СДЕЛКА С ПОСЛЕДСТВИЯМИ

2008-2010 год. Вилла Старка в Малибу, Лос-Анджелес, Нью-Йорк, вилла Старка в Малибу В течение суток, последовавших за возвращением Тони из своего первого пробного боевого вылета, Солдат окончательно и бесповоротно убедился в полнейшей неспособности мистера Старка и мисс Поттс результативно использовать такую высокоэффективную боевую единицу, каковой являлся Зимний Солдат. И отдельно виной тому была рассогласованность их действий. А ведь все так неплохо начиналось: Мисс Поттс купила ему его собственный сотовый телефон. Но дальше, после небольшой и очень эмоционально насыщенной сцены, в которой Тони послал Пеппер шпионить за Обадайей, а она в свою очередь пригрозила уволиться из компании, но в результате, как любая влюбленная девочка все равно поддалась его животному магнетизму и согласилась сделать, как он хотел, так вот, в итоге всего этого Тони отправил его вместе с ней к себе в офис. На всякий случай. Но, когда они приехали туда, Пеппер велела ему оставаться внизу и ждать ее. Что он и делал, умудрившись оставаться незаметным даже в пустом зале из стекла и бетона, до тех пор, пока мимо него не прошествовал в окружении телохранителей мрачный, как туча, Обадайя Стейн. Солдат скользнул следом за ним и замер, наблюдая за охраной, оставшейся у дверей кабинета, в котором он скрылся. Через несколько минут оттуда вышла Пеппер и скорее застучала каблучками к выходу. Солдат видел, как она столкнулась внизу в холле с агентом ЩИТа, заметила этажом выше вышедшего следом за ней мистера Стейна и потащила агента к машине. «Следи за Обадайей» почти сразу же пришла на его новый телефон смска с ее номера. Это было нетрудно. Тот почти сразу же подорвался в одну из исследовательских лабораторий. Но провел там совсем немного времени и собрался ехать еще куда-то. Телефон Зимнего снова пикнул. «Как там Пеппер?». Отправитель – Старк. «Я не с ней. Веду наблюдение за Стейном». «ЧТО? Немедленно найди ее и глаз с нее не спускай!» Это был прямой приказ. Солдат подчинился. Но сначала он ей позвонил. - Я в полном порядке, не беспокойся, - нервно ответила она. – Но я не могу дозвониться до Роуди. Сможешь найти его? Это очень важно. - Принято, - сказал Солдат, взял чью-то машину и поехал в офис службы по разработке оружия к полковнику Роудсу. Но стоило ему запарковаться, телефон снова тренькнул. - Тони не отвечает на звонки, - почти крикнула Пеппер ему в трубку. – Пожалуйста, езжай на виллу. Сейчас же. Солдат так стартовал с места, что мощный джип, выбранный им ради одной чистой массы в случае необходимости лобовой атаки, буквально выпрыгнул на дорогу. Он гнал, как проклятый, пролетая на красный и выскакивая на тротуар при виде заторов. Он кишками чуял, что стояло за криком Пеппер. Они не могли потерять Тони! Вот как боком могли выйти им чертовы игры с Обадайей. Солдат гнал на пределе возможностей могучей машины, всеми силами своего естества погружая сердце и разум в состояние сосредоточенной внимательности, свободной от злости и переживаний. В них не было сейчас никакого толка. Он или успеет, или нет. Или успеет. Или нет. Третьего не дано. Когда он уже резко сбросил скорость, чтобы не влететь прямо в фойе виллы Старка, яркая вспышка мелькнула над крышей и молниеносно ушла в сторону города. - Джарвис, - крикнул Солдат, вбегая в дом, - мистер Старк? - Мистер Старк только что отбыл, - ответил бестелесный голос, как показалось Солдату с такой интонацией будто сам был почти на грани нервного срыва. - И ты не поверишь, каким транспортом, - произнес, поднимаясь по лестнице полковник Роудс, а потом, смерив замершего в боевой стойке Солдата взглядом, добавил: - Или поверишь, Марко. Тебя пойди разбери. Отлично, значит, Пеппер все же смогла найти полковника, и тот даже добрался к Старку раньше Солдата. Это было опять же правильно. Друзья всегда должны выручать друг друга. И все равно ничего еще не закончилось. Джарвис сообщил им, что Стейн забрал у Старка его дуговой реактор, Тони уцелел только благодаря Дубине, успевшему вовремя подать ему первую, почти выдохшуюся версию устройства, которую он собрал в Афганистане. И вот с этим почти истощенным источником энергии Тони сейчас рвался в бой. Солдат залез обратно в машину и через клумбы и газоны погнал назад в город. Где снова-таки успел к шапочному разбору. Но Старк был жив. Пеппер была жива. А Обадайя Стейн - нет. Что еще его, в сущности, интересовало? «Войны жуков-гигантов» на канале Animal Planet. Солдат бросил угнанную машину в чудовищной пробке, возникшей на одной из основных улиц Лос Анджелеса, и пол ночи шел до дома пешком. Просто проветривая мозги. Он ни о чем не хотел думать. Потому что если начинал, то остро чувствовал себя бессмысленным и бесполезным для Тони Старка. Впрочем, буквально следующим утром в процессе бурного спора и обсуждения, как им подать всю эту скандальную историю в «Старк Индастриз» голодной прессе, мисс Поттс и полковник Роудс неожиданно выдвинули его кандидатуру для прикрытия личного участия мистера Старка в последних событиях. Солдат отчаянно не хотел светиться, тем более попадать на экраны и в газеты, и в итоге скатился до того, что стал умолять Пеппер не вмешивать его во все это. Но добился только того, что она согласилась превратить придуманный ими с Роудсом под него образ в «охранника компании, имя которого не разглашается в целях интересов безопасности его семьи». Солдата это не сильно утешило, потому что он понимал, что такая наживка лишь раздразнит акул пера еще больше, и рано или поздно его-таки бросят им на съедение, но против всех ожиданий, спас его мистер Старк. Удивительный, исключительный и, по большому счету, реально хороший человек, наперекор всей придуманной легенде просто вышедший к журналистам и признавший, что он и есть их Железный Человек. Солдат совершенно искренне восхищался его почти вызывающим бесстрашием. А потом дни завертелись цветным калейдоскопом. После скандальной гибели Обадайи Стейна руководство «Старк Индастриз» внезапно лишилось твердой руки в Нью-Йорке, где делались большие и важные для компании дела, и Тони Старк немедленно задался идеей строительства в этом городе многофункционального небоскреба, в котором планировал, как разместить необходимые его фирме офисы и конторы, так и жилые этажи, оборудование лично для него и его гостей. К вящей радости Солдата в этом проекте и для него нашлось место. Мистер Старк сам предложил, чтобы тот стал его глазами и ушами при строительстве здания. Безымянным и незаметным влился в ряды работяг, участвовал в процессе и наблюдал его изнутри, отмечая где и что пойдет не по проекту и выявляя попытки саботажа или внедрения прослушивающих систем еще на ранних этапах. Потому как Тони был абсолютно уверен: после того, как он анонсировал, что все системы здания будут питаться от совершенно нового революционного источника энергии, и правительство, и конкуренты готовы были душу продать, лишь бы добраться до его технологий. Тем более, что он собирался полностью доверить управление башней Джарвису, постоянно дописывая и расширяя его программу, предоставляя своему виртуальному дворецкому все больше возможностей, прав и полномочий. Так Солдат снова оказался в Нью-Йорке. Он не задумывался, почему сформулировал свою мысль именно так. Снова в Нью-Йорке. Просто чувствовал, что этот город что-то значит для него лично, и даже не для него – для Второго, но только не мог вспомнить, что именно. Когда он не мог вспомнить о чем-то, он не мучил себя и не вспоминал. Только вечером любил Второго до умопомрачения в маленькой съемной квартирке в Квинсе под звуки большого города снаружи. Параллельно со строительством башни, Старк затеял восстановить детище своего покойного отца – СтаркЭкспо. И как невидимый муравей-соглядатай Солдат участвовал в обоих проектах, примерно раз в месяц отчитываясь Пеппер или лично Тони, когда кто-то из них появлялся в Нью-Йорке. И с каждой встречей Солдату все меньше нравилось то, что происходило с мистером Старком. То есть на поверхности все было вроде как хорошо. Тони нагнул Сенат под скандальные замечания про рабство и проституцию, отвоевав себе право не уступать правительству свое ноу-хау. Акции его компании и его личная популярность неуклонно росли. К тому же у него, похоже, наклевывалось что-то серьезное с мисс Поттс, они встречались, и она буквально сияла от радости. И вовсе не потому, что внезапно получила повышение из личных помощников в генеральные директора компании. Но… Солдат был достаточно близко знаком с беспомощностью и отчаяньем изнутри, чтобы не заметить, что мистер Старк накручен до предела. Беспомощностью. И отчаяньем. Солдат смотрел новости, читал на стойках газеты, и ему все больше казалось, что за словами Тони о «наследии» так же, как и за его безумными выходками вроде той гонки в Монако, стоял предельно обостренный страх смерти. После скандального дня рожденья с пьяной дракой Старка в костюме Железного Человека с полковником Роудсом в аналогичном костюме более ранней модели, буквально все, и даже близкие люди единым фронтом отвернулись от Тони. А Солдат купил билет на самолет до Лос-Анджелеса и отправился к своему текущему владельцу. В реальности разгромленный дом Старка выглядел даже еще хуже, чем снятый с вертолетов новостных выпусков. Переждав в тени пальм, пока от виллы отъедет весьма характерный автомобиль агента ЩИТа, Солдат привычно вошел внутрь через гараж и негромко произнес: - Джарвис, здравствуй. Как мистер Старк? - Добрый день, сэр. Очень рад, что вы приехали. Думаю, мистеру Старку сейчас не помешает небольшая помощь. И даже просто присутствие рядом знакомого человека, - тут же откликнулся Джарвис, и голос его показался Солдату огорченным и встревоженным. – Он в мастерской. Осторожнее, у нас здесь теперь кое-где дыры в полу. - Джарвис, полковник Роудс действительно украл у мистера Старка одну из моделей Железного Человека? - Как ни прискорбно мне это говорить, он взял один из костюмов без согласия мистера Старка и покинул в нем виллу сразу после их бурного конфликта, так что, полагаю, это можно описать словом «украл». «Никогда он мне особо не нравился, - про себя заметил Солдат. – И это теперь называется дружба?» Второй был с ним внутренне согласен. В сравнении с верхним этажом мастерская Старка пострадала еще терпимо. Сам Тони весь в своих вечных проектах тянул через мастерскую массивную трубу. Однако заметив Солдата, вероятней, всего в отражении на одной из зеркальных поверхностей, бросил ему через плечо: - Не беспокойся, твоя моя комната паники как раз совершенно не пострадала! - На самом деле, я приехал помочь, - сказал Солдат и, бросив сумку на пол, подключился к сборке трубы. - Поверить не могу. Хоть кто-то меня не бросил, - фыркнул Старк, и Солдат сглотнул, заметив у него на шее черную сетку кровеносных сосудов. – Кто-то, кто не Джарвис. - Мистер Старк, просто говорите, что делать, - сказал Солдат. – А потом я съезжу, привезу нам покушать. - Камарад, воистину тебя послало мне небо, - невесело хохотнул мистер Старк. Вдвоем они успели собрать коллайдер, как Тони определил свою конструкцию, практически полностью еще до полуночи. Старк ничего не рассказывал, кроме каких-то самых необходимых технических моментов. Солдат не лез. Как и было обещано, он съездил до ближайшей придорожной забегаловки, где купил им горячей мексиканской еды и вернулся к полулежащему на изуродованном диване в разнесенной гостиной мистеру Старку. Они сидели и ели прямо там, глядя на ночной океан. - Если у нас все получится, я надеюсь, что это не пригодится, но я все равно хочу, чтобы ты знал, – Тони не смотрел на него, но Солдат очень остро почувствовал, что все внимание гения в кои-то веки действительно сосредоточено сейчас на нем. - Я написал завещание. На самом деле, еще месяц назад. То есть, я вообще-то написал его еще раньше, но месяц назад я его изменил. И в общем, помимо прочего, я включил туда пункт о том, что в случае моей смерти поручаю опеку над тобой мисс Вирджинии Поттс и мистеру Хеппи Хогану. Опеку по причине ограниченной дееспособности из-за перенесенных тобой физических и психологических травм. К завещанию приложены самые убедительные заключения врачей, осматривавших Маркуса Фернандо Тореса после возвращения из Ирака и реабилитационного периода. А уж почему ты для начала оказался под моей опекой – это уже вне компетенции душеприказчика. Прости, самурай, ничего лучше я не придумал, так что позаботился о тебе, как мог. Солдат понял, что застопорился, только когда с его бурито шлепнулось на пол гуакамоле. - Эй, ты не обиделся? - Нет, - честно ответил Солдат. – Просто не ожидал. Это… очень заботливо с твоей стороны, Тони. Спасибо. – Он откусил от острой аппетитной лепешки и, как можно естественнее спросил: - А ты умираешь? Тони поперхнулся. - Если завтра получим то, что мне нужно, надеюсь, что нет, - Старк отложил свой бурито и обеими руками загреб волосы ото лба к затылку. – Совершенно не хочется умирать, поверь мне. «Когда как», - подумал Солдат, но, если брать в общем и целом, был скорее согласен с мистером Старком. - Ваша спальня? - Красивая дыра в полу, но если не буду бродить во сне, ночевать можно. Я там вчера уже спал, - устало ответил Тони. – Или ты боишься, что я отниму твою койку? - Нет, не боюсь. Я вполне привык спать на полу, - ответил Солдат. - Ох, ты все такой же неудержимый весельчак, я смотрю, - фыркнул Тони. – Ну, ладно. До завтра. Завтра у нас с тобой будет великий день. - Как скажете, мистер Старк, - ответил Солдат и привычно направился в свою комнату, где не был уже полгода. Почему-то последние слова Тони в тот вечер ощущались так, будто заменили собой непрозвучавшее вслух «спасибо». Оставшись в одиночестве, Солдат, Рука и Второй немного повозились, устраиваясь на «своей» кровати. Было неловко и неуместно считать комнату паники Старка своим домом, но все равно вернуться сюда было приятно. Солдат не знал, что делать с этими чувствами, так что он просто молча лежал и смотрел на океан за двумя слоями стекла, пока Второй напевал ему свои тягучие невнятные песни, слов которых не понимал сам. На следующее утро, Тони был полон решимости закончить проект, как можно скорее, но Солдат буквально шкурой почуял предстоящий визит агента ЩИТа и, взяв с разрешения Тони, его новенькую Audi R8 Spider благополучно смотался закупить им готовой еды на пожрать и пару коробок своих любимых быстрокаш и хлопьев, чтобы пополнить свой стратегический запас в нижней кухне. Когда он вернулся, автомобиля незваного гостя уже след простыл, но Солдат все равно подождал еще немного и только после этого заехал в гараж. - Джарвис, сможешь проследить, когда начнутся работы по восстановлению виллы, чтобы сюда не напихали жучков, - попросил он. - Я очень внимательно прослежу за этим, сэр, - отозвался Джарвис, сам явно не слишком довольный, что чужаки вмешивались в его протоколы и взламывали коды его систем. Сотрудники ГИДРы-ЩИТа обожали создавать ощущение беззащитности у тех, с кем они работали. Солдат был очень зол на то, что они полезли к Старку, да еще и в тот момент, когда он был явно не в лучшей форме и легко уязвим. А, впрочем, чему он удивлялся? Гиены всегда терпеливо ждут, пока полученные раны подточат силы пострадавшего льва, он видел это в передаче Animal Planet. Хотя сам знал это и без них. - Ну, где тебя черти носят, самурай? – в своей обычной манере окликнул его Тони. – Ты пропустил миг моего триумфа! После «мига триумфа» мастерская Старка выглядела еще более разгромленной, чем до отъезда Солдата. На одной стене зияла дымящаяся оплавленная полоса. Зато Тони едва завидев его, скорее сунул ему под нос новый образец своего реактора с сияющим внутри треугольником. - Я это сделал. Мне слегка подсказал мертвый папенька, но я это сделал. Новый элемент. Назову его «старкон», как тебе? - Ожидаемо, - пожал плечами Солдат. - Ты как-то слабовато радуешься тому, что я больше не умираю, - жадно напрашиваясь на комплименты, поддел Тони, локтем столкнув поврежденную металлическую раму с верстака в корзину для мусора. - Ну, теперь мне не попасть под опеку к Пеппер Поттс, - не удержался от провокации Солдат. - И не мечтай, перепишу тебя в завещании одному только Хеппи, - Тони угрожающе погрозил пальцем и, направляясь в сторону лестницы наверх, бросил: - Разбери коллайдер. Он мне больше не нужен. Солдат послушно повернулся к сооруженному ими вчера агрегату, и вдруг его взгляд неудержимо притянула к себе ярко-красная полоса. - Что… это? – он бросился к участку трубы и одним движением железной руки жадно вырвал из-под него металлический диск наполовину раскрашенный с незавершенными кругами красного и синего цвета и белой звездой посередине. Видеть его, держать его в руках было… невыносимо. Он был… неправильный. Неправильный! НЕПРАВИЛЬНЫЙ!!! Голову сжало тисками карающей боли. Солдат почувствовал, как задыхается внутри него Второй, пытаясь что-то сказать, но лишь хрипя: «Ст… Ст… Ст…!!!» - О, это? – обернулся Тони. – Наследство Говарда. Еще одна раритетная игрушка. Модель прославленного щита прославленного Капитана Америки, - Тони клоунским жестом отдал честь. – Ты не знал, что мой отец все это сделал? Я имею в виду, и Капитана, и щит? Щит жег Солдату ладони. Щит жег Солдату глаза. Щит выжигал ему душу и сердце. Щит взрывал ему разум. Он что-то значил для него. Но все, что Солдат сумел, это отрицательно помотать головой. - Ну, конечно, откуда тебе знать, - снисходительно улыбнулся Тони. – Ты ведь русский на самом деле, я как-то тебя не спрашивал? Вас этими сказками точно не пичкают с самого детства под завязку. Так что чуть из ушей не кровит от переизбытка американского патриотизма. - Щит… не такой, - сумел все же выдавить Солдат. - То есть ты все же слыхал о нашем великом Капитане? Ну, так это же не оригинал, - Тони показал на то, что Солдат держал в руках. – Так, работа папиной мысли. Ему вроде как вибраниума только на один образец хватило. Не было у него нужных связей… А оригинал подо льдами. Говард искал его, искал, все не мог успокоиться, чуть не каждые пять лет новые экспедиции слал. – Тони вдруг едва уловимо посерьезнел и погрустнел. – Хотя, возможно, он искал и не щит. Возможно, хотел похоронить Капитана по-человечески. У Солдата подкосились ноги, и он, как стоял, так и рухнул на колени, намертво вцепившись в пытавший его бесполезный, поддельный диск. - Что? – не своим голосом едва сумел выдавить он. - Самурай, это еще что за номер? – удивился Тони. – Если ты слышал о доблестном Кэпе, ты не можешь не знать, что он давно умер. Героически не дожил до победы совсем чуть-чуть. - Нет, нет, - Солдат отчаянно замотал головой, и понял, что это говорит из него Второй. – Он не мог. Только не он. Нет, нет, нет! - Вот это тебя накрыло, приятель, - Тони неожиданно поморщился, как будто ему было неприятно, и отвернулся от него: – Джарвис, проследи тут за nuestro amigo. Я только вчера смирился с одним безумным фанатом Капитана в моей жизни, так дня не прошло – их стало двое. – Уже в дверях Тони обернулся и заметил: - Да не убивайся ты так, самурай. Что ты как маленький? Кэп умер, Элвис умер, Гагарин ваш тоже умер. Никто не бессмертен. Солдат застыл, не в силах заставить себя даже следить взглядом за уходящим по лестнице Тони. Нижняя челюсть Солдата задрожала, металлический край неправильного щита со скрежетом продавился под пальцами Руки. «Неправда, - упрямо сказал внутри Второй. – Неправда. Неправда». Солдат не мог ответить, ему было слишком больно. «Они… они уже… уже говорили мне, что он умер, - явно вспоминая, признался внутри Второй. – Что никто не придет спасти меня. Что он умер. Что он оставил меня им. Насовсем». Тело Солдата дрогнуло, и впервые за много времени перехватив контроль над ним, Второй сгорбился над щитом, прижал его к себе, уткнулся в него лицом. «Но это неправда. Он придет, - Второй заплакал так беспомощно и отчаянно, что у Солдата все сжалось внутри. – Я не верил в первый раз, а он пришел. Я буду его ждать. Я всегда… всегда буду его ждать». Солдат восстановил контроль над руками, опустил щит на пол и крепко обнял этого верного дурачка. «Шестьдесят пять лет, - сказал он, безмолвно ненавидя себя за то, что творил. – Мы ждем шестьдесят пять лет. Это слишком долго, пойми. – Солдат коротко прижался губами к живому правому плечу, неловко погладил Второго по щеке. - Смирись. Он уже не придет». «Не говори так, - оборвал его Второй. – Я не верю. Я не верил в его смерть, когда мне твердили об этом в ГИДРе. И не намерен поверить словам Тони». «Тони сказал об этом, не зная, как мы отреагируем, - возразил Солдат. – Зачем ему обманывать нас? Мы и так в полной его власти». «Мне все равно, - устало ответил Второй. – Мне все равно. Я не верю. Я буду ждать. Я буду ждать, пока не умру». - Простите, сэр, могу я вам чем-нибудь помочь? – вдруг разобрал Солдат настойчивые повторяющиеся вопросы Джарвиса извне. - Джарвис, ты можешь найти мне какой-нибудь биографический фильм про Капитана Америку? – спросил он. – Такой, чтобы там ясно говорилось о его смерти. - Есть четыре фильма разных лет, сэр, - немедленно ответил Джарвис. – Последний был снят к пятидесятой годовщине победы во Второй мировой войне. И во всех картинах в обязательном порядке отражен его последний подвиг и героическая гибель. Помимо этого, есть два художественных игровых фильма … - НЕТ! НЕТ! Я не хочу, – вслух крикнул из его рта Второй и жарко обратился уже к Солдату: «Не надо, я прошу тебя, не надо. Я уже видел. Когда они… ломали меня, они все время крутили эту чертову хронику, убеждая меня, что он погиб. Я не хочу это видеть. Я тебя прошу. Ты мой друг. Не бросай меня в самом главном. Солдат, пожалуйста. Я прошу тебя». Солдат был слаб. Он слишком любил Второго. Куда больше чем здравый смысл или законы природы. Он не хотел врать Второму. Он не верил ни в то, что мифический Капитан Америка, который, очевидно, и был Сияющим Человеком Второго, мог так или иначе выжить, ни, тем более, в то, что он придет, чтобы освободить их. Все, чего он хотел, это закрыть Второго от всех печалей и бед, залечить его раны и утешить его в его горе. Потому что никто никогда не придет, чтобы спасти их. «Я с тобой, - просто сказал он. – Я всегда с тобой. И всегда буду. С тобой и на твоей стороне. Я буду заботиться о тебе и защищать, пока не найдется тот, кто сможет сделать это лучше меня. – Он поднялся и зашагал в свою ванную. – Я никогда тебя не оставлю». Когда он поднялся на разнесенный второй этаж, Тони, в домашнем халате, уже благополучно расправился с половиной общего завтрака и теперь пил свой нереально крепкий кофе. Впрочем, при виде Солдата на его лице отчетливо отразилась внутренняя борьба и еще что-то, незнакомое и несвойственное ему. Чувство вины? - Эй, ну, ты как? Попустило? – сочувственно спросил он. Солдат молча прошел мимо него и налил себе воды прямо из-под крана. - Джарвис сказал мне: ты плакал там, внизу, - Тони чуть дернул шеей, поджал губы. - Эмм, послушай, извини за то, что я наговорил тебе. В конце концов, ну что дурного в том, что ты так любишь нашего покойного Капитана? Кто без греха, и так далее, - оборвал он себя , видимо, почувствовав, что опять говорит что-то не то. – Ну, ты знаешь, я совсем не умею извиняться. Давай я лучше сделаю для тебя что-нибудь хорошее? - Мне нужны деньги, - коротко ответил ему Солдат. Большие глаза Тони раскрылись еще шире. - Джарвис, ты слышал? Нью-Йорк испортил нашего мальчика. - Много денег, оружие и очень хороший адвокат, - уточнил Солдат. - Совсем испортил, - покачал головой Тони. – Ну, не вопрос, дружище. Ты все это получишь. А для чего, если не секрет? - Я вам скажу, - чуть неохотно признал Солдат и решительно принялся за свою еду. – Среди рабочих, с кем я общался, довольно много мигрантов. Это самый низ пищевой цепочки строительного бизнеса, так что никто ярусом выше не будет особо заморачиваться с легальностью их регистрации и грин карт. Тем более, что многие так или иначе в деле. Но не о том речь. У одного такого парня, из Колумбии, двух сестер шестнадцати и восемнадцати лет продали в публичный дом. Он пашет как вол, чтобы выкупить хотя бы одну из них. - Печально, но это дело для полиции, по большому счету, - резонно заметил мистер Старк. - Работорговля, - рыкнул Солдат и, заставив себя успокоиться, продолжил немного сдержанней. – Она есть везде. И полиция об этом знает, и туча служб по борьбе за права человека об этом знает. И мы с вами об этом знаем. Только по факту почти ничего не делается. Этим людям не от кого ждать помощи. Не на кого рассчитывать. Как этим девочкам. Как тысячам других, разных национальностей, пола и возрастов. Не только в Нью-Йорке. По всему миру. Их никто не спасет. Мистер Старк не ответил, внимательно глядя на то, как Солдат сосредоточенно терзает зубами булку. - Я… знаю, каково это, Тони, - наконец, сказал он. – Быть чьей-то вещью, собственностью, игрушкой. Я делал то, что мне приказывали. Я убивал. Я давал себя резать. Давал себя трахать. Мной торговали. Столько лет. Можно сказать, у меня уникальный опыт в этой области. – Солдат невесело усмехнулся, а потом посмотрел прямо Тони в глаза. – Так вот, если некому прийти на помощь тем, кто в беде, к ним приду я. Я уже убийца, я не боюсь замараться, занимаясь этой работой. Я заставлю тех, кто зарабатывает на торговле людьми, пожалеть о том, какой они ведут бизнес. Но мне нужны будут деньги сверх того, что вы мне даете за присмотр за вашей стройкой. И все остальное. - Ты их получишь. Я уже сказал, - спокойно ответил Тони и, не отводя взгляда, устало помял себе рукой шею. – Серьезное и непростое дело ты затеваешь. Ты все равно всех не спасешь, самурай. - Даже если я спасу всего одного человека, я спасу целую жизнь, - жестко ответил Солдат. - Ну, считай, я на твоей стороне. Напомни мне, я выдам тебе новый старкфон, чтобы у тебя постоянно была связь с Джарвисом. Я тут доработал его, он сможет тебе очень помочь в плане информационной поддержки. Джарвис, ты же не против? - Буду только рад оказаться полезен, - ответил Джарвис. - Ох, самурай, у меня такое чувство, будто я выпустил джина из бутылки. Надеюсь, все же джина, а не Джека Потрошителя. - Джек Потрошитель убивал проституток, - ответил Солдат. – Я собираюсь убивать клиентов и сутенеров. Убивать и калечить. Второе иногда эффективнее. Очень назидательно окружающим. - Что ж, я тебя благословляю, - улыбнулся Тони. – Я даже горжусь тобой. Серьезно. Серьезно горжусь. И… послушай, самурай. Ты же не… Я понимаю, у нас все не очень красиво началось в прошлом. Но ты же не думаешь, что я считаю тебя своим рабом? Все это дерьмо с завещанием опять же, ты ведь понимаешь, для чего это нужно? Надеюсь, это не оскорбляет тебя? Если хочешь, я могу придумать, какую-нибудь формальность, подтверждающую то, что ты на самом деле свободен? Какую-нибудь бумагу… Солдат даже улыбнулся нелепости предложения. - Не вижу необходимости. Меня не оскорбляют документы об опеке, - сказал он. – И я не злюсь на тебя. Полагаю, ты никогда не видел во мне раба, а только… нежелательный довесок к протезу? – Тони закатил глаза, и Солдат улыбнулся, а потом поджал губы, коснулся холодными пальцами Руки своего лба. – Настоящее рабство – оно не на бумаге. Оно внутри. Внутри я свободен. Тони очень внимательно смотрел на него. И Солдат подумал, что с него не убудет, если он скажет то, что уже давно знал: - И я очень благодарен вам с Пеппер за то, что вы ни разу не пытались отнять у меня это. В кои-то веки Тони, похоже, оказался не готов к похвале. - Ох, ну хотя бы твоя ограниченная дееспособность сыграет нам на руку в суде, если ты погоришь со своим праведным террором, - заметил Тони, но тут у него зазвонил телефон, и пока он отвечал на вызов, Джарвис поэтично заметил, обращаясь к вернувшемуся к еде Солдату: - Мистер Старк упомянул Потрошителя, но я, если вы позволите, скорее сравнил бы вас с одним из коней Диомеда, приученных есть человеческое мясо, но, в вашем случае, обратившихся против самого Диомеда. Солдат не успел придумать, что на это можно ответить, как Тони повернулся к нему, сосредоточенный и напряженный: - У тебя есть обратный билет до Нью-Йорка, самурай? Прости, не смогу подбросить. Джарвис, тесты проведем потом. Я ставлю новый реактор прямо сейчас. Собери костюм из остатков. Солдат молча кивнул, принимая информацию к сведению. Он понимал, что Пеппер вероятно отхлестала бы его по щекам и была бы права, если бы знала, что он давно уже решил для себя: лучшая защита для мистера Старка – не мешать ему делать то, что он задумал. У него была своя война. А у Солдата теперь – своя. Спустя несколько часов, когда он собрался подремать, откинувшись в кресле пассажирского Боинга, долгое время молчавший после своего срыва Второй вдруг спросил: «Солдат, а можно я расскажу тебе не совсем сказку, но очень хорошую историю? Про раба-гладиатора, поднявшего на восстание и освободившего великое множество рабов». «Он ведь погиб?» - задумчиво спросил Солдат. «Погиб, но его знают и помнят», - ответил Второй. «Я, кажется, видел такой балет, - Солдат задумался, пытаясь понять, откуда у него эти воспоминания. – Но все равно расскажи. Я послушаю тебя с удовольствием». «Мне об этом читал Стив», - просто ответил Второй и, кажется, даже сам не заметил, что вдруг назвал Сияющего Человека по имени.