. Он со стоном опустил Дженнифер на землю. Стоя на коленях, прижав женщину к груди, он пытался отдышаться. На пару секунд он окаменел. Он просто не мог понять, что произошло, и он все еще ждал, что Дин выйдет, потому что дверь захлопнулась просто от порыва ветра. Нет, нет, нет… Дженнифер слабо застонала, и Сэм положил ее на землю, пощупав ее лоб, не отрывая взгляда от входной двери. — Дин! — Позвал он снова. Вскочив на ноги, Сэм в одно мгновение оказался у двери, и врезался в массивную древесину, которая отказалась открываться, как бы он ее не толкал. Отчаявшись, Сэм попытался вскрыть замок, но понял, что дверь на самом деле не заперта. Казалось, что дверь была заблокирована изнутри, но кем или чем, Сэм не знал. — Открой дверь! — приказал Сэм, он готов был впасть в истерику. — Открой дверь! Черт возьми, Дин, не надо. Не делай этого! Младший охотник стучал в дверь снова и снова, из глаз полились слезы. Дин должен был его слышать. Будь он проклят! Он хотел кричать и рыдать. Он хотел всыпать Дину по первое число. Кем, черт возьми, он себя возомнил, раз не разрешил Сэму даже попрощаться с ним, хотя сам кинул ему грустную прощальную улыбку, которая будет преследовать Сэма до самой смерти. Он хотел орать во все горло, но остальные соседи бы его услышали. И вряд ли они буду игнорировать его крики так же как и его брат, и скорее всего вызовут полицию, если он не возьмет себя в руки, Сэм стиснул зубы и отступил, решив успокоиться и обдумать ситуацию. Дженнифер пошевелилась, и стала не такой бледной, но дыхание все еще с хрипом выходило из легких. Хотя ее жизни больше ничто не угрожало, ее все равно нужно было доставить в больницу. Кто знал, что сделала с ней Мэри? Проблема в том, что сейчас Сэм мог думать только о Дине. Не зная что предпринять, Сэм посмотрел на Импалу, припаркованную по улице, а затем поднял Дженнифер на руки и быстро пересек дорогу, направляясь к машине. Открыв заднюю дверь, он осторожно поместил Дженнифер на заднее сиденье. — Все будет хорошо, — прошептал Сэм. — Я вернусь. Охотник закрыл дверь и задержавшись на ней взглядом, снова побежал к дому. Его сердце грохотало в груди, кровь билась в висках с такой силой, что казалось треснет череп. Ему нужно попасть в дом, пока он не потерял сознание. Думай, Сэм, думай. Окна были закрыты, поэтому он не смог бы пробраться через одно из них. Он пытался дозвониться до Дина по телефону, но сигнала не было. Задняя дверь также была закрыта. Ему в голову пришла мысль о том, чтобы Импалой протаранить стену, как он это сделал в Иерихоне. Да, похоже, что он все-таки собирается разбудить всех соседей. Но тот дом был просто развалюхой, когда он в него врезался. А дом Дженнифер был крепким, и Сэм не знал, кто сломается первым: дом или Импала, если он все-таки рискнет проверить. Или его шея, если на то пошло. Чувствуя себя беспомощным, Сэм снова ударил в дверь, и снова ничего не произошло. — Дин! В конце концов, охотник прижал голову к двери. Закрыв глаза, он попытался сосредоточиться на том, что было внутри него, на той силе, которая позволяла ему общаться с Дином раньше. — Дин… Дин, пожалуйста. Ты меня слышишь? Не делай этого со мной. Не снова, — пробормотал Сэм. — Мы в этом вместе… Слова произнесенные им ранее, казались теперь ни чем иным, как шуткой. Бесполезной шуткой, как и его так называемые силы. — Сэм. Сэм вздрогнул и повернулся, и увидел позади него Миссури. Ее большие, темные глаза с беспокойством смотрели на него. — Миссури! — Воскликнул Сэм. Или скорее прорыдал, потому что он не мог остановить дрожь в голосе. Младший Винчестер подошел к ней, крепко схватил ее за руки и с отчаянием посмотрел на экстрасенса. Ему было все равно, почему и зачем она пришла. Он был просто слишком рад ее видеть. — Миссури, мне нужна твоя помощь, — умолял он, почти таща старую женщину по лестнице на крыльцо. — Что случилось? — быстро спросила Миссури, испугавшись его безумного вида. — Мы закончили ритуал, но…пришла Дженнифер и… Дин…он… — лепетал Сэм. — Дженнифер? Она в порядке? — Да, она…она была на полу, и…ее пульс…я не знаю. Я взял ее, но Дин., — шептал Сэм, горло перехватило и он словно задыхался. — Просто дыши, дорогой, — успокоила его Миссури. — Пожалуйста, успокойся. Сэм сглотнул и закрыл глаза, пытаясь взять себя в руки. Он знал, что если не успокоится, то не сможет помочь Дину. Он должен вести себя как охотник, а не как испуганный ребенок. Сделав пару вдохов, Сэм попытался сосредоточиться. Он должен уговорить Миссури помочь ему. Это все, чего он хотел, и единственное, о чем он мог думать в данный момент. Если Миссури поможет ему, то все будет в порядке. — Дженнифер в машине, — хрипло объяснил Сэм, как только он получил немного воздуха в легкие. — Она без сознания, но в остальном, я думаю, что она в порядке. Миссури испуганно повернулась и поспешно взглянула на Импалу. Сэм сжал руки экстрасенса сильнее, чтобы она не пошла к машине. Миссури почувствовала давление и снова посмотрела на Сэма. И увидела в его глазах страх и отчаяние. — Дин все еще внутри? — Да, — зарычал Сэм. — Но я не могу открыть дверь. Что-то блокирует ее. Я…Я думаю, что он у нее. — Что? Как? — Я не знаю! — Закричал разочарованно Сэм. Он терял контроль с каждой секундой. Миссури вздрогнула, почувствовав потрясение от эмоций молодого человека. — Миссури, — продолжал Сэм. — Ты сказала, что я могу связаться с ним. Мне нужно сделать это сейчас. Я должен ему помочь. — Сэм, я… — Что бы ты ни сделала в своем доме, мне нужно, чтобы ты сделала это снова, — сказал Сэм настойчиво, пожимая руки женщины в своих. — Сэм…я не знаю, хорошая ли это идея, — сказала она, колеблясь. — Почему? — огрызнулся он, чувствуя как внутри поднимается желчь. Женщина провела последние два дня, побуждая его принять «дар», который он ненавидел, и теперь, когда он нуждался в нем, она намеревалась отступить? Миссури поджала губы. — Ты не готов, Сэм. У меня дома ты был в безопасности, и я убедилась, что связь длилась меньше минуты. И все же, ты отключился после этого. Попробовать здесь, сейчас, вот так, это слишком опасно. — Мне все равно! — Ты должен… — Пожалуйста, — умолял Сэм. — Я пытался сделать это сам, но я не знаю, как. Он там один, и мне нужно с ним связаться. Я просто…он мой брат. Пожалуйста. Миссури вздохнул. — Я должен попробовать… Экстрасенс сжала руки Сэма и глубоко вздохнула. — Ты уверен? — Спросила она. — Да. Да, я уверен, — сказал Сэм, кивая. Миссури смотрела на него немного дольше, словно заглядывала в душу, и увидела там решимость. Она закрыла глаза, и Сэм почувствовал побуждение сделать то же самое. Как только он это сделал, то почувствовал, как его словно накрыло волной. Сэм ахнул, и его тело вцепилось за эту связь. — Сэм., — он услышал обеспокоенный голос Миссури. Сэм понял, что дрожит. Вокруг было слишком много энергии, как внутри его ослабленного тела, так и снаружи. Но когда Миссури попыталась отпустить его, Сэм крепче вцепился в ее руки. — Нет… — прошипел он сквозь сжатые зубы. — Сэм, не надо. Ты не справишься… — Я могу это сделать, — прохрипел он. Впусти меня. Энергия, исходящая из дома, стала сильнее, она словно душила его. Сэм застонал, чувствуя, что его разум тонет в этой темноте. Миссури побледнела, почувствовав эхо его боли. Одного этого эха было достаточно, чтобы у нее начала раскалываться голова. — Она не позволит тебе. Она слишком сильна, — сказала женщина, задыхаясь. — Я могу это сделать! — повторил Сэм. Но даже когда он произнес эти слова, его колени подкосились. Дин, впусти меня… Впусти меня. Сэм сосредоточился на своем брате, думал о нем изо всех сил. Несмотря на боль, несмотря ни на что, он собирался связаться с Дином. И она не сможет его остановить.***
Дин шел словно в тумане, следом за своей матерью. Аромат роз уже не вызывал тошноту, а убаюкивал. С каждым болезненным вдохом сладкого воздуха, он чувствовал себя пьяным. Он наслаждался этим ощущением и удивился, почему он так боялся ее все эти годы. Потерять себя было не так уж и ужасно. В конце концов, он отбросил эти мысли. — Иди сюда, — услышал он тихий шепот Мэри, когда она обняла его. Дин закрыл глаза и опустил лицо в ее шею, крепко обняв. — Мама, — пробормотал он. Дин не был уверен, что хотел сказать, просто рад был стоять рядом с ней. Мэри притянула его к себе, утешая, хотя ее плоть была не совсем твердой. Дин словно упирался в мягкую подушку. Это было хорошо. Он вспомнил, как близость Мэри влияла на него раньше, и как она чуть не убила Дженнифер. Но Винчестеру было все равно. Это было похоже на падение все глубже и глубже, но он не ожидал, что объятия его матери смягчат падение. Остальное не важно. Дин слышал как Сэм пытается до него дозвонится. Он мог слышать голос Сэма вдалеке, он звучал так испуганно. Дин попытался отключить его, вместо этого сосредоточив внимание на том, что Сэм был в безопасности. Он позаботился об этом. Но игнорировать Сэма оказалось сложнее, чем он ожидал. Дин не мог игнорировать своего младшего брата, когда мелкий был напуган. — Шшш, теперь все в порядке, — прошептала Мэри. Она начала напевать ему на ухо колыбельную, стирая отчаянный крик Сэма из сознания Дина, и вводя своего первенца в своего рода транс. Старший охотник не понимал, что его колени подгибаются, пока дух Марии не подхватил его. Но он почувствовал, как Мэри отстранилась и взяла его лицо в руки. — Мама? — Пробормотал Дин, его глаза тонули в ее взгляде. На этот раз, это был вопрос. — Пойдем со мной, — ответила она, нежно направляя его наверх. Дин позволил ей вести его, смутно регистрируя, что его окружение менялось, когда они поднимались по ступенькам. Вот они были в доме Дженнифер, а затем стены мерцали, мебель менялась, и Дин шел по коридорам своего старого дома, когда там жила семья Винчестеров. — Что происходит? — Ты дома. Дин облизал губы, сглотнул и почувствовал удовлетворение от этого простого ответа. Это имело смысл. И в любом случае, прежде чем он успел об этом подумать, Дин оказался в своей старой комнате, моргнув в замешательстве. — Тебе здесь нравится? — весело спросила Мэри. Она с сияющей улыбкой двинулась по комнате, остановившись рядом с кроватью Дина и взмахнула руками, указывая на окрашенные в синий цвет стены, игрушки и мебель из светлого дерева. Дин наклонил голову ничего не понимая, пока не почувствовал запах свежей краски. Тогда он вспомнил тот самый день, когда впервые увидел свою новую комнату. Джон и Мэри работали над ней в течение недели, но они не разрешали ему входить, решив сделать сюрприз. Оглядываясь назад, Дин словно видел беременную Сэмом маму, и как его родители, готовили старую комнату Дина, которая была ближе к их, чтобы в ней жил маленький Сэмми. Дину тогда было всего три года, и он еще ничего не знал о том, что у него скоро появится младший брат. Он был просто взволнован, потому что, как сказала мама, он был взрослым мальчиком и мог переехать из своей старой комнаты по соседству, в эту большую. К тому времени, когда Сэмми родился, Дин практически забыл, что эта комната когда-то была его, и он не чувствовал себя обиженным, что из-за Сэма переехал в другую комнату. Охотник прошел в середину комнаты и повернулся, чтобы оглядеться. Он предпочел не обращать внимания, когда изображение неуловимо мерцало, как будто он смотрел на все через стекло. — Ты сказал, что тебе нравится синий, не так ли? — Спросила Мэри. — Ты видел шторы? Я подумала, тебе понравятся самолеты… Дин улыбнулся маленьким красным и синим самолетам, которые были изображены на шторах, и вдруг почувствовал, что внутри него разрастается тепло. Это был словно сон: видеть его мать такой счастливой, и знать, что ее счастье было связано с ним. Он не мог вспомнить, чтобы кто-то был так счастлив просто видеть его, или так взволнован простой перспективой угодить ему. — Мне нравится, мама. Спасибо. Она просияла и взяла Дина за руку, таща его игриво, чтобы показать, куда она положила игрушки, одежду…игрушки и одежду ребенка. — Ты голоден? — Спросила Мэри. — Подожди здесь, и мамочка приготовит тебе блинчиков. В ту секунду, когда она предложила, Дин готов был поклясться, что почувствовал их аромат. — Можно мне с шоколадом? — он услышал свой голос и удивился. Его голос звучал странно, моложе…словно не его. Губы Мэри растянулись в знакомой озорной улыбке, и она кивнула. В следующую секунду Дин был один в своей спальне, хотя он не помнил, чтобы видел, как Мэри выходила через дверь. Сознательно отказываясь слишком много об этом думать, Дин пробежал пальцами по мягкой поверхности комода, прежде чем выйти в коридор. Он шел по второму этажу, заглядывая в комнаты, и удивлялся, что так хорошо их помнит. Только одна дверь была закрыта, рядом с комнатой Дина. Когда он остановился перед ней, то почувствовал, как где-то внутри него нарастает тоска. Дин прикусил губу и потрогал ручку. — Дин? — он услышал, что Мэри стоит позади него. Испугавшись, Дин обернулся, и краем глаза заметил что-то, что привлекло его внимание. — Эй, — пробормотал Дин. Мини-Дин смотрел на него с порога своей спальни с любопытством на лице. — Я думал, что больше никогда тебя не увижу, — продолжил Дин. Ребенок ухмыльнулся и бросился к Мэри, которая стояла рядом с лестницей. Она взяла его на руки, держа одной рукой над ее бедром и другой гладя его волосы. Оба настолько идеально подходили друг другу, что у Дина заболело сердце от увиденного: мать и ее четырехлетний ребенок. — Хочешь поиграть? — спросил невинно ребенок. Дин сглотнул. — Не перед ужином, — мягко упрекнула Мэри. — К тому же, я вроде сказала тебе прибраться в твоей комнате, не так ли, молодой человек? Дин не был уверен, разговаривала ли она с ребенком или с ним, потому что глаза Мэри смотрели на него…но он больше не был маленьким ребенком. — Ты права, — сказал Дин. — Мы можем поиграть позже. Но я., — Он замешкался, отрывая глаза от опьяняющих глаз Мэри. — Можно я возьму один из этих блинов и уберу комнату после? Мэри улыбнулась, ее глаза сверкали. — Хорошо, милый, но мы не будем говорить папе. Дин слабо улыбнулся. — Нет, мы не скажем. — Хорошо, я сейчас вернусь. Дин направился к лестнице, проходя мимо Мэри, а затем споткнулся и направился на кухню, где он тяжело прислонился к столу, чтобы успокоиться. С каждым шагом ему становилось все сложнее двигаться. Раньше головокружение изредка накатывало на него, теперь же он постоянно чувствовал себя плохо, зрение стало размытым. Он не мог сказать, было ли это из-за нее или из-за истощения. Ему нужно поторопиться, пока он еще контролировал свои мысли, потому что он знал, что он может вырубиться в любую минуту, и он боялся, что как только он сдастся, второго шанса у него не будет. Оглядываясь, Дин осмотрел кухню. Эта комната выглядела, как раньше: уютно и нормально. Сэм бы взбесится. Он сам не знал, почему вдруг подумал о брате. Может потому что был совсем рядом, дальше по коридору. Прямо за входной дверью. Очнись! Дин закрыл глаза. Он попытался сосредоточиться, и его голова, которая до сих пор была как в тумане, начала раскалываться. Дин, очнись! Когда охотник открыл глаза, видение старой кухни дрогнуло, но не исчезло. Пытаясь сбросить наваждение, Дин почувствовал как головная боль усилилась. Он стиснул зубы и взял глубокий вдох. Если и было что-то, с чем мог справиться старший Винчестер, так это боль. — Один… — начал он, только тихо застонав. Когда он досчитал до пяти, Дин едва мог ходить, но он знал, что ему нужно. Он сделал последнее усилие и оттолкнувшись от стола встал в угол рядом со стойкой. Там его ноги дрогнули, и Дин сполз на пол. — Дин? — Сердце Дина пропустило удар, когда он поднял глаза и увидел Мэри перед собой. — Прости, мам, — задохнулся он. Он схватил дробовик заряженный каменной солью, который он бросил ранее на пол рядом с Дженнифер. — Прости меня. Он прицелился в нее. А потом нажал на курок. Заряд соли вылетел из дула и Мэри закричала в агонии, когда кристаллы дошли до нее, пронзили ее тело и швырнули ее к стене. — Дин! — она плакала. Неверие, уныние, боль. Ее голос был полон этих эмоций, и Дину пришлось отвести от нее глаза, чтобы не видеть ее страданий. — Мне очень жаль. Прости. Прости, — повторял он. — Боже, мне так жаль… — Да, мне тоже. У Дина перехватило горло, мешая дышать. Неохотно, он посмотрел вверх и в замешательстве покачал головой при виде того, как Мэри поднимается с пола совершенно невредимая. — Нет, — покачал головой Дин, не в состоянии остановить слезы. — Почему…как…? — прохрипел он, ведь соль должна была ее изгнать. Удрученная, Мэри посмотрела на него и проигнорировала его вопросы. — Я хотела сделать все правильно, Дин. Я хотела сделать это дом уютным, для тебя. Мы могли бы быть счастливы. — Как? — он снова спросил. — Я хотела, чтобы ты остался со мной. Я думала, ты тоже этого хочешь, — сказала Мэри, поджав губы. — Наверное, я ошибалась. Мы теперь разные. Мы больше не семья. Дин не отреагировал. Он не мог вымолвить ни слова, просто смотрел на нее широко раскрытыми глазами. — Но я знаю, как это исправить, — продолжила Мэри. — Я знаю, что нужно сделать, чтобы мы снова стали семьей. Чтобы мы снова были вместе. Дин ахнул и прижался к стене, когда внезапно появившееся из ниоткуда пламя огня, поднялось вокруг них. — Мама… Огонь поднялся вверх по стенам и продвинулся по полу, загоняя Дина в угол, окутывая его столбом пламени и дыма. — Не волнуйся, детка. Сначала будет немного больно. А потом…все будет хорошо. С тобой все будет хорошо. Дин кашлял и извивался, но не мог найти в себе силы, чтобы бороться. Нажать на курок было самым трудным, что он когда-либо делал, и теперь он был просто изможден во всех возможных смыслах. Его тело уже решило сдаться, и его разум не мог найти ничего стоящего, за что стоило бы бороться. Когда его глаза начало щипать от дыма, Дин закрыл их и позволил темноте успокоить чувство жжения. Все вокруг говорило ему, что он скоро умрет. Но он может это и не так плохо, может именно так и было задумано. Двадцать два года назад.
