This's depravation, fck!

POV Тэхён

Я его просто ненавижу. Ненавижу до колик в животе и сухости во рту, только вот он вновь ломает эти ебучие рамки и оставляет меня ни с чем. Чертов мудак. А ведь он чувствует тоже, что и я, так какого хрена у него такие мысли и такие желания? Откуда берется эта немыслимая крутость и уверенность, в которой я тону за одну секунду, стоит посмотреть в эти черные глаза, а ведь он и круг спасательный лопает у меня на глазах. А я теряюсь, как школьница малолетка, пускающая слюни на айдолов старше лет на десять, а-то и на двадцать, ее точно, и даже сделать с этим ничего не могу. Что там? Чонгук хотел навести порчу, чтоб я страдал? Так у него это неплохо так получилось, блять! Очухиваюсь минут через десять, если верить моим ощущениям, и сразу же выпихиваю ведьму с кровати. В заднице саднит и это явно не те приятные ощущения, эти скорее меня блевать заставят, чем стонать, но я же не Чонгук, так что сбегать тихо поджав хвост я не намерен. Именно поэтому его тушка валится на пол с громким стуком и кряхтением следом. Улыбаюсь, но… Тянусь рукой за спину и достаю презерватив. Это даже для меня комментировать страшно, так что я просто ищу куда его можно деть и, завидев мусорку около письменного стола, туда и выкидываю. — Ты спятил? Больно! — наконец очухивается дурмовочка. Забавно пыхтит и встает на ноги, а мне, блять, дурно. Расскажите секрет, как не залипать на его теле и я вас поцелую. Ну правда! Я не могу понять почему не хочу отвести взгляд и даже наоборот хочу до него дотронуться. Но пока тот не поднял своей головы из-за кровати, я быстро натягиваю на себя штаны. — Вставай принцесса, мне тоже было больно. — Огрызаюсь на него с дичайщим удовольствием, так что радость на зубах скрипит. Он этого, видимо, не оценивает и кидает в меня — да вы только представьте, еб вашу мать! — тем самым силиконовым фалосом, который мы — спасибо большое! — не использовали, и попадает прямо по бедру. не смертельно, но больно и я грожу этой херней ему в ответ, а потом тоже кидаю, желая угодить ему в нос, но промахиваюсь. Этот заяц слишком противный! А я что-то давно не ел крольчатины. (Никогда на самом деле…) — Но тебе понравилось! Не ври мне, я знаю это не хуже твоего, — прилетает мне самодовольное, пока мелкий скалится удовлетворенно. И вот ведь пиздюк! Слишком уж он часто прав в последнее время, а я слишком часто попадаю в неловкое положение, в которое я очень не люблю попадать, от слов ни-ког-да и сов-сем! Но я уже понял, что Чонгука подобное не колышет вовсе. Иногда мне прям так и кажется, что этот говнюк сделан из какого-нибудь метала вместо души или мозгов, хотя в последнем явно есть нехилые шестеренки. — А у тебя пятно на штанах, придурок, — хмыкаю я и улыбаюсь довольно. Один — один, ведьма! — Так у меня и рука с животом в твоей сперме, — пожимает он плечами, а я агрессивно давлюсь слюной. Нет, вот когда он только сумел научиться так отвечать! Где? Когда? И не говорите мне, что этот говнюк и до этого все умел! Не говорите. — Так помой, — бурчу я и поправляю на себе футболку. Я даже более чем уверен, что уши у меня сейчас красные, но плевать. Мне надоело быть девственницей на первом свидании, потому что Чонгук явно зажрался, раз стал себя так вести. Затягиваю потуже ремень и пропускаю ведьму к выходу. Тот усиленно не смотрит на меня и вообще делает вид, что меня тут и вовсе нет. А меня бесит! Я, блять, Ким Тэхён или кто? Пока эта задница — отличная между прочим, но, сука, не суть! — уходит в ванную, я быстренько хватаю вибратор и лечу в комнату ненаглядной сестренки и запихиваю пластмассовую зверюшку в ее вальер. Кому расскажи — не поверят, хотя какое тут расскажи! За такое высмеют, да в придачу еще кучу шутеек и мемасов в соцсетях раскидают. О таком только молчать и только на анекдоты про нерадивого мужика с волосатыми ногами. Я топаю на кухню и щелкаю выключателем на чайнике. Воды там чуть больше половины, но я даже не знаю хочу чая или нет, скорее просто не смогу усидеть в тишине после всего произошедшего. Чайник докипает, когда на кухню входит это недоразумение. я же пытаюсь не растерять все слюни и так открыто не пялиться на него, но это почти невозможно. С мокрых волос капает вода и стекает прямо к кромке свободных спортивных штанов, оставляя на светло-карамельной коже поблескивающие дорожки, щеки красные от, видимо, горячей воды, а в глазах кажется, что и от самого чонгука исходит пар. Никогда не молился, а сейчас усиленно пытаюсь вспомнить хоть что-нибудь отдаленно похожее на молитву, потому что возбуждение медленно скатывается к низу живота. Я уже совершенно не задаюсь вопросом типа: «Когда меня стал возбуждать вид полуголых мальчиков младше меня? Когда для стояка перестали быть нужными буфера минимум третьего размера и красивые длинные волосы, желательно в комплекте с соблазнительными припухлыми губами?» Наверное потому что я отвечаю сам себе. А губы и у Чонгука соблазнительно припухлые и розовые. Так хочется их укусить. Мысленно стреляю себе в голову из дробовика и прокашливаюсь. — Я голодный, так что корми меня, — нахальства мне было никогда не занимать, а сейчас я был готов на все, лишь бы этот образ в голове перестал быть таким сексуальным. — Я тебе что в няньки наним… — Чонгук резко прикусывает губу и хмурится. Что это? Вина? Раскаяние? Я тут точно не мираж увидел? — Мама готовила рагу… — стой-стой-стой. Он серьезно? я уже начинаю неистово паниковать, потому что… хуясе быстрый! Гнев, на милость, блять, ваше долбанное величество?! — Оно очень вкусное. Так что, будешь? — Да! Это выходит куда громче запланированного и вообще куда громче, чем я, наверное, мог бы в такой ситуации будь я хоть чуточку нормальным. Но в пустой квартире мой голос разносится слишком быстро и кажется абсолютно оглушающим. И мне становится стыдно, так что приходится краснеть. Хотя я не хотел этого! Но Чонгука я вполне себе позабавил, хотя он и не сказал ни слова, но я чувствовал себя хуже, чем пойманный на воровстве соседский парень. Младший принялся накладывать еще не остывшее рагу, так что вскоре мы уже вместе хомячили вкусную стряпню госпожи Чон. За едой неловкость прошла, а я был просто благодарен Чонгуку, что тот не стал больше о чем-то заводить разговор. Просто каждый заходит вовсе не туда, куда следовало бы. Ведьма на этот обед превратилась в милого парня.

POV автор

А вот после того прекрасного дня, как любят выражаться особо не стесненные моралью и приличиями подростки, все пошло по пизде. Тэхён перестал уделять внимание младшему и решил, что все что было между ними (а точнее то, чего не было между ними, как он сам себя заверял) просто какое-то помешательство и непонятная чушь, что все это забавы ради и самое лучшее конечно же — игнорирование. Чонгук с этого ничего не получил, потому что был увлечен исключительно неделей олимпиад, а вот старший пытал счастье с бедной девушкой, которая уже была готова сдаться его напору, а не по любым другим причинам. Если Тэхён чего-то захотел, а особенно захотел сильно, а к этому еще и приплюсован Чонгук, то он будет идти до конца и по головам и по костям. Чорин к слову уже даже глаза закатывать стала, просто потому, что — Ким Тэхён! Пусть он и ходил, уделял ей внимание, делал комплименты и улыбался мило и нежно, а все равно, сидя за столом за обедом, он был точно не тут, а где-то в совершенно другом месте! Это просто не может не раздражать, нечего таскаться, раз думаешь не о том. Задумчивость Тэхёна выводила куда сильнее, чем его навязчивость. И в который раз Чонгука не хватило первого. Шла вторая неделя, как Тэхён пытался игнорировать существование Чонгука. С одной стороны это было легко, потому что младший был занят и не впадал в какие-то неприятности, а удар по коленке довольно быстро забылся во время урока химии, со старшим было сложнее — в нем кипели непонятные эмоции, и Чонгук это чувствовал, легко, но это порой отвлекало его, так что приходилось иногда просто трясти головой, строя из себя сумасшедшего, хотя тоже не помогало. А вот на второй недели Чонгука такой игнор стал бесить. Они что, незнакомцы? Что вообще за детский сад происходит, и Чон был слишком не согласен с подобными выводами и решениями блондина. Удариться коленкой? Неприятно, но вполне терпимо. Тэхён морщится, плюется ядовитыми словами, но не заостряет внимание на боли. Прищемить палец? Больно, но Ким орет почти на весь школьный коридор и это того стоит. Правда не долго. Это бесит. Бесит так сильно, что в следующую секунду Чонгук бьется сильно головой о стенку и слышит грязные ругательства, которые ласкают слух лучше стонов (хотя это он на эмоциях говорит). Эффект держится не долго. Тэхён успокаивается, хотя думает, где же эта ведьма успевает так косячить сегодня, но он еще не знает, что это не на долго. Чонгук слишком засранец и слишком хочет насолить Киму, который сейчас пытается строить глазки Чорин. Чонгук сломя голову бежит в уборную и закрывается в последней кабинке. Стоит ли вообще говорить, что фантазия школьника-девственника в совокупности с желанием отомстить и привлечь к своей великой персоне внимание может творить чудеса? Тэхён это почувствовал уже через пять минут, когда Чонгук уже вовсю надрачивал свой член, представляя в своей голове Тэхёна, стоящего на коленях прямо перед ним на грязном полу туалетной кабинки. Сейчас Чон отчаянно жалел, что Ким не может знать, что он такое представляет, потому что воображение играло невероятно яркие картинки, а удовольствие расползалось по телу, хоть младший и понимал, что от горячего рта блондина было бы куда лучше и куда приятнее. — Ох, бля-ять… — выдыхает судорожно парень и только прислоняется лбом к разделяющей стенке из пластика. Тэхён в несколько десятков метров от него заливается краской и отчаянно еще пытается прикрыть откровенный стояк, оттопыривая довольно свободные брюки ладонями в карманах. Необходимость сейчас иметь при себе пиджак была просто на грани с катастрофой — Чорин буквально в метре, что-то увлеченно рассказывала, жестикулируя руками и улыбаясь весело, что, собственно, не несло в себе никакого пошлого подтекста, а значит объяснить свой стояк Ким никак бы не смог. «Ебанный Чонгук! — ругается в мыслях Ким, а потом взгдагивает и ведет плечами, чтоб скрыть такой неловкий сейчас факт. Чонгук по всем ощущениям в данный момент прикасается к самой головке члена и больно закусывает губу, явно чтобы не застонать, потому что Тэ отчетливо чувствует пульсирующую боль в нижней губе с правой стороны. — Найду и, сука, выебу! Без смазки выебу ведьму!» «Ладно… может быть и со смазкой, но выебу!» — решает поправить себя же Тэхён буквально через секунду, понимая, что сам почувствует всю боль от подобного наказания. Ситуация все больше выходит из-под контроля, потому что Чонгук тяжело дышит уже себе в руку, все больше и больше рисуя перед глазами Тэхёна. С припухшими малиновыми губами блестящими от слюны и смазки, с растрепанными волосами, которые даже от краски не стали особо жесткими, с возбужденным взглядом и слегка раскрасневшимися щеками. Чонгук представляет, как он держит Тэхёна за волосы и вбивается ему в рот, пока старший смотрит снизу вверх с вызовом, а в какой-то момент прикрывает глаза и стонет, от чего по телу Гука проходится довольно крупная дрожь. Младший видит с своей фантазии Тэхёна на коленях, с растегнутыми штанами и открытым членом, что тоже истекает смазкой. И потом блондин накрывает свой стояк рукой, заставляя младшего задушенно простонать от двойного потока ощущений, откинуть голову и в следующую минуту кончить. Забрызгивая лицо старшего белесым семенем. Да так, чтобы после горячий язык старшего собрал сперму с губ и проглотил с характерным причмокиванием… — С-сука!!! — Тэхеён-оппа! — девушка приседает рядом с скорчившимся блондином. Тэхён держится за живот, жмурясь и чуть подрагивая плечами. Хочется лечь на кровать и с наслаждением подрагивать от оргазма, а вовсе не сидеть в школьном коридоре и прикидываться больным перед девушкой, которая вообще-то нравилась, черт бы его — Чонгука — побрал! Ким усиленно старается не выдавать себя и только приподнимает голову через минуту отчаянных расспросов девушки о том, что с ним произошло, чтобы попросить притащить его вещи из класса. — Минуту, оппа! А… точно не помочь отойти к медсестре?.. — Только… блять! — под нос ругается Ким, вздрагивая от очередного движения чужой руки, но Чорин натянуто улыбается. — Только пиджак и сумку, быстрее, пожалуйста. Был ли Тэхён зол ожидая свои вещи? Да. Так что при желании он мог бы убивать одним взглядом и аурой, что распространялась в метре от него. Хотел ли Тэхён видеть в этот момент Чонгука? Да! Чтобы сначала двинуть ему в морду, после пожалеть об этом, а затем затащить в ближайшую подсобку и трахнуть. Последнее желание было сильнее. Хотя бы потому, что оргазм был, а вот насладиться и распробовать ощущения не дали. Он принимает в руки пиджак и бросает сумку на пол, быстро повязывая верхнюю часть формы себе на бедра так, чтобы прикрывало пах и появившееся мокрое пятно. Чорин пялится на него во все глаза, ожидает каких-то объяснений, несколько школьников-зевак тоже смотрят за происходящим, но Тэхён рядом с девушкой — не главное представление, которое все всегда жаждят увидеть. Но… — Урою нахуй, Чонгук!!! — стоит младшему попытаться проскользнуть по коридору к выходу из школы, а это был единственный путь, если Чон не хотел нарваться на учителей на нижнем переходе, как Ким замечает такую наглую морду, почти проскользнувшую прочь. Ор стоит на весь коридор, а школьники оборачиваются и начинают интересоваться новыми догонялками двух парней. Обеденное время в этой школе бывает самым красочным за весь день. Младший же радуясь своему успеху, но переживая за собственный зад бежит так быстро, как ни один кросс не бегал, Тэхён явно не оценил его стараний, а если и оценил, то, видимо, довольно скромно. Они оба выбегают на улицу, а там и за территорию школы. Никто не собирался сдаваться, пока не сдался встречный парень, в которого почти влетел младший, но вместо лба повстречался коленками с асфальтом. Триумф Тэхёна был серьезно омрачнен дикой ноющей болью в собственных суставах, но парень только приблизился к Чонгуку и навис сверху. — Добегалась, ведьма, — тяжело и часто выдыхая, говорит Ким и скалится. Чонгука хоть и жалко немного внутри, на душе кошки скребутся, но натуре перечить не будешь. Жертва в этот раз — Чонгук, так и пятиться тоже ему. — Выбирай: член или ближайшая связка жесткого сельдерея. Девственной сегодня твоя дырка быть перестанет.