Время Слепоты

Проклятый мыслью, снедаемый горем, По колено в грязи и крови, Шел страшный убийца, сквозь чертово море: Расплата ждала впереди. Ступая по броду сквозь стену дождя, Он шагнул на скалистый утес. Он трудно дышал, ноги скользят, Но не опускался вниз его нос. Вот и пещера, тут сухо и тихо, Мужчина сел у стены, И здесь, со взглядом, улыбкою психа, Он осознал всю тяжесть вины. Взмолился он Богу, упав на колени: «Прости меня грешного, все искуплю!» Заметались по стенам страшные тени, Создавая проход Королю. — Ты страшный убийца, лжец из лжецов, —  Эхо твердило шипя. —  Так правда ли то, что ты готов Наказанье принять, грехи искупя? Мужчина кивнул, ударил челом,— Все, что угодно! Сюда я пришел к тебе на поклон! —  Выступил пот, он был холодный. — Что ж, подними же глаза и смотри, —  Донесся грома раскат. —  Ты ведь знаешь что здесь внутри? Чьи кости давно здесь лежат? На возникший из тени гроб из сосны Убийца смотрел обезумев. — Эти тела… Они прощены? Те, кто из-за меня тогда умер? — Да, прощены, но ты не прощен! —  Голос властно сказал. —  Я должен ожить! Быть воплощен! И этим я тебя обязал! Вот тебе меч, вот тебе жертва, —  Из тени вышла девчонка. — Ее заколи — последнее зверство! И мне одолжи тело ребенка! — Но как это так? Не может же быть? — Убийца оперся на меч. Он слезы утер, — Как же мне жить? Как дочери жизнь мне пресечь? — Ты хотел искупленья? Теперь не реви! —  Голос сорвался на крик. — Просто возьми и здесь заколи! Кровью залей ее светлый лик! Мужчина, зажмурив глаза, нанес фатальный удар. Кровь потекла. — Как долго я ждал! Неужель я так уж и стар? Но теперь-то моя здесь взяла! Девочка встала, глаза ее светом зашлись,— Ты тоже прощен, Убийца и лжец, теперь — уберись! Ты — истощен! И понял убийца, не так искупают грехи, Он зло сотворил… Но ближе всего от правой божьей руки, Чистый ребенок… чью душу он отворил.