Bonded souls

Гарри купил новую палочку. Она не была на войне, никого не убивала, не посылала проклятья и не была вынуждена защищать своего хозяина от близкой смерти. Гарри это нравилось. Еще ему нравилось, что новая палочка была с волосом единорога, а волосы единорога белые, как лунный свет. А еще у него была палочка Драко. Он носил ее в чехле под мантией или под рубашкой и никому ее не показывал. Но Гермиона знала. И Рон знал. Они поглядывали на это с неодобрением, но ничего не говорили. Они вообще больше не говорили о Малфое. Потому что и Гермиона, и Рон совершенно наверняка знали, что одержимость Гарри никуда не делась. Да, он больше не бродил за ним по коридорам Хогвартса под мантией невидимкой и не посещал все судебные заседания с его семьей, даже те, на которых его показания не требовались, и не бросал через весь Большой зал долгие взгляды на стол Слизерина. Но это только потому, что Хогвартс закончился. И суды закончились. — Берегиииитесь! — Гарри едва успел развернуться, как что-то истошно вопящее сбило его с ног. Гарри застонал сквозь зубы, чтобы не выругаться покрепче, слегка приподнялся и потер ушибленный о землю затылок. На его животе сидело и виновато улыбалось его личное белобрысое проклятье. — Простите, мистер Поттер, — мальчик неловко поправил мантию на груди. — Я не справился с управлением. Вокруг столпилась ребятня — глядели во все глаза – кто с беспокойством, а кто с любопытством. — Кажется, ваша палочка сломана, мистер Поттер! — восхищенно закричала Бетти Забини, указывая пальцем на щепки возле его бедра. Гарри перевел тоскливый взгляд на остатки своей любимой палочки, потом снова на Бетти. Он просто диву давался, как она была похожа на Панси в ее школьные годы. Скорпиус осторожно слез с Гарри, перехватил метлу, которая, как назло, ни капли не пострадала, и виновато потупил взгляд. Гарри тоже встал и тут же принялся ощупывать мальчика на предмет повреждений. — Со мной все хорошо, — Скорпиус сразу начал смущаться под любопытными взглядами. — Я же на вас упал. — Ты уверен? — Гарри прошелся пальцами по его ребрам. — Если с тобой что-нибудь случится, твой отец отвернет мне голову. Скорпиус засмущался еще сильнее, и Гарри его отпустил. — На сегодня все, ребята, — сказал он, окидывая ребятню взглядом, – сегодня обошлось без ушибов. — Идите переодевайтесь, вас уже заждались. Детишки вежливо попрощались и отправились в раздевалки, а Гарри достал палочку Драко, присел на корточки перед мальчишкой и тихо спросил: — Где болит? Голубые глаза наполнились слезами. У Драко глаза были серые, но сердце Гарри все равно разрывалось на части, когда Скорпиус смотрел на него так восхищенно и доверительно. Драко никогда… Гарри тряхнул головой, прогоняя тоскливые мысли. Странно, семь лет прошло, а его все не отпускает. Неужели так и будет бередить до самой смерти? Скорпиус протянул ему запястье, кусая губу, чтобы сдержать слезы. Гарри невольно улыбнулся: Драко бы уже разыграл трагедию. Наверное, характером мальчик пошел в Асторию. — Всего лишь вывих, — сказал он, накладывая необходимые чары. Он никогда не был силен в лечении, но занятия с детьми кое-чему обязывают. — Больше не болит? Скорпиус благодарно заулыбался, а потом помахал рукой кому-то за его спиной. — Привет, дядя Северус, — сказал он, и Гарри невольно сжался, как было всегда под тяжелым взглядом этого человека. — Здравствуй, Скорпиус, — Снейп мягко улыбнулся и потрепал мальчика по голове. — Я жду тебя, собирайся. Здравствуйте, мистер Поттер. — Здравствуйте, профессор, — Гарри первым протянул руку, и Снейп пожал ее. Между ними так ничего и не изменилось после того, как Снейп очнулся от комы, в которой пролежал почти полгода из-за укуса Нагайны. Малфои тогда сделали все, чтобы буквально вырвать профессора с того света. — Эта волшебная палочка принадлежала мистеру Малфою, мистер Поттер, — то ли сообщил, то ли спросил Снейп, и Гарри посмотрел на палочку, которую все еще держал в руках. Он не пользовался ей много лет, но она была частью его, словно срослась с ним за эти годы. Так же, как сросся с ним Драко. «У тебя нет Драко», — шепнул ему внутренний голос. Гарри бросил тоскливый взгляд в сторону раздевалок, где только что скрылся Скорпиус. Чудесный мальчик и вечное напоминание о том, что Драко у него никогда не было. И никогда не будет. — Вы могли бы передать ее ему, профессор? — он протянул палочку Снейпу, и тот едва вскинул брови. — Мне давно нужно было это сделать. — Что ж, — сказал профессор, забирая палочку из его рук. — Если мне все равно нужно отвести домой Скорпиуса, полагаю, я могу заодно отнести туда и палочку. — Спасибо, — Гарри бросил последний горький взгляд на свое сокровище. — Мне нужно идти. До свидания, профессор Снейп. — До свидания, мистер Поттер. Гарри развернулся и медленно пошел к краю поля. Внезапно поднявшийся ветер взметнул полы его мантии, и Гарри поднял глаза к небу, наблюдая, как собираются тучи. Он всегда любил грозовое небо – глаза Малфоя были такого же цвета каждый раз, когда они дрались в коридорах Хогвартса. Пустой чехол от палочки неприятно холодил кожу, и Гарри чувствовал, будто сердце его вырвали из груди. Он привыкнет. Он научится и, может быть, даже когда-нибудь отпустит. Ему давно пора было отпустить. Но не сегодня. Гарри повернулся и увидел, как светловолосый мальчик и человек в черной мантии идут прочь, держась за руки.