Даже в главном хулигане Пензы, однажды, проснётся любовь...

От имени Егора: — Блять, чё делать? Чё думать? Может, эти уебки давно замочили ее? — мысли все также терзали меня и я нервно расхаживал по кабинету. — Не дай Бог, я сам потом от них и мокрого места не оставлю. Я уничтожу их. — Егорыч, успокойся, — Артур потирает подбородок. — Успокойся?! УСПОКОЙСЯ, БЛЯТЬ?! — закипаю я. — Действительно, сука, чего это я, нахуй, нервный такой?! Подумаешь, мою девушку похитили какие-то уебаны, среди которых главный ее отец! Это же херня! — хлопаю ладошками по столу и скидываю рукой на пол стакан с карандашами. — Девушку? — скептически ведёт бровью мой друг.        Чувствую, что скоро он станет бывшим, ибо я набью ему рожу. — С каких это ты пор записал ее в свои девушки? — он складывает руки на груди. — Тебя действительно это сейчас ебать не должно, — до меня только сейчас доходит весь смысл сказанной им фразы.        Черт, я только что вновь назвал ее своей девушкой. Уже второй раз. — Знаешь, мне вообще похуй, что у тебя там сейчас происходит. Я просто хочу видеть тебя счастливым. Мне похуй, кто это будет, пускай даже эта девчонка, имени которой я до сих пор не знаю, но я хочу, чтобы ты был рядом с ней по-настоящему счастлив, — я вздыхаю и нервно провожу рукой по волосам. — Извини, нервы. — Да я все понимаю, — жмёт плечами шатен. — Тихон, чё мне делать? — сажусь на стул и зарываю руки в волосы от безысходности, оттягивая их. — Не сидеть, сложа руки. Нужно продолжать поиски, — просто произносит Тихонов. — Ее нигде нет, поднимаешь? Может, она вообще не в Пензе! Может, этот уебок продал ее в рабство, я не ебу, что у него в его гнилой черепушке, — Артур громко смеётся. Я хмурю брови. — Бля, Крид, слышал бы ты себя сейчас со стороны, — продолжает смеяться шатен. — Знаешь, Артур, я впервые в жизни так за кого-то боюсь, кроме своих родных, — тяжело вздыхаю. — Она меняет меня, понимаешь? — Вижу. — фыркает друг и я бросаю на него злобный взгляд. Тот поднимает руки в жесте, мол: «Молчу-молчу.» — Я начал что-то чувствовать к ней. Но не понимаю, что это. У меня никогда ничего подобного не было. Был лишь секс. Простой, без обязательств. На этом и расходились. А её я не могу оставить, что-то меня держит рядом с ней. И это ебанное недоразумение меня бесит. — Слушай, может, ты влюбился? Ты не думал об этом? — Нет, это исключено, — отмахиваюсь от друга и плескаю в стаканы виски. — Почему ты так категоричен? — Артур забирает свой стакан и делает глоток. — Ты забыл кто я? Я — тиран. Я не умею быть ласковым и нежным. Я не влюбляюсь, не люблю. — Все любят, Егор. Ты говоришь, что не любишь. Ок. Что ты тогда чувствуешь к своим родным? Ты боишься их потерять. Это и есть любовь, — жмёт плечами шатен. — Просто ты всем своим нутром это отвергаешь и из-за этого одел на себя эту маску. Я ведь знаю тебя настоящего. Никому не удавалось задержать тебя с собой на некоторое время. Лишь эта незнакомка тебя зацепила. А зацепила тем, что не дала тебе тогда около подъезда. Ты настолько привык, что тебе все сами дают, что это задело твое самолюбие. И только попробуй, сука, ее обидеть как-то. Я тебе сам лично ебальник развалю, понял? — я ошаренно киваю и выпиваю всю жидкость, находящуюся в моем стакане, погружаясь полностью в воспоминания, трёхдневной давности. «Flashback» «3 дня назад» — Блять, и чё нам делать теперь? — желваки сами напряглись и я начал переминать пальцы. — Не знаю. Но твоя девчонка в любой момент может находиться в опасности, — пожал плечами Павел. — Спасибо, я уже это и сам понял, — ноздри раздуваются от злости. — Нам нужен план. — Не отходи от нее ни на шаг. Встречай с университета, с работы и не оставляй ее одну, — предлагает Артур. — Проще запереть в квартире, поставить на окна решетки, а на дверь электрическую ловушку, — закатываю глаза. — Блять, Булаткин, ты же сам говорил, что все серьезно, а сейчас сидишь и стебешься. Мне лично похуй на твою подружку, — хмурится Тихонов. — Я и так не собираюсь отходить от нее ни на шаг, но она уже начинает подозревать, что что-то происходит. Я не смогу все долго держать в тайне. Она тот ещё Шерлок, — усмехаюсь. — А если ей подкинуть в сумку маячок? — предлагает Паша. — Я уже подарил ей кулон с GPS маячком, — отмахиваюсь от него. «End Flashback» — Артур? — хриплым голосом произношу я. — Что? — У нее в кулончике маячок есть, — мы подрываемся с места и бежим в комнату к Паше. Сука, как я мог забыть? — Паш, пробей маячок. Я вспомнил, что у Лии в кулончике маячок есть, — тот кивает и понимается за работу. — Егор, не хочу расстраивать тебя, но он не активирован. — Уебан… Какой же я уебан… — хлопаю по лицу и тяжело вздыхаю.        Я что-то обязательно придумаю. Моя девочка, держись… Все будет хорошо… От имени Лии:        Тело все онемело и я не чувствую уже ничего. Оно онемело от холода или от того, что я связана? — Ээй?! — кричу на всю комнату я. Железная дверь распахивается. — Чё орёшь? — в дверном проёме появляется двухметровый амбал. — Развяжите меня! У меня все тело онемело от ваших ебучих повязок и холода! — возмущаюсь я и дверь тут же закрывается. — Уебок! — кричу я и прокашливаюсь.        Слышу непонятное бормотание. Пытаюсь прислушаться. Нет, тщетно. Ничего не слышно, кроме басов в мужских голосах. На глазах появляются слезы. Слезы безысходности. Железная дверь вновь открывается и заходит этот мужчина. Он быстро развязывает мои руки и уходит. Я потираю запястья. Этот лысый гомодрила забрасывает мне огромную кучу шмоток и 5 ватных одеял. — Из одеял сделаешь себе кровать. Выйдешь отсюда отсюда или нет — завист от тебя. Я все сказал, — дверь вновь закрывается.        Я подхожу к куче одежды и слезы горько скатываются по моим щекам. Я беспомощна. Абсолютно беспомощна. Начинаю разбирать вещи и простые тихие всхлипы превращаются в горькие рыдания. Господи, родной отец, из-за гребанных акций, похитил меня и держит в сыром подвале. Как же больно от этого.        Ощупываю свое лицо и чувствую две большие раны в области губы и брови. Представляю, как я сейчас выгляжу. Складываю три ватных одеяла в плотный квадрат и сажусь, накидывая на плечи четвертое, а на ноги — пятое. Господи, как же обидно… Вот, что деньги делают с людьми… Рука невольно тянется к кулончику и я провожу по нему пальцами, вспоминая Егора. Хоть бы он его не тронул… Когда я ощупываю пальцами кулончик, замечаю небольшую и маленькую кнопочку. Я нажимаю ее и понимаю, что это маячок. Это мое спасение.