This's depravation, fck!

POV Тэхен

Зачем? Какого черта ты открылся этому сопляку? Странно не понимать самого себя, но я и правда не понимаю. Я все это делал с ним: изгалялся как мог, а теперь вот так просто беру и открываю ему причину всего? Уже устал от всех собственных приколов. Сначала утром, когда вместо злости появилось это гребаное желание просто увидеть мелкого. И я уверен, что это было связано с тем, что он так нагло подпортил мне сон. Я же глаз потом не смог сомкнуть! Чуть закрою — под веками картинки и на каждой он. Мало того, что из-за него я кончил… Чонгук же буквально везде. Везде!!! Во сне, в этих идиотских мыслях, в ощущениях. Моих! Моих, личных ощущениях! Он как таракан. Или вода, которая везде протечет! Нет. Вода это уже слишком. Я и без Чонгука на восемьдесят процентов состою из этой необходимой жидкости. Но теперь кажется — эти восемьдесят превратятся во все сто. Почему у него такие приятные поцелуи?.. Хочется спрятаться и поплакать, а я по-прежнему не понимаю — от чего мне все это так нравится. Совершенно! Но его это не смущает. Почему он так жесток со мной? Всегда был, хоть и не прилагал к этому ни грамма усилий, только своим существованием он был жесток, и заставлял меня из кожи лезть, чтобы не чувствовать себя таким слабым. И после всех своих душевных терзаний, я задаю себе единственный вопрос. Как тут не поддаться? У Чонгука выходит слегка неловко, но его губы и горячее дыхание действуют на меня, как дурман. У меня впервые такой поцелуй: нежный, осторожный и будто прощающий… Такой, словно Чонгук говорит мне, что забывает про все гадости от меня и хочет чтобы и я забыл. Если он и сам так думает, то я тоже хочу никогда о прошлом не вспоминать. Когда он отрывается, так и не углубив поцелуй, лишь осторожно лизнув мою нижнюю губу, прежде чем отстраниться, я лежу и не открываю глаз. Это касание его шершавого языка было самым обжигающим. Мне до одури хочется спросить, почувствовал ли он это. Но стыдно. Слышу тихий скрип кровати и резко открываю глаза. Чонгук стоит напротив меня и поднимает одежду с пола. — Я сказал, что придушу тебя, если ты снова сбежишь? — скорее утверждаю, чем спрашиваю. Чонгук коротко ухмыляется, а мне он в такие моменты кажется взрослее меня, точно и не я его старше на два года. — Сказал, — кивает он и натягивает поверх белья штаны. — Я, как видишь, не совсем сбегаю. У тебя есть салфетки? Опускаюсь взглядом ниже, замечая на его шее непонятный, но знакомый амулет, — почему я его раньше не увидел? — но на нем не останавливаюсь. Смотрю на его живот — он поблескивает от нашей спермы. Пинаю в угол желание ее слизнуть, потому что… Да хуй его знает — почему. — Мог бы и в душ сходить, — я встаю, поправляю белье и иду к шкафу, достаю салфетки и кидаю ему пачку. — Прости, я хожу в душ только с головой, а мочить ее перед тем, как выйти на улицу, не хочу. У меня соревнования скоро, поэтому нельзя болеть, — говорит мне это чудо-чудное, вытираясь. — Какой ты странный, все-таки. — Какой есть, — пожимает в ответ плечами Чонгук и бросает назад пачку. — И ты сейчас опять уйдешь? — А ты хотел что-то еще? Ну не придурок ли? Хотя чего это я… Не могу сам себе объяснить, почему задал последний вопрос. Я хочу, чтобы он остался? Но для чего? И зачем? Мой мозговой штурм достигает таких масштабов, каких не было ни на одном экзамене или контрольной. — Ты вряд ли сможешь вернуться за своими вещами в школу до окончания уроков, — делаю покерфейс и говорю будничным голосом. — Предлагаю чай, а потом уже пойти в школу. Он думает с минуту, а я усиленно стараюсь забыть, после чего именно мы оба делаем вид, что ничего не происходит. Неловко, видимо, нам обоим. — Окей, я пью зеленый. А не послать бы его прямо сейчас?! Мелкий… говнюк! Он мне еще условия ставит. — Ладно, — киваю я. — Можешь идти на кухню, я сейчас приду. Сука! Мягкотелый баран! Перестань вестись на это его непонятное хладнокровие или чего ты там себе надумал. Чонгук просто мальчишка, а ты, Ким Тэхен, не будь бабой!!! Он остается одеваться в моей комнате, а я иду в душ. Необходимо привести себя как внешне, так и внутренне в полный, ну или хотя бы относительный порядок.

POV автор

Кто бы из этих двоих что ни думал, но изменения в своем отношении друг к другу они замечали все лучше с каждой новой встречей. Тэхен после их «чаепития» дал им обоим что-то вроде паузы, передышки. Ему было необходимо хоть каким-нибудь образом утрясти для себя то, как он теперь общается и — главное! — воспринимает Чонгука. Младшему было нужно осознать что его сподвигло к поцелую. Два дня они ходили и делали вид «между нами все осталось как и прежде». Только кивки при встрече в коридоре и задерживающиеся внимательные взгляды в столовой оставляли тот след произошедшего. Главное событие подкралось совсем незаметно. Старшие классы должны были поехать на экскурсию в вуз, чтобы будущие студенты могли оценить то, что им может предложить высшее заведение. Но учителя решили предоставить возможность поехать с выпускниками еще и желающим ребятам из двух классов помладше. Таких добровольцев оказалось всего пятеро, но среди них был Чонгук. Для учителей это удивительным не было: Чон хоть и был замкнутым и якобы изгоем в глазах одноклассников, но сам себя таковым не считал, поэтому всегда был активным на школьных мероприятиях. В этот раз предложение было заманчивым тем, что Чонгук хотел бы дальше поступить именно в этот вуз на журналистику. Тэхен же увидеть парня не ожидал, но больше эмоций не выразил, хотя после ему все же пришлось признать, что, не знай он этого шаманишку-мелкотню, легко бы принял его за своего ровесника. Самое интересное началось уже после. Ребят отпустили по домам, похвалив внезапно тихих и внимательных старшеклассников. Учителя разошлись со школьниками, но именно в этот момент на глаза своим бывшим бедам попался Тэхен. Ким ненавидел этого парня всеми фибрами своей уже прогнившей души. Тот в свое время убил в Тэхене его самую большую любовь — рисование. В свои четырнадцать лет, все еще маленький и ранимый в душе, Тэ постоянно рисовал маленькие картиночки, на которых изображал красивую девочку, у которой был лучший друг — небольшая красная птичка. Тэхен так любил собственных персонажей, что рисовал их везде и всегда: начиная с пенала, заканчивая тетрадками и альбомом для рисования. Он не любил скрывать свои прелестные рисунки, считая, что их должны увидеть все. А этот парень — настоящий задира, за несколько месяцев смог выжечь из Кима всю его трепетную любовь к любым рисункам и превратить в подобного себе. Со Чжувон. Так звали кошмар Ким Тэхена. Эта встреча была слишком внезапной. Чжувона Тэхен давно не видел, так как парня после того года перевели в другую школу, но быстро узнал. Как и Со. Былые эмоции вспыхнули моментально и неприязнь вылилась в то, что впервые за долгое время это Тэхена хватали за грудки, а по его телу бежала крупными мурашками злость и детский страх одновременно. — Это же милый Тэша, — елозничает парень, оттаскивая Кима в сторону, подальше от глаз. — Как ты, девочка? — Пошел на хуй! — шипит Тэхен, пытаясь вырвать свою одежду из цепких пальцев. — На хуй у нас ходишь разве что ты, такой прелестный был в детстве… Что с тобой? — продолжает глумиться Чжувон, а ногой специально встает на ногу Тэхена, от чего тот морщится от боли. — Отвали! — повторяет Ким, хотя ему так хочется ударить этого мудака, что испортил его жизнь, да еще и жизнь Чонгука, который страдал по вине Тэхена. Теперь же Ким думает о том, что нужно избежать драки, чтобы не причинить вред Чону. — Да что ты? И куда же мне отвалить? — На хуй! — раздается четкий и рассерженный голос. — Тебе уже сказали. Или вали в пизду, раз так предпочтительнее. Тэхен поворачивается на голос моментально и впадает в ступор в тот же момент. Чонгук совсем не церемонится. Его совершенно не волнует, что парень, держащий Тэхена, выше и больше. Его сюда привела боль и ругань, не своя, а от того было только хуже. Чона взбесил этот неизвестный парень. Как он может поднимать руку и так разговаривать с Тэхеном?! Тот, кто имел такую власть над Чоном столько лет, минимум должен быть просто непобедимым (так считал Чон и все еще не отказывался от этой позиции, в гордости тут дело или же в чем другом, решайте сами), поэтому, если кто и мог доводить Тэ до состояния беспомощности, так только сам Чонгук. И младший был абсолютно уверен, что имеет беспрекословно законное право. — Ты еще кто? Вали отсюда, — выплюнул слова Со и убрал ногу с бывшего белым кеда Тэхена. — Отойди и мы с ним уйдем, — повторяет младший. Ким не понимает — какого твориться перед его глазами. Чувствует он себя просто сопливой девчонкой слащавых мелодрам, где главную героиню спасает герой, с которым у них сто процентов будет ужасно сопливый хэппи энд. Но присутствие Чонгука и его настойчивость, не скрытая злость заставляли Кима смотреть на это все разинув рот. — Пошел ты… Договорить правда Чжувону не дали. Чон чувствовал только адреналин и то, что он может. Оторваться хоть на ком-то за былые дни унижения! Подошел и ударил под дых. Как мужик, защищая другого мужика, но не важно. Ким правда выглядел, как принцесса, которую спасли из башни, но пнуть от этого коленом Чживона в живот не отказался. — Мудак! — сплюнул Ким и хотел уже было вновь ударить скрючившегося в морской узел парня, но Чон схватил его за руку и утащил в сторону выхода. Пока Ким продолжал кричать оскорбления как самый настоящий жесткий мужик! — Ненавижу! Говно прогнившее! — А разве так может быть? — прыснул Чонгук и вывел Тэхена из состояния «я — не я, если не вывалю в пустоту все поганые словечки, ибо я, мать вашу, крутой». — Э-э… Что? — Забей. Ты остановил свою лавину и отлично. На нас люди косятся. — Да поху… Нет, вы видели?! Чон тут же влепил Тэхену подзатыльник. Чонгук. Тэхену. Такого смачного шлепка Чонгук еще никогда не воспроизводил о чью-либо голову. Его голова, собственно, сама тоже ощущает весь спектр тупой боли от удара собственной руки, но так даже интереснее! Ким же просто выкатил свои зенки и уперся ничего не понимающим взглядом в явно попутавшего края младшего. И как-то плевать им было, что вредить другому было себе дороже. — Й-и-и! Ты че творишь?! — Воспитательные меры, — поджимая губы, лишь бы не заржать с выражения лица блондина, говорит Чон. Это начало начал, деточки. Ким Тэхен вам гарантирует. Мысленно ставит подпись под своей же гарантией и заверяет у нотариуса. — Ты допизделся, ведьма! — шипит, как ненормальный, Тэ и подрывается с места за больно уж смышленым младшим. «Таких придурков свет еще не видел!» — думает Чонгук. Он ржет и убегает от Кима, лавируя между бедных прохожих, которые таращатся на них, как на умалишенных. Тэхен спешит следом. Мелкий оказывается быстрым, но тем не менее вся ситуация кажется Тэ чертовски забавной, потому что его былая злость и возмущение испаряются. А за Чонгуком он бежит с невероятно легкой и такой счастливой квадратной улыбкой.