Глава 2
6 декабря 2018 г., 18:40
Уже почти полдень, когда Дэрил наконец просыпается, свернувшись на своей собственной кровати, под своим одеялом, и ощущая себя как дерьмо.
Он медленно садится, в голове стучит, и он вжимает основания ладоней в глазницы, чтобы уменьшить пульсирующее давление в глазах. Боже, он не может вспомнить нихрена о прошлой ночи — только смутное ощущение, что грустил, и злился, и наорал на старика, который сказал, что он Санта. Дэрил абсолютно точно не может вспомнить, как добрался домой, и при этом совершенно уверен, что не вёл машину сам, исходя из того, что лежит живой в своей постели, а не валяется мёртвый на дне ущелья. Дорога, ведущая вверх на гору, где находится его дом, не для слабонервных даже при лучших условиях, и он в любом случае уверен, что его ключи остались у бармена.
В голову ударяет мысль, что, возможно, он нарушил свой неофициальный целибат, и его довёз домой кто-то подцепленный на одну ночь, но, кинув взгляд на сторону Рика на кровати, он обнаруживает её такой же пустой, как всегда, с несмятой простынёй и нетронутой подушкой.
И, чёрт возьми, это больше не сторона Рика. И технически никогда не была ей, так как Дэрил продал ту кровать, в которой он спал с Риком, а потом купил эту, когда перебрался в горы. Как и всё в этом доме, она не несла за собой никаких воспоминаний, и Дэрилу нравилось, что всё было именно так.
Он встаёт, несколько раз моргнув, чтобы проверить, не будет ли от этого меньше болеть голова, затем добирается до кухни и выпивает бутылку воды почти полностью, прежде чем отправиться в ванную, почистить зубы и найти парацетамол, чтобы успокоить мечущегося внутри черепа бешеного зверя. Весь дом пахнет чёртовым Рождеством, хотя Дэрил уверен, что не покупал никакой ароматизированной херни, которая хотя бы отдалённо напоминала бы корицу, и имбирь, и что там ещё, что создавало этот конкретный запах, и это выводит его из себя, но сначала ему нужен душ и какая-нибудь одежда, которая не пахнет Джеком Дэниэлсом и отчаянием. Он разберётся с тем, почему дом странно пахнет, позже.
***
Чуть позже головная боль Дэрила утихает до приемлемого уровня, и он находит спрей от насекомых с запахом «Густого леса», чтобы устранить рождественский аромат. Грузовика нет снаружи на его обычном месте, и это беспокоит Дэрила, но в любом случае, это не особо крутой грузовик, так что он может сделать обоснованный вывод, что никто не будет париться с тем, чтобы его украсть. Дэрил находит старую телефонную книгу в глубине кухонного ящика и ищет там номер бара, в котором пил вчера, а затем звонит по нему. — «Придорожный бар Цезаря», Мартинез слушает. Глухой звук колокольчика звенит в глубине сознания Дэрила при этом имени. — Хэй, меня зовут Дэрил Диксон. Я был у вас прошлой ночью и хотел бы узнать, там ли ещё мой грузовик. — Да, приятель. Всё ещё тут. Твои ключи у меня, так что можешь найти машину и добраться сюда, чтобы их забрать. Дэрил вздыхает и чешет затылок той рукой, в которой не сжимает телефонную трубку. — Не верю, что приходится спрашивать об этом, но… не знаешь ли ты, как, нахрен, я вчера попал домой? Мартинез коротко смеётся. — Ага, знаю. Хершел отвёз тебя. Мне пришлось помочь ему дотащить твою пьяную задницу наружу и загрузить тебя в его универсал, но он сказал, что справится с тем, чтобы доставить тебя до твоего дома. Дэрил хмурится, но ему особо нечего сказать на это. Какой-то старый добрый Самаритянин отвёз его домой и уложил в кровать, не воспользовавшись его состоянием, и все его ценные вещи, похоже, были на месте. Он подозревает, что мог оказаться в куда худшем положении после того, как упился до отключки в баре, где никого не знает. — Спасибо, приятель. Я постараюсь добраться до бара и забрать грузовик завтра или чуть позже. — Хорошо. Я буду здесь, когда ты приедешь за ключами. Дэрил благодарит его и вешает трубку, направившись обратно в кухню, чтобы сделать себе сэндвич. Единственный звук в доме — тихий стук дождя по крыше. Тёмные тучи, собиравшиеся над горами Джорджии, наконец прорвало. Дэрил задумчиво ест сэндвич, стоя у окна и наблюдая, как дождь падает на землю снаружи, и думает о том, какими приятными раньше были дни вроде этого, когда он стоял вот так, смотря в окно, а вокруг него обвивались сильные руки, притягивая назад к крепкой груди. Но это никогда не произойдёт с ним снова. Прошло пять лет с тех пор, как он в последний раз видел Рика, с того дня, как Рик разбил его сердце в свете ёлочных огней, пока они лежали, всё ещё голые, и Дэрил раскинулся сверху на теле Рика, пытаясь отдышаться после их занятия любовью. Или точнее, он думал, что это было занятием любовью. В итоге это оказалось прощальным сексом, и Рик знал это и всё равно позволил Дэрилу сказать все те вещи, что он сказал, о любви, о душах и о будущем. Мудак. И не имело значения, что глаза Рика в конце были такими же влажными, как у него, что Рик выглядел так, как будто его сердце разбито так же, как сердце Дэрила, потому что конечный результат не изменился. В какой-то степени, это сделало всё только хуже. Заставило надежду жить слишком долго, надежду на то, что Рик отрастит яйца и одумается. Но он не сделал этого. И Дэрил переехал сюда, сменил свой номер телефона и попытался забыть. С тех пор он разговаривал пару раз с Гленном, и узнал, что Рик женился, переехал в Кентукки и завёл ребёнка. Он жил дальше. И, чёрт, как же Дэрил хочет, чтобы и он так смог. Он вздыхает и приканчивает остаток сэндвича, затем роется в морозилке, чтобы найти кусок оленины. Дэрил включает радио и ищет до тех пор, пока не находит станцию, которая играет не рождественскую музыку. Это оказывается хип-хоп, которым при нормальных обстоятельствах он бы наслаждаться не смог. Но чёрт возьми, по крайней мере это не «Santa Baby» или подобная херня. Так что он делает погромче и начинает закидывать ингредиенты для ужина в электроварку, а затем разводит огонь в камине, чтобы прогреть воздух. И больше не думает о Рике.***
Позже Дэрил сидит за кухонным столом, ест рагу и перелистывает журнал для охотников, когда слышит звук, который не слышал с… ну, честно говоря, он не уверен, что вообще слышал стук ботинок, которые не были бы его собственными, по деревянному крыльцу. У него здесь просто не бывает посетителей. У него даже почтовый ящик стоит на почте, чтобы почтальону не нужно было ехать в гору, и его ближайшие соседи находятся по крайней мере в десяти милях от него и в любом случае не любители ходить по гостям. Что означает, что это скорей всего либо проповедники Мормоны, либо Мартинез приехал вернуть его грузовик. Дэрил облизывает рагу со своих пальцев и встаёт, подходя к двери и открывая её, уже набрав в лёгкие воздуха, чтобы поприветствовать посетителя. Но его дыхание спирает, когда взгляд фокусируется на человеке перед ним, насквозь промокшем от холодного дождя и совершенно точно одетым не для декабря в хреновых горах. — Привет, — говорит Рик, запахивая свою мокрую куртку поплотнее и смотря на деревянные доски крыльца, вместо того, чтобы поднять взгляд вверх, на Дэрила. — Моя машина сломалась, и мне нужно… Мозг Дэрила снова включается, и он прерывает: — Какого хрена ты тут делаешь? Рик моргает и поднимает взгляд, его лицо становится ещё белее, чем оно уже есть от холода. Он несколько раз открывает и закрывает рот, выглядя точь-в-точь как вытащенная из воды рыба. — Д-дэрил? Дэрил сжимает зубы, пытаясь подавить поднимающуюся изнутри тошноту. — Что ты здесь делаешь? — снова спрашивает он, уже слабее и тише. — Я… Я не знал, что ты живёшь здесь. Я просто возвращался обратно в Атланту, и моя машина сломалась… — Хрена с два «возвращался в Атланту», — перебивает Дэрил. — Никаким хреном эта дорога не ведёт к Атланте, неважно, откуда бы ты ни ехал. Рик поднимает мокрую руку к лицу и сжимает переносицу. — Я следовал по GPS. Там было указано, что это короткий путь. — Ну так это не так. — Теперь я это вижу, — бормочет Рик. — Извини, я просто… — Ты просто что, Рик? — рычит Дэрил, делая угрожающий шаг к стоящему перед ним человеку. Он знает, что срывается, знает, что Рик сейчас не сделал ничего такого, чтобы заслужить такое отношение, но чёрт возьми, как он хочет вышвырнуть Рика со своего крыльца, а потом пойти, найти текилу в буфете и просто, нахрен, упиться в стельку. Снова. Он не выдержит этого, не сейчас. Не в это время года. Так что он скрещивает руки на груди, позволяя мышцам напрячься, чтобы выглядеть более угрожающе, и пронзает Рика взглядом, каким может смотреть только настоящий Диксон. — Мне просто нужен телефон, — слабо заканчивает Рик. — Я просто… позволь мне воспользоваться твоим телефоном, и я скроюсь с твоих глаз. Дэрил только смотрит на него в ответ, крепко сжав челюсти, его глаза горят от необоснованной ярости, и спустя мгновение Рик продолжает: — Я бы использовал свой телефон, но я… Не могу найти зарядку, а он вырубился. Дэрил продолжает пристально смотреть, решительно настроенный выкинуть его со своего крыльца, но затем Рик зябко передёргивает плечами, прижимая свою мокрую куртку плотнее к себе, и Дэрил вздыхает и отступает назад. — Всё равно бы не было связи. Можешь зайти и позвонить. Он держит дверь открытой и не отводит взгляд от пола, пока Рик заходит в его чёртов дом. Затем Дэрил закрывает дверь и машет в сторону телефона на стене возле холодильника. — Телефон там. Телефонная книга на столе. Звони кому хочешь. — Дэрил… — Вызови эвакуатор, Рик, — выплёвывает Дэрил, затем широкими шагами уходит из кухни в спальню, захлопывая дверь за собой с немного большей силой, чем необходимо.
