как же сильно я ненавижу тебя, Лисса!

— Класс, это новая ученица школы - Мелисса Смит! Прошу от лица всей администрации школы, любить и жаловать новенькую, — после слов директрисы, меня отправили на место рядом с какой-то девушкой у которой были чертовски рыжие волосы. — Привет, я Мел, — прошептала я и уставилась на мою одноклассницу. — Я знаю кто ты. Вся школа уже знает. — Это ведь только первый урок! — Слухи очень быстро расползаются, — рыжая ухмыльнулась. — Я Катрина. — И о чём же ходят эти слухи? — О том, что Веркоохен бросил свою девушку ради какого-то... — её перебили. — Эй, ангел... — громкое шептание послышалось за моей спиной. Класс захихикал. — Так теперь называют тебя все, — прошептала Катрина, сочувственно улыбнувшись. Веркоохен, на какой чёрт ты мне сдался?! Лучше бы я пришла и потерпела эти насмешки а-ля новенькая-значит-убогая, месяц или два. Мне дали прозвище. Это уже грань. Ангел? Да кто вообще его придумал?! Во многих случаях это могло бы быть ласково, но не сейчас. Это ужасно. Никто даже имени моего не вспомнит!

***

Звонок. Я скидала вещи в сумку ещё за 10 минут до конца урока, поэтому пулей вылетела из класса, в надежде найти это творение божества. — Веркоохен! — прикрикнула я, чтобы парень заметил меня. — Привет, мой ангел! — улыбаясь протянул парень и загрёб меня в объятия. — Отпусти, придурок. — Прости, дорогая. Тебе помочь? — Кончай, кудряшка, — я схватила его за рукав, затянув в какой то пустой класс. — Ты мерзкий. — Ничего себе. Вот это заявление, — парень наигранно удивился. — Держись от меня подальше. Продолжай встречаться с этой Ханной, а меня не трогай. Я предпочла бы остаться обычной новенькой, а не "ангелом".

***

— Я дома! — крикнула я с порога, кинув сумку в угол. Тишина. Родители снова в читательском клубе. Возможно, на выставке искусств. Мне всегда говорят, что мои родители странные. Такими их сделали книжки и картины. Я такая же, как и они - странная... Схватив свой маленький холст и краски, я весёлым шагом пошла в парк. В наушниках nirvana, я иду и танцую. Люди оборачиваются, чтобы убедиться, не сошла ли я с ума. Сошла. Я однозначно сошла с ума. Ещё когда я родилась, меня нужно было запереть в дурку. Я точно не вписываюсь в стереотипы общества, в представления об идеальной женщине. Я очень низкая, однозначно не похожая на топ-модель. Мои брови недостаточно яркие, чтобы глаза были выразительными. Губы не похожи на пельмени, они достаточно маленькие. Мои волосы почти белые, точно как сметана, они вечно лохматяться, отчего я похожа на домовёнка. Я всегда заплетаю их в пучок, чтобы случайно не зарядить этой копной кому то по лицу. Но я люблю это. Люблю свои губы, волосы, брови и даже рост. Родители научили меня любить себя, и в особенности, всё, что меня окружает. Многие говорят мне, что мои глаза - это отдельный вид искусства. Я тоже так считаю. Они невероятно голубые, точно как у отца. Если приглядеться, можно увидеть ясные пятна зелёного - цвета маминых глаз. Так же, мои глаза отдают точно бирюзовым, когда я плачу. Это бывает не редко, ведь я могу разрыдаться от единого мёртвого паучка. Я плачу и бью того, кто прервал жизнь бедного насекомого. Вот и я - Мелисса Смит, до ужаса странный человек. На холсте вырисовывался пион, недавно выброшеный кем-то в мусорный бак. Я достала его, бережно положив на колени. — Привет, — надо мной прозвучал приятный голос. Я подняла свою голову, отвлёкшись от любования розовым пионом. Надо мной стоял милый брюнет с ярко-зелёными глазами. — Привет, — я улыбнулась ему. — Ты ведь... ангел, так? — Мелисса. Меня зовут Мелисса, но видимо большинство школы Ньюмаркета** и не узнает моего имени. — я усмехнулась. — Мелисса, Я Джим, — брюнет протянул мне руку. — Просто Мел.