Темный мир. Начало

      Земля, Лос-Анджелес, июнь, день       Элиот       Минут двадцать назад успешно сдал экзамен, а теперь еду с мешком на голове в неизвестную даль. Справа весело гогочет Лео, слева ему что-то впаривает Филип, спереди оживленно беседуют Шантия и Ирв. У меня скоро взорвется мозг от такого обилия пустой информации, летящей со всех сторон, а на действительно интересующий вопрос: «Какого хрена происходит?», так никто и не ответил. А ведь Бен предлагал встретить меня после универа. Посидели бы в кафе, обсудили за чашкой какао учебу и текущие события. Теперь жалею, что отказался. С ним было бы куда приятнее, чем с этой шумной компанией в этом пыльном мешке.       — Приехали! – торжественно оповестил всех Фил и стянул с меня пылесборник.       В глаза ударил яркий дневной свет. Чтобы окончательно не ослепнуть, непроизвольно зажмурился и уткнулся лицом в плечо брата.       — Я так понимаю, очки канули в небытие? – риторически интересуюсь я, припоминая их плавное соскальзывание с носа в момент надевания на мою голову аксессуара из грязной тряпки и пыли, а после похрустывание стекла под ногами.       — Куплю тебе новые, - обещает Лео.       — Третьи с начала года.       — Сделай коррекцию зрения и не парься уже с этим старьем.       — В обозримом будущем не собираюсь подвергать свое лицо и тело никакой хирургической коррекции.       — Говорит будущий врач, - он потянул меня за руку, помогая выбраться из машины.       — Психиарт, - напоминаю я. – Никакого отношения к членовредительству моя профессия иметь не будет.       — Это не вредительство, а восстановление зрения, даже не больно. Вроде умный, а все равно тупой.       — Ты, наверно, думаешь, мой взгляд от этого станет менее блядским.       — Сомневаюсь. Скорее всего, это врожденное.       Осмотрелся вокруг насколько это возможно: огороженный песчаный пляж, кусочек моря и суетящиеся люди-пятна. Похоже на съемочную площадку, но вряд ли меня сюда привезли кино снимать.       — Фил, соизволь, наконец, объяснить, что происходит? – потребовал я.       — Фотосессия для модного журнала, - весело отвечает наш заводила.       — И при чем тут я?       — Ты – одна из моделей.       — Я против.       — Я знаю.       — Тогда нахрена? И мешок этот зачем? – начинаю выходить из себя.       — Не знал, что ты умеешь злиться.       — Я не злюсь, а негодую!       — Очень громко негодуешь. Как еще можно было притащить тебя сюда? Или ты пошел бы добровольно?       — Не вижу никакого смысла в ваших действиях. Я все равно отказываюсь.       — Слушай, я правда не хотел, чтоб ты во всем этом участвовал. Но Хелена резко изменила количественное соотношение людей, несмотря на проблемы с подбором моделей. Не знаю, наверно, какая-то авторская задумка. В общем, я просто скинул ей пару твоих фотографий, и за три дня эта милейшая особа вынесла мне весь мозг. Элиот, я знаю, что ты не любишь фотографироваться, но они платят неплохие деньги. И пиару группы это пойдет на пользу. И просто давай соглашайся уже. Я даже сестру уговорил.       — Не верю.       — Она не то, чтобы прям согласилась, но поучаствовать ей все равно придется.       — Тоже приволок ее сюда с мешком на голове?       — Как я мог? Это ж сестра моя.       — Хорошие у вас отношения. Леонардо вот родственные связи вообще не останавливают.       — Запихать тебя в мешок было моей идеей, - призналась Тия. Ушам своим не верю!       — Я думал, хоть ты в нашей семье адекватная.       — Перестань, Элиот, не все же время за учебниками сидеть. И ты ведь никогда не работал с профессиональными фотографами. Кто знает, может, тебе понравится.       — Сомневаюсь.       — Эл, если правда не хочешь, можем поехать домой, - неожиданно предложил брат.       — Леонардо, не начинай снова, - возмутилась Тия. – Я-то думала, ты успокоишься, как только увидишь хорошеньких моделей. Не разочаровывай меня.       — Ты что против был? – искренне удивляюсь я.       Брат лишь фыркает и отворачивается. Идиотская реакция.       — Категорически, - отвечает вместо него Тия. – Хотя затея с мешком ему понравилась. Как будто специально самый грязный и пыльный подобрал.       — Какой в спортзале был, такой и подобрал, - огрызается Лео.       — В спортзале? – уточняю я. – На голове сейчас пиздец полнейший, да?       — Конечно. Можем ехать домой, там помоешься.       — Голову в любом случае помоют перед укладкой, - вставляет Филип.       — Нечего ему здесь делать с его гейскими замашками, - не унимается брат. Так вот в чем дело.       — Что за глупый стереотип?       — Сам говорил, что среди моделей полно пидоров.       — Бисексуалов, Лео.       — Одна херня.       — К нам стремительно что-то движется, - сообщаю я, заметив бегущее в нашу сторону разноцветное пятно.       При ближайшем рассмотрении бесформенное нечто оказалось довольно милой девушкой-неко, которая незамедлительно кинулась в объятия Филипа:       — Здравствуй, любовь моя! Почему опаздываете?       — Прости, Хел, - сияет улыбкой Филип, - у Эла был экзамен.       — А вот твоя сестра и ее очаровательный мальчик пришли точно ко времени.       — Этому очаровательному мальчику восемьдесят семь лет.       — Уму не постижимо, насколько прекрасны могут быть эльфы. – Она резко повернулась ко мне, но продолжает улыбаться: – Привет, милый, я Хелена Амбер, владелец агентства «Hell», - протягивает мне руку.       — Элиот, - отвечаю рукопожатием без доли улыбки на лице.       — Милашка, - тем не менее, заключает эта странная леди. – Что с твоими глазами?       — Мой фирменный презрительный взгляд. – Видимо, со стороны кажется не очень привлекательным, как я щурюсь, пытаясь получше разглядеть ее.       — О, Фил предупреждал, что с тобой возникнут проблемы.       — Какая предусмотрительность.       — Мы подберем тебе линзы. – Она вообще перестает улыбаться?       — Думаю, в этом нет необходимости. Я абсолютно нефотогеничен, поэтому вынужден отказаться от съемки.       — Эл, хорош строить из себя недотрогу! – прикрикнула на меня сестра.       — И притащили меня сюда против воли.       — Если тебе не понравятся фото, мы не будем их публиковать, - предлагает Хелена. – Оставь адрес электронки. Обещаю, что отправлю тебе абсолютно все кадры, сможешь сам выбрать подходящие. – Так просто она не отстанет.       — Хорошо. Но, если мне что-то здесь не понравится, я сразу же уйду.       — Договорились.       — Мне ты таких поблажек не делаешь, - заметил Фил.       — Ой, да на тебя хоть мешок надень, все равно идеально получишься.       — Кстати, подумайте об этом, - серьезно сообщаю я. – Грязные пыльные мешки – его фетиш.       По распоряжению Хелены я был отдан на растерзание худенькой блондинке, которая отвела меня к большому зеркальному трюмо, заставленному кремами и декоративной косметикой. Первым делом приступили к помывке головы. Как только опустил голову в раковину и почувствовал теплую воду в своих волосах, закрыл глаза и попытался абстрагироваться от происходящего. К счастью, мое нежелание общаться было правильно растолковано, поэтому вся процедура проходила в полнейшей тишине.       Открыв глаза и поднявшись, повертел головой, разминая затекшие плечи и шею, столкнулся взглядом с субъектом в кресле по правую сторону от меня. Парень сидит, закинув ногу на ногу и подперев подбородок пальцами левой руки, задумчиво рассматривает меня.       — Столь пристальное внимание к собственной персоне меня немного напрягает, - сообщаю я.       — Красивый, - выносит вердикт светловолосый, неожиданно вогнав меня в смятение и смущение.       — А Вы, извините, кто? – спрашиваю, поборов столь несвойственные мне эмоции.       — Шиан Чейстон - твой партнер на сегодня.       — Какой у тебя минус по зрению? – спрашивает девушка-гример, отвлекая меня.       — Минус два с половиной, - поворачиваюсь к ней, но продолжаю ощущать на себе заинтересованный взгляд этого странного человека.       — Настрою черные, - блондинка извлекает из трюмо упаковку радужек, прокручивает настройки на нужный минус и вручает их мне.       Обретя, наконец, четкость зрения, поворачиваюсь к блондину, который продолжает без зазрения совести пялиться на меня.       — Вы всегда так внимательны к своим коллегам по работе?       — Я просто получаю эстетическое наслаждение, - сообщает он.       — На Кристалле все такие прямолинейные?       — А ты не похож на своего брата.       — Вы знакомы с Лео?       — Немного. Он агрессивный, эмоциональный и не ведет себя так официально.       — Просто он приемный.       Тонкие губы некорими растянулись в улыбке:       — И с чувством юмора у тебя получше.       — Когда боги раздавали мозги, он стоял в очереди за бицепсами.       — Не очень вы ладите, да?       — Никогда не задумывался об этом.       — Мне сказали, ты не особо хочешь фотографироваться. Почему?       — Не мое. Позированию перед камерой предпочитаю интеллектуальный труд.       — Однако внешность у тебя модельная.       — Вас отправили сюда уговорить меня?       — Я просто пришел познакомиться с партнером. Что надо сделать, чтоб ты перестал мне выкать?       — Не смотреть на меня так пристально.       — Ничего не могу поделать. Ты как раз в моем вкусе.       — Тогда, возможно, Вам больше понравится общение с Леонардо.       — Он забавный. Но у меня индивидуальная непереносимость рыжеволосых.       — Мой натуральный цвет.       — В тебе привлекает не цвет волос.       — А что?       — Все перечислить?       — Основное.       — Губы, скулы, ключицы, тонкие запястья, кожа цвета карамели. Хотелось бы посмотреть на тебя без одежды. Оу, еще ты очень мило смущаешься и отводишь в сторону глаза.       — Ты потому что… - Да что со мной такое? Физически ощущаю, как покраснел от макушки до кончиков пальцев. Не он первый говорит подобные вещи. Возьми себя в руки, Эл!       — Я что?       — Ничего, - вернул голосу привычную интонацию.       — Твоя напускная холодность и отстраненность тоже завораживают. Уже хочешь в мою кроватку?       Провалиться мне сквозь землю!       — Даже… н-не думал… ни о чем подобном! – Почему я запинаюсь? Ведь реально и в мыслях не было.       — Тебе понравится.       — Я закончила, - сообщает блондинка, выводя меня из внутреннего оцепенения.       Первый раз за время этой странной беседы взглянул в зеркало. Никаких особых изменений. Просто убрала челку с лица, и волосы выглядят более растрепанными, чем обычно.       — Что дальше? – спрашиваю я, сознательно игнорируя некорими.       — Идем переодеваться.       Она отвела меня за ширму и вручила одежду, оставив наедине с зеркалом и собственными мыслями. А в голове полнейший хаос. Не понимаю, почему этот назойливый кот настолько смутил меня? Подобного рода подкаты не впервой, и до сих пор я отлично справлялся с такими ситуациями. Он даже не делает ничего, просто смотрит своими стальными глазами, не отрываясь, и говорит.       — Элиот, - услышал я за занавеской голос неко и замер на мгновение, - как насчет немного повеселиться?       — Что ты имеешь в виду? – уточняю, вернув самообладание, и продолжаю натягивать шмотки.       — Пока точно не знаю. Можно устроить маленькое представление перед камерами.       — Я не силен в импровизации.       — Перестань. Тебе разве не скучно?       — Мне всегда скучно, - отдергиваю занавеску и выхожу к нему. – Ты сможешь меня развеселить?       Кот смерил меня очередным оценивающим взглядом и улыбнулся, облизав губы:       — Могу лишь гарантировать, что тебе все понравится.       — Ладно, - улыбаюсь в ответ. – Пойду к своим. Ты со мной?       — Твой брат с нас глаз не сводит.       — Знаю.       — Это нормально?       — Нет. Но его это не очень беспокоит.       — Не хотелось бы получить в лицо лишь за то, что разговариваю с тобой.       — Так ты не идешь?       — Подожду тебя на съемочной площадке.       Леонардо       Настроение испортилось окончательно, как только Эла увели наводить марафет. Постепенно гримироваться рассосались все так называемые модели. Даже Шантия согласилась на подобную авантюру. Хотел было пойти за братом, но Ирв дернул меня за рукав рубашки.       — Не перебарщивай, маньяк, - посоветовал он. – Пошли лучше пива попьем на скамейке.       — С чем не перебарщивать?       — Ты его раз пять домой увезти пытался.       — Просто не нравится мне вся эта затея. Вообще не понимаю, почему подписался на это.       — Наверно, ты пытаешься делать вид, что все нормально, и вести себя с Элом в привычной манере. Но получается у тебя плохо, если честно.       — Ты откуда взялся вообще такой умный? Иди Тию развлекай, пока ее там красят.       — У нее и без общения со мной настроение отличное, а вот от тебя за версту негативом прет. Пошли бухать, - достал из сумки банку пива и вручил мне.       — Откуда?       — Я догадывался, что нам здесь нечего будет делать, поэтому закупился заранее.       — Куда они его увели? – осматриваюсь по сторонам. Ирв отвлек, и я потерял брата из поля зрения.       — Ты серьезно сейчас?       — Более чем. Выпить я только за, но сначала давай найдем место, где будет видно, чем занимается сейчас Элиот.       — Пиздец, Лео. Маньяк, еще и сталкер.       — Да-да. Инцест, нарциссизм и педерастия в одном флаконе. Пошли.       К счастью, долго искать Эла не пришлось. Вот только что за подозрительный субъект рядом с ним? Я просто хотел подойти познакомиться, но Ирвин усадил меня на скамейку нажатием на плечо и устроился рядом.       — Ирв, он пялится на него, - возмущаюсь я, не сводя с брата глаз.       — Ты тоже.       — Че за хрен? – открываю банку и делаю большой глоток.       — Ты не помнишь?       — Чего?       — Хотя ты был довольно сильно пьян.       — Что я должен помнить?       — Этот парень подвозил нас после вечеринки в доме Ясона.       — Тот с крутой тачкой? Да ладно! – всмотрелся в парня повнимательнее. Холеный, утонченный, весь такой из себя аристократ с внешностью фарфоровой куклы. – Раздражает даже больше эльфа Дианы.       — Ревнуешь?       — С чего бы? Они просто разговаривают.       — Кот из остов. К тому же, невероятно красивый.       — Элиот не такой дурак, чтоб цепляться только за внешность.       — Наверно.       — Интересно, о чем они разговаривают?       — Спросишь потом.       — Почему не сейчас? Ничего же страшного нет, если я хочу подойти побеседовать со своим братом.       — А как Эл отреагировал на твои чувства?       — Нет никаких чувств. Я просто беспокоюсь за него и его гейские наклонности.       — Ты противоречишь себе каждые пять минут.       — Это странно, Ирв. – Кажется, алкоголь начинает действовать. Или просто потянула на откровения, так как блондин уже в курсе. – Я вообще не понимаю, что со мной происходит. Но точно знаю, что это неправильно. У меня сердце екнуло, когда он мне голову на плечо положил. Почему у меня такая реакция на брата?       — Может, тебе обстановку поменять? Свали куда-нибудь отдыхать с друзьями.       — Вы – мои друзья. Куда его повели?       — Переодеваться, должно быть.       — А кот фигли за ним пошел? – проводил брата взглядом до примерочной. Некорими заходить не стал, но остался стоять рядом, оперевшись спиной о балку и сложив руки на груди. – Ирв, он мне не нравится.       — Ничего из ряда вон выходящего он не делает.       — Осты же имеют сверхспособности. Вдруг у него какая-нибудь любовная магия?       — Магия льда.       — Откуда знаешь?       — Он как-то обмолвился.       Обзор мне неожиданно преградил женский силуэт. Возмущению моему нет предела. Поднял голову, чтоб отчитать нахалку, и моментально потерял дар речи.       На Диане обтягивающие черные джинсы с широким поясом, топ, укороченная кожаная куртка, массивная серебряная бижутерия. В волосы вплели голубые пряди, что выгодно подчеркивает цвет глаз, веки подвели черным с мерцающими серебристыми тенями, на губах легкий блеск.       — Мальчики, все хорошо? – улыбается девушка, заметив наше смятение.       Взглянул на Ирвина: глаза расширены, рот приоткрыт, на щеках румянец. Очевидно, он тоже в шоке.       — Очень красивая, - сообщает блондин.       — Спасибо, Ирв. Лео, ты чего завис?       — Нормальная реакция на красивую девушку, - рассуждаю я, морально успокаиваясь. – Женская версия Фила, конечно, но Фил меня вообще не заводит. Значит, я не голубой.       — Эмн… Несказанно радует, конечно, что мой брат тебя не заводит, но…       Я что это вслух сказал?       — Все нормально, Ди, - пытается спасти ситуацию Ирвин. – Это же Лео, у него кукушка поехала от восхищения.       — Непривычно видеть тебя в таком образе, - добавляю я. – Тебе реально идет. Почему не одеваешься так в повседневной жизни?       — Совсем не мой стиль. Начнут еще путать со старшим братом, - язвительно сообщает она. Обиделась.       — Эй, я же не виноват, что Филип похож на девчонку.       — Вот не надо сейчас оправданий. Твое счастье, что Фил реально красивый. Мне больше интересно, вы как Элиота уговорили приехать?       — Да никак. Мешок на голову и в машину Ирвина.       — Жестоко.       — Это ты еще истерику не застала, когда он узнал, чем будет тут заниматься.       — Преувеличиваешь, да? Слабо представляю себе Элиота и истерику.       — Ладно, просто немного повыделывался.       — У него очень красивый напарник.       — Кстати, об этом: кто занимался расстановкой моделей?       — Хелена. Хочет сыграть на контрасте: Шантия и я, Вел и Филип, Элиот и некорими.       — Твой эльф с Филом не очень-то контрастируют. Точно так же его можно поставить в пару с неко.       — Она сказала, у Вела уникальная внешность: словно смесь ангела и демона.       — К счастью, не разбираюсь в мужской красоте. – Ничего в нем уникального нет. – И где эта твоя смесь добра и зла?       — Что-то там мудрят с его волосами. Почему такое негативное отношение к моему парню? Ты его даже не знаешь.       — И знать не желаю. Фил говорит, он странный.       — Строишь свое мнение о человеке, основываясь на чужом?       — Слышь, мелкая, ты с каких пор такая умная?       — Ты всего на два года старше.       — Не имеет значения. Для меня ты всегда будешь мелкой сестричкой моего лучшего друга. Вон твой остроухий идет, кстати.       Ди тут же повернулась в сторону эльфа. Приблизившись, он обнял ее и легонько поцеловал в губы. Ладно, они милые. И, должен признать, эльф действительно хорош собой. С волосами ему реально намудрили: собрали в хвост, разделив на отдельные пряди, с правой стороны выпустили челку. Нет, он не невъебически красив, но глаза – это нечто: яркие, кошачьи, с длинными ресницами.       — Да ты прям аниме, - озвучил я.       — Что? – с вызовом произнес остроухий и пристально смотрит на меня. О, этот презрительный взгляд даже Элу не снился.       — Он не хотел оскорбить, - зачем-то вмешался Ирвин. – Персонажи аниме, в основном, довольно милые.       Блондин моментально удостоился язвительно улыбки и произнесенного сквозь зубы:       — Внешность бывает обманчива.       Реально демон.       — Вел, успокойся, - тихо просит его Диана.       — Я вроде говорил тебе не общаться с ним.       — Это невозможно.       — Могу сделать так, что будет возможно.       — Ревнуешь, - догадался я. – К Ирвину что ли?       Эльф не отвечает. Просто метает злобные взгляды от меня к Ирву, словно не может выбрать, кого пристрелить первым. Элиот, тем временем, вышел из примерочной и продолжает беседу с кошачьим.       — Реально достали, - наблюдаю за братом, игнорируя присутствующих. Он расходится с некорими и идет в нашу сторону. – Щас вточу ему! – подрываюсь со скамейки, ловя на себе недоуменные взгляды.       — Воу-воу, полегче, - Ирв встает следом и останавливает меня рывком за плечо.       — Ты видел, как он на него пялится?!       — Эмоции контролируй.       — Что происходит? – интересуется Диана.       — Ничего, - успокаиваюсь с приближением Элиота и тут же начинаю охуевать снова. – Ебаный пиздец.       — Он выглядит даже круче, чем на сцене.       Вот именно! Почему мой брат настолько охеренный? Просто ведь челку с лица убрали.       — Вы чего уставились все? – недоумевает Элиот, подойдя.       — Эл, а ты всегда был таким красавчиком? – интересуется Ди.       — Сколько себя помню, - обворожительная улыбка. – Лео, ты чего завис?       — Ничего, - пытаюсь придать своему голосу беззаботный тон. – Задумался просто. Твой новый знакомый почему не подошел?       — Ревнуешь?       — С чего бы? Не хватало еще брата к кошаку ревновать.       — Это да. Люблю котиков.       Элиот улыбается, я борюсь с желанием пиздануть его лицом в землю, остальные, охеревая, пялятся на нас. Повисло напряженное молчание.       — Забавные у вас отношения, - нарушил тишину эльф. Наблюдательный остроухий подонок.       — Обычные, - брат протягивает ему руку. – Мы так и не познакомились официально. Я Элиот.       — Велиар, - эльф улыбнулся и ответил рукопожатием. Ни капли неприязни в голосе и смотрит с интересом.       — Необычное имя.       — Может быть.       — На Рагнареке ведь ориентируются не на красивое звучание, верно?       — В моей семье каждое имя имеет свое значение.       — Всегда считал, что значение имени никак не влияет на личностные качества его носителя.       — Если только самую малость.       Странный диалог.       — Я думаю, для съемок уже все готово. Может, пойдем? – предложила Диана.       — Раньше начнем - раньше закончим, - согласился Элиот.       Пары разбили по локациям с общей тематикой «Приручить демона». Естественно, я пошел наблюдать за братом. А вот какого хрена Ирв поперся за мной, а не Тией любоваться, ума не приложу. Хотя тема проекта напрягает меня значительно больше, чем присутствие друга рядом.       Кошак на дьявольское отродье смахивает куда сильнее, но образ демона почему-то достался моему Элу. Хотя пока ничего необычного, просто меняют позы согласно указаниям фотографа, вертятся перед камерой, демонстрируя шмотки.       Кажется, я зря себя накручивал. Элиот, конечно, милый, но кот из элиты – не заинтересует его мальчишка-полукровка. Эта фотосессия для него - всего лишь работа. Но все равно никогда больше не позволю брату сниматься в глупых модных журналах. Осталось только дождаться, когда закончится этот ад, И Эл перестанет быть таким чертовски красивым и сексуальным, скинет это навороченное шмотье, без линз начнет щуриться, как почтенный старец, и мы поедем домой.       — Пойду посмотрю, как там дела у остальных, - сообщает Ирвин, допив вторую банку пива.       — А я уж надежду потерял, что ты оставишь меня сегодня одного.       — Так ты вроде спокоен и ни на кого не кидаешься.       — Я тебе не псина цепная.       И тут случилось то, что напрочь убило во мне спокойствие. Некорими схватил Эла за запястья и засосал его, прижав к стене всем телом.       На площадке я оказался за считанные секунды, грубо схватил неко за плечо и отдернул от брата. Кот среагировал моментально, словно ожидал нападения, и успел закрыть лицо правой рукой. Повеяло невообразимым холодом, и кулак мой впечатался в толстенный слой льда. На землю посыпались прозрачные осколки. Ирвин обхватил меня за плечи и оттащил от наглеца.       — Ледяную преграду поставил, чтоб по ебалу не схлопотать, маг ебучий! – выкрикнул я в сторону кошачьего, пытаясь вырваться из крепкой хватки блондина.       — Остынь, рыжик, - усмехается некорими.       Взглянул на Элиота. Вжался в стену, вцепился пальцами в локти, приняв закрытую позу, глаза в пол, выглядит смущенным и растерянным. То есть о подобной херне они не договаривались, исключительно инициатива кошачьего ублюдка. Моего брата поцеловали насильно, что разозлило еще больше.       — Тварь! – выругался я, глядя некорими в глаза. – Убью тебя!       — Ничего себе заявление, - появилась Хелена, быстро оценила обстановку и закрыла мне прямой доступ к оскалившемуся в улыбке неко своей спиной. – Шиан, что натворил?       — Мальчика поцеловал, - абсолютно буднично отвечает белобрысый.       — Зачем?       — Захотелось мне так. Нельзя было?       — Проектом это не предусмотрено.       — Почему?       — Вы одежду демонстрировать должны, а не свои взаимоотношения.       — А что фотографии плохие получились? Могу повторить.       — Ши…       — А как еще демона приручать?       И вдруг Элиот расхохотался так громко, что обратил на себя всеобщее внимание. Умом тронулся что ли? Вообще ничего смешного в данной ситуации не вижу. И кошачий прям залип на него. Бесят оба.       — Отличная импровизация, - перестав хохотать, но все еще улыбаясь, сообщает Эл, глядя исключительно на некорими. – Мне понравилось.       — Что ты несешь? – прорычал я, сверля брата убийственный взглядом.       — Не надо так агрессивно реагировать. Это всего лишь поцелуй.       — Ну и проект, - вздохнула Хелена, отходя к фотографу. – Одни сосутся на площадке, другие определиться не могут, кто кого подчиняет. Только у девочек все хорошо… Хмм, а фотки очень даже… Ладно, вы оба прощены и свободны.       — Могу я посмотреть? – спрашивает Элиот.       — Пошли, - Ирвин тянет меня за руку. – Девчонки уже освободились, ждут нас на побережье.       — Я своего брата с этим наедине не оставлю, - огрызаюсь я.       — Они не наедине. Или ты тоже хочешь фотки глянуть? Последние, наверно, самые удачные.       — Закрой рот, - потребовал я, но все же пошел следом за другом. – Надеюсь, он понимает, что я ему голову оторву, как домой приедем.       — Не переусердствуй. Голова – самая важная часть его тела.       — Хотелось бы верить. А то я уже начинаю подозревать, что задницей он работает чаще.       Пока мы нашли девчонок, к ним уже присоединились Фил и остроухий. Пьют пиво и дико над чем-то угорают.       — Но больше всего я охренел, когда ты ко мне на колени сел, - продолжает Филип. – Ты точно натурал? Более гейского жеста я еще не видел.       — Ты мне не интересен, - с легкой усмешкой отвечает эльф. – Просто вошел в роль.       — Но ты должен был подчиняться, а не наоборот.       — Немного иначе представляю себе демонов.       — Я его боюсь, - сообщает Фил, вручая нам с Ирвом уже потеплевшее пиво.       — На коленки сел – это фигня, - сообщает Ирвин. – Элиота там по гланды засосали.       — Да ладно?       — Вот нахрена ты напоминаешь? – снова разозлился я.       — Просто ты смешно бесишься, - угорает мне в лицо блондин.       — И че он? – продолжает расспрашивать Фил. – В табло дал?       — Нет. Ему вроде все понравилось. Или ты про Лео? Лео дать в табло пытался, но получилось плохо.       — Ой, идите нахрен оба, - отхожу от них, достаю чартер и набираю номер брата.       — Что случилось? – услышал его спокойный голос спустя секунд тридцать.       — Ты где?       — Катаюсь по городу с Шианом.       — Совсем страх потерял, маленький засранец?       — Он не страшный.       — А вот я ужасен в гневе.       — Отстань, - отключился.       — Твою мать, как знал, что не надо уходить!       — Что там у тебя случилось, гомофоб? – интересуется Тия.       — Элиот свалил с некорими.       — А, ну да, он написал минут десять назад.       — То есть вас вообще не беспокоит, что Эл тусуется с неизвестным хмырем?       — Не особо. Он взрослый и сообразительный.       Вечер       Шиан       Дернулся от того, что мальчишка неожиданно дотронулся до моего кошачьего уха. Аккуратно водит кончиками пальцев по краю, абсолютно не растерявшись от моей реакции.       — Ты чего? – спрашиваю, смирившись с таким хамским обращением.       — Никогда раньше не контактировал с некорими.       — Уши – это все, что тебя интересует?       — А, если шейку почесать, тебе понравится?       — Люди такие бестактные.       — Но котики ведь нужны, чтоб их любить и тискать. Моя Нана абсолютно не против подобного обращения.       Остановил машину, перехватил его руку и дернул мальчишку к себе, впившись в губы поцелуем. Не сумев удержать равновесие, он уперся рукой в мое колено, крепко сжав его пальцами. На поцелуй отвечает охотно, но с какой-то непонятной отстраненностью. Или мне кажется.       — Приехали, - сообщаю я, прервав столь приятное занятие.       — Ладно. – Наши губы еще чуть соприкасаются и, кажется, ему этот недоконтакт доставляет удовольствие, потому что он даже не думает двинуться с места.       — Тебе удобно?       — Сойдет.       — Я бы предпочел поменять локацию.       — Как скажешь, - он отстранился и посмотрел в окно. – Куда мы приехали?       — Ко мне домой, - внимательно слежу за его реакцией, стараясь уловить хоть каплю волнения.       — Ясно, - он лишь пожал плечами и вышел из машины. Полное отсутствие чувства самосохранения.       Поднимаемся в лифте на семнадцатый этаж. Мальчишка прислонился спиной к стеклянной стене и задумчиво наблюдает за жизнью города внизу.       — Элиот, сколько тебе лет?       — Девятнадцать, - немного помедлив, отвечает он.       — Не врешь?       — В конце ноября будет двадцать, - перевел взгляд на меня и улыбнулся уголком губ. – Возраст мой смущает?       — Скорее твое безрассудство. Часто ты так уезжаешь с незнакомцами?       — Первый раз. А ты маньяк?       — Не исключено.       — Значит, скучно не будет.       Двери распахнулись, и мы покинули стеклянную коробку.       — Я не маньяк. Но с внешностью вроде твоей стоит быть осмотрительнее.       — Как ты?       — Мои врожденные способности часто помогают мне справиться с мелкими неприятностями.       — А что не так с моей внешностью?       — Как мило ты напрашиваешься на комплименты, - открыл дверь квартиры и пропустил парня вперед.       Он прошел и осмотрелся:       — Так тихо.       — Любишь тишину?       — Не знаю. Могу я сходить в душ?       — Слева.       — Спасибо, - он разулся, снял пиджак, вручил его мне и скрылся за дверью ванной комнаты. Странный мальчик. Красивый и странный.       Повесил пиджак Элиота и разделся, оставшись в одних боксерах. Включил музыку и, потягиваясь, подошел к окну. Грейс точно не простит измену. Но пусть лучше возненавидит, чем узнает правду о моей семье. А мальчишке, кажется, вообще на все плевать, с ним не должно возникнуть проблем. К тому же, он первый за долгое время, кто меня действительно заинтересовал и даже вызвал желание прикоснуться. И дело не только в физической привлекательности, а в чем-то еще, чего я пока не могу понять и объяснить. Что-то в его взгляде, поведении и движениях завораживает. Даже родной брат на него залипает. Интересно, кто их родители? Судя по всему, довольно занятые и состоятельные люди. Надо будет поинтересоваться. Хотя какое это имеет значение?       Спустя минут двадцать-тридцать услышал тихие шаги за спиной и увидел отражение мальчишки в окне. Он зачем-то оделся, хотя вроде как должен догадываться, зачем я привез его к себе домой. Неужели передумал? Немного походил по комнате, осматривая обстановку, остановился у стеллажа с книгами. Вроде сваливать не собирается.       — Твой сын? – спрашивает он, рассматривая фотографию.       — В прошлом году ездили в парк аттракционов. Он съел тогда девять порций мороженого, счастлив был до безобразия. Грейс ругалась, что я слишком много ему позволяю. Поэтому она такая недовольная на фото. А Уно потом неделю провалялся с больным горлом дома. Но оно того стоило. Самый потрясающий день в моей жизни.       — Прогулку по парку аттракционов всегда можно повторить.       — Нет.       — Почему? Случилось что-то?       — Все сложно.       Он неопределенно пожал плечами:       — Красивая у тебя девушка.       — Да. У меня великолепное чувство прекрасного, - подошел к нему и начал расстегивать рубашку.       — Уверен, что это хорошая идея? – заглядывает мне в глаза.       — Увидел мою семью и передумал?       Рубашка упала на пол, что позволило мне получше разглядеть его тело. Худенький, близок к анорексии. Кажется, одно неверное движение, и он рассыпется.       — Мне плевать. Просто… - он замолчал и продолжил, лишь когда я взглянул на его лицо. – Меня не покидает ощущение, словно я шагаю прямиком в пропасть. Не знаю почему, но что-то в тебе меня пугает.       — Что-то в тебе меня нереально завораживает, - прижал мальчишку к себе и поцеловал, проникая языком в рот.       Поглаживаю спинку, ощущая каждую косточку. Хрупкий. Как же с тобой обращаться? Как с дорогой фарфоровой куклой? Или пожестче ты тоже выдержишь?       Бережно уложил его на ворсистый ковер и освободил нас обоих от оставшейся одежды. Прижимаюсь к нему всем телом, целую губы, шею, плечи, покусываю и облизываю затвердевшие соски. Он обнимает меня, гладит спину, послушно отвечает на каждое мое движение и прикосновения. Медленно ввожу в его анус один палец, сорвав с губ тихий стон. Мальчишка моментально начинает двигаться навстречу моим движениям. Добавляю второй палец. Его правая рука соскальзывает с моей спины, перехватываю ее, не давая дотянуться до члена, отвожу в сторону:       — Нет, малыш. Можешь дотрагиваться лишь до меня. С твоим телом я разберусь сам.       Обиженно прикусывает нижнюю губу и отводит взгляд. Продолжаю трахать его пальцами, добавив третий. Он стонет и извивается, стараясь сильнее насадиться на них, но попыток поласкать себя больше не предпринимает. Вытаскиваю пальцы и медленно вхожу в горячую растянутую дырочку. Достаю член, как только он пытается насадиться на него. Ловлю на себе недоуменный взгляд. Улыбаюсь:       — Проси. – Похоже раньше ему не доводилось выпрашивать секса. – Я сгораю от желания, малыш. Просто попроси. – Дразню его анус, прислонив головку члена. Молчит. – Ну же, Элиот, что я должен сделать?       Нервно облизывает губы, прежде чем преступить свою гордость:       — Вы… выеби меня.       — Почти. Забыл волшебное слово.       — Ши, пожалуйста… выеби меня.       Не идеально, но уже лучше. Вхожу в него и медленно двигаюсь. Поначалу он сжимает меня так сильно, что я едва не кончаю. Ускоряю темп, и лишь тогда он расслабляется, начинает двигаться синхронно со мной и стонет, чуть разомкнув губы. Он кончает первый, выплеснув семя себе на живот и сильно прогнувшись в спине. Изливаюсь в него следом, окончательно потеряв рассудок от подобного зрелища.       Мальчик дрожит всем телом и тяжело дышит, запрокинув голову назад, сквозь пушистые ресницы полуприкрытых век блестят черные зрачки. Невероятно сексуальный.       Снова возбудился и вошел в него, не дав парню толком опомниться. На этот раз слишком резко. Мальчишка дернулся назад, но я придержал его за бедра и вернул на место. Продолжаю двигаться, грубо насаживая его на свой член. Элиот впился тонкими пальцами в мои руки, морщится от боли и кусает губы, тихо постанывая, больше не сопротивляется. В этот раз он не кончает, я же изливаюсь полностью. Ложусь рядом и наблюдаю. Лежит с закрытыми глазами, пытаясь восстановить дыхание, коленки сдвинул сразу же, немного дрожит.       — Если тебе неприятно, почему ты терпишь? – спрашиваю я.       — Не знаю… Со мной так раньше не обращались. Пытаюсь привыкнуть к новым ощущениям.       — И как ощущения?       — Больно… Кажется, мы испачкали ковер.       — Плевать.       — И не кончай в меня больше.       — Почему это?       — Просто… Наверно, это глупо, но… Это словно у нас отношения, и я твоя собственность. А между нами ведь ничего нет… И это отвратительно – принадлежать кому-то… Понимаешь меня?       — Нет. – Даже не надейся, что это первый и последний раз. Ты слишком милый, чтоб так просто отпустить.       — В общем, просто не делай так. Я в душ, - поднялся и направился в ванную.       — Элиот, ты спишь со мной сегодня.       — Хорошо.       Невероятно. Так безрассудно и легко соглашается абсолютно на все, но при этом умудряется держать дистанцию.       Токио, ночь, клуб «Ядовитый плющ»       Хидэки       Отлично, конечно, что с Шерон и Матариэлем Ами стали выпускать потусить в городе без присмотра, но теперь она просто выдергивает меня из кроватушки бесконечными звонками.       За барной стойкой я вижу лишь Матариэля, следовательно, в моей компании девчонки не особо нуждаются. Герда, завидев меня, по привычке наливает виски.       — Зара на втором этаже танцует стриптиз в костюме Челси из «Южной границы», - сообщает она. – Пойдешь посмотришь?       — Не сегодня. Девчонки тоже там?       — Естественно.       — А ты, Матариэль, почему не пошел?       Крылатый отрывается от неразбавленного джина и переводит подавленный взгляд на меня:       — Ты, конечно, извини, раньше я думал, что моя сестра отбитая на всю голову, но потом познакомился с Асами. Она красивая, необычная и полностью абсолютно неконтролируемая. А, когда они вдвоем, их вообще можно использовать как оружие массового поражения. Уму не постижимо, что мне придется на ней жениться.       — Поверь, она тоже не в восторге от данной перспективы.       — Так не женитесь. В чем проблема? – недоумевает вампирша.       — Политический брак, выгодный для обеих семей, - объясняю я, заприметив на другом конце бара знакомую мордашку. – Давно он здесь сидит?       — Тот необщительный красавчик? Примерно час.       — Один?       — Ну, как один? С ним бутылка рома. Даже не думай подкатить, казанова.       — Почему?       — Его тут пытались пара девушек склеить, так он их одним взглядом отшивает.       — Может, ему не нравятся девушки. Велиар! – помахал парню. На свое имя он среагировал моментально, задумчиво смотрит на меня, но с места не двигается. – Киса, иди сюда! – отодвинул для него стул между мной и Матариэлем.       Эльф склонил голову набок, как кошка, взглянул на крылатого, который теперь пялится на балкон второго этажа, затем снова на меня. Осмотрелся вокруг и, наконец, соизволил направиться ко мне. Аурелиона обошел и устроился на стуле позади меня. Явная неприязнь к крылатым. Странно. Всегда думал, что центарионы миролюбивы. Повернулся к нему:       — Привет.       — Здравствуй, - смотрит прямо в глаза.       — Неосмотрительно со стороны Ичиро отпускать тебя одного.       — Я гуляю, где хочу.       — Ну, точно кошка, - усмехаюсь я.       — Не понимаю.       — Забей. Давно ты в Токио? Где остановился?       — Нигде.       — Ты боишься, что я Ичиро донесу? У нас с ним довольно напряженные отношения.       — Я вообще ничего не боюсь.       — Тогда…       — Хидэ, по-твоему, это нормально? – прервал меня Матариэль, указывая на второй этаж, где Асами мило беседует с каким-то парнем. – Она уже второго мужика склеила.       — Разве тебе не пофиг?       — Нет. Она же вроде моя. Что за пренебрежительное отношение?       — Так скажи ей.       — Как будто от этого есть толк, - неожиданно вклинился в разговор Вел. – Им что ни говори, они все по-своему переворачивают. – Мне сейчас показалось, или бутылка рома со стаканом сами приехали в его руку с того конца барной стойки? Судя по выражению лица Герды, не я один это видел. – Жесть просто, - заключил эльф, отпив напиток.       — Ты телекинезом владеешь?       — Вот ты давно с землянами общаешься? – проигнорировал мой вопрос остроухий.       — Вообще с рождения.       — Они же просто невообразимо странные.       — Это точно, - соглашается Матариэль.       — У нас все проще: тебя либо хотят трахнуть, либо убить, иногда и то, и другое в разных последовательностях. «Ты меня бесишь, пойдем поебемся» - я понимаю гораздо лучше, чем эту непонятную земную муть, - снова пьет.       — Велиар, тебя отшили?       — Нет, конечно. Я же красивый.       — Ну, ладно.       — В смысле, меня реально все хотят. Даже ты запал. Ты меня не знаешь, но все равно хочешь трахнуть.       — Все центарионы такие откровенные? – уточняет крылатый, удивившись совсем немного.       — Я ее люблю. Безумно сильно, - продолжает Вел, допивает ром и наливает новую порцию. – Постоянно ей об этом говорю. А она такая: «И я тебя люблю. А еще своего брата люблю, и родителей, и друзей. И вон тот незнакомый парень тоже ничего». Ты нормальная вообще? Зачем ты мне голову ломаешь? У меня итак с психикой проблемы.       — Если она говорит, что любит тебя, то это уже многое значит. – Что-то я растерялся.       — Да она всех вокруг любит. Я ей говорю: «Не общайся с этим парнем, Люцифера ради». А она: «Ой, я так не могу. Он же мой друг. Он такой классный». Все хорошо? Ты пару минут назад говорила, какой я классный. Ты хоть по цвету волос нас различаешь?       — Полегче с ревностью, киса. Ты ведь тоже любишь своих друзей.       — Каких еще друзей? – морщится эльф. – У нас это понятие отсутствует. Как и понятие любви, собственно. Да я первое время вообще не догонял, что со мной происходит. Кучу человеческих книжек прочитал. И вот, если прям честно, любить кого-то – это ужасно.       — Подожди, у тебя нет друзей?       — Вот она тоже постоянно удивляется. Наше общество построено на взаимовыгодных отношениях, а не на сомнительных этических понятиях.       — Всегда считал центаров довольно миролюбивым народом.       — Из центаров я тесно общался лишь с одним. Не очень-то он был миролюбив поначалу... Хотя именно он научил меня центарийской магии. Но ты скажи мне лучше, что делать? Как существо, которое постоянно контактирует с людьми, ты должен лучше разбираться в их психологии.       — Ты запрещаешь своей девушке общаться с друзьями, хотя сам строишь отношения с Ичиро.       — Ничего я с ним не строю. Это просто эксперимент.       — Какой еще эксперимент?       — Хотел точно знать, возможно ли полюбить монстра.       — И как, полюбил?       — Пока не знаю. У него спросить надо.       — Так ты себя монстром считаешь, а не его?       — Обычный оборотень. Что в нем ужасного?       — А в тебе? Ты же милашка.       — Все так сначала говорят. А потом: «Чудовище, монстр! Мы все умрем!» - и ла-ла-ла.       — Хидэки! – Шерон резко дернула меня за плечо так, что я чуть не навернулся со стула.       — Ты что творишь, женщина? – убрал ее руку и вернулся в исходное положение.       — Немедленно отойди от него!       — Да что случилось? Мы просто разговариваем.       На меня она даже не смотрит. А вот от Вела не отводит полных ужаса глаз. Остальные, кроме Матариэля, явно в недоумении. Крылатый же значительно напрягся и сверлит Вела настороженным взглядом.       — Вот, что и требовалось доказать, - усмехается эльф и осушает стакан.       — Ты понимаешь, что происходит? – уточняю я.       — Увидела мою душу.       — Нет, - отрицательно мотает головой Шер. – Она настолько поглощена тьмой, что я вижу лишь размытый силуэт души или ее подобие.       — Да, плохо быть мной, - кивает эльф и пытается налить ром, но стакан выскальзывает из рук и со звоном разлетается по полу. Следом головой в землю чуть не падает сам Велиар, но я успеваю его подхватить.       — Кажется, тебе уже хватит, - сообщаю я. – Пойдем погуляем.       — Куда это ты с ним собрался? – вцепляется в мою руку эльфийка.       — Вот ты серьезно сейчас? Что он мне сделает? Он же в тряпки.       — Просто ты не видишь то, что вижу я.       — Она права, - подтверждает Вел, продолжая висеть соплей на моей руке.       — Слышь, чудовище, не поддакивай ей, - сильнее прижимаю парня к себе, параллельно пытаясь отцепиться от Шерон. – Не знаю, что там у него с душой, но на внешнюю составляющую я нефигово так запал. Не ревнуй, принцесса.       — Чтооо? – моментально отпускает меня. – Я и ревновать к этому исчадию ада?       — Он рассчитался? – уточняю у Герды.       — Стопку американских купюр мне вывалил, как только пришел, - отвечает вампирша. – Могу еще в дорожку три бутылки рома дать.       — Дай лучше бутылку виски.       — Точно все хорошо будет? – обеспокоенно спрашивает Асами.       — Я просто доведу его до гостиницы.       — Я позвоню тебе через полчаса.       — Да ты мне итак каждые полчаса названиваешь.       — Совсем меня не боишься что ли? – интересуется эльф, как только мы оказались на улице. – Она же сказала…       — Сейчас точно не боюсь. И будь ты хоть тысячу раз исчадием ада, бросить тебя одного в таком состоянии я не могу.       — Ясно. Кстати, я умею ходить без посторонней помощи, - убрал мою руку со своей талии и, петляя, пошел вдоль по улице.       — И куда ты?       — Гулять.       — Тебе бы поспать, - догнал парня и корректирую его движение, придерживая за рукав куртки. – Так и не скажешь, где остановился?       — Нигде.       — Ладно. Здесь недалеко есть неплохая гостиница.       — Когда мне станет скучно, я просто телепортируюсь домой.       — Ты еще и телепортацией владеешь?       — Пополезнее будет, чем видеть души.       — Мне кажется, она преувеличивает.       — Ничуть. Но смысла в данной способности вообще не вижу. Светлая магия действует на меня минимально. Получается, душу мою она видит, но никаких конкретных действий предпринять не сможет, только панику наведет.       — Что настолько ужасного ты натворил, что душа погрузилась во тьму?       — Родился.       — Да ты прямо королева драмы.       — Я стольких убил, что сбился со счета. И тебя могу уничтожить по щелчку пальцев. А смысл быть хорошим, если с рождения проклят Бездной?       — С этого места можно подробнее?       — Зачем? Ты все равно мне не веришь. В отличие от своей подруги, ты видишь лишь внешнюю составляющую.       — Зато нет необходимости клеймить всех вокруг. В конце концов, понятия зла и добра довольно относительны. А, если проклят и обречен с рождения, то где здесь твоя вина? И вообще, кто тебе так мозги промыл? Точно не центарионы.       — Ди тоже считает, что мне все это внушили.       — Так и есть. Система ценностей темных эльфов, например, основана на культе жестокости. Следовательно, их воспитывают хладнокровными убийцами. Но это не значит, что каждый из них проклят с рождения. Никто не рождается хорошим или плохим, очень многое зависит от социального фактора, от среды, в которой вырос, понимаешь?       — Видимо ты не поймешь, пока не продемонстрирую наглядно.       — Эй, вот только не надо никого убивать.       — И все-таки земляне очень странные. Как вы живете с этими двойными стандартами?       — Что еще за двойные стандарты?       — Ну как же? Для вас все одновременно и хорошие, и плохие. Поэтому и кидаетесь вечно из крайности в крайность… Люцифер, кажется, я начинаю понимать! – он резко остановился. – Надо подумать над этим дома.       — Как по мне, так это ты очень странный.       Он пожал плечами и черной мглой растворился в воздухе. Да что же это за магия такая?