Твой личный Ангел-хранитель

— Этот ебучий сосед мало того, что слишком правильный, так ещё и слишком красивый. И я, — Юнги икнул и пролил на себя часть виски, — ненавижу эту суку. — Вечеринка началась час назад, а ты уже в хлам. Бьёшь все рекорды. — хохотнул Хосок. Парень тоже уже успел выпить, но он ещё не дошёл до кондиции, да и не собирался. Это была цель Юнги. Напиться и забыться. «Неужели это всё из-за соседа?» — удивлялся Хосок. Чон дружит с Юнги чуть ли не с рождения. И он помнит каким Мин был «до» и «после». Переломным моментом стала встреча с парнем. Ли Джихун. Красивый, умный и опасный. Он был главным хулиганом в школе и самым популярным парнем у девушек. И не только у девушек. Юнги втюрился в Джихуна быстро и безнадёжно. И всё было бы хорошо, если бы Ли не обратил внимания на Юнги. Но он обратил. Они встречались тайно. Джихун подавал плохой пример Мину. Их свидания сводились к одному: они пили за гаражами или тусовались на общих попойках. Хосок понимал, что это не любовь. Любит один только Мин, а это уже болезнь. Но Юнги не слушал друга, он видел мир сквозь розовые очки и однажды кто-то должен был их разбить. Этим кем-то стал именно Джихун и сделал он это слишком жестоко. После этого Юнги мало того, что перевелся в другую школу, так она ещё и была в другом городе. Юнги уехал, оборвав все связи. Точнее это было условием родителей. Но Хосок нашёл Мина и поступил с ним в один институт. Чон не собирался оставлять Юнги одного, пусть тот и изменился, пусть стал копией Джихуна, пусть предал сам себя. Хосок верит: пусть Джихун однажды разбил розовые очки Мина, кто-то обязательно вернёт ему прежнего Юнги. Жаль, что этот кто-то — не Хосок. — Он настолько же красивый, как и ангел. Я даже видел у него крылья. — продолжал свои пьяные бредни Юнги. Он даже не заметил, что Чон его не слушал какое-то время. — Воу-воу, друг, крылья? Ты слишком пьян. — Хосок лучезарно улыбнулся и хлопнул дуга по плечу. — Я не пянь*. — Юнги подвис, нахмурился, но продолжил. — Ты понял. А вообще, я думаю, может, он наоборот. Не ангел. А демон? — Ага, и он пришёл забрать твоё сердечко. — Хосок откровенно насмехался. Юнги попытался толкнуть его, но в итоге сам чуть не упал с дивана. — Нет у меня сердца. — пробубнил он и вновь приложился к стакану. Но тот был пуст. — Ебучая жизнь. — вздохнул Мин обречённо. — Думаю, ему уже хватит. — сказал Намджун, подходя к дивану. — Что это с ним? — парень сел рядом с Хосоком и кивнул на раздражённого Мина. — Любовь. — пропел Чон и расхохотался. — Подожди, а как же Чимин? — вмиг стал серьёзным Хосок. Чон искренне желал счастья другу, но, если быть откровенным, такого как Юнги мало кто может полюбить. Поэтому Хосок старательно сводил Мина с любящим его несмотря ни на что Чимином. — А с Чимином у нас секс, страсть, похоть — называй как хочешь. Кстати, где он? — вмиг подобрался Юнги. Повисло тяжёлое молчание. Каждый из друзей заметил, что Юнги не отрицает любовь к своему соседу. Сам парень тоже был такого мнения, и то, что он этого не хотел — совсем другое дело. Это уже произошло, и никуда ты не денешься. — Если ты не любишь Чимина, — спокойно начал Намджун, но было видно, что он готов врезать Юнги прямо сейчас — благо алкоголь в крови позволял, — то зачем спишь с ним? — Потому что хочу? А что, какие-то проблемы? — с угрозой в голосе начал Юнги. — Так ладно. Брейк. — быстро развёл руки в стороны Хосок. — Давайте решим всё мирно. — Хорошо. Пусть отвалит от Чимина. — вставая с дивана, сказал Намджун. — Хорошо. Пусть не суёт нос не в своё дело. — ответил Юнги, тоже поднимаясь. Чон не успел ничего сказать, как два парня кинулись друг на друга. Никто не спешил их разнимать, всем было весело. Ведь какая вечеринка без пьяной драки? Пришлось вмешиваться Хосоку, который тоже получил пару тумаков. Благо на помощь подоспел Чимин. Парень хоть и выглядел как тростинка, но из-за занятия танцами был довольно сильным. В итоге Хосок увёл Джуна вглубь его квартиры и там выслушивал гневные тирады о Юнги и любовные баллады о Чимине, а также нытьё о том, какой же он, Намджун, бедный и несчастный. Чимин же увёл Юнги в пустую комнату. — Из-за чего сыр-бор устроили? — мягко спросил Чимин, усадив Юнги на кровать и встав между его ног. Пак нежно проводил кончиками пальцев по красным местам, которые завтра станут синяками. — Из-за кого. — усмехнулся Юнги. — Из-за тебя. Хоть Мин и был пьян, развлечься с Чимином он был всегда готов. Так что Юнги притянул Пака за талию ближе к себе и посмотрел на него снизу вверх из-под опущенных ресниц. Чимин покрылся румянцем. — Спасибо. — тихо пискнул он, а потом Юнги повалил его на кровать. — Я люблю тебя. Юнги как раз оставлял пару красочных засосов на шее Пака, когда тот прошептал последние слова. Мин остановился, но потом алкоголь взял своё, и Юнги стал раздевать Чимина. Юнги сам себе говорил, говорит и будет говорить, что ему похер, что его не волнует. Он не притворяется, он не играет с Чимином в любовь. Они не ходят на свидания, у них нет милых прозвищ, и Юнги не ухаживает за Чимином. У них просто секс, и если Чимин этого не понимает, это его проблемы. Юнги устал и задолбался, и отныне он будет жить на отъебись. Он делает, что хочет. Говорит, что думает. И его не волнует чужое мнение и чужие чувства. Так жить проще. Юнги быстро и рвано растянул Чимина, а после также быстро и ничерта не нежно вошёл в податливое тело. Пак застонал и выгнулся. Стоны Чимина перемешивались между собой, это были то стоны наслаждения, то шипение от боли. Юнги никогда не был нежным, но Чимин любил его. И парень сам себя растягивал. Так что было не так уж и больно. Мин не заботился о чужом наслаждении. Получив разрядку, Юнги просто застегнул молнию на джинсах и ушёл в ванную. Чимин же остался один, благо Юнги всё же был умелым любовником и Пак всегда кончал раньше, а потом просто ловил звёзды. Когда хлопнула дверь, Чимин медленно открыл глаза и, поняв, что его опять кинули, свернулся калачиком и разрыдался. Любовь — штука опасная. Тебе может быть бесконечно хорошо, но потом тебя скинут на землю с высоты седьмого неба. Так было с Юнги. Так есть с Чимином. И непонятно, как вырваться из этого порочного круга. Разве что за счёт другого человека? У Чимина есть Намджун, который сам страдает из-за нелюбви Пака. А кто есть у Юнги? Только новая проблема в виде чертовски красивого и жутко умного соседа. И кто спасёт Мина от любви? Даже не так. Кто спасёт Юнги? Юнги стоял в ванной перед зеркалом и старался сдержать слезы, но они сами непроизвольно катились из глаз. Не зря Мин вечно повторяет свою любимую присказку — «ебучая жизнь», ведь жизнь действительно такая. По крайне мере, у Юнги. Родители, которые всегда держали под своим каблуком и не давали вздохнуть полной грудью. Джихун, который добил Мина окончательно. Джихун, который показал всю жесткость этого мира. Джихун, которого Юнги всё ещё любит. Мин так мечтал избавиться от этого чувства. Но он точно не хотел вновь влюбляться. Только не снова. И любовь — это не всегда плохо. Но Юнги почему-то уверен, что и эта история хорошо не закончится. А значит, надо держаться от Джина подальше.

***

Джин тщетно пытался уговорить Юнги не ходить на вечеринку. Ангел пока ещё не заслужил доверие у этого человека, так что был послан далеко и надолго, мягко говоря. Поэтому Джину не оставалась ничего другого, кроме как последовать за Мином на вечеринку, став невидимым. У Сокджина было мало опыта в общении с грешными людьми, но Юнги явно был первым в списке. Мат через слово, бутылка виски за час, грубое отношение к людям, драка и секс без любви. Ангел благополучно пропустил сцену соития двух людей и вышел из комнаты. Это было слишком много за один вечер. Юнги был невыносимой работой. Мало того, что он был грешным, так он ещё и напрашивался на грех. Юнги был очень привлекательным. А так же развязным и пошлым, такого только валить на постель и любить всю ночь. Только сам Мин любил позицию сверху, об этом красноречиво говорили стоны Чимина из-за двери. Но Сокджин при желании переубедит эту колючку. «Стоп. О чём это я?» — помотал головой ангел. — Как-то плохо ты выполняешь свою работу. — раздался глубокий низкий голос рядом с Джином. — Тэхён-а. — ласково поприветствовал Джин своего друга. — Какими судьбами здесь? — Пришёл тебя проверить. — хмыкнул брюнет. — Думаю, об этом начальству знать необязательно. — Тэхён многозначительно уставился на дверь из-за которой раздавались стоны. — Совсем необязательно. — помотал головой Джин. — Спасибо, что прикрываешь мою бренную жо… Ну, ты понял. — хмыкнул Джин под пристальным взглядом Тэхёна. — То, что за грехи можно получить прощения, признав их, не значит, что ты должен грешить направо и налево. — назидательно сказал Тэ. Он пока что только учился в школе, поэтому соблюдать правила было для него святым делом. Это потом Джин научит его небольшим хитростям, пока пусть побудет примерным мальчиком. К тому же, к каждому младшему ангелу был приставлен старший. И Джин был приставлен к Тэ, чтобы поучать его и следить за ним. Но всё почему-то с точностью да наоборот. — Так скучно. А мне жить ещё целую вечность. — заныл Джин. — Дай хоть на работе расслабиться. К тому же, когда ты уподобляешься своим клиентам, то работа выполняется в два раза лучше. Запомни. — Не сомневаюсь в этом. — хмыкнул Тэ. — Но это твой метод. Нормальные ангелы молятся и наставляют на путь истинный посредством небесных сил. — Ну да, помолятся, и человек не может пить алкоголь, ибо он сразу будет выходить обратно. А ещё мне нравится, как вы избавляется от сквернословия. А ещё говорите, что я жестокий. Я хотя бы справляюсь своими силами. — И я за это тебе очень благодарен. — улыбнулся Тэхён, вспоминая о том как он стал ангелом. Точнее из-за кого. У него не было причин подставлять или осуждать Джина. А особенно осуждать его методы. Джин в ответ лучезарно улыбнулся и обнял Тэ, крепко сжимая его в своих объятиях. Сокджин очень любил своего тонсена. — Что ты будешь делать с Мин Юнги? — спросил Тэхён, утыкаясь в плечо Джина. — Не знаю. — честно ответил Джин. — Он замкнутый и неразговорчивый. Даже Хосок не знает о своём друге всего. Так что у меня есть единственный выход — сделать его своим парнем… — Ты рехнулся?! — Тэхён в шоке уставился на друга, вырываясь из объятий. — Ты думаешь, это выход? Ну, спасёшь ты его, а потом что? Так ты сделаешь только хуже, оставив его после выполнения задания. — Я сотру ему память. — выдохнул Джин. Это было худшее, что мог сделать ангел, но иногда это было необходимо. Чаще всего память стирали, потому что человек понимал, что перед ним ангел. Для поддержания конспирации ангелы стирали в памяти все следы своего прибывания. Но это было нехорошо именно для человека, ведь он начисто забывал часть своей жизни. Потом ангелы стирали память в пользу самого человека. Душевнобольные люди или люди, пережившие страшное прошлое, но не справившиеся с его грузом. Для таких людей стирание памяти было благом. Юнги не был вторым вариантом, значит, Джин должен был сделать так, чтобы Юнги догадался о том, что перед ним не человек. И тогда Джин без проблем сможет стереть память парнишке. Иначе Джин нарушит правила и его лишат ангельских сил. — Ты правда думаешь, что так будет лучше? — тихо спросил Тэхён. Неожиданно дверь открылась и из комнаты быстро шагом вышел Юнги. Он не был растрепанным и не выглядел как человек у которого только что был секс. Более того, Юнги явно был чем-то расстроен. Ангелы проводили его взглядами. А потом Мин закрылся в ванной. — Я думаю, у меня нет другого выхода. — сглотнул Джин. Тэхён в ответ лишь кивнул, после чего поклонился и исчез. Ангелам всегда было тяжело смотреть на то, как страдают люди. Ведь для святых сил по определению не было плохих людей. Были лишь несчастные или запутавшиеся в себе люди. И их можно было и нужно было исправить. И Джин искренне хотел помочь. И он поможет. Пусть после этого ему и придётся стереть Юнги память. Так будет лучше для всех. По крайней мере, Сокджин убедил себя в этом.