Штиль

Ночь, последовавшая за купанием, не принесла ни снов, ни сюрпризов. Джон спал как мёртвый. А вот утро началось с самого натурального шока! Воспользовавшись его чрезмерной усталостью и, как следствие, неспособностью привычно и сразу проснуться, в его кровать забрался Стив. И, к тому моменту, как Джон всё-таки очнулся, вовсю двигал головой, делая ему минет. Едва осознав происходящее, пленник вскинулся и попытался отстраниться. — Прекрати! — Джон хотел скинуть незваного гостя, но не тут-то было. Неожиданно сильно впившись пальцами в его бёдра, Стив, не прекращая занятия, поднял глаза и обнажил зубы, прикасаясь ими к члену. Совсем чуть-чуть, но Джон замер, всерьёз опасаясь за своё достоинство. Взгляд кари был совершенно дикий. Убедившись, что его поняли, Стив расслабил руки и даже рискнул ненадолго выпустить член изо рта. Зато тут же провёл по стволу языком и снова обхватил губами, забирая сначала за щёку, а потом и в горло. Джон зажмурился, не в силах это видеть. Ведь это было. Когда-то давно посещали его грязные мечты, в которых Кайл был его любовником. Тогда он с ужасом задавил запретную страсть и ещё долго не позволял себе даже издалека смотреть на отца. Да, умом Джон понимал, что это не Кайл. Да и не позволил бы себе такого даже под дулом лазерного пистолета. Но слишком они были похожи. Между тем Стив как-то по-особому прижал его член пальцами и губами, коснулся некой точки языком — и Джон забился, выплёскивая сперму. Которую Стив до последней капли собрал и проглотил, демонстративно запрокинув голову. Кадык явственно дёрнулся, по лицу кари расплылось выражение блаженства. Опустившись грудью на кровать, он стал неторопливо ласкать языком ноги Джона. — Нахрена? Стив усмехнулся. — Решил извиниться за вчерашнюю халтуру, командир. Я и тогда мог лучше. Но там были все, — снова вспышка безумия во взгляде. — А я не хочу делиться. Поцеловав Джона в пятку, он поднялся и отряхнулся. Бросил уже обычным тоном: — Вставай, у нас сегодня уборка по плану. Завтракай, я тебя жду. — А ты? — спросил Джон, чисто чтобы сказать хоть что-то и прийти в норму. Но снова вздрогнул, услышав в ответ: — А я только что позавтракал, сам же видел. И Стив ушёл. Не видя, как Джон бьётся головой о стену. Предусмотрительно проложив между ними подушку.

***

В этот день работе ничто и никто не мешал. Все старшие гаремники куда-то свалили, оставив после себя порядком загаженные комнаты и зал. У Джона даже появилось лёгкое подозрение, что часть мусора разбросали специально, чтобы у кариэ было побольше работы. Но, так или иначе, убирать надо было. Сдёрнули все покрывала, убрали пару ковров, заменив их чистыми. Всё грязное оттащили дежурившему сегодня с ещё одним кари в прачечной Стиву. Седрик в последний момент решил усилить смену на стирке, и Стив, вздохнув, покинул своего командира, от чего Джон вздохнул с плохо скрываемым облегчением. Можно было спокойно приглядеться к остальным. Если он правильно всё понял, а он был в этом уверен, для начала стоило найти себе партнёра. Взять, так сказать, под крылышко. А там уже, постепенно став исключительно верхним для прочих кариэ, заслужить внимание ханима и выбить себе роль в его свите. В общем, без Стива, которого Джон совсем не хотел, образно говоря, «брать в жёны», было спокойнее. Остальные кариэ сходу поняли его поведение и ненавязчиво красовались даже просто проходя мимо. Силовики при встрече посмеивались, но не встревали, предпочитая наблюдать со стороны. Наконец выпал случай окончательно определиться на первое время. Пройдя на перерыве в курилку — комнату с такой мощной вентиляцией, что там едва ли не ветер гулял — Джон обнаружил там того парня, который красил ему глаза. Подводку, кстати, всё-таки удалось смыть, но Скайнет высказал пожелание, чтобы Джон иногда сам подкрашивал глаза. Джон только устало фыркнул. Почему бы и нет? Особенно если сойтись с местным косметологом. — Привет, Кирк, — бросил Джон, доставая самокрутку. — Привет, — в пальцах кари тут же появилась зажигалка, и Джон беззастенчиво от неё прикурил. — На уборке сегодня? — Ага. — А я на кухне, — Кирк продемонстрировал небольшой ожог. — Не особо люблю готовить горячее. Меня как будто вся кухонная техника покалечить пытается. Джон хмыкнул. — А сколько раз меня техника калечила, так и вовсе не сосчитать. Рассмеялись оба. Джон искоса снова окинул кари внимательным взглядом. Рыжеватые короткие волосы, чуть-чуть вздёрнутый нос, веснушки. И нереально голубые глаза, как будто ненастоящие. На губах всё время играет шальная ухмылка. При этом не выделывается, не предлагает себя. Даже сейчас. Улыбку непривычно спрятал, прищурился, ждёт. Знает, как и все. Джон вздохнул. — Ты знаешь, чего я хочу. Кирк кивнул: — Конечно знаю. Непростое это дело, сам понимаешь. Но помогу... чем могу. Только вопрос: почему не Стив? Он бы со всем старанием... — Именно поэтому, — Джон затянулся. — Тем более, что осмелел... боюсь, как бы не обнаружить его на себе поутру... или в себе. Да и... похож он на одного. Друг... Кирк стряхнул пепел: — Погиб? — На задании, куда я его послал. — Понятно. Не хочешь память оскорблять, — кари потёр лоб большим пальцем. — Знаешь, я пытался ему помочь... но струсил. Зассал, позволил терзать. Знал, что мне тоже достанется... и очканул. И не очень хотел бы вдобавок вызвать у него ревность... с другой стороны, может, оживёт совсем, а не только с тобой. Заметил, что он только тебе прикасаться позволяет? Впервые за пять лет... ладно. Давай вечером, после работы. Джон согласился. Странно всё это было. Нелепый договор на полном серьёзе. Будто и не трахаться собрались, а помочь друг другу бойцами и боеприпасами. Но в целом, это его устраивало. Осмелев, пленник шагнул ближе, обнимая Кирка за талию. Тот позволил себя привлечь и первый прикоснулся к губам. Неглубоко, поверхностно, чуть-чуть поддразнивая обещанием большего. Хитро посмотрел: — А знаешь, ты справишься. Просто расслабься. Здесь совсем другая война, Джон Коннор. Тот день тянулся непривычно долго. Джон полностью ушёл в себя, хотя в голове не было практически ни одной мысли, и почти не реагировал на других обитателей гарема кроме как по делу. Пару раз он вроде бы на автомате обнаружил камеры видеонаблюдения, но не поручился бы, что это не муляжи. При возможностях Скайнет ему хватило бы и невидимых глазу микрокамер. Один раз всерьёз напрягся. Впрочем, второй кари, пришедший с ним, тоже заметно нахохлился. Комната, которую им пришлось чистить, не могла быть ни чем другим, кроме как пыточной. Такой, образцово-показательной из фильмов о человеческих маньяках. Цепи с крюками свисали с потолка, такие же, с браслетами, валялись на полу. Была по углам и парочка для пристёгивания к ошейнику, увидев и опознав которые, Джон невольно потёр горло и оттянул пальцами своё украшение. Шкаф или, может быть, отдельная комната, с приспособлениями оказался заперт, что не могло не радовать. И без того тревожили воображение плохо поддающиеся чистящим средствам следы крови и экскрементов на полу. К тому моменту, когда они закончили чистить угловую клетку и ушли, второй кари едва не плакал от страха. Джон даже позволил себе его обнять и успокаивающе погладить по спине. Благо, тот не воспринял это как домогательство и посмотрел с искренней благодарностью. Игрушки. Действительно, лишь живые игрушки ублюдочной машины, решившей, что всё в этом мире ей дозволено. Даже пожалуй некоторые из них предпочли бы смерть в концлагере этой изощрённой пытке. Вот только выбора не было. Наконец пришло время странного свидания. Обстановка в комнате Кирка не отличалась от подобной в комнате Седрика или самого Джона. Только кровать он, вроде бы, поставил поближе к центру, завалив освободившийся угол подушками. Похоже, что там и спал. Но Джона Кирк встретил за столом, с которого предусмотрительно всё убрал. Почти тут же при поцелуе забрался ладонями под жилет, легонько поглаживая. Улыбнулся. В мелькнувшем языке блеснул пирсинг. — Ты слишком скромен, Коннор. Я же сказал, не бойся. Я если и кусаюсь, то никогда до крови. Это меня не заводит. — Прости, — ещё один короткий поцелуй. — Пытаюсь настроиться. Вскоре оба уже оказались без одежды. Сидя на коленях, они неторопливо исследовали тела друг друга. У Кирка тоже обнаружились старые шрамы. На спине, вдоль позвоночника, несколько на руках. И один на шее, будто он как герой вестерна когда-то сорвался с виселицы. — Кем ты был, Кирк? — немного освоившись и осмелев, Джон прикоснулся к члену парня. Легонько, только пальцами, но тот оказался отзывчивым, и подался вперёд, подставляясь под ласку. — Снайпером. У меня острый глаз, — Кирк усмехнулся. — Потому и макияж хорошо наношу. Но я не отвечу на другие твои вопросы, Джон. Я не люблю вспоминать. Я живу как в последний раз, потому что и здесь можно умереть. — О чём ты? — Потом. Выгнувшись назад и дотянувшись до маленькой коробочки, Кирк включил музыку. Неторопливую, пульсирующую. Плавно вернулся в прежнее положение и повёл плечами в такт. Джон завороженно проследил за ним. Ритм действительно затягивал. Прильнув к чужому телу, Джон провёл носом от плеча до шеи, вдыхая в себя аромат. Тихо застонал. — Феромоны? — Ни в коем случае. Джон, заткнись. И действуй. Дважды повторять не пришлось. Смазка осталась в кармане штанов, но она не потребовалась. Кирк был уже готов и легко принял в себя чужие пальцы. Поёрзал и сам насадился, проводя рукой по всей длине члена Джона. Джон надавил чуть сильнее и вздрогнул, когда по телу любовника прошла сильная дрожь. — Нет. Кирк, собравшийся было взять у Джона в рот, вопросительно на него глянул. Джон только пожал плечами и плавно развернул его спиной к себе. Немного помедлил, переводя дыхание и, направив себя рукой, плавно толкнулся. Кирк охнул и, заведя руки за спину, огладил Джону бока. — Не нежничай. Погрубее. Пожалуйста... Джон снова выполнил просьбу, отстранённо думая, что сейчас у него и не вышло бы нежно. У него так давно не было секса. Нормального, когда он был бы сверху. У него никогда не было секса с мужиком, да и анального тоже. Член буквально ныл, требуя продолжения. И Джон вошёл глубже, благо смазки было достаточно. И принялся неспешно входить, постепенно увеличивая темп. Кирк при этом тоже не бездействовал. Выгибался и ухитрялся насаживаться в ритм пульсации музыки, практически исполняя какой-то странный танец. Перехватив Джона за руку, он принялся исступлённо лизать и посасывать его пальцы, глуша свои стоны. Другой рукой Джон обнял его и прижал к себе, водя пальцами над самым членом. Кирк мотнул головой и выдавил из себя ещё одну просьбу: — Подвигай бёдрами... в стороны... Эта просьба была последней. Стиснув член Джона в себе, Кирк упал на четвереньки и бурно кончил на пол, увлекая за собой партнёра. Когда цветные вспышки перед глазами рассеялись, он уже лежал рядом и кончиком языка дразнил соски. Джон выдохнул и зарылся пальцами в короткие рыжеватые волосы. — Всё в порядке? — Да. Особенно для первого раза сверху, — Кирк потёрся носом о грудь и шею Джона и заглянул в глаза. — Коннор... Но Джон не дал ему договорить. Если бы тот повторил хуйню про становление ханимом, он бы точно отвесил Кирку затрещину. А так просто поцеловал, запоминая и всё-таки проявляя инициативу верхнего. Чуть прищурился, увидев, что дверь быстро прикрылась. Что ж, завтра кто-то будет в курсе. Не было бы последствий. Пленник покосился на задремавшего в блаженном неведении Кирка. А жизнь-то, похоже, налаживается. По крайней мере скуки не предвидится.