Гиперосмия

      Тело изгибается, выгибаюсь до боли в позвоночнике… пальцы впиваются в простыню.       — Маша? — глухой голос Саши.       — Глеб… — стонут мои губы.       — Съебывай отсюда, она меня зовет…       — Тебя не спросил, щенок…       — Глеб! — зову. Не понимаю, почему он еще не прикоснулся ко мне…       — Я здесь… — шепчет низкий голос. Шершавая ладонь нежно гладит по щеке, убирая слипшиеся от пота волосы. Волна возбуждения бьет в низ живота.       — Не уходи, прошу… ты мне так нужен… — целую ладонь. — Мне так больно…       — Я не уйду… — от хриплого шепота по телу разливается дрожь.       Шорох снимаемой одежды.       — Пялиться будешь? — едкий смешок.       — Пошел к черту! — глухой голос Саши.       Шаги. Хлопок двери…       — Мне так больно… Глеб… — комкаю ткань в руках, в животе вновь закручивается спираль оглушающей боли.       — Я заберу твою боль… — слышу хриплый шепот на краю сознания. Приступ скручивает меня всю… в глазах темнеет.       Но тут же требовательные полные губы выводят меня из забытья. Аромат сандала обволакивает полностью… вдыхаю и не могу надышаться им.       Его вздох.       Приоткрываю глаза.       Вижу, как жадный взгляд скользит по телу… тяжело дышу. Тело выгибает от волн возбуждения, выражение его лица меняется. Короткий выдох… воздух щекочет кожу. Кожа тут же покрывается мурашками.       На смуглых щеках румянец. Черные глаза горят от возбуждения… тянусь к его губам. Прикосновение… взрыв в голове. Мой стон. Его судорожный вздох.       — Не спеши, — горячий шепот. Опускает меня обратно, осторожно кладет на кровать.       Хнычу от неудовлетворенности…       Не медли!       — Я хочу тебя… — шепчут мои губы.       Его стон возбуждения ударяет в низ живота, и меня выгибает. Выдыхаю сквозь зубы, смазка стекает по бедрам. Прикрываю глаза, вдыхая густой аромат сандала.       Осторожные шершавые ладони касаются колена. Выдыхаю, распахивая глаза… Прикосновение губ к бедру… мое тело выгибает так, кажется, что ломаются кости… вспышка в голове. Дрожь проскальзывает по его телу…       Горячая ладонь проходит по бедру. Стону в голос, разводя ноги. Громкий выдох. Заглядываю в абсолютно неадекватные глаза, которые стали еще темнее.       Вздох.       Шершавые пальцы проводят по бокам, вздрагиваю, словно от ударов током. Мечусь по простыне. — Я хочу… хочу тебя!       Обхватывает губами сосок.       Выдох-полустон.       Хватаю за шею, тяну к себе, ловлю искусанные губы. Приоткрываю рот… горячий язык обводит нижнюю губу… стону в полные губы. Его вкус…       Альфа накрывает телом, давит весом. Крупная дрожь проходит по нашим телам. Горячая кожа обжигает… перекатывается на локоть. Трясущиеся пальцы в его кудрях.       Ведет ладонями по животу, опускается ниже. Горячие пальцы останавливаются на лобке… рваное дыхание, дрожь по его телу.       Давай же!       Прикосновение пальцев к клитору.       Вскрикиваю, вздрагиваю всем телом… мягкое движение пальцев, взрыв удовольствия в голове. Движение. Обводит влажный вход… толчок.       Удовольствие разливается внизу живота, идет лавиной по всему телу.       Стук сердца.       Выдох.       Спазмы сводят все тело судорогой, лавина оргазма обрушивается внезапно, оглушает, сметает сознание. Сотрясаюсь от последних вспышек удовольствия… рваное дыхание. Нега распространяется по телу…       Достает палец, облизывает.       Вздох.       Тяжелый рык.       Приподнимается, подхватывая под бедра, горячая влажная головка упирается во вход. Дрожу от нетерпения.       Легкий толчок.       Вздрагиваю от боли. Толкается глубже, цепляюсь ногтями в широкие плечи, царапаю кожу. Движение… вошел полностью. С моих губ срывается шипение от болезненной наполненности.       Выдыхает сквозь сжатые зубы…       — Черт… — его тело сотрясается крупной дрожью. Горячая ладонь обхватывает мою руку, переплетает наши пальцы.       Я наполнена им…       Медленный толчок.       Не сводит взгляда с моего лица, в черных глазах искрится фейерверк эмоций. Хватаю воздух губами…       Осторожно выскальзывает.       О, боже…       Медленно входит…       Спираль наслаждения вновь закручивается внизу живота.       Боль и удовольствие сводят с ума.       — Глеб… быстрее… прошу… — глухо шепчу, цепляясь пальцами за широкие плечи. Его стон сквозь сжатые зубы, крупная дрожь прошибает сильное тело.       Вздох.       Срывается, грубые толчки до шлепков о бедра. Глухо стонет…       Кричу, захлебываюсь стонами.       Цепляюсь пальцами за влажные от пота кудри, двигаю бедрами навстречу. Рваные движения.       — Глеб! — вскрикиваю. Удовольствие бьет в голову, разбивает сознание. Вспышка. На мгновение перестаю чувствовать тело… пару секунд не понимаю, где я… не знаю, кто я… Судорога. Вскрикиваю, выгибаюсь. Удовольствие обжигает тело, отдаваясь покалыванием в кончики пальцев…       Его стон.       — О, Маша…       Крупная дрожь прокатывается по его телу… стонет, увеличивая темп. Рваные толчки, скрипит зубами, не сводит взгляда с моего лица. Содрогается… глухой стон. Чувствую как разбухает узел внутри.       Больно… вскрикиваю от боли. Шипит. Толчок… узел проскальзывает глубже.       Теперь мы одно целое.       Царапаю широкие плечи, стону в полные губы… его тело сводит очередной спазм. Утыкается в мою шею, скрипит зубами. Горячая плоть пульсирует внутри.       Содрогается.       — Маша… — жаркий выдох, от которого низ живота сводит судорогой.       Грубый толчок.       Боль. Наслаждение. Очередная оглушающая волна удовольствия ломает тело. Выгибает. Теряюсь, вскрикиваю, сотрясаясь от болезненного удовольствия.       Резко поднимает, садит к себе на колени, узел не дает ему выскользнуть. Крепко сжимает в объятиях… прижимаюсь к нему всем телом.       Целую влажные от пота виски, приоткрытые губы, щеки… все, до чего могу дотянуться…       Приподнимаюсь, резко опускаюсь, проталкивая узел глубже.       Шипит… жарко выдыхает сквозь зубы.       Вздох.       Чувствую в его аромате нотку сладкого апельсинового мармелада.       Эмоции переполняют, плачу от счастья.       — Я люблю тебя, Глеб, — шепчу в беспамятстве, — люблю больше жизни.       Приподнимаюсь. Опускаюсь…       Он сцеловывает мои слезы. Глухо стонет.       — Ты так нужна мне… я люблю тебя… до безумия…       Двигаю бедрами…       Замираю.       Дикий оргазм вышибает дух. Уносит меня… он крепко сжимает меня, до боли. Стонет, содрогается. Хриплый выдох.       Чувствую его дрожь, его судорогу, его эмоции. Его бесконечную любовь, его желание, его страх… всю сложную гамму его эмоций.       И, словно нет никого.       Все что было раньше, было неправильно.       Только он. Только так.       Не было никогда никого.       Только он.       Один.       Мы целое.       И ничего больше не существует в мире…       Его клыки царапают место метки.       — Да… Глеб… Давай… Глеб… Прошу… — шепчу в беспамятстве.       Поднимает на меня затуманенный взгляд. Проводит пальцами по коже… как-то странно выдыхает.       — Я люблю тебя… — глухой шепот. — Я хочу, чтобы ты попросила меня, когда… когда у тебя не будет течки… не сейчас…       Прикасается губами, проводит. Всасывает кожу… ставит засос…       Стону от разочарования.       Но тут же он опрокидывает меня на простыню. Узел спадает, выскальзывает.       Поднимает на руки. Несет…       Теплая вода, нежные прикосновения к коже… аромат геля для душа. Его губы повсюду…       Я теряюсь в тумане желания.       Что-то дает, заставляет есть. А мне не нужно ничего, кроме него.       Свежая простыня, и вновь оглушающая волна возбуждения.       Я не помню себя, я помню нас, единое целое.       Так и должно было быть всегда… рычание, стоны, возбуждение, оглушающий оргазм, замкнутый круг удовольствия и боли.       Только он.       Только мы.       Только мы вдвоем.