бездна, в которую мы упадем

Когда первородный вампир по имени Кол Майклсон жадно и жестоко разорвал Лидии Мартин горло своими клыками, она была абсолютно не готова к смерти. Хотя смерть и маячила постоянно за ее плечом, но девушка была лишь ее невольным вестником — Лидия была банши и ее набирающие силу способности то и дело проявляли себя, вовлекая Лидию в странные и опасные ситуации. Неведомый, но непреодолимый Зов порой влек Лидию прочь из дома посреди глубокой ночи: она внезапно просыпалась и садилась в постели резким движением, чтобы судорожно вдохнуть и босыми ногами коснуться пола. А затем — торопливо одеться и бежать, бежать туда, где она должна быть в определенный момент, чтобы предопределить чужую судьбу своим пронзительным криком… Мама считала, что у Лидии серьезные проблемы с головой — прямо как у ее бабушки, которая вела себя примерно так же, а затем и вовсе спятила и теперь коротала свой век в психиатрической лечебнице, изредка выныривая в реальность из своего причудливого мира, в котором царили смерть и злой рок. Лидия очень сочувствовала бабуле — способности сгубили ее, разрушили ее разум. Самой Лидии повезло куда больше — для нее нашелся наставник и ее разум пусть и находился временами в весьма шатком положении, но все же был в относительной безопасности. Чего не скажешь о физической оболочке — как уже упоминалось, Зов порой приводил Лидию в нехорошие места, где ей грозила опасность. Когда Зов однажды ранним утром поднял ее из постели и повел к городскому кладбищу, Лидия уже смутно подозревала, что ее ждет нечто неприятное. Но сопротивляться она не могла — не теперь, она еще только начала обучаться владению собой и своими способностями. Целью Смерти, которая этим утром желала использовать Лидию Мартин, как своего вестника, был вампир — с виду не старше самой Лидии, но было в нем что-то такое, что выдавало в нем существо древнее и опасное. Не менее опасное, чем сама смерть. Вампир возился у старых склепов, расчищая обвалившийся вход в один из них, когда банши, словно призрак, бесшумно возникла у него за плечом и закричала, не в силах сдерживать самую свою суть. Вампир обернулся диким, молниеносным движением, скорее даже звериным, чем человеческим, и бросился на Лидию без малейших колебаний. Крик банши заклокотал в разорванном горле и стих — Лидия осела на землю, обеими руками схватившись за рану и силясь остановить кровотечение. Вампир изучал ее пристальным взглядом несколько долгих мгновений, одна его бровь приподнялась в удивлении: — Банши? Здесь? Ну надо же… Видимо, решив, что вот так дать умереть сверхъестественному существу будет нелепо, вампир, окровавленным ртом припал к собственному запястью и прокусил кожу, пуская себе кровь. Он влил этот живительный эликсир в рот Лидии — она не сопротивлялась, зная, что кровь вампира способна исцелять даже очень тяжелые раны. Вскоре ее горло было в порядке — о ране напоминала лишь зудящая кожа да нервная дрожь, бьющая девушку. — С каких пор в Бейкон-Хиллз есть банши? И с каких пор они стали пророчить смерть первородным? — довольно бесцеремонно приступил к допросу вампир. — Назови свое имя, сейчас же. — Я Л-Лидия М-Мартин… — И не заикайся, это раздражает, — все тем же приказным тоном потребовал вампир. — Зачем ты подкралась ко мне? Ты безумна? — Меня вел Зов, — брови Лидии хмуро сошлись на переносице, постепенно она приходила в себя и после помутнения, вызванного Зовом, и после того, как едва не умерла от вампирских клыков. — Я еще только учусь управлять своим даром, и чаще всего вовсе не я решаю, куда мы идем и что делаем. Поверь, если бы я могла оказаться в другом месте, то я была бы где угодно, а не рядом с тобой. — Дерзкая рыжая банши, — хмыкнул вампир. — Ты мне почти нравишься. Я Кол Майклсон. Ты, верно, слышала обо мне и моей семье? — Понятия не имею, кто ты или кто твоя семья, — честно отозвалась Лидия. — Надеюсь, это тебя не разозлит и ты еще раз не набросишься на меня? Я тут вроде как просто выполняла свою не самую приятную работу вестницы, так что… Ты вроде как скоро умрешь, а мне пора на учебу. — Это вместо «приятно познакомиться»? — рассмеялся Кол. — Нет, все-таки, ты мне нравишься. Я найду тебя позже, Лидия Мартин. — Не то, чтобы я этого жаждала. Но тебе ведь наплевать, правда? Вампир даже не удостоил девушку ответа, вернувшись к своему занятию: он принялся расчищать вход в старый склеп. Склеп, принадлежащий предкам Уиттморов — Лидия отметила про себя их фамильный герб на уцелевшей стене. Делать было нечего, она свое предназначение выполнила — оставалось лишь уйти, что девушка и сделала. Прокрасться домой незамеченной было непросто — мама уже проснулась и возилась на кухне с завтраком. Но Лидии удалось прошмыгнуть через гостиную и наверх, к себе — ей нужно было переодеться, смыть с себя кровь и как можно быстрее собраться, чтобы успеть к завтраку и не нервировать маму. Когда Натали Мартин понимала, что у ее дочери вновь случилось «помутнение», как она называла происходящее с Лидией, то Натали впадала в крайне мрачное настроение. Лидия любила свою мать и вовсе не желала ее беспокоить, так что обычно заметала следы так хорошо, как только могла…

***

С тех пор как Лидия столкнулась с вампиром по имени Кол Майклсон на кладбище, прошло две недели. Кол никак не давал о себе знать, и Лидия стала потихоньку забывать о нем. Впрочем, до того она успела расспросить о Майклсонах своего наставника, Питера Хэйла, и оборотень рассказал ей о первородных, что правят Новым Орлеаном, как истинные короли. Это было интересно: что же понадобилось в старом склепе Уиттморов такому могущественному существу? Но интерес постепенно угасал, ничем более не подкрепляясь — Лидия отвлекалась на что-то новое, продолжая изучать свои способности с Хэйлом. А затем Майклсон вдруг объявился — в ее день рождения, когда дом Лидии был полон ее друзей и она принимала поздравления и подарки, сияя и играя роль радушной хозяйки, вампир возник на ее пороге с обезоруживающе нахальной улыбкой. — Надеюсь, еще один гость лишним не будет, рыжая банши? — Мое имя Лидия, ваше величество, — насмешливо отозвалась девушка в ответ. — О, так ты наводила обо мне справки, — одобрительно подметил Кол. — А я принес тебе цветы. Ты любишь цветы? — Как и любая женщина, Майклсон. Входи, но имей в виду, на моем празднике кусать гостей строго запрещено. — Я умею быть паинькой, — шутливо изобразив нимб над головой, Кол прошел мимо Лидии в прихожую. Закрыв дверь и развернувшись, девушка внезапно оказалась прямо у него в объятиях. — Я собираюсь поцеловать тебя, банши. — Мое имя Лидия. — Это звучит как согласие, — расценил Майклсон и именно так и сделал: поцеловал Лидию. Кажется, между ними намечалось что-то действительно прекрасное и сложное.