Операция "Любовь на спор"

Pov Аня.       Приятно вернуться туда, где тебя ждут и любят. Даже несмотря на то, что Артём на меня поспорил, есть один плюс: я увидела парня Веры во всей красе. Но я поняла, что проучила парня слишком жестоко.       Утром я проснулась от вкусного запаха. Поднявшись с кровати, я прошла на кухню и увидела Артёма, который готовил завтрак. Заметив моё присутствие, темноволосый отвлёкся от готовки и улыбнулся. — Доброе утро. — Доброе, — в ответ улыбнулась я. — Как спалось? — спросил парень. — Хорошо, — кивнула я и, почувствовав запах горелого, вернула собеседника в реальность. — Мне кажется, что у тебя что-то горит, Тём. — Чёрт! — Знаменский подлетел к плите. — Плакал завтрак. — Ничего не плакал, — заявила я, подойдя к окну и открыв его. — Я сама сейчас всё сделаю.       Достав из холодильника необходимые продукты, я решила сделать полюбившиеся всем моим близким людям блинчики на быструю руку. Пока я их делала, вокруг меня крутился Артём. На вопрос «Чем помочь?», я ответила «Сядь и не маячь!». Пожарив небольшое количество блинов, я выложила их на тарелку и полезла в холодильник за клубничным джемом, но его там не нашла. — Не это ищешь? — спросил Артём. Подняв на него глаза, я увидела картину, от которой меня бросило в смех.       Знаменский в одних домашних спортивных штанах и с творческим беспорядком на голове сидит за столом с банкой джема. Тара была наполовину пуста. Лицо парня было измазано джемом, как у ребёнка. Да он сам по натуре ребёнок. Потому что, какой нормальный взрослый мужик будет пачкать свои руки ягодной добавкой к блинам. — Что смешного? — спросил клубничный чумазик. — Иди, умойся, — сквозь смех выдала я. — А то, без завтрака останешься. — Шантажистка, — надулся парень, отчего я ещё сильнее засмеялась. — Да, всё! Иду умываться!       Артём ушёл в ванную, а я взяла банку и, заправив джемом блинчики, поставила тарелку на стол. Из ванны вышел Знаменский. Он сел за стол и принялся уплетать завтрак. — Анютка, ты просто чудо! — прочавкал парень. — Мне, конечно, Ионов рассказывал, что ты чудеса творишь. — Ой, да перестань, — отмахнулась я. — За ваши блинчики, мадам, я и Родину продам, — отшутился кареглазый. — Что?! — вскипела я, скручивая кухонное полотенце в подобие морковки.       Я подошла к нему и только замахнулась, как Знаменский усадил меня к себе на колени. Вот зараза! Обещал Родину продать за мои блины, а сейчас сидит и лыбится, гадёныш! — Чего улыбаешься? — скрестив руки на груди и отведя взгляд, надулась я. — Ты такая милая, когда злишься, — засмеялся мажор. Господи, и в кого я только влюбилась?! — По-твоему, я милая и для рецидивистов? — изумилась я. — Не знаю, как для них, но для меня — ты такая, — я чувствовала, как темноволосый красавец улыбается. — Вообще, зна… — договорить мне не дали.       Знаменский заткнул меня поцелуем. Даже два месяца моих скитаний подальше от России не смогли испортить воспоминания о поцелуях Артёма. Те же самые губы с горячим привкусом, которые я помню. Я чувствовала его вперемешку со сливочным маслом и клубничным джемом.       Артём отстранился и с улыбкой продолжал смотреть мне в глаза. Теперь понятно, почему Вера скалилась на меня и Кирюху. Из-за такого парня любая девушка другой космы вырвет. Как можно быть таким обаятельным? Не понимаю. — Кстати, тебе никуда сегодня не надо? — спросил Артём. — Твой дядя и Батя ничего мне не говорили насчёт сегодняшнего дня, — начала я. — Можно сказать, что у меня выходной. А почему ты спрашиваешь? — У меня работы накопилось в клубе за эти два месяца. Поможешь разобрать? — господи, как отказать человеку, который смотрит на тебя глазами кота из «Шрека»? — Помогу, — согласилась я. — Тем более, не хочу сидеть и скучать в четырёх стенах. — Даю на сборы полчаса, — пытался изобразить из себя Пригова парень. — Ха! Да я за двадцать соберусь, — с вызовом заявила я и убежала в комнату.       Я утру нос этому самодовольному, но такому любимому, мажору. Хоть я и девушка, но в моих жилах кровь военного. Ведь, не зря Мыцик ещё в пять лет заставил пройти курс молодого бойца и спасибо ему за это.       Как и говорила, я собралась за двадцать минут. Посмотрев на себя в зеркало, я улыбнулась и тут же в комнату заходит Артём. Моя челюсть едва с полом не поцеловалась, когда увидела его. Знаменский был одет в деловой костюм. Немного зауженные черные брюки подчеркивали модельные ноги парня, а не до конца застегнутая белая рубашка оставляла простор для воображения. Хотя, тут и догадываться не надо было ни о чем — парень был сложен просто идеально. По сравнению с ним я — неприглядная серая мышь в своих зауженных чёрных джинс-варёнок, белой футболке и красной рубашки-американки в мелкую клеточку с рукавом в две четверти. — И правда, ровно двадцать минут, — Артём посмотрел на свои часы. — Плохо — не верить военному, — тоном родительницы произнесла я. — Так, военный, поехали уже, а то, будет у тебя два наряда вне очереди, — применил армейский гонор мажор, когда мы уже выходили из квартиры. — Вот только не надо меня нарядами попрекать, — встрепенулась я. — Ты не Батя и не Пригов! — Кап-лей, ты меня недооцениваешь, — улыбнулся Артём и коснулся указательным пальцем кончика моего носа. — Почему мне стало страшно? — и мы засмеялись.       Спустившись вниз, мы вышли из подъезда и, сев в машину, поехали в клуб. Во мне было странное чувство: с одной стороны, я рада вернуться туда, уже под руку с Артёмом, а другой меня тяготила отвратительная ностальгия. Ведь, наше знакомство состоялось там и то, когда Знаменский был пьян.       Приехав к клубу «Фараон», я вышла из машины, а за мной — Тёма. Опередив меня, он открыл парадную дверь и пропустил меня во внутрь. Всё-таки, пустой клуб мне нравится больше. — Привет, Артём, — подлетела к нам блондинка в строгом костюме тёмного цвета. На её бейдже было написано «Кира Лескова, администратор». — Привет, Кир, — без единой эмоции на лице ответил Знаменский. Девушка, заметив меня, вновь засияла. — Ты, наверно, Аня? — спросила она. — Да, это я, — кивнула я. — Очень рада с тобой познакомиться, — блондинка схватила мою руку и пожала её двумя своими. — Артёму нужна именно такая, как ты. — Лескова, ты забываешься, — голос Артёма дал понять, что он начинает закипать от злости. Я даже испугалась этих двоих. Киру я испугалась из-за её неожиданной радости, а Артёма — из-за того, что он начнёт рвать и метать. — Лучше, попроси Дениса сделать нам два кофе, пока я и Аня будем разбирать бумаги. — Всё-таки, ты зануда, Знаменский, — надулась Кира. — Кира! — возмущённо крикнул парень. — Всё-всё, ухожу, — блондинка подняла руки в манере «Я сдаюсь!».       Мы поднялись на второй этаж и прошли к кабинету. Войдя в помещение, я увидела кучу бумажной волокиты не только на столе, но и на диване. — Правильно, что ты меня с собой взял, — оценив беспорядок, произнесла я. — Потому что, ты тут до весны проковыряешься. — Да, работы накопилось много, — почесал затылок кареглазый, посмотрев на горы бумаг.       Сняв верхнюю одежду и положив её на диван, я и Тёма принялись разгребать завалы бумажной волокиты. Сортируя и складывая договора и прочие бумаги в различные папки, я наткнулась на договоры на поставку алкоголя с завода Мельника. — Тём, ты знаком с Кириллом? — спросила я. — Ты его знаешь? — у этого мажора в роду, случайно, не было представителей жителей Израиля? — Он мой школьный друг, — ответила я, положив бумаги в папку. — Только друг? — я слышала, как в вопросе проскочила нота ревности. — Только не надо меня к нему ревновать, — стала защищаться я. — Мельник — нормальный парень, надёжный друг и товарищ. Он не раз мне помогал, причём, бескорыстно. — Да я и не собирался, — хмыкнул темноволосый, продолжая копаться в бумажках. — Что-то я этого не услышала, — в тон ему ответила я и в это время в кабинет вошли двое мужчин. В них я узнала Алексея Владимировича, отца Артёма, и своего папу. — Привет, молодёжь! — улыбнулся отец Тёмы. — Здрасте, — ответила я, расставляя папки по местам. — Приятно видеть тебя за работой, Артём, — продолжал улыбаться Алексей Владимирович. Может, ему и нравилась эта ситуация, но меня и Тёмку она откровенно бесила. — Пап, не начинай, — парень поднялся из-за стола и подошёл ко мне. — Серёг, почему твоя красивая дочурка такая гордая? — обратился олигарх к моему отцу. — А почему такой сын такой упрямый? — в тон ему спросил мой папа. Молодец, капитан второго ранга в отставке!       Но ругань родителей даже не успела начаться, как зазвонил мой телефон. Достав его из кармана джинс, я посмотрела на дисплей и увидела, что мне звонил Котяра. — Я слушаю, Вась, — ответила я на звонок. — Твою мать, Стрелок! Ты где есть?! — начал вопить в трубку Ионов. — Котяра, не ори! — тем же ответила я ему. — Нормально скажи, чё тебе надо. — Пригов всех собирает, — уже спокойно ответил Вася. — Это касается, теперь уже, шайки Жукова. — Открылись какие-то новые обстоятельства? — спросила я, а пары удивлённых глаз были направлены в мою сторону. — Похоже. Короче, приезжай и сама всё узнаешь, — и Ионов сбросил вызов. — Ань, что случилось? — спросил Артём. — Мне срочно нужно ехать в КТЦ, — ответила я. — Появились кое-какие обстоятельства насчёт террористов. — Я тебя отвезу, — встрепенулся Артём и, схватив нашу верхнюю одежду, вместе со мной вылетел из кабинета, оставив наших отцов в смятении.       Приехав к КТЦ, мы выскочили из машины и побежали в здание. Я чуть ли не мчалась, а Тёмыч не отставал. Правда, по пути в кабинет Пригова, мы едва не сбили с ног парочку офицеров, но, всё-таки, добраться до генерала-майора успели.       Войдя в кабинет под руку с племянником фсб-шника, у того лицо вытянулось от удивления. Да, впрочем, не только у него. У всех, кто присутствовал в кабинете. — Я не понял, вы, чё, вместе? — первым нарушил тишину Бизон. Взгляд Владимира Викторовича говорил о том же. — Да, мы снова вместе, — подтвердил происходящее Артём, усадив меня слева от Физика, и сам же присел с другой стороны. — «Смерч», я собрал всех, чтобы рассказать о деятельности террористов, — начал Пригов. — Появились новые обстоятельства. Для точного исследования нужно пройти переговорный центр.       Все мы поднялись из-за стола и направились туда, где обычно обитает Багира. Для дальнейшего разговора нам понадобится более подробная карта, чем та, которая висит в кабинет дяди Артёма.       Войдя в помещение, я поняла, что ничего за эти два месяца в родном КТЦ не поменялось. По крайней мере, сотрудники остались прежние. — Итак, два дня назад был зафиксирована кража радиоактивных веществ со склада, — начал офицер. — Это не тот склад… — было начала Мура, но её перебили. — Да, Мурашова, тот самый, — кивнул Пригов и продолжил свой монолог, который слушать не очень-то и хотелось. — Слушай, — я начала перешёптываться с Артёмом. — Твоя дядя всегда так разглагольствует? — Если ты за три года работы этого не замечала, то да, он всегда такой, — тем же ответил мой собеседник. — Я старалась ему на глаза не попадаться, дабы не выслушивать лекции на военно-философские темы, — на что Знаменский усмехнулся в кулак. — К тому же, вчера мы задержали некого Мирослава Умарова, — начал другую часть своего монолога Владимир Викторович. — Что? Мирослав здесь? — тихо спросила я, но, похоже, меня услышали. — Анют, ты чего? — спросила Багира. — Где задержанный? — уже увереннее спросила я. — В допросной, — ответил мужчина. — Ключи, — я подошла к офицеру и протянула руку. — Стрелецкая… — что-то хотел сказать генерал-майор, но я перебила его. — Ключи, — Пригов отдал мне ключи и я вместе с Тёмой направилась в допросную комнату.       Дойдя до нужного помещения, я открыла дверь и вошла. За столом сидит Мирослав, сцепив пальцы в замок. Его руки закованы в наручники и спасибо за это Пригову. Услышав, как я вошла, мужчина понял на меня взгляд и по-дружески улыбнулся. — Привет, Аня, — поздоровался со мной мужчина. — Привет, Мирослав, — я села напротив него, а Артём подошёл к столу с вещдоками и опёрся о стену спиной, сложив руки на груди. — За что тебя задержали? — спросила я. — Да я и сам не понял, — пожал плечами темноволосый. — Похоже, что меня перепутали с людьми Жукова. — Но ты же больше не имеешь отношения к террористам, — начала я. — Хотя, чему я удивляюсь? Это же Пригов. — Я ему уже объяснял, что больше не занимаюсь терроризмом, — стал рассказывать мне мужчина. — Давай наручники сниму, а то, у меня испанский стыд разыгрался, — произнесла я и сняла браслеты с рук Умарова. — Мирослав, расскажи мне, как другу, — продолжила я тему про террор. — Ты что-то знаешь про новые планы террористов? — Вчера я встретил Давида, он был взрывотехником у Шамиля, — начал Мирослав. — Он сказал, что не хочет больше участвовать в уничтожении людей и передал мне какую-то записную книгу. Я думаю, что она тебя заинтересует. — А где она? — спросила я. — Вон там, — указал на тот стол, где лежат изъятые вещи мужчины. Артём взял нужный предмет, подошёл ко мне и протянул блокнот. — Вы хотите сказать, что не связан с террористами? — уже взял слово Знаменский. — Конечно, не связан, — ответил Умаров. — Тем более, если бы я был террористом, то вряд ли бы Аню спас. Знаешь, парень, какой она была после боя с террористами? Она хорошая девчонка. Я прошу тебя, береги её. — Я постараюсь, — я услышала, как голос Артёма вздрогнул. — Спасибо за информацию, Мирослав, — влезла я в разговор. — Пошли, я и Артём тебя проводим.       Поднявшись из-за стола, мы втроём вышли из допросной комнаты. Минуя коридоры КТЦ, я и Артём вывели Мирослава за пределы территории здания. Но, только, чтобы выйти, пришлось накинуть верхнюю одежду. — Ань, что ты можешь сказать сейчас? — спросил Знаменский, обняв меня одной рукой сзади и наблюдая, как удаляется из поля зрения фигура Мирослава. — Не знаю, Тём, — вздохнула я, прижавшись к парню. — Одно могу сказать: мы нашли новую тропу для войны с террористами.