Яблони в саду

Столовая оказалась не такой большой, какой ее ожидала увидеть Мадлен, хотя все же побольше, чем в той же квартирке тети Стейси. Она даже не напоминала столовую, скорее кухню. Девушке почему-то показалось, что именно в кухню, никак не игравшую роль «столовой» вампирша и привела ее, вопреки приказу хозяина дома. И это была пока что самая старо выглядящая комната из всех, что Мэд успела увидеть. Единственными вещами, напоминавшими о том, что на дворе все еще двадцать первый век, служили холодильник, плита и привычный цивилизации кран с водой, и то он тоже выглядел довольно старовато, хоть и был идеально вычищен и явно работал исправно. Все остальное — резные тумбы, полки, стол, стулья, как и в целом общая обстановка, напоминали скорее век так девятнадцатый. В одной из стен даже печь нашлась. Похоже, Август решил не уделять особого внимания современным видоизменениям кухонной мебели. Эйприл усадила «гостью» за дубовый стол, и, пока та разглядывала все царапины на нем, готовила еду. Мадлен думала о том, что с момента ее пробуждения прошло около полутора часа, а она все еще жива — это определенно успех. Казалось, что нужно начать какой-то разговор. Как минимум, потому, что Мадлен все еще не особо понимала, что происходит. Еще бы — пару дней назад ее унылая жизнь медленно текла своим чередом по замкнутому кругу, состоявшему из учебы, дома и незнания, что делать со своей жизнью, и вдруг все это перечеркивается одним словом «вампир». Мэд не относила себя к той категории людей, которая наивно веровала в существование мифических существ и магии, потому и представить не могла, что когда-нибудь с ней случится нечто подобное. Да и до сих пор бы, наверное, не верилось, если бы не так и стоявшая перед глазами картина — Август с длинными клыками, красными глазами, и если бы не слегка саднившие ранки на шее, до которых девушка то и дело дотрагивалась пальцами, морщась, словно проверяя, не исчезли ли они ненароком, будучи простой галлюцинацией. Девушка так глубоко ушла в свои мысли, что вдруг появившаяся перед ней на столе тарелка заставила ее невольно вздрогнуть. Эйприл на это, впрочем, не отреагировала никак, только отточенным движением совершенно ровно уложила рядом ложку. — Чая, кофе? — безучастно поинтересовалась она, бросив на Мэд несколько скучающий взгляд. — Воды… пожалуйста, — попросила та. В горле от пережитого волнения пересохло, так что вряд ли жажду мог утолить какой-нибудь кофе. Проклятый кофе… Вампирша налила в высокий хрустальный стакан воду из графина. Мадлен невольно засмотрелась на искусно выгравированные узоры из листьев и веточек, сплетающихся в единый изящный рисунок. На одной из веток сидела маленькая птичка. — Итак, раз ты здесь, ты должна знать, как тебе подобает себя вести. — Горничная опустилась на стул напротив пленницы. Девушка поперхнулась водой и закашлялась, а Эйприл слегка поджала губы, наблюдая за ней и выжидая, пока та придет в себя. — Что значит «как подобает вести»? С каких пор еда должна соблюдать этикет? — сморгнув выступившие от кашля слезы, съязвила Мэд. — С тех самых, с которых «еда» хочет все-таки оставаться в живых, — холодно отозвалась служанка. — Если ты будешь нарываться, Август убьет тебя и глазом не моргнет. Мадлен притихла. Пожалуй, хоть какая-то жизнь для нее еще была в перспективе. Пусть все происходящее не приносило особого восторга, но пока что с ним можно было мириться и даже думать, что делать дальше. — Ешь. Потом расскажу, — почти приказала ей вампирша, чинно складывая руки на коленях. Противиться девушка и не подумала, только мысленно показала этой зазнайке язык и отправила пешим ходом куда-то в темные глубины человеческого организма. Правда, после этого исподлобья глянула на свою надзирательницу, проверяя реакцию — ну мало ли эти вампиры все-таки умеют мысли читать! Но нет, сидит себе спокойно, как кукла, ждет. «Может, ложку в нее кинуть? Я бы удивилась, если бы моя овсянка швырялась в меня приборами», — уныло подумала Мадлен, ковыряясь в тарелке. Вообще-то есть хотелось жутко, вот только под пристальным взглядом было как-то некомфортно. — Ты можешь не смотреть на меня так? — не выдержала она в итоге, подняв голову. Эйприл закатила глаза и отвернулась чуть в сторонку, хотя явно все еще могла следить за девушкой боковым зрением. Но это уже не было настолько напрягающим и Мэд наконец принялась методично уничтожать свой завтрак. Вряд ли прошло больше десяти минут, прежде чем посуда совсем опустела. Мадлен аккуратно сжала в ладонях красивый стакан с водой и сделала большой глоток. Вампирша снова повернулась к ней, поднялась и подобрала тарелку с ложкой, уже в следующие мгновения быстро сполоснув их под краном и убрав на место. — Во-первых, — произнесла она, вытирая руки о клетчатое полотенце. — Августа ты должна называть «господин». Если еще сможешь выдавить из себя крупицу манер и начнешь обращаться к нему на «вы», будет вообще сказочно. «Господин? Серьезно? Это что за ролевые игры, я на такое не подписывалась». — Вслух этого Мэд, конечно, не сказала. Вместо комментариев только сдержанно отпила еще воды. Эйприл, прислонившаяся бедром к тумбе и скрестившая руки на груди, ее молчание оценила и потому продолжила: — Во-вторых, никаких попыток побега. Мы быстрее, сильнее, обладаем экстремальной регенерацией и постоянно за тобой следим, так что в твоих же интересах не совершать глупостей. Снова глоток. — В-третьих, никакого вандализма. Август терпеть не может беспорядка и неаккуратности, а ты разодрала его кресло. — А еще расквасила лицо лампой, — хмыкнула Мадлен, не удержавшись. Эйприл даже бровью не повела: — И разбила лампу, — добавила она невозмутимо. — В общем, это он тебе простил, но такие ситуации повторяться не должны, будь добра, поаккуратнее. Девушка придержала все язвительные шутки у себя в мыслях. А не то точно долго здесь не проживет за всяческие высказывания. — В-четвертых, за пределы своей комнаты можешь выходить только с сопровождающим. Как минимум, первое время, пока не заслужишь доверие. Вот здесь Мадлен уже навострила уши. То есть, от своего конвоя у нее есть возможность избавиться, а значит, выиграть шанс убежать. — Что значит «пока не заслужишь доверие»? Эйприл аккуратно поправила белый пояс на своем платье. — Пока Август не решит, что ты точно не соберешься приносить ему неприятности своей самовольностью. В частности, что тебя не придется отлавливать где-то в лесу и возвращать обратно. Будь паинькой и, возможно, удостоишься чести ходить по особняку без постоянного надзора. Но тебе придется хорошо постараться, чтобы этого добиться. Девушка как можно более невозмутимо снова отпила из уже почти опустевшего стакана. Несколько секунд вампирша изучала ее проницательным взглядом, а затем заговорила: — Еще, пожалуй, было бы неплохо, если бы ты обошлась без лишних истерик и не заставляла возиться с тобой, как с грудным младенцем. Не отказываться от еды, не причинять себе умышленного вреда и далее-далее, повторяю, в твоих интересах. Легче сможешь адаптироваться. Впрочем, у тебя есть не только ограничения. Если что-то нужно, вроде чего-то из одежды, увлечений и прочего, тебе достаточно сказать одной из нас или самому господину — получишь в кратчайшие сроки. Каждые две недели будешь сдавать двести-триста миллилитров крови. Надеюсь, с этим у тебя проблем не возникнет? Мадлен отставила хрусталь на стол и вопросительно глянула на горничную: — Сдавать? — Как донор. В брикет. — Мистер Опасность брезгует или боится еще раз лампой получить? — не удержалась Мадлен от очередной колкости. За что тут же напоролась на новый неприятный взгляд своей собеседницы: — Предпочитаешь, чтобы тебя будили среди ночи и грызли за шею? Девушка снова прикусила язычок. Нет, пожалуй, здоровый крепкий сон ей всё ещё дорог. А после таких вторжений она здесь спать точно не сможет. — Еще ты должна будешь пройти обследование, — добавила вампирша. «Ага, придерживаются правильного питания», — мысленно хмыкнула Мэд. Снова острить вслух не решилась — подумают еще, что она слишком вредная, и отправят в мусорку. Возможно, по частям. — У вас тут что, целый медпункт в наличии? — поинтересовалась она вместо этого. Эйприл повела плечом: — Не совсем. Есть частный врач на случай, если кому-нибудь из наших… человеческих гостей потребуется помощь. Какие-то базовые приборы. Для обследования у тебя возьмут анализ крови и отвезут в клинику. Электрокардиографию проводить будут на месте, на сутки подключат к прибору. Если понадобится более обширный осмотр — поедешь в больницу под присмотром. «Человеческие гости». Прозвучало примерно так же, как если бы Мадлен сказала, что к ней в гости периодически заходит яичница с беконом. Странные они, эти вампиры: то напрямую заявляют о том, что она здесь — еда, то стесняются в очередной раз упомянуть этот факт. — Зачем обследование? — Чтобы точно знать, есть ли у тебя серьезные заболевания, выдержит ли сердце нагрузку в виде регулярного донорства. — А если не выдержит? Вампирша многозначительно промолчала. Мадлен стало не по себе и она решила сменить тему. — Что за врач? Тоже вампир? Эйприл в ответ просто кивнула и на подробности не расщедрилась. — И часто здесь бывают… человеческие гости? — Мадлен очень старалась произнести это будничным тоном, однако то ли неприязнь, то ли ирония вновь проскочили в конце реплики. Собеседница проигнорировала этот скачок интонации. — Периодически. Иногда сюда приезжают доноры других вампиров — разумеется, вместе с хозяевами. Иногда Август устраивает… хм, костюмированные мероприятия. На конкретную тематику. Разумеется, приглашенные, не являющиеся вампирами, как правило, не знают, куда едут на самом деле. Значит, здесь бывают и другие люди. Выбираются ли они потом отсюда или объявляются пропавшими без вести, мертвыми — Мадлен предпочла не спрашивать. Честно говоря, стоило только представить, какой здесь, наверняка, ад творится на подобных «вечеринках»… становилось дурно. Девушка даже пожалела, что вода в стакане уже закончилась, ибо появившуюся тошноту захотелось запить. — Зачем тогда здесь я, раз у вас такие банкеты проводятся? — спросила она спустя почти полминуты молчания. — Я уже сказала, мероприятия бывают нечасто. Августу нужен постоянный доступ к человеческой крови. — Почему нельзя просто наладить поставки из какой-нибудь больницы? — Ты задаешь слишком много ненужных вопросов, — слегка поморщилась вампирша. — Потому что это сложнее, чем похитить никому не нужную девицу, понятно? Сейчас это прозвучало даже как-то обиднее. Казалось бы, ничего особенного не сказала, а получила плевок кислотой в лицо. Неприятно. Впрочем, она и сама тут на любое слово раскидывалась язвительностью. Пожалуй, это был своеобразный защитный барьер, попытка отгородиться от происходящего через хлещущую иронию, подавить в себе испытываемый страх. Эта привычка, не всегда, увы, полезная, выработалась уже давно и из-за нее девушка неоднократно наживала себе разного рода неприятности. Во всяком случае, ее не собираются убивать. Как минимум, пока что. И даже сбор крови, вроде как, будет происходить цивильнее, чем она себе это представляла. Теперь оставалось лишь как-то уложить у себя в голове все выясненное и думать, как выбираться из этой передряги. Задавать новые вопросы Мадлен не решилась и просто замолчала, пытаясь собраться с мыслями. Эйприл, выждав еще минутку, в конце концов отлипла от тумбы и выпрямилась. — Что ж, если у тебя больше нет вопросов, поднимайся и пойдем. Дела не ждут.