Someone like you

Ким Тэхен не любил хлопья раньше. Об этом ему сообщает мать, когда парень, сонный и растерянный, с удовольствием принялся за легкий завтрак. Он застывает с полуоткрытым ртом, не пережёвывая, не глотая. Ещё он думает, что утренняя передача, которую постоянно смотрит отец, нелепа. Оба родителя заостряют внимание на том, что ещё мальчишкой их сын смеялся вместе с ними над шутками телеведущего. Тэхен не понимает. Не понимает самого себя. Он завязывает шнурки на кедах, и который раз задумывается о том, насколько неизменно превратился в другого человека. Это пугает его. И приносит некую грусть. Облегчение. Теперешний Тэхен ни за что не станет огорчать мать, избивать одноклассника. Пути назад нет. Он родился заново. Встречается взглядом в проеме входной двери кабинета. Тэхен не трусит. Лишь определённо огорчает то, что такими темпами брюнет доводит его до бешенства. Ненависти. Презрения. И Тэхен снова захочет творить жестокость. Чонгук не смотрит на него больше. Он равнодушен. В принципе, как и всегда. Дорогая и стильная одежда приковывает внимание шатена. Он не одет бедно и скудно, нет, но до семьи Чон ему далеко. Пак Чимин не отсаживается, не отворачивается, не ведёт себя так, будто они не должны разговаривать. Тэхену ещё сложно заслужить доверие, но рыжий идёт на контакт, улыбается, стоит ему пустить в ход шутку или скорчить рожицы. Пытается не засмеяться, казаться незаинтересованным, но прикрывает ладонями лицо, утопая в смехе. Тэхен купил ему обед. Как и обещал. А ещё ему кажется, что Чонгук намеревается уничтожить его школьную жизнь вновь, потому что иногда Тэхен ловит глаза в глаза режущий холод. Брюнет не проявляет никаких эмоций, когда его несколько раз застают. Тэхен уже не чувствует той неловкости, что появлялась в первые дни, поэтому сидит боком, выглядывая из-за спины Чимина, чем явно вводит в заблуждение. - Вы выглядите так, словно пытаетесь убить друг друга взглядом... - Знаешь, Чимин... Возможно, это когда-нибудь и случится. Пока что, я пытаюсь найти более гуманный выход. Чимин зажимает губы. Вся эта ситуация неприятна, в особенности теперь. Тэхен издевался над ним, да. Но рыжий никогда не видел столь агрессивного желания опустить человека внутри обидчика. Нельзя точно сформулировать почему Тэхен делал это, но Чонгук отличается. Гораздо. И видел Пак что-то конкретное... - Я слышал однажды, как кто-то говорил, будто бы вы дружили раньше... - Что? - Тэхен хмурится, меняя положение сидя. - Я и... - Никто толком не знает об этом. Я не обратил внимание.  До аварии вы тоже устраивали беспорядки, но не так часто. Я посчитал, это была обычная дружеская ссора... Бывает же, друзья расходятся... Чимин поглощён своими догадками. Это уже не кажется легкой забавой. Тэхен не хочет верить. С каждым произнесенным словом он чувствует тянущее внутри. Чимин не останавливается. Шатен готов оторвать себе уши. - Может, что-то случилось тогда? Ну, ты понимаешь... Тэхену кажется, будто бы его снова приложили мячом, ибо мир находится в том же вакууме, звуки и образы растворяются. Чимин оставляет его одного. Тэхен остаётся сидеть, со стороны изображающий парня, уставившегося в стол, поэтому не сразу осознаёт, не сразу ощущает липкие капли, стекающие по плечам. Он, все ещё витающий в своих раздумьях, оборачивается. Отлично. Он здесь. Акулья улыбка. Победное выражение лица, как у ребёнка. Тэхен облит странной подливой из под блюда. Своими пальцами незнакомец крутит пустую тарелку. - Тебя Чонгук послал? - спокойно, на выдохе. Не сводя цепкого взгляда. Тэхен не хочет во второй раз ввязываться в драку. - Меня? Все, конечно, наслышаны о действиях Чонгука, но... Нет. Я не от него. Я от себя. Вижу, мое искусство ещё не зажило. Возвращается маленькая, колкая боль в уголке рта. Возвращаются и воспоминания физкультурного урока. Духоты. Мучения. Ярости. - И, что тебе нужно? - Мне ничего не нужно, Ким Тэхен. Я просто развлекаюсь. Тэхен встаёт с места, приближается к лицу настолько, насколько это возможно. Напротив - в замешательстве. Тэхен смотрит в эти глаза и смотрит, но не видит в них ничего. Обступает. Уходит. Ему глубоко плевать. Уже. Ему осточертело окружающее общество. Унижения, оскорбления, избиения, безразличие на каждом шагу. Лишь спасает мысль о матери. Родителях. Он не сразу понимает, что кто-то сильной хваткой берет его за локоть, буквально толкает со всей силой в стену. Тэхен чуть ли не теряет равновесие, пошатывается от неожиданности. Коридор наполнен только ими двоими. Им. И Чонгуком. Тэхен вжимается назад рефлекторно, но в глазах его плещется принятие и борьба. Тело рядом стоит ровно, не двигаясь. Достаточно близко. Рукой подать. И снова эти глаза, не дающие Тэхену изображать брюнета в своём видении тираном. И он молчит. Не пытается объясниться, может, ударить, совершить какую-нибудь любимую унизительную вещь. Он просто молчит. Тэхен теряет терпение. - Так и будешь... - Замолчи. Хорошо. Тэхен уже абсолютно не понимает этого человека. Находится здесь, окружая, словно смерть с косой, буравит. Не даёт даже сказать и слова. Тэхен готов раскрасить это идеальное лицо парой ударов. - Слушай, я понятия не имею, чего ты добиваешься. Но мы ведь... были друзьями, так? - Что? - хриплое. Вау, Чонгук выглядит действительно шокированным. Хоть какие-то проявления эмоций. Исследует лицо, невидяще, пытаясь обнаружить что-то. - Ты... вспомнил? - Нет... Навряд ли это уже случится. Мне сказали. Так это правда. Тошнота. Неприятие. Тэхен пытается пробраться, но его грубо отпихивают на место. Шатен готов закричать прямо здесь, устроить истерику, скандал, чтобы видели, чтобы слышали. Гнев разрывает его. - И что, даже теперь, не скажешь, чем я согрешил перед тобой? Тэхен хмурится. Возможно, сейчас он не в лучшем образе. Уничтожать и рушить. Ему срочно нужно выплеснуть столько энергии, скопившейся внутри лишь от одного разговора. Чонгук выводит его из себя. - И правда...  Ты бы не вёл себя так, - усмешка, впервые так близко замеченная. - Жаждешь узнать, что произошло между нами? А если я скажу, что мы просто перестали общаться? Не было никаких причин. Я ненавижу тебя. И это факт. Это останется навсегда. Тэхен сжимается с каждым движением красивых губ, застывает. Питать столь противное чувство из пустоты. - Ты... издеваешься? - чуть согнувшись, смотря в пол, на ботинки. Его тело стало таким крохотным, уменьшилось буквально до атомных размеров. - Ты ненавидишь меня ни за что? - Да. Как ты ненавидел того паренька... Рыжего. Думаешь, он действительно простил тебя? Поверь мне, скоро он занесёт нож в тебе спину. Тэхен не хочет больше слушать этот бред собачий. Смотрит в упор, стойко выдерживая словесные удары. Чонгук заканчивает свою пламенную речь, явно удовлетворённый на все сто. Что может быть хуже, чем разрушать человека изнутри? О, это чувство знакомо Чонгуку. Навеки вечные. - И тебе не надоест? Каждый день, каждую неделю, каждый месяц причинять вред кому-то? Ты и правда, настолько пал? Брюнету будто бы влепили пощечину. Казалось бы, обычная провокационная фраза. Но... такая знакомая. Тэхен читает изменения в лице. Он что-то задел. Сокровенное. - Блять. Когда ты стал таким правильным? - Может, когда вернулся из мира мертвых? Ты знал меня другим человеком. Резкие прикосновения к подбородку, захват пальцами. Тэхен застывает, не предпринимая попыток убрать проклятые руки. Из-за чего? Эффект неожиданности или наплевательское отношение на следующее действие. Но Чонгук не смотрит в его глаза, он занят разглядыванием... раны в уголке губ. Слишком изучающе. Тэхен сдирает. Чонгук будто бы раздражён, что его прервали. Глубокий вдох. Тэхен ощущает дыхание Чона с такого расстояния слишком явно. Пора прекращать невыносимую дискуссию, которая так или иначе приведёт лишь к рукоприкладству. Отходит в сторону, которую уже якобы оставили доступной для выхода. Тэхен замечает пару занимательных глаз. Тот высокий парень. Намджун. О чем он постоянно думает, когда наблюдает? Чонгук позволяет ему уйти. Детство. Самое драгоценное и самое мучительное время в памяти брюнета. Он бы хотел подобно Тэхену потерять память, правда, но не смог бы. Не отпустил. Как несправедливо. Ха. Единственная крупица счастья побеждает в океане темной пучины. Из-за неё одной Чонгук теряет обладание и себя самого, которого строил старательно все эти годы. Почему? Почему его должно волновать, пострадал ли Тэхен? Он хочет самолично причинять ему увечья, сжимать и протыкать чертово сердце, которое думал Чонгук уже давно мертво. Это был не Тэхен, которого он знал последнее время. Это был Тэхен из прошлого. Так и есть. Он возвращает то самое забытое, куда бы ни за что не вернулся Чонгук. Нарочито равнодушно оглядывает все труды Соен. Она мнётся у длинного стола, улыбается смущенно, для кого-то искренне, но для него мерзко. Два самых ненавистных ему человека окружают его и днём и ночью. - Ты уже обедал? Я много всего приготовила. Может, попробуешь? - Чтобы отравиться? - Что? - охает. - Нет, конечно... Я бы никогда, Чонгук. Ты же знаешь... - Не предлагай больше эту дрянь, ясно? Сколько раз я говорил, чтобы ты не трогала меня? Тебе мало отца, дома, денег, компании? - сквозь зубы, и ещё немного, он сделает шаг, тогда не сможет остановиться. Не сможет сдержать в себе давно обиженного мальчишку. - Что тебе нужно?! - Н-ничего... Она напугана. Определенно. Но кого это волнует? Закрывается ладонями, возможно сейчас зарыдает для пущего эффекта. Чонгук готов рвать на себе волосы, лишь бы не слышать и не видеть. - Ничего, Чонгук... Я всегда лишь хотела, чтобы ты не чувствовал себя одиноко... Я знаю, что я для тебя никто, но разве так сложно подпустить к себе человека хоть немного? Я не требую твоей любви, уважения, я лишь хочу, чтобы ты был счастлив... - Закончила? Соен замирает. Чонгук не чувствует никакой жалости или сострадания. Что-то уже сломалось в нем, что должно было растаять от столь трогательной сцены. И он покидает комнату, оставляя за собой хаос и шрамы в душе одной женщины. Он помнит тот дождливый мрачный день до сих пор. Все произошло как в тумане. Он лишь по обыденности зависал в любимом клубе, вышел на свежий воздух, а его одноклассник, который по чистой случайности оказался рядом, пролепетал что-то в подвыпившем состоянии. Чонгук сначала не мог разобрать ни слова, ему хотелось потрясти паренька хорошенько, но не тогда, когда он собственно по слогам словил «Т-э-х-ё-н». Он мог ослышаться. Но нет. И он не ослышался, когда узнал, что случилось на дороге поздно ночью. Его нет. Возможно, пока Чонгук стоит здесь, в грязном переулке, Тэхен уже не дышит. Его больше не будет в школе, в жизни. Чонгук никогда его не увидит. Кажется, он не смог устоять на месте, чуть пошатнулся. Выкидывает сигарету, которую вот только достал непостижимо спокойно. Спешно поворачивает, набирая скорость, пока ветер не разрезает грудную клетку, дышать становится не то, что тяжко, даже невыносимо. Но он бежит. Не знает куда. И зачем. Он хочет спрятаться от всего этого дерьма, что вылилось слишком неожиданно. И вот, сейчас, он, наверное, свалится без сил, налетает на бедного прохожего, сбивает велосипед, спотыкается, сбавляет скорость и волнения своего сердца. Осознание ударяет во второй раз. Глубокая утрата дорогого человека из прошлого мельчит перед глазами. Скорее всего, он не сможет пережить это вновь. Никогда ранее он не задумывался над тем, что значит мир без Тэхена. Даже ненавистного Тэхена, которого он готов был уничтожить собственными руками. Потом приходит агрессия. На себя, на общество, на окружающий мир в целом. Тэхен лежит в критическом состоянии. Чонгук шастает по улицам изо дня в день. Он не знает, чего он хочет и чего добивается. Возможно, он просто представлял себе, как приходит в класс, а за партой слева сидит шатен. До чертиков знакомый, живой. Никто и не поймёт со стороны, что на самом деле творится в душе Чона, кроме Юнги, которого он оттолкнул. Единственного, кто действительно слушал его, даже если иногда не понимал. И стадия утихающей агонии. Чонгук возвращает себе привычный покой, он больше не будет сходить с ума. Страшное остаётся позади, будто бы и не случалось. Он правда, наверное, решается похоронить все эти воспоминания, которые каким-то образом ещё были живы. - Расскажи мне о нем. - Ты, блять, серьёзно? Мин пожимает плечами. Каждую ночь они встречаются на их излюбленном месте. Разговаривают. Обо всем на свете. Прощаются. Приходят заново. Не сказать бы, что они - лучшие друзья, но и не сказать, что просто. Юнги никогда не воспринимал брюнета как младшего, возможно, он - самый лучший собеседник в его кругу. Юнги думает, что тот всего навсего запутался. Юнги хочет, чтобы эти ночи никогда не заканчивались. - Что я должен сказать? Сегодня у нас был самый длинный разговор за все время. Юнги, я не понимаю, что происходит. И это меня бесит. - Именно. Я вижу, что ты что-то скрываешь. - Возможно, он когда-нибудь вспомнит... Как он посмотрит на меня? Станет ли он прежним? - А если не вспомнит? Чонгук, ты правда, до окончания школы, будешь терзать его? Тебе это доставляет удовольствие? Черт, просто задумайся. - Ты не представляешь, каково это... Тэхен пинает попадающиеся камни под ногами, пока он и Чимин бредут в молчании по дороге во дворе школы. Его друг замедляет шаги. Тэхен видит силуэт впереди, так сильно напоминающий... Хосок. Невозможно угадать, что на уме у этого парня, но его походка либо всегда такая, либо он готов сейчас прикончить их обоих. Тэхен инстинктивно выступает, чуть закрывая Пака. Тот смотрит непонимающе. Невозможно. Тэхен защищает от бывшего друга, с которым и превращал жизнь рыжего в ад. Хосок поправляет свой любимый черно-белый платок, завязанный на шее. Жест, изображающий что-то грядущее. - Никогда бы не подумал, что ты будешь по ту сторону, - голос звонкий, так не подходящий его личности. - По какую сторону? Мне кажется, я был инициатором издевательства над Чимином в прошлом. Почему ты не оставишь его в покое? - Это привычка. Тэхен скрипит зубами. - Решил его пожалеть? Сзади стоящий дергается. Тэхен не отдаёт себе отчета в том, что делает, когда оборачивается и хватает друга за плечо, подталкивая. Его шёпот становится неким сигналом, они срываются с места вместе, запечатлевая момент абсолютного непонимания на лице третьего. Хосок реально шокирован, потому что в его планы не входило устраивать драки под окнами кабинетов, да и потому, что тот Тэхен, которого он знал, наплевал бы на все. Ему было плевать на своё тело, душу. Он всегда выглядел безучастным, и, конечно же, не бежал как задиристый подросток от неприятелей. «Твою мать». Тэхен и Чимин почему-то улыбаются как дураки, не останавливаясь. Они дают друг другу пять, когда восстанавливают дыхание, смеются с глупой затеи просто свалить. - Я бегал от вас, теперь бегаем я и ты. - Да, не сказать бы, что я преуспеваю в том, чтобы надрать кому-то задницу. И как я умудрялся только? - О, ты не такой слабак, каким кажешься на первый взгляд. «Я ведь знаю». Неловкость. Тэхен сохраняет совместные времяпровождения с Чимином как нечто драгоценное. И ему бы хотелось, чтобы и его определяли как близкого друга. - Чонгук оставил тебя в покое? - Что? О чем ты? - Я не знаю, просто уже пару дней он совершенно не обращает на тебя внимание. - Он что-то готовит. Наверное, феерическое унижение. Тэхен находит его забитым в углу. То есть, он искал место для уединения, чтобы отдохнуть от всей школьной суеты, но кто-то уже сидел там, выкуривая сигарету кровавыми пальцами. Тэхен просто смотрит, как стекает капля за каплей по рукам, загипнотизированный. Профиль брюнета сейчас вызывал мурашки по коже. Казалось, его не волновало, что с ним происходит, он не чувствовал боли и вытягивал яд. Все также холоден и беспринципен. Тэхен должен был уйти для собственной безопасности, так почему же он все ещё прикован к асфальту? - Ты ранен. - И? Тебя это волнует? Вот он сидит, облокотившись о стену, согнув ноги. Откинутой головой назад он следил за каждым движением и выдохом, говоря сухо и надтреснуто, а в глазах всемирная печаль. Тэхен думает, что он - избалованный богатый ребёнок, обделённый настоящей любовью. Это не затемняет всех плохих поступков Чонгука, но все же. Может быть, Тэхен слишком мягок. - Тебе нужна помощь. - Ты сам себя слышишь? Ты должен быть рад, что мне больно. Ты не чувствуешь этого? Значит, ты ненормальный. Возможно, каждый раз как они встретятся, это ничем хорошим не закончится. - Так или иначе, ты должен обработать рану. - Без тебя знаю, идиот. А теперь проваливай, пока я не сотворил с тобой то же самое. Тэхен сжимает губы. Да, он и правда выставил себя «идиотом». С большой буквы. А сейчас станет ещё большим. - Я не верю тебе. Все, что ты мне говорил. Ни единому слову я не верю. Чонгук странно молчит. Казалось, он собирает шестеренки в своих мыслях. Или просто не хочет отвечать. - Знаешь, что было бы лучшим для нас двоих? Позабыть друг друга. И никогда не вспоминать. Несправедливо, что я единственный, кто все... Блять. Я же сказал тебе валить на все четыре стороны. Когда тебе ещё выпадет такой шанс?! Тэхен отмирает от высокого тона рычащего брюнета. Не заговаривать. Не смотреть. Оставить все как есть и действительно исчезнуть. Чонгук выглядит как подбитый волк, потерявший все на свете. Тэхен ведёт себя как чертов добродетельный человек. Запускает пальцы рук в свои волосы, что с мягкой медленной волной спадают ему на глаза. И тянется молчание. Резко поднимается. Не пойми зачем, но приближается так же ловко и быстро. Кровавой рукой, в которой ранее покоилась сигарета, проводит по лбу Кима, разрисовывая бордовые страшные полосы. Убирает то, что не позволяет увидеть большие глаза достаточно чётко. Тэхен смотрит. Просто смотрит. Это самое близкое расстояние, которое только могло быть. Кажется, они могут наступить друг другу на носочки обуви. Тэхен не может понять, что творит Чонгук и что происходит на его лице, потому что оно нечитаемым и остаётся. Отводит кисть, будто этого мгновения и не было. Будто бы два человека, что не выносят друг друга, не застывали как мраморы. - Зачем ты сделал это? Могу я добиться хоть одного вразумительного ответа? «Потому что ты никогда ничего не объясняешь, но продолжаешь вести себя странно». - Ответа нет. Я делаю, что хочу. - Отлично. Теперь ты захочешь врезать мне? - Не сегодня. Тэхен остаётся один.