Усы? Лапы? И, главное... Хвост?!

Ну, за единение! Михалыч.

      Время для Гарри словно замедлилось, стоило ему лишь зацепиться взглядом за стремительно приближающиеся желтоватые клыки. Заставили ли они мелькать у него жизнь перед глазами, мы не узнаем, а вот желание оказаться где-нибудь подальше от них, у котёнка они явно вызвали. Если, конечно, судить по его исчезновению практически с языка самой удачливой из псин и громкому хлопку.       С тем же самым хлопком он появился в воздухе немного юго-западнее и чуток повыше. Ровно настолько, чтобы упасть в очень знакомое ему окружение, пахнущее шампунем с какими-то травами. Как Гарри не заорал от испуга, он и сам не понял. Бедный котёнок просто-напросто замер на напружиненных лапах с выпущенными когтями, выискивая очередную опасность. Откуда-то издалека сквозь открытое окно донёсся долгий, полный разочарования, затухающий собачий вой.       Но время шло, а поблизости по-прежнему царили полумрак и тишина, лишь слегка нарушаемая размеренным дыханием спящего человека. Слегка успокоившись, Гарри начал осматриваться уже более осознанно. И первым, на что упал его взгляд, были волосы. Густые, пышные, слегка вьющиеся и каштановые. Именно они пахли травами. Чуя подставу, котёнок осторожно, чтобы не дай Бог не запутаться снова, осторожно перебрался на подушку, по которой и обошёл спящую девочку вокруг. Сейчас Гарри было мало знакомого запаха – он хотел полностью убедиться в том, что это та самая.       Взглянув на лицо, убедился – та самая, которая Гермиона. Ну вот почему?! Как?! И за что ему это всё?! Ему что – суждено быть привязанным к этой девчонке? Внешне котёнок просто поднял глаза кверху, пару секунд что-то рассматривал на потолке, а потом грустно и тяжело вздохнул.       И что ему сейчас делать? Вернуться в клетку? Гарри посмотрел в сторону своей переноски… и с отвращением на мордочке отвернулся. М-да… Из чулана под лестницей в клетку-переноску. Осталось теперь до зоопарка докатиться. И вот после этих самых мыслей, он, неожиданно для себя, и осознал, что с ним произошло. Все последние приключения, включая четыре лапы, усы и проклятый хвост! И докторов с собаками.       Котёнок просто прилёг там, где стоял, и положил голову на лапки. Внезапно, ему больше ничего уже и не хотелось. Ни бежать куда-то, да и к кому? К Дурслям? Он им и так был особо не нужен, разве что в роли бесплатной уборщицы. Ни пытаться выяснить, что и как с ним произошло. Котёнок просто тихо содрогался всем телом и беззвучно плакал. О своей жизни, судьбе и себе самом.       Сколько он так лежал, Гарри не ответил бы и под угрозой усыпления. Однако, из чёрной меланхолии его вывела совершенно прозаическая причина – он продрог. Ну, а так как рядом был кое-кто более тёплый, инстинкты котёнка не оставили ему шансов отсидеться в стороне, заставив перебраться под бочок к девочке.       Какую ошибку он допустил, наивно доверившись сиюминутному порыву, Гарри в полной мере осознал уже находясь в сильном удушающем захвате, который дети почему-то называют объятиями. Как оказалось, у Гермионы тоже были инстинкты. Правда, почему-то хватательные.       Да, она вроде бы проснулась, огляделась расфокусированным взглядом, явно пытаясь понять, что её разбудило. А так как чёрное на белом хорошо заметно даже в полумраке, взгляд девочки зацепился за котёнка. Последовавшее далее стало для Гарри полной неожиданностью. Пробормотав что-то похожее на «моя прелесть», она плавным движением рук, не оставив ни малейшего шанса сбежать, сцапала свой подарок, отправившись после этого обратно в царство Морфея. Дёрнувшись бесполезно пару раз, он замер в объятиях девочки, дожидаясь либо её пробуждения, либо ослабления хватки. И лишь метающийся из стороны в сторону кончик хвоста выдавал его раздражение. А Гермиона начала чему-то улыбаться во сне.       Стараясь выбраться из захвата рук девочки, Гарри постепенно согрелся. Безусловно, если бы он начал царапаться и кусаться, он бы освободился быстро. Но тогда бы точно разбудил девочку, наделал бы шума, потом бы прибежали её родители и… В общем, повторения недавних приключений он не хотел. Желание сбежать тоже как-то подутихло – уж такие приключения ему точно не нужны. Но вот выбираться как-то было нужно – не стоит показывать всем, что он может спокойно гулять сам по себе.       Вывернувшись вокруг себя, он добился того, что теперь упирался лапами в грудь девочки, которая, в ответ на его барахтанье, лишь сильнее притянула его к своему лицу. В общем, сама напросилась.       Котёнок просто взял и заткнул лапами нос своего пленителя.       Секунд пять ничего не происходило, а потом она попыталась отвернуть голову в сторону, что-то недовольно буркнув во сне. Гарри не отставал, продолжая затыкать ей нос, при этом закогтившись задними лапами в пижаму девочки, чтобы его не смогли отодвинуть подальше. Гермиона уже более недовольно, но всё ещё не просыпаясь, снова пробурчала свои возражения, сильнее дёрнув головой. Гарри лапы удержать не смог, и девочка получила возможность вздохнуть. Но котёнок не сдался и снова поставил лапки на лицо девочки…       После нескольких повторений Гарри как-то увлёкся борьбой, и уже даже успело пройти несколько минут, прежде чем он осознал, что девочка стала отмахиваться от него руками, выпустив из захвата. На радостях котёнок поспешил отпрыгнуть как можно дальше, из-за чего немного перестарался и скатился с кровати на пол.       Незаметно для него за всей этой весёлой суетой меланхолия была забыта. Но приближаться к девочке он больше не спешил. Подумав, что ему дальше делать, Гарри решил пока вернуться в клетку – почти все двери комнат в доме были закрыты, а есть он пока ещё не хотел. Поэтому он просто зашёл обратно в клетку-переноску, полакал воды из миски и, закрыв на щеколду дверь, свернулся калачиком на лежанке, где его окончательно и сморил сон.       

***

             Гермиона проснулась отдохнувшей и в хорошем настроении. А стоило ей вспомнить, что родители вчера привезли ей из больницы котёнка, так нежданно-негаданно свалившегося на неё, оно вообще поднялось на невиданную высоту. Да, давно у неё такого настроения не было – обычно она старалась зарыться в книги, пытаясь оставить проблемы отношений с другими девочками в школе в стороне. Подобные нехорошие мысли посеяли зерно сомнений в душе Гермионы, заставив в испуге сесть и убедиться в реальности своих воспоминаний – девочка практически подпрыгнула на кровати и посмотрела в угол, куда вечером отец поставил клетку с котёнком.       Клетка была, котёнок тоже.       Расслабленно выдохнув свой испуг, Гермиона завалилась обратно на подушки.       — Значит, мне всё это не приснилось! – счастливо улыбнулась она.       Встав с кровати, она присела на корточки перед клеткой, пытаясь рассмотреть котёнка сквозь решётку. Однако, очень трудно увидеть чёрного котёнка в закрытой клетке, стоящей в затемнённой комнате, когда ещё толком не рассвело.       — Хм, и как же мне тебя назвать?       Гермиона задумалась не на шутку. Ведь имя должно понравиться не только ей, её родителям, но и котёнку. Но в мыслях крутились только банальные клички, а девочке хотелось назвать котёнка как-нибудь по-особенному.       Пока она так сидела перед клеткой, Гарри успел проснуться, но при этом не спешил выдавать себя, настороженно присматриваясь скозь прищуренные веки.       — Определённо, нужно что-то редкое. Может быть Лаки? – предположила она.       Подобной иронии котёнок не выдержал и возмущённо зашипел, даже немного распушившись от распиравших его эмоций.       — Не хочешь? – Гермиона окончательно села на пол перед клеткой и на полном серьёзе начала разговор с котёнком. – Считаешь, что тебе не подходит?       — П-ф-ф! – гордо фыркнул в ответ её собеседник.       — Хм… Тогда, как насчёт Пушок? Хотя, нет. Это просто-напросто банально. Элвис? Папа его обожает.       Дальше мнения Гарри уже не спрашивали. Девочка немного увлеклась и с удовольствием стала озвучивать варианты имён, и сама же сразу их отвергала.       — Царап? Черчиль? Харольд? Хвост?..       — В-ш-ш-и-и!       — И что тебе в последнем не понравилось? Хвост же у тебя есть?       — Р-р-р!       По прошествии получаса подобных предложений, Гарри начинал уже раздумывать над тем, чтобы показать девочке, что кое-как читать и писать он умеет. Останавливала мысль, что его уже и в таком виде посчитают ненормальным. А сбегать и возвращаться к теме недопонимания между ним и собаками, ему не хотелось.       От продолжения мучений Гарри спас отец девочки, который пришёл её будить. А так как дверь в комнату была приоткрыта, то на процесс выбора имени котёнку он успел пару минут посмотреть.       — И нечего на меня так смотреть. Сам такой! – У Гермионы начали заканчиваться аргументы в их споре.       — Так, хватит мучать котёнка, – вошёл в комнату отец девочки. – Живо умываться и бегом завтракать – школу никто не отменял.       — Ой! – пискнула Гермиона, подрываясь с пола и уносясь в ванную.       Она не оглядывалась, а потому не видела, как оставшиеся обменялись подозрительными взглядами.