cigarettes & loneliness

Утро встретило лицо Данилы мягкими холодными лучами солнца. Тяжёлые нависающие веки открылись, и пустой взгляд покрытых красными веточками каппиляров голубых глаз упёрся в пол. Только с полом было что-то не то. Не как обычно. Парень резко встаёт, и в голове проносятся непонятными обрывками эпизоды этой ночи. — Пиздец, да ну не, это же не правда? — риторически взвыл он, хватаясь за подушку, которая валялась возле импровизированной на полу второй постели. И тут он резко решил проверить свои догадки. Он схватил свои спортивки, что были аккуратно сложены в углу кровати возле его ног. Он залез в карман, вспомнив, что именно туда сунул свой пакетик. — Вот же хуй, — швырнул штаны в угол комнаты Данила, не сдерживая своей злости.

***

Онешко не засыпая смотрел в сторону спящего соседа и размышлял. Что делать в такой ситуации он, понятное дело, не знал. Он сел на полу скрестив ноги и поджимая их под коленями и достал «Мальборо», за которыми сходил в комнату полчаса назад. — Что же мне с тобой делать? — тихо прошептал он, зажимая сигарету губами и щёлкая зажигалкой. Юркая искра осветила понурое ощетинившееся лицо парня и зажгла заветную никотиновую палочку. Спящий беспокойным сном Кашин парню не ответил. Юлик продолжал залипать на то, как измученное лицо слегка морщится и как грудная клетка его поднимается и опускается в неровном сонном дыхании. Карие глаза смотрели сначала на Данилу, затем на компьютерный стол, затем увидели телефон, что забытым лежал на краю. Онешко выдохнул дым и заинтересованно потянулся в его сторону, доставая его и нажимая первую попавшуюся под палец кнопку. На экране даже не было поставлено какой-то фоновой картинки, просто чёрный цвет заполнял всё пространство. «Это неправильно. Так нельзя», — возмутился голос мыслей, когда Онешко разблокировал телефон, что так непредусмотрительно был оставлен без пароля. «Так нужно», — успокоил себя тут же он, заходя в мессенджеры. Когда он открыл приложение «ВКонтакте» и зашёл в диалоги, то нашёл чат с несколькими людьми, чат с неким Русланом Тушенцовым и с некой Анастасией Шпагиной, чаты с ними по-отдельности и ряд левых сообщений, что шли следом. Любопытство и желание как-то понять, чем дышит этот внезапно обнаруженный наркоман взяло верх, и Юлик недолго думая зашёл в первую очередь в диалог с Анастасией, последние сообщения которого были буквально сегодня. Анастасия Шпагина: пойдёшь тусить к нам? Данила Кашин: нет Анастасия Шпагина: жалко, у нас для тебя сюрприз был Данила Кашин: мне нужно побыть одному Анастасия Шпагина: что случилось? Данила Кашин: не важно, я не очень хочу это обсуждать. Украдкой Юлик перевёл взгляд от светящегося белым экрана на всё ещё спящего Данилу. Вернувшись взглядом в экран, он немного поскроллил и нашёл адрес. Как он понял из диалога, Данила начал крутиться в какой-то постоянной для него тусовке, где самыми активными по отношению к нему были вот эта самая Настя и какой-то непонятный Руслан, в диалог с которым он ещё не зашёл. Онешко немного нервничая открыл вложения и наткнулся на черно-белую фотографию с Данилой и двумя парнями, сделанной, видимо, на одной из их встреч. Дальше он залез в видеозаписи и открыл последнюю. Видео долго прогружалось, а шатен напрягся, увидев превью. На всю комнату резко заиграла музыка из видео, перепуганный Юлик тут же согнулся пряча телефон под себя, чтобы его заглушить, и убавил быстро звук. Переведя взгляд на Данилу, который спал настолько глубоко, что ему было параллельно на звуки вокруг, он снова вернулся к просмотру только начавшегося ролика, где рыжего целует смугловатый шатен, совсем не стесняясь каких-либо действий. Видно было лишь то, что Данила слегка отстранённо отвечает на поцелуй и тихо постанывает, когда рука Руслана двигается в районе его паха. Юлик резко выключил видео. «Так. А вот сейчас нахуй поподробнее», — шокированный мозг, на которого обрушилось уж слишком много интимной информации о соседе, не особо хотел воспринимать увиденное. Затем Онешко снова включил ролик, и окончательно залип, чувствуя, как внутри что-то неприятно сжимается и крутит: вот шатен садится парню на бёдра и вплетает пальцы в рыжие волосы, растрепав весь идеальный порядок на голове Кашина, вот он начинает валить его на спину и продолжает целовать совсем уж откровенно, вот белая футболка Руслана задирается, вот на щеках Данилы виден яркий алый цвет смущения. И тут до Онешко дошло, что он хотел всё это время сделать. Он реально до этого момента даже не осознавал этого. Не осознавал, что хочет так же. Что хочет зарыться в эти бледно-медные волосы, которые тот всё время перечёсывает налево, что хочет встретиться с его бледными губами своими. Парень обречённо поднял взгляд на спящего снова и выдохнул. Пальцы сжали чужой телефон, а взгляд метнулся на диалог с Русланом. Данила Кашин: Русь, какого хуя? Нахуй вы это сняли? Руслан Тушенцов: домашний видеоархив, чё ты бесишься Данила Кашин: блять, я надеялся просто, что мне это под колесом показалось Руслан Тушенцов: дань Данила Кашин: че Руслан Тушенцов: тебе что, понравилось? Данила Кашин: нихуя Руслан Тушенцов: ладно) Данила Кашин: сосед походу понравился У Онешко ёкнуло. Значит он не один в своей беде, да ещё и взаимно. Хотя всё равно всё это очень странно и неправильно. Вся эта история с самого начала. Руслан Тушенцов: зови к нам, раскроется, будете вдвоём балдеть Данила Кашин: нет, вряд ли. Это глупо и пройдёт. Онешко вышел из мессенджера, заблокировал телефон и осторожно положил его так, словно он и лежал нетронутым. «Глупо и пройдёт, значит», — ехидно хмыкнул голос в его голове и Онешко посмотрел на время. Пора собираться в университет.

***