Последнее лето

"Я до сих пор не могу отойти от вчерашнего фото. Хочу ещё *поцелуй*" Гук несколько раз пробежался глазами по сообщению от Тэхёна с улыбкой удовольствия на лице. - Так у вас до секса дошло? - Чимина начала раздражать эта дебильная улыбочка на лице друга, каждый раз, как тот читает сообщение от Тэ. - А? - вскинулся Гук, прослушав вопрос. Чимин закатил глаза: - Секс у вас уже был, спрашиваю? - Что? - удивленно переспросил тот. - Дайте мне нормального Чонгука, этот сломался. Гук поджал губы: - Мы же не виделись с ним, какой секс?! - Гуки, малыш, есть разные способы контакта. Например, секс по переписке: он говорит тебе, что делает, как тебя хочет, ты свое... Воображение... Ты с таким офигеванием смотришь, будто я тебе восьмое чудо света открыл. - Мы еще не дошли до этой стадии, - ровным голосом ответил Гук. Он вообще-то не идиот, и для него сказанное другом "не чудо", но не будет же он говорить о том, что уже не первую неделю ходит вокруг этой темы, но решиться пока не может. Он ждет первого шага от Тэхёна, но тот его не делает. А ему не хочется себя сексуальным маньяком выставлять. - Эй, снова уплыл, - толкнул его Чимин в плечо. - Тэхён занят, - по существу ответил Гук. - Как у вас с Юнги? - Аж не верится, что ты спросил, - удивился Чимин. - Собирается найти квартиру побольше, чтобы я к нему переехал. Хотя я и в этой конуре, что он сейчас снимает, практически живу. Но ему не хватает личного пространства, - подражая манере Юнги, произнес он. - О, это же круто! - с завистью сказал Гук. - Это же почти официальные отношения. Или как это называется... - запнулся он. - Типа... семья. Сам в шоке. Но ты стрелки не переводи… Хотя я рад, что ты спросил. Вроде мы второй год вместе, но все равно я в ступоре слегка. Мне казалось, что я ему навязываюсь, но как-то так все складывается, что по факту именно он двигатель развития наших отношений. Чимин был непривычно серьезным, и Гук молчал, не зная, что говорить. Он на самом деле завидовал другу - у них стабильные отношения, они живут вместе... - Потерпи, Гуки, дождешься ты своего мужика. Будешь ему рубашки стирать и оладушки печь. - Вот надо было испортить момент, - буркнул Гук, в миллионный раз пожалев, что сам этой язвительной заразе оружие против себя в руку вкладывает. - Завались. Чимин залился смехом и тут же взвыл, когда друг, быстро поднявшись, отвесил ему подзатыльник. - Бесишь! - прошипел Гук, выходя из-за стола. - Да, что я такого сказал? Я же не говорил, как женушка. Гук пнул воздух рядом с вовремя увернувшимся Чимином. *** Тэхён на самом деле был очень загружен. Летом он так и не смог вырваться даже на неделю. Кроме суеты с поступлением ему необходимо было пройти плановое обследование, и это отняло даже призрачную надежду увидеться с Гуком. Мысль, что их встреча постоянно откладывается, угнетала. Желание увидеть его грозилось перейти в навязчивую идею. Он все чаще ловил себя на мысли, представляя, как прижимает его к себе, как целует, чувствует его дрожь и томление в своих руках. И именно сейчас, когда влечение к Чонгуку с каждым днем все явственнее, у него нет ни единого шанса приблизить их встречу. А Гук все откровенней проявлял мягкую силу маленького искусителя: томно дышал в трубку, говоря, как соскучился, слал провокационные селфи, в которых тесно сплеталось желание и невинность. Тэхён чувствовал себя Гумбертом, а Гук был его Лолитой - наивно хлопающий глазками, по-детски сводя и разводя ножницами ножки, заливаясь румянцем непорочности. Все больше фантазий, и они все откровенней и непристойней. Он и представить не мог еще совсем недавно, что именно то, что было барьером для влечения, станет его причиной. И это же стало поводом для душевного конфликта - он не смог уловить черту перехода. Это мучило, совесть терзала вопросами - не слишком ли быстро сменились грани, и, возможно, как раз это служило тормозом при общении. Он ведь помнил, сколько усилий потратил, чтобы образумить Гука. Тэхён не врал тогда, не врал сейчас, но моральный комплекс все равно путал по рукам и ногам. Поэтому наряду с острым желанием увидеть Гука, он в глубине души был рад, что в ближайшее время этого не произойдет - прогнозировать свое поведение рядом с ним он не мог. Потому что... слишком много эмоций. Он влюблен. И теперь по-настоящему. *** Один из обычных вечеров. Гук сидит у себя в комнате и, закусив губу, снова блуждает в своих мыслях. Взгляд автоматически скользит по экрану ноутбука, но не фокусируется. Время перевалило за полночь, и мысли крутятся вокруг одной потребности - оказаться рядом с Тэхёном. Ему неловко, что в последнее время он не способен поддержать с ним даже элементарный диалог, просто не в силах контролировать себя, когда слышит его голос. Его ведет от желания быть ближе к нему, - ближе настолько, что он ноги поджимает, пытаясь совладать с телом. Вот и сейчас симбиоз гормонов и инстинктов стремятся взять верх над разумом, и он все глубже погружается в фантазии. Глаза выцепляют картинку и он разворачивает её, чтобы рассмотреть фото с медвежонком Тэдди. Его словно прошивает импульсом и он вскакивает с кресла. Ворох коробок из шкафа. Гук вскрывает одну за дугой, в поисках нужной. Наконец, он открывает ту, в которой сложены игрушки. Он давно хотел отдать эту коробку кому-нибудь, но в итоге она продолжала пылиться в шкафу. Гук пошурудил руками до дна и, нащупав искомое, вынул наружу. Радостная улыбка озарила лицо, когда он, похлопав по мягкой игрушке, принялся её рассматривать. Мишка Тэдди, похожий на того, что был на фото. Тэхён выиграл его для него много лет назад в тире. Гук недовольно бухтел на него, когда Тэ протянул ему его, потому что хотел пистолет, или рогатку, - "что-то пацанячье, а не вот этого пушистого зверя для девчонок". Лицо Тэхёна в тот момент Гук хорошо запомнил: тот был расстроен, потому что хотел для него выиграть самый дорогой приз, а в итоге все равно не угодил. Однако, когда Тэхён предложил подарить медведя незнакомой девочке, сидевшей на скамейке в парке, Гук вырвал из его рук игрушку и сказал, что она его и он сам решит, кому подарить. И, конечно же, дарить никому не собирался. Поцеловав пыльного медведя в нос и смачно чихнув, он неаккуратно сгреб остальной "хлам" обратно в коробки и запихнул в шкаф. Казалось бы простая игрушка с воспоминанием, но это их воспоминания - его и Тэхёна, но сейчас у Гука на уме совсем не невинная шалость. "Тэхёни, ты спишь?" "Конечно нет, зайка, у меня эссе в процессе. А ты почему не спишь?" У Гука ком волнения в горле еле проталкивается, пока он набирает: "Не хочу спать - хочу поиграть" "Поиграть?" "Да. Я тут нашел друга" "*хмурая мордочка* Что за друг?" "Ты его знаешь *улыбающийся смайл*" "Гуки" Гук, улыбаясь, делает селфи, приложив к лицу игрушку: "Помнишь?" "Ахах. Ты меня напугал. Да, помню. И помню, как ты ворчал, что это не пистолет" Прошла минута, но Гук не отвечал. Еще две, и Тэ нетерпеливо настрочил уже несколько сообщений. Гук прочел их и, затаив дыхание, отправил новое фото. Уши горят, он весь горит от предвкушения. Тэхён видит фото, открывает и давится воздухом. "Малыш, ты смерти моей хочешь?" "Нет" "Я хочу..." "Хочу тебя" Тэхён урывками вдыхает и выдыхает: с фото совершенно невинным оленьим взглядом на него смотрит обнаженный Чонгук, сидя на цветастом покрывале кровати, поджав под себя ноги и прикрыв пах... мишкой Тэдди. И к этому удару ниже пояса уже четвертое "Хочу" от него в сообщениях. Зажмурив глаза, чтобы хоть немного отдышаться, Тэхён сидит еще секунд десять. Какое к черту эссе, когда в штанах начинает ныть возбуждение, и он, притушив свет, идет к кровати и, забравшись на неё, набирает номер. - Да, - тихо отвечает Гук, и у Тэхёна новый скачок адреналина: - Я тоже хочу. Хочу тебя, - хрипит он, прикрывая глаза ладонью. - Мой маленький искуситель, с ума сводишь. У Гука голову кружит от его голоса: - Дотронься до меня, - шепчет он, сгибая ноги в коленях, лежа на спине, в полумраке комнаты. - Боже-е... Малыш, я так хочу прикоснуться к тебе. Ты ведь обнажен сейчас? - Да, - выдыхает Гук. - Мой ласковый котенок... Я рядом с тобой, поглаживаю твою шейку. Нежно провожу пальцами по подбородку. - (Гук, закрыв глаза, повторяет то, что описывает Тэхён). - Ты вздергиваешь его, запрокидывая голову. Я хочу укусить тебя. Ты чувствуешь дрожь? - Да-а, - сдавленный полустон. - Открой свой прекрасный ротик, - (Гук послушно приоткрывает припухшие от покусывания губы), - и смочи свои пальчики. Давай, же, оближи их хорошенько. - Тэхён слышит хлюпающий звук и прерывистое дыхание Гука, и сам еле сдерживает стон желания. - Влажными пальцами, я веду дорожку к набухшим соскам. Кружу вокруг одного, второго, случайно задевая их. Но ты ведь знаешь, что я делаю это намеренно, чтобы услышать, как ты стонешь, ожидая большего. Давай, малыш, я хочу услышать тебя. И Гук издает такой волшебный стон, лаская чувствительные соски, что Тэхён перекручивается на кровати. Собственная ладонь все ближе к кромке плавок, но он не торопится, желая разделить с Гуком главное. - Скажи мне, чего ты хочешь, - спрашивает он на грани слышимости. Гук млеет от тягучести его голоса: - Хочу чувствовать твои ладони на себе, как ты сжимаешь меня, сильно... ах... до боли... - проговаривает он, утопая в волнах прокатывающегося возбуждения, непрерывно поглаживая себя. - Я никогда не сделаю тебе больно, Гуки. - Тэхёну кажется, что он теряет связь с реальностью. Он так его хочет, что самому страшно. А Гук продолжает бормотать, прерываясь сладкими стонами: - Хочу... коснуться тебя... Целовать, чувствовать твои губы на своей коже... м-м-м... Пожалуйста-а... Тэхё-ён. - Изнывая от возбуждения, он ждет, когда Тэ позволит притронуться к себе там. - Пожалуйста... - Ты больше не можешь ждать, да, малыш? - Да... - Возьми его в ладонь, - подрагивающим голосом говорит он, и тоже обхватывает свой, истекающий смазкой, член. Два громких стона почти одновременно срываются с губ. - Хочу тебя видеть сейчас... м-м... Хочу видеть, как ты ласкаешь себя... Мой сладкий... Гук, сдерживая стоны, выдыхает "хорошо", и в динамике слышится громкий шорох. Тэхён неспешно скользит широкой ладонью по древку и вздрагивает, когда его прерывает звук оповещения. "Видео звонок?" - Он несколько секунд шокировано смотрит на экран, и еле попадает пальцем в "принять". И в еще больший шок впадает, видя раскрасневшееся лицо Чонгука: взгляд с поволокой, нижняя губа закушена. - Зайчонок, покажи мне себя, - хрипло тянет Тэ, сглатывая вязкую слюну. Гук жмурится, словно от боли - сладкой боли: - Мне стыдно. - Со мной тебе нечего стыдиться. Давай, покажи мне, как ты себя ласкаешь. Ну же, я жду, - низким обволакивающим баритоном уговаривает Тэхён, и когда Гук исполняет просьбу, роняет телефон из дрожащей ладони в складки одеяла. Пара секунд, и телефон снова сжимает ладонь, а глаза впиваются в экран. - О, боже, малыш, да, - срывается восторженный стон, когда он видит, как Гук ублажает себя. Расслабленная ладонь плавно движется по набухшему фаллосу вниз, проходится по мошонке, скользит ниже, поглаживает колечко мышц, и поднимается вверх до самой головки. Большим пальцем Гук чуть надавливает на чувствительную головку и еле сдерживает громкий болезненный стон. Неспешные движения, тихие стоны завораживают Тэхёна настолько, что на какой-то отрезок времени он забывает о себе. Но возбуждение от созерцания все повышает градус, скручивая в тугой узел, член колом стоит, требуя к себе внимания, а перед глазами сосредоточие его желания, и его на части рвет от остроты переполняющих эмоций. - Гуки, малыш, как же я хочу быть с тобой. - Ладонь ритмично надрачивает под волшебные звуки чужих прерывистых стонов, и его накрывает оргазм вслед за протяжным сдавленным стоном Гука. Гук недолго лежит, приводя дыхание в норму. Со смесью стыда и растерянности он тянется к телефону, который выпал из его ладони в момент эйфории. Тэхён все еще с ним, и он умереть от стыда готов. Поверить сложно, что у него настолько мозг от желания затуманило. - Я… я… не знаю, что на меня нашло… - заикаясь, хрипит Гук, смотря в экран на блаженное лицо Тэхёна. - Пожалуйста, не жалей. Это было прекрасно, ты прекрасен. Какой же ты красивый, Гуки… - низко тянет Тэ и прикладывается губами к экрану. – Я бы зацеловал тебя всего сейчас. Кусочка не оставил не поцелованным… - Довольная улыбка. Гук утыкается в подушку, борясь со смущением, и выдыхает с воем эмоциональный перегруз, и снова смотрит на него в экран: - Ты видел меня… Это смущает… Мне так стыдно-о-о, - зажмуривается он, не зная, как теперь справиться с неловкостью. - Хочешь посмотреть на меня… всего? - лукаво улыбнувшись, спрашивает Тэ, и Гук краснеет еще больше. Учитывая произошедшее, Тэхёна это умиляет невероятно. Только Гук, несмотря на напускной вид «жертвы» соблазнения, расплывается не менее лукавой улыбкой и протягивает: «еще как хочу». Как же Тэхёна заводит это сочетания маленького развратника и невинного дитя в Чонгуке. Он вытягивает руку и направляет объектив на снова наливающийся кровью член, и Гук не сдерживает всхлипа восторга, сглатывая вязкую слюну, скопившуюся за мгновение. - Малыш, может еще немного поиграем? - хрипит Тэхён, подмигивая в камеру. *** - Тебя обесчестили, - ехидно ляпает Чимин, сидя на лужайке за домом семьи Чон. Гук подскакивает на ноги и опасливо озирается: - Ты, блядь, идиот! – громко шепчет он, присаживаясь обратно: - Ты что орешь?! Чимин заливается смехом, падая на спину: - И как давно тебя имеют на расстоянии? Смотри не залети. Ай… - Стоило ли так беспечно подставляться, зная, что Гук не сдержит легкого рукоприкладства?! - Почему у тебя вечно такие формулировки, будто я кукла из секс-шопа. Я первый его соблаз… Тьфу на тебя, - прикусывает Гук язык, но уже поздно. У Чимина на лице такой процесс созревания новой колкости отражается, что Гук отсаживается подальше. - И когда вы перейдете в фазу: реальный член в реальной заднице? - совсем буднично спрашивает друг, привычно покручивая тростинку между зубов. - Знать бы. Думаю, что нам повезет, если получится на зимние каникулы увидеться, - с тоской выдыхает Гук, рассматривая опавший листок. Чимин присвистывает, округляя глаза: - Я бы уже по стенам ходить начал. Как люди годами живут так? Сумасшедшие. Гук поджимает губы, сдерживая эмоции. Ожидание встречи кажется бесконечным. И с каждым днем все отчаяннее мысли. Хочется наплевать на все и всех, сесть в поезд и поехать к нему.