отблески золотистого заката.

Хмурым серебряным утром воскресенья Гарри собрался на пробежку. Он бегал не регулярно, но ему нравилось это. Сонное небо дышало холодом и влагой, на асфальте прорисовывались лужи, и все в один миг стало серо-коричневых тонов. Гарри редко выбирал определенный маршрут, в основном бежал, не задумываясь о нем. В голове хватало других назойливых мыслей. Он все еще думал о той фотографии. Рассматривал все варианты: вот незаметный серый человек проникает в кафе за очередным кадром, видит Гарри, быстро делает кадр и так же серо уходит в душный августовский день. Гарри забрел вглубь бетонных джунглей вдоль по узким проулкам, снова оказавшись недалеко от своей квартиры. Припаркованные машины громоздились на обочинах, где-то за поворотом жужжали желтые такси. Воздух колол Гарри легкие и щеки. Он замедлился, пока не пошел шагом, восстанавливая дыхание. На мокрой скамейке возле дома Гарри заметил съежившуюся фигуру в капюшоне. Рядом вертелся уже знакомый Гарри пес. Гарри усмехнулся, продолжая шагать в направлении капюшона. Пес поднял голову, однако смотрел на приближение Гарри молча. Заметив движение собаки, хозяин тоже поднял голову. Гарри улыбнулся. Это был тот же парень с собакой, которого Гарри видел вчера в кафе. Он выглядел мягким и помятым, слегка опухшим после сна. Парень стянул капюшон и поднялся со скамейки. Волосы, не уложенные, прямые и мягкие, упали на его лицо. Он привычным движением убрал челку вбок, протягивая Гарри руку. — Мокро для пробежки, — улыбаясь и сонно мигая, сказал он. — Для пробежки хороша любая погода, — отвечая улыбкой, заметил Гарри. — Луи Томлинсон. — Парень спрятал кулачки в карманы серой кофты, снова натянул капюшон. — Гарри Стайлс, рад познакомиться. Луи, вот как звали этого яркого парня. Он кивнул головой в сторону пса, который подозрительно смотрел на Гарри. — А это, — пес неуверенно завилял хвостом, — Клиффорд. Клиффорд уткнулся мокрым носом в ногу Гарри, Стайлс засмеялся от холодного прикосновения к ноге (на нем были черные шорты для пробежки). — Клифф, лапу. — Пес протянул кудрявую лапу, Гарри присел на корточки и пожал ее. — Приятно познакомится, Клиффорд. Одобрительно рыкнув, Клифф завертелся под ногами Гарри. — Он привередлив к новым знакомым, но ты ему нравишься, — Луи кивнул, слегка улыбнувшись. — Прогуляемся? — предложил Гарри, в душе надеясь, что Луи согласится. — Конечно! Эй, Клифф, что скажешь? Пес гавкнул и побежал вперед, заставляя Луи и Гарри бежать вслед за ним. — Я живу в этом доме, — Луи указал на соседнее строение от того, в котором жил Гарри. — Правда? А я живу здесь, — Гарри указал на дом, мимо которого они проходили. — О! Так мы почти соседи! — воскликнул Луи и звонко рассмеялся. Клиффорд присоединился к нему, лая и виляя хвостом. По дороге домой, мысли Гарри были заняты новым знакомым. Он уже считал его своим другом. Интересно, Луи думал так же? Никто из них не вспомнил о мимолетной встрече в кафе под лучами солнца — не пришлось к слову. Однако Гарри все еще думал о том загадочном аккаунте и надеялся понять, кто же сделал его фотографию.

× × ×

Гарри всерьез взялся за эту идею. Он выделял больше времени на прогулки, занимался в кафе, проводил часы на улице. Возможно, его попытки найти этого фотографа были бесплодны, но нахождение на улице давало ему энергию и легкий загар. Август заканчивался, а Гарри удалось сохранить частичку лета у себя на коже. Луи часто составлял ему компанию. Они пили кофе, ели кексы, разговаривали о театре и любимых фильмах. Луи был милый и добрый, и Гарри не мог справиться с замирающим сердцем и ярким румянцем на щеках. Гарри был влюбчив и не мог отрицать этого. Поэтому он прятал чувства к Луи, боясь, что тот ранит его. За все недолгое время их знакомства, Гарри узнал, что у Луи есть орава младших сестер, но две их них жили самостоятельно, а младшие близняшки — Фиби и Дейзи — жили вместе с ним. Дом Томлинсонов находился в пригороде, и ежедневные поездки на учебу занимали слишком много времени, поэтому, ценой долгих уговоров, мама разрешила им жить у брата. Луи учился и подрабатывал, заботился о сестрах и взял малыша Клиффорда из приюта. Каждый день Гарри открывал новую сторону Луи, каждый день впитывал в себя яркий луч его энергии, возвращая ее в утроенном размере. Сегодняшний день выдался теплым. В неподвижном прозрачном воздухе далеко разносился шум города. Они с Луи сидели в парке, далеко от предполагаемого место обитания фотографа. Но Гарри не возражал. Листья на деревьях едва поблескивали, тени были по-вечернему синеватые и яркие, наполняющие парк контрастом. Сегодня он не думал о фотографе. Сегодня он вышел из дома не для того чтобы найти фотографа, а для того чтобы провести время с Луи. Место под деревом на нежном газоне казалось единственным правильным. Гарри смотрел на едва качающиеся ветки деревьев, лежа на траве, когда Луи, сидящий рядом с ним, заговорил: — Не хочешь сходить кое-куда? — Куда? — Гарри щурился на солнце, он чувствовал, как к его коже пристает теплый загар. — Пошли, — Луи поднялся, направляясь к выходу из парка. Гарри едва поспевал за ним. — Куда мы идем? — Гарри улыбался, догоняя его. — Потерпи, это сюрприз. Стайлс, заинтригованный, проследовал за Луи до автобусной остановки. Оба молчали, на губах Луи играла легкая улыбка. Длинный и медленный, автобус подполз к остановке, из него потоком хлынули люди. — Луи, ты начинаешь пугать меня, — Гарри в нерешительности стоит перед открытыми дверьми автобуса. — Куда мы едем? — Если хочешь, можешь назвать это свиданием, — Луи дерзко улыбается, когда сердце Гарри взрывается в груди, ломая ребра. Стайлс не нашелся с ответом, а Луи уже проскользнул в салон. В автобусе оставалось лишь несколько человек. Музыка не играла, и Гарри слышал шум мотора и гудение улиц. Казалось, Луи вел себя как обычно после брошенного им замечания. Однако Гарри было неловко. Он пальцем потирал свои скулы, как делал всегда, когда краснел и не хотел, чтобы другие это заметили. Прямой лабиринт улиц все тянулся, автобус медленно пробирался сквозь него. В салоне было прохладно, поэтому Гарри натянул свой любимый свитер с маленькими цветными планетами, который он так удачно с собой прихватил. Город медленно шел мимо, и Гарри не заметил, как провалился в сон, положив голову на плечо Луи. Луи испуганно глянул на Гарри, потому что подумал, что Стайлса укачало, однако он мирно спал на его плече. Нежная улыбка своими лепестками коснулась всегда дерзкого лица Луи. Он запустил холодные пальцы во вьющиеся волосы Гарри, мягко проведя по ним, и отвернулся к окну, наблюдая за бурлящим городом.

× × ×

Когда автобус дополз до нужного места, солнце почти село. Гарри спал всю дорогу, поэтому Луи пришлось нерешительно растолкать его. Щеку Гарри украшал «шрам» от футболки Луи. Свитер скособочился, делая Стайлса еще более сонным и потерянным. — Где мы? — хрипло спросил он. — Мы приехали? — Да, милый. Сонный мозг Гарри не отреагировал на прозвище, он снова вернул голову на плечо Луи, бормоча: — Мы можем отложить это до завтра? Я так устал. — К сожалению, автобус сейчас остановится, и если мы не выйдем, то нас ждет прогулка за город, к колледжу. Гарри со стоном разлепил глаза. Луи выпроводил его из автобуса, мягко придерживая за плечи. Старушка — единственная из пассажиров, оставшаяся в салоне — проводила их улыбкой. Луи извиняющие улыбнулся ей в ответ. — Милые мальчики, — причмокнула она губами, когда автобус покатил дальше по улице. — Луи, может, ты скажешь, наконец, какого черта мы пересекли весь город… В этот момент автобус отъехал, открывая вид на мирную набережную. Она сияла огнями, горела и переливалась. Гарри видел павильоны, лампочки, мягкие игрушки и облака сладкой ваты в толпе. Крутились карусели, лениво поворачивалось колесо обозрения. Парк аттракционов работал с середины весны до последних теплых дней сентября, затем его закрывали. А значит, у Гарри есть первая и, вероятно, последняя возможность насладиться этим искрящимся праздником. — Вау! — выдохнул он, пораженный мигающей картиной. — Сюрприз! — неловко поговорил Луи, — Ну что, ты готов? Потому что я хочу прокатиться на всех! Они рванули через дорогу, спустились к прибрежному мелкому песку, а затем встали на деревянный настил, пропитанный запахом арахиса и жженого сахара. Куча билетиков наполнила их карманы. Яркими слепящими лентами проносились огни бесконечных каруселей. У Гарри уже кружилась голова; Луи смеялся, как сумасшедший. Выползая из очередной сумасбродной «тошнилки» (как назвал Гарри карусели), оба совершенно вымотались. — Как насчет сладкой ваты? — предложил Луи, утягивая Гарри за руку к прилавку. Не то чтобы Гарри был против, но его сердцу жилось бы спокойнее, если бы не этот жест. — Если она не будет вынуждена покинуть меня, как только я ее проглочу, то можно, — недовольно стонал Гарри под звонкий смех Луи. На набережной дул прохладный соленый ветер, и даже в свитере Гарри подрагивал от его настойчивых порывов. Что и говорить о Луи и его футболке, которая выглядела бесполезной газетенкой на замерзшем теле бродяги. Гарри перехватил руку Луи выше, у бицепса. Холодная. — Стой, путник. — Что случилось, тебе плохо? — затараторил Луи, еще не успев развернуть голову. — Нет, тебе необходима экипировка. — Что? Гарри роется в рюкзаке, вытягивая огромную серую кофту, которая была ему великовата. — Я может, конечно, ошибаюсь, но ветер здесь явно не ласкающий. А еще я смотрел прогноз, поэтому знал, что вечером будет довольно холодно, и прихватил две кофты. Эта большая, я хотел натянуть ее прямо на свитер. Но тебе она нужна больше. — Спасибо конечно, но я не могу… — У тебя лицо синее, надевай, — Гарри был тверд. Луи спорить не стал. Принял кофту, натянул ее через голову, помяв при этом уложенные волосы. Кофта была поистине гигантской. В особенности на Луи. Он закатывал рукава на раз, два, три раза, пока Гарри довольно улыбался. Хоть какая-то от него сегодня польза. Чайки воинственно кричали где-то в темноте, над водой. Луи купил огромное облако ваты, и затем они сели у берега, прямо на песок. Вата казалась как никогда вкусной, словно выплыла из детства. Они слегка отошли от аттракционов, поэтому рядом царил полумрак. Закончив с ватой, Луи растянулся на песке, пряча озябшие руки в карманы. Гарри, улыбаясь, лег ему на живот. — Что ты делаешь? — Луи начинает смеяться, отчего голова Гарри подпрыгивает у него на животе. Гарри тоже заливается смехом, а Луи смеется еще громче от вида Гарри. — Когда мне было тринадцать, я ездил в летний лагерь, — говорит Гарри сквозь смех, — Вожатый сказала нам, что мы поиграем в игру, уложил весь отряд на траву такой змейкой, где каждый последующий лежал на животе предыдущего. В итоге, мы начали смеяться, превратившись в трясущуюся кривую. И никакая это была не игра. Он надурил нас. Когда смех отступает, Луи предлагает: — Чертово колесо? — Чертово колесо, — с улыбкой соглашается Гарри, отряхивая песок с одежды и волос. Они направляются к аттракциону, который громадным светящимся чудовищем громоздился на набережной. Делают на нем четыре круга подряд, просто наслаждаясь темнотой океанского побережья и прохладой. Они едва успевают на последний рейс автобуса, и оба засыпают в теплом салоне, лишь чудом не проспав свою остановку. Гарри возвращается домой, чувствуя себя ребенком, радостным и таким влюбленным.

× × ×

Ранним субботним утром на следующий день Гарри отправляется на пробежку. Он встречает Луи, идущего вдоль дороги с Клиффордом на поводке. Луи точно не жаворонок. Его лицо опять сонное, волосы опять не уложенные. Он прячется от бодрящего утреннего воздуха в кашемировый свитер. Гарри пробегает мимо него, начиная улыбаться, ерошит его волосы и бежит дальше, как ни в чем не бывало. Луи издает возмущенный колючий выкрик, но, понимая, кто это сделал, смеется. Клифф машет хвостом и начинает свой обычный ритуал тыканья носом в Гарри, когда тот подходит ближе. — Доброе утро, — невинно улыбаясь, произносит Стайлс. — Недоброе, — Луи морщит носик. — А Клифф рад меня видеть, — говорит Гарри, почесывая пса за ухом, — Правда, Клифф? — пес утвердительно гавкает. — Я тоже рад тебя видеть, — раздраженно бормочет Луи. — Кто-то не ранняя пташка, — пропевает Гарри. Они идут вдоль пустой улицы. Магазины, рестораны и кафе еще закрыты или только начали открываться. Небо светло-голубое и высокое, чистое, вечное. Где-то позади идет солнце, прячась за спинами бетонных гигантов-домов. — Ты сегодня свободен? — спрашивает Гарри. Луи кивает. — Тогда встретимся через час, прогуляемся по парку? — В такую рань? — Луи возмущенно стонет. Гарри смеется, но знает, что Луи согласится. Часом позже, Гарри, с еще влажными после душа волосами, надевает на плечи рюкзак и берет с собой большую тряпичную сумку. Солнце еще просыпается, но уже довольно тепло. День обещает быть жарким. Он находит Луи на той же скамейке, на которой состоялось их знакомство. На нем простая белая футболка и светлые джинсы, на плечах накинута легкая куртка. На Гарри тоже тонкая белая футболка и неизменные линялые джинсы. Одеты они похоже. Как парочка. Гарри заталкивает эти мысли подальше. — Что это? — Луи кивает на сумку на плече Гарри. Стайлс показывает ее содержимое. — Ты серьезно собираешься на пикник в восемь утра? — Луи поправляет волосы (они так и остались прямыми и мягкими), в голосе не слышится ни капли удивления, как будто он знал, что задумал Гарри. — Почему нет? Луи отвечает зевком, а Гарри лишь улыбается, направляясь к парку. Они идут медленно, поэтому приходят как раз к открытию. Охранник смотрит на них, как на сумасшедших, но ничего не говорит. Гарри расстилает покрывало на том же самом месте под деревом, Луи роется в сумке с продуктами. — Что это такое? — смеется он, доставая маленький зеленый полосатый шарик. — Это арбуз, Луи, — Гарри заканчивает с покрывалом, доставая продукты из пакета. Он намеренно брал только фрукты — легко, вкусно и полезно. И еще немного сыра. Гарри любит сыр. — Почему он такой маленький? — Такой сорт, — пожимает плечами Гарри. Луи подкидывает арбуз, словно мячик. Они лежат на траве, просто наслаждаясь тишиной. Гарри листает ленту в инстаграме. Луи роется у него в рюкзаке, находит книгу, открывает на середине и начинает читать. Фрукты понемногу исчезают. — Ты есть в инстаграме? — спрашивает Гарри. — Да, — Луи подползает к нему на животе, — louist91. Гарри находит аккаунт, нажимая на иконку профиля. Улыбается фотографиям. Клифф, Луи и Клифф, селфи Луи, фотографии с вечеринок. «Какой же он невероятный, » — думает Гарри, однако в слух произносит: — Круто! Я подпишусь. — Мой телефон сломался, так что не жди ответной еще дней пять. — Ох, — Гарри переворачивается на спину, — Ладно. Какое-то время Гарри указывает на интересующие его фотографии, спрашивая о событиях, скрытых за ними. Луи отвечает, вспоминая и улыбаясь. — Ничего не помню с той ночи, — смеется он, — Фотографию прислал мне одногруппник. — А эта? — Гарри указывает на фотографию с переплетенными пальцами. Рука, очевидно, женская. Луи смеется, откидывая голову. — О, это очень забавная история. «Я и не сомневаюсь, » — думает Гарри. — Мы с Дейзи пошли в магазин, всю дорогу приходили уведомления. Мне тогда написывали всякие, предлагали встретиться, а я не хотел. — Луи хохотнул, — Дейзи остановила какую-то девушку прямо возле супермаркета и заставила меня сделать эту фотографию. Как будто я в отношениях. Гарри смеется: — И это помогло? — Нисколько, — Луи качает головой, — Но я оставил фотографию, как воспоминание. — Наверное, та девушка подумала, что вы ненормальные. Луи смеется, отправляя в рот виноградину. Последний день лета. Гарри чувствовал тоску, витающую в воздухе. Тоскливо начали желтеть листья — Гарри только сейчас это заметил, как будто все случилось за одну ночь. Сентябрьская прохлада брала свое. Прекрасный день для исполнения задуманного. После раннего пикника с Луи, Гарри отправляется домой.