Далеко в пределах звёзд

В тот раз на спасательной «Вспышке» всё прошло в пределах плана, хоть и не чётко по нему, но Капитан Холод всё равно был вполне доволен. Среди освобождённых арестантов была парочка Негодяев – из “младшей ветви”, так сказать, левые ребята, которые теперь весьма удачно должны Снарту услуги, и брат их хакера Шторма, ради которого, собственно, всё и затевалось. Не в обиду “своим”, но они попались не по делам Негодяев, так что свои мелкие сроки отсидеть могли без проблем, и прекрасно знали это. Все ещё помнили, как Лен пару лет назад слетел с катушек, морозя все и вся, и побоялись бы разбудить ледяную ярость предательством. А выручив, кроме основной цели, и других, команда «Святых и Грешников» отбивает след лично к себе, точнее, к своему товарищу. Шторм известен псевдонимом, но не истинным именем – Марк Мардон – а потому увязать с ними Клайда Мардона удастся вряд ли, особенно теперь. Скорее решат, что спасали кого-то по найму. Задержка с тем парнишкой на корабле не входила в план, конечно, но ничуть не задержала Негодяев. Лена, признаться, поразила стойкость, с которой тот, будучи в весьма невыгодном положении, давал отпор речам пирата. Прощупав почву, Снарт даже обрадовался, что юный (относительно него самого точно) спасатель отказался присоединиться – естественно, это было проверкой, первых встречных он не берёт никогда, только проверенных отморозков, остальные ждут “счастливый билет”, подкидывая информацию и занимаясь непыльной, даже не незаконной работёнкой. Сходить на такое-то мероприятие, пооглядеться, познакомиться с парой потенциальных целей – ничего, на чём можно было быть пойманным и, следовательно, по “зелёности” пойти на сделку с копами. Такая система защищает и ближних людей Снарта, и дальних. Когда впервые ему приснились те огромные, решительные зелёные глаза – примерно через неделю после их встречи – Леонард даже не сразу понял, кому они принадлежали. Прокручивая образ по нескольку раз на дню, он наконец-то вспомнил: точно, мальчишка-спасатель с, как его, «Вспышки»… Ну, и что? Однако всё чаще Лиза стала ловить брата в минуты глубокой задумчивости – но явно не о деле, а когда растормашивала будто заснувшего капитана, тот и сообразить не мог, отчего вдруг завис. Вот это было уже совсем не по плану – плану жизни Леонарда Снарта. *** Новый сигнал не застал экипаж «Вспышки» врасплох – с памятной встречи с Куином прошло меньше недели, и это время было наполнено авариями на прогулочных крейсерах и грузовых, даже на одной астероидной станции. Насыщенная выдалась неделька. – Координаты далековато, почему сигнал нам? – быстро садясь в капитанское кресло, Барри отставил подальше недопитый какао. – Ну, я дал кое-кому наш “личный” сигнал и сказал, что придём на помощь, куда б ни пришлось… – под конец речи Циско совсем сдулся и последние слова пробормотал под нос – их никто не расслышал. – Ты..?! – Аллен задушил в себе возмущение и порыв убить помощника из-за его неосмотрительности. А ведь хакер вроде Фелисити Смоук мог бы через этот код взломать некоторые системы связи «Вспышки»! К счастью всего экипажа и Циско в частности, Фелс такая одна. Барри проводит ладонью по непослушным волосам, рвано выдыхает: – Агх, кому ты его уже раздал? – Элли..! – странным дуэтом отзываются помощники – виноватым голосом Циско и раздражённо догадавшимся Хартли. – Ясно. Больше никому? А впрочем, обсудим позже, – уже спокойнее продолжил капитан, набирая на клавиатуре необходимые команды. – Подготовьте «Вспышку» к длинному “прыжку”. Протокол на случай засады. Как только «Вспышка» оказалась за пределами скоростного тоннеля, Циско активировал “щиты” - как раз вовремя, чтобы прикрыться от выстрела криопушки. Лёд медленно расползается по алому боку крейсера неровной кляксой. Но у Рамона был опыт изучения этого вещества – ещё одно “спасибо” Капитану Холоду за оставленный в большом количестве образец. Таким образом, уже секунд через двадцать “пятно” буквально соскользнуло с гладкого корпуса, огибая его сверху и снизу и собираясь по другую сторону в облако из средних и мелких кристаллов льда, переливающихся в неровном свете ближайшей звезды. Рэтуэй быстро определил источник выстрела – ранее сканер не показывал вокруг никаких кораблей, только космические тела и мусор – и мгновенно ударил по нему в ответ из звуковой пушки (Барри долго сопротивлялся оружию на спасательном корабле, но аргументы вот на такой случай перевесили). Из-за этой установки Хартли, собственно, и приобрёл от Циско прозвище «Дудочник» от персонажа древних сказок Докосмической эпохи. Как ни странно, гению это имя даже нравилось. Победно вскрикнув, инженер вывел на экран результаты нового автосканирования пространства вокруг, где теперь на месте одного небольшого планетоида явился силуэт корабля. Его трудно было отнести к конкретному виду, он похож на многие и ни на один. Общей формой походил на стандартные крейсеры Звёздной армии с Земли, однако множественные “дополнения” сделали его совершенно неузнаваемым. И, очевидно, эти изменения были без согласования создателей хотя бы одного из кораблей, вошедших в состав этого “чудовища Франкенштейна”. Или “чудовища Холода”, так точнее будет. Новой атаки не последовало, будто там удивились такому дерзкому ответу вроде как пацифистских спасателей. – Аллен, к нам по Связи кто-то “стучится”. – Переговоры? – вскинул бровь капитан, сверля взглядом мигающий зелёный треугольник-стрелку внизу своего виртуального экрана над поверхностью стола. – Похоже. Вести диалоги с пиратами… довольно рискованно. Им нельзя доверять, упорно повторяет про себя Барри, лишний раз проклиная свою веру в лучшие качества человека и доверчивость, о которых знал, но ничего не мог с собой поделать. Пиратам нельзя верить. И тем более, доверять. – Кэп, может, не… – Это твоя подружка, а ты предлагаешь её бросить? – язвит Дудочник, нервно поправляя очки. Он боится. Боится разочароваться в напарнике, как ни странно. – Н-нет, но… – Циско, Хартли, – прерывает Барри обоих, и от таких редких – стальных – ноток в его голосе они проглатывают заготовленные остроты и оправдания. – Ни при каких обстоятельствах не вступайте в разговор. Ни звука. С полминуты подождав убедительной тишины, Аллен коснулся мигающего значка для ответа, мысленно удивляясь терпению пиратского главы. На экране появилась яркая голубая снежинка, визуально угрожающая своими острыми, отнюдь не привычно ажурными, линиями. Послышался хрипловатый – знакомый даже с наложением помех Связи – смешок: – «Молния», значит? Барри не повёлся на насмешку, степенно придерживаясь общепринятого Кодекса Связи: – Капитан «Вспышки» капитану… – и всё-таки допустил смешок, поняв, что не знает названия пиратского судна. – Негодяев. Верно? – Хм, а ты не просто “капитан-засранец”, но ещё и “дерзящий-капитан-засранец”! Под прицелом-то, – казалось, разбойник одновременно восхищён и раздражён. Голос добавил тише, очевидно сетуя на приверженность собеседника правилам: – И занудный к тому же. – Оставим это. Что вам известно о сигнале бедствия отсюда, Капитан Холод? – Этот сигнал? – наигранно-невинным тоном ответил экран со снежинкой за секунду до реакции систем корабля – мигания жёлтых лампочек-точек, линиями встроенных в пол и потолок капитанского мостика. Звукового сигнала не было: обычно, если подобное случалось во время ночного дежурства, постовой по внутренней связи сообщал о срочной миссии, чтобы не перепугать обитателей судна мерзковатым “голосом” сирены. – Откуда у вас наш код? – осторожно интересуется Аллен – и это не праздное любопытство. Важно знать первоисточник для планирования дальнейших действий. Получили ли пираты кодировку от Элли? Если да, то отдала ли она её под угрозами? Или добровольно – за деньги или услугу? Или код попросту украли? Ответ на каждый вопрос внёс бы свои коррективы в план, но было и ещё кое-что. Зачем пираты вообще связались со «Вспышкой»? Здесь вариантов много – и один страннее другого. Так что Барри предпочитает об этом не думать, пока собеседник сам не заведёт в это русло. – Я спросил его у одной очаровательной девушки с редким и многогранным именем. Она, кстати, у меня и хочет передать “привет”, – в динамике послышалось неясное шуршание, а после испуганный женский голос крикнул «Помоги, Циско!». Возглас был прерван будто бы искренним смехом главы Негодяев, Барри же взглядом проследил быструю реакцию Хартли, заткнувшего – буквально – рот напарника. Повисла тишина – обе стороны ожидали продолжения диалога от другой, но, в конечном счете, Аллен сдался первым: – И что вам нужно от нас? Выкупить мы её вряд ли сможем, а учитывая, где она получила наш код, вам выгоднее было бы связаться с её семьёй… Бартоломью нелегко давались столь сухие, расчетливые слова, но ему уже пару раз приходилось смотреть на мир глазами разных людей – охотников за головами, заложников и вот теперь пиратов, грабителей. Однако его удивила реакция собеседника – он вновь рассмеялся и отнюдь не зло. Что было странно и заставляло насторожиться. – О нет, ещё как можешь, – мёдом лился в уши голос Капитана Холода. Отравленным мёдом. – Хочу обмен. Леди на одного твоего младшего-подползающего, – беззаботный тон мгновенно сменился ледянящим, с потаённой угрозой: – Если он ещё не сдох с твоими грёбанными миссиями, капитан-засранец. Он говорит о… Барри? Он же не может знать, что тот – капитан, верно? Даже если Негодяям удалось взломать данные на «Вспышку» (вероятность чего примерно равна жизни человечества на Солнце), то там всё равно были общие сведения без фотографии лица – только съёмка роговицы. Секретное судно и всё такое. Аллен кинул взгляд на недоумённые лица своего экипажа, из которых только Тони и Хартли, кажется, смутно догадались, о ком речь, и вновь повернулся к мерцающей снежинке: – Зачем он вам? – Я не люблю, когда красивые вещи ломают – потому, отчасти, и краду их, – усмехнулся главарь Негодяев. – Не хотелось бы, чтобы такой хрупкий парнишка угробился из-за такого мудачного капитана. – Думаешь, я уступлю тебе, если ты будешь много меня оскорблять? – надменно заметил Барри. Что ж, раз пират сам предложил такую “игру”, Аллен примет её – и увидим, что выйдет. Капитан Холод не убийца – это он знал наверняка. Хотя формулировка не совсем верна. Он мог грохнуть неугодного подельника, преувеличившего свои возможности, или предавшего доверие Капитана. Но навредить “добыче” – нет. Он и сам это подтвердил только что. – Ты так спросил, будто уже не против, и осталось сговориться о цене… В любом случае, не согласишься на обмен – я украду его, помещу в криокапсулу и буду любоваться. – А если соглашусь? – прежде чем спросить, Барри унял дрожь от слишком красочной картинки своего тела, покрытого изморосью, и кривой дерзкой ухмылки под зеркальным шлемом в отражении капсулы. – Вот это ближе к делу! Тогда обещаю неприкосновенность “сокровища”, – довольно хмыкает сильный голос. – И возврат леди, конечно. Честный обмен. Капитан «Вспышки» едва сдержал нервный смешок: честный обмен с пиратами? Тут точно есть подвох – об этом кричала интуиция. Но кем был бы Бартоломью Аллен, если бы не рискнул собой ради даже крохотного шанса на сохранность чужой жизни и свободы? Уж точно не спасателем. Кинув предупредительный взгляд через плечо, Барри нехотя дал ответ: – Согласен. Только не дырявьте мне корабль, – ворчит, надеясь не выпасть из “образа”. – Отправьте к нам челнок с девушкой, мы отправим свой навстречу. Сцепка – обмен. Никакого риска. – Интересный план. А гарантия, что вы нас не расстреляете после – это “ваш” парень, неплохо, – это одобрение? Ха, странное чувство. Но зато Барри подметил очевидный косяк. – Зато у нас такой гарантии нет. – Моё слово? – тянуло рассмеяться. Но Аллен знал, какие инструкции выдать Циско во избежание подобного. И всё же фыркнул: – Дайте полчаса, – в ответном хмыке отчётливо сквозило превосходство. Что ж, пусть так и будет. Едва снежинка на экране вновь сменилась изображением сканированного пространства, к нему подлетели помощники, наперебой отговаривающие от плана и предлагающие другие решения – невозможно “сырые” и требующие слишком много времени на доработку. Тони хмуро скрестил руки на груди, остановившись за Хартли, активно жестикулирующим наперебой напарнику, и смотрел таким забитым взглядом, что у Барри сердце сжалось – старый знакомый будто прощался, понимая, что такого упрямого оптимиста, как его новый капитан, не отговорить. Бартоломью прервал помощников, положив тем ладони на плечи. – Я понимаю все риски, парни. Но на что-то другое просто нет времени у нас и терпения у них. Так что внимайте и работайте. Хартли ответственный за корабль, Циско, идёшь со мной на спасательный шаттл. Только ты сможешь достаточно быстро и маневренно увести его, как только произойдёт обмен. Кроме того, только ты точно знаешь, как выглядит Элли, и сможешь подтвердить её личность. – Но как же ты, кэп?! – Рамон был на грани падения в пучины паники. – Ты слышал, какие жуткие вещи он говорил про… тебя? Почему ты не сказал, что капитан, которого он так оскорблял, и интересующий его парень – один и тот же человек? – Спокойно. У меня есть план, – скептический взгляд Рэтуэя прожигал в капитане дыры и выдавал волнение того – в остальном парень оставался таким же колюче-равнодушным. – Хорошо, намётки плана. Но своё инкогнито я использую максимально. Знаете, что позволено Юпитеру… – … Не позволено быку, – вздохнув, закончила за него “рациональная половина первого помощника”. Франциско же всё ещё содрогался от ужаса, но старался взять себя в руки, нервно облизывая губы и сжимая кулаки. Циско ёрзал, непривычный к скафандру, легко облегающему тело, после своих широких штанов и просторных футболок с винтажными (“древними, Циско, древними!”) принтами; Барри контролировал себя – как натянутая струна – не зная, чего ожидать после обмена от непредсказуемого капитана Негодяев. Все развязки самого обмена он представлял в красках и по несколько раз, стараясь припасти экстренный план на каждую из худших. Выходило не очень успешно, так что к встрече Аллен был взвинчен до предела, но стоически не показывал вида. Только губы саднило от лёгких покусываний – из-за усиленных раздумий. Подлетевшая к ним “шлюпка” принадлежала к Армии – видимо, от “родного” корабля Негодяев – но с неровной серебристо-зеркальной снежинкой, нарисованной на корпусе. Барри поймал себя на неуместной мысли, что ему грустно не знать имени такого существа. Космические корабли – они же почти что живые, как считал Барри, с душой, если хотите. Сцепка прошла по всем правилам – то есть со всеми этими официальными обращениями, разрешениями и прочим. Хм, к чему такие перемены? Хотя если бы экипаж «Вспышки» решил схитрить и использовать разговор как улику (переговоры с мини-челноками записывались автоматически, в отличие от звонков по Связи), то не смогли бы ничего предъявить – их спросили, они разрешили. Финиш. Барри сглотнул, стоя вместе с Циско перед закрытым пока проёмом в изолированном отсеке для выхода в открытый космос. Сцепка мини-челноков не походила на тот же по сути процесс с большими кораблями. Здесь не было никаких выезжающих тоннелей или чего-то подобного – только объединение гравитационных полей. Таким образом, можно было буквально шагнуть с корабля на корабль, переступив через космическое пространство, и при этом челноки зависали так, будто были припаркованными рядом автомобилями на далёкой Земле. Барри коснулся панели рядом с выходом, и тот с тихим шипением открылся. Напротив оказался сам Капитан Холод с фирменной ухмылкой чуть ниже следа краски – Аллен не ожидал, что тот пойдёт на такой риск с его-то страстью ко всевозможным предосторожностям… А рядом удивительно спокойно стояла Элли (судя по облегчённому выдоху Циско, это и правда была она), облачённая в светлый скафандр, только брови беспокойно подняты. Светлые локоны аккуратно лежат вокруг шеи, упираясь в шар шлема, на губах плохо стёртая алая помада. – Ну что, – голос главы Негодяев звучал более натурально, но всё же приглушённо из-за скафандра – как в их первую встречу. Аллену стало любопытно услышать его вживую без этих постоянных преград. Он чуть мотнул головой, одёргивая себя, оппонент заметил движение и хмыкнул довольно, расценив это как раздражение ситуацией: – Обмен? Барри хмуро кивнул, Циско вытянул дрожащую руку девушке, и та слугка улыбнулась. Капитан «Вспышки» чуть согнул ноги, готовясь к короткому прыжку – “плавники” пиратского мини-челнока не позволили оказаться достаточно близко для одного шага – а Капитан Холод отступил назад. Элли первая схватила руку приятеля, тогда же Аллен совершил рывок. Вступили на противоположные стороны они одновременно, и Барри тут же обернулся, чтобы кинуть прощальный взгляд помощнику. Девушка тоже смотрела в их сторону, но затем повернулась к Рамону и с грустной улыбкой огладила его плечо сквозь тонкий скафандр: – Прости, Циско. – За что? – недоумённо нахмурился тот – как и Барри. Цветок подозрительности вновь приоткрыл свой бутон в его душе. – За это, – со знакомыми холодными нотками хмыкнула девушка, толкая гения к дальней от входа стенке, и прыгнула обратно на пиратский челнок, успев метко хлопнуть ладонью по панели для закрытия дверей перед носом Рамона. Весьма ловко, ведь заняло у неё это считанные секунды. Хотя “приземлилась” она не слишком удачно – прямо в объятия к Барри. Не ожидавший такого поворота судьбы, он тут же закономерно начал падать – и всё равно крепко удержал саму Элли от встречи с жёстким полом. Его самого не уберегло ничего, так что он со сдавленным «ай-й» не слишком грациозно приземлился на задницу. – Ленни, – вот уже совсем знакомо мурлыкнула блондинка, с улыбкой смотря на лицо Барри, выражавшее бурю эмоций: обида от провала, злость на себя, напряжение из-за неизвестности, даже тень догадки и краткое облегчение от избежания травм. – Он такой заботливый. – Слезь уже, психопатка, – рыкнул “Ленни” откуда-то сбоку. Аллен уже и забыл, что его так называла… его же напарница! – Козёл! – фыркнула беззлобно та, но всё-таки вернулась в вертикальное положение, оставив Бартоломью нелепо сидящим на полу. Он только и смог, поднимаясь, выдавить из себя досадливое и тихое: – Гадство. – Не обижайся, солнце, Лен просто захотел тебя получить. А если он что-то хочет – получает! – индикатор на стене показал, что в комнате нормализовался уровень кислорода – автоматический непрерывный процесс после закрытия дверей – и убежала в открывшийся пилотный отсек. В их челноке всё происходит также, а значит… Циско! Барри торопливо хлопнул по коммуникатору, только после этого опасливо косясь на стоящего рядом Лена, но тот никак не реагировал. Только ухмылялся снисходительно. Не запрещено – значит, разрешено. Барри торопливо затараторил в завопивший голосом помощника аппарат: – Циско, я в норме. Возвращайся на «Вспышку» и жди распоряжений капитана, – своеобразный сигнал, что он постарается ещё выйти на связь. Барри повернулся к своему “пленителю”: – Что, так и не покажешься? Если беспокоишься по поводу запечатления своей хитрой морды, – обиженный и злой Аллен языку не хозяин, – то вот, пожалуйста. Нажав клавишу, Бартоломью убрал шлем, тем самым лишая команду “зрения” – наверняка же Хартли подключился к встроенной камере и теперь ругает своего капитана последними словами – привычно тряхнул головой, приводя помятые куполом волосы в привычный беспорядок. Выжидающе щурясь, оглядел фигуру Лена и… кое-что заметил. Досада снова загорчила на языке. – Ну, я не знаю твоё имя, а ты не знаешь моё лицо – честно? – Мы, вроде, уже выяснили, что честность – не твой конёк. И только что убедились ещё раз, – Барри бездумно взмахнул рукой поперёк тела Капитана Холода, будто клинком. Рука прошла сквозь мужчину, а Барри разочарованно выдохнул голограмме истину: – Пиратам нельзя верить. *** Вудворд молча наблюдал за слоняющимися по мостику гениями, ходящими взад-вперёд, разными траекториями и с разной скоростью, отчего быстро начинала кружиться голова, но не следить за ними взглядом было просто невозможно. – Так, – остановился посреди у своего стола Хартли, зацепив глазами напарничка, шатающегося на другом конце помещения, – что конкретно сказал тебе наш пустоголовый капитан? Обескураженный последними событиями, Циско даже не обратил внимания на то, как назвал их восхитительного-отважного-доброго-потрясного капитана Рэтуэй, а схватившись за пышные волосы, сжал их в пальцах, стараясь не впасть в истерическую панику: – Он… связался и сказал “ждать распоряжений капитана”… Что это вообще должно значить?! Что значит “прости, Циско” и перепрыгивание на пиратское судно?! – Твоя подружка колышет тебя больше родного друга? – скептически изогнул бровь Хартли, затем вновь принимаясь расхаживать от стола к столу, в задумчивости постукивая пальцами по губам. Тони невольно проследил жест, ведь эти губы в периоды затишья между миссиями, а иногда и во время них, оказывались в непосредственной близости от его ушей или лица, шепча предложения различной степени пристойности. Киборг дёрнул головой, отгоняя наваждение. С подкатами Хартли он разберётся как-нибудь позже, не до того сейчас. Во что только вляпался Барри теперь, чёрт! А ведь без Аллена они даже не смогут развить их скорость! Уэллс как-то связал сознание капитана и корабля, так что Барри, по сути, самый незаменимый член команды и самая необходимая деталь корабля в одном лице. Без Бартоломью Аллена их «Вспышка» – такое же корыто, как и другие, плюс пара крутых примочек вроде совершенного медотсека, защитного поля и звукового оружия, собранного вообще отдельно от корабля (благо, Харрисон не в курсе). Сверхскорость, перемещения, электромагнитная пушка (которая спасателям без надобности, но на экс-военном корабле осталась) и энергетическая, вырубающая электронику на судне-цели (пользовались, когда неисправность корабля с ЧП иначе не купировалась) оказывались недоступны без участия юного капитана. Теоретически Аллен мог даже поменять конфигурацию «Вспышки», но пока его взаимосвязь была не столь развита, а на целевые тренировки времени всё как-то не было. Хорошо, что это сверхсекретная тайная модификация, а не то несдобровать их капитану. Итого, до возвращения “Сэма” – такой псевдоним взял себе Аллен – они, по сути, застряли на этом участке космоса, не способные мгновенно переместиться, чтобы кому-то помочь. Капец. Он хоть понимает, что творит?! И как они, эти два идиота гения, забыли обо всех этих “нюансах”, отпуская его?! – Очевидным будет сказать, что она пират? – Тони решил разбавить немое противостояние гениев своей негениальностью. – Очевидным! – передразнил Циско, грузно плюхаясь на своё место и кривя рожи. – Да, но… Барри… то есть, Сэм, так? – Рэтуэй отвлёкся от созерцания грильято над собой, чтобы переглянуться с остальной командой и получить утвердительные кивки. – Сказал ждать приказов кэпа, следовательно… он сможет вновь выйти на связь? Ведь капитан-идиот у нас он, значит… – Что значит “сможет выйти на связь”? – в проходе весьма неожиданно возникла Кейтлин, подозрительно щурясь и скрестив руки на груди. Чёрт, они совсем забыли, что она не в курсе! Вудворд пожал плечами, сложив руки за головой и откинувшись на спинку кресла: – Аллен обменял себя-“стажёра-спасателя” на заложницу пиратов, которая оказалась с ними заодно. Нас накололи, – его голос говорил равнодушно, но внутри всё сжималось от волнения. Рэтуэй прав. Аллен – капитан-идиот! И в огонь, и воду – и всё сам, и раньше, чем подумает хорошенько. Только в “медные трубы” не торопится – по крайней мере, лично. Когда в новостях Вселенской Сети упоминается отличная работа спасательной команды таинственной «Вспышки», лицо смотрящего это Барри преисполнено тихой гордости – не за себя, за команду. Возмутившись безалаберности капитана, доктор удалилась – Тони догадывался, что в медотсеке девушка будет нервно плакать от бессилия – а Циско рванул следом, непонятно зачем. Успокоить нервы Сноу? Поплакаться о своей любви? Чёрт его знает… Хартли уселся за свой стол и принялся что-то судорожно вводить на клавиатуре, не отрывая взгляда от голографического экрана над ней. Щурился, моргал, хмурился, жевал то губу, то щёку – спешно о чём-то думал, соображал пути выхода из их ситуации… Вздохнув, киборг поднялся с места, подошёл неспешно со спины, опустил руки на плечи гения. Тот вздрогнул – так погрузился в себя, что и не заметил грузных шагов, только теперь почувствовал крепкие ладони из редкого даже в масштабах их галактики металла. Удивительного летерклэйтия, тёплого, словно человеческая плоть. Дудочник задрал голову, тут же сталкиваясь с внимательным взглядом серо-зелёных глаз киборга. – Тебе нужно отдохнуть, умник, – почему-то тихо сказал Вудворд, блуждая взглядом по лицу парня: глазам за стёклами очков, раздувающимся крыльям носа, удивлённо приоткрытым губам. Которые тут же искривились в хитрой ухмылке: – Присоединишься? – он заметил, как глаза Тони скользнули по изгибу чуть пухлых губ, и хакер провёл по ним языком, провоцируя киборга, не упустившего движения. Глаза, казалось, на тон потемнели, мужчина тихо, но продолжительно выдохнул, прежде чем заговорить. Хартли был готов к новому неловко-краткому отказу… – А если я соглашусь? – отразил на себе дерзкую ухмылку тот, изогнув широкую бровь. Им обоим не помешает малость отвлечься от мрачных мыслей касательно судьбы их проблемного капитана. Которого они обязательно вытащат из любой передряги, в какую тот себя (и их заодно) втянет – иначе какая они его команда?