Просто дурной сон

— Марлз, хватит спать! — отдавался от стен девичьей спальни звонкий голос Алисы Вуд, — У нас трансфигурация вот-вот начнется, МакГонагалл превратит тебя в жабу, если опоздаешь! — Сеас… — невнятно пробурчала Марлин, укрывая одеялом лицо. С какой стати Вуд вообще отдернула этот чертов полог? Солнце бесцеремонно ворвалось в сладкий сон Марлин, пробуждая ее своими яркими лучами. Чертов Блэк, всю ночь МакКиннон не могла уснуть из-за кошмара. А такой ли это был кошмар? Да, это было ужасно. Или… Марлин нехотя поднялась с кровати, не открывая глаз кое-как натянула на себя гриффиндорскую форму и мелкими шажками спустилась в гостиную. Вокруг кипела жизнь, резвые первокурсники сновали туда и сюда, в поисках своих неосторожно оставленных в общей комнате вещей, девочки с пятого курса вновь с упоением обсуждали чьи-то отношения; в уютном уголке, под гобеленом с золотым львом, устроилась гриффиндорская команда по квиддичу, разрабатывающая план предстоящей игры с Пуффендуем. Но затуманенный остекленевший взгляд Марлин приковала развалившаяся на центральном диване мародерская шайка. Неспешно, еле передвигая ноги, МакКиннон, подошла к парням и, тихо поздоровавшись со всеми, подошла к Сириусу. — Доброе утро, Бродяга, — без малейших эмоций произнесла Марлин, нежно взяла Блэка за небритые щеки и легонько коснулась его губ своими. Резким движением Сириус скинул ладони девушки со своего лица, оттолкнул ее, вскочил на ноги и взревел: — МакКиннон, ты обезумела? Какого гиппогрифа?! Этот удивленный вопль в одно мгновение отрезвил Марлин. Она осознала, что не спит, что они с Сириусом Блэком не имеют никаких отношений кроме взаимной неприязни, и что она прямо сейчас стоит красная, как рак, перед человеком, которого поцеловала на глазах всего факультета. Марлин на секунду прикрыла глаза, искренне надеясь, что это сон, но подняв веки, она вновь увидела разъяренный взгляд Бродяги. — Ну? — строго спросил он, не выдерживая молчания. Марлин часто задышала, ощущая, как пылают щеки и пот почти стекает с ладоней ручьями. Девушка перевела беспомощный взгляд на сидевшего в кресле Ремуса, но он пребывал в ничуть не меньшем шоке. Ясно, рассчитывать на помощь Луни не приходится. Пора отступать. МакКиннон в несколько шагов пересекла гостиную и скрылась от своего несмываемого позора за портретом Полной Дамы. *** Всю трансфигурацию Марлин просидела в каморке для швабр или, как она сама звала это место, в «каморке для подружек Сириуса Блэка». МакКиннон устремила потупленный взгляд в окно, рассматривая бескрайние занесенные снегом холмы, окружающие Хогвартс. Зимой от самого Хогвартса, от Запретного леса, от всего, что окружало Марли, веяло особой магией, которой нельзя достичь даже с помощью Бузинной палочки. Когда Марлин было плохо, она просто бросала все дела и шла гулять, любуясь красотой окружающего мира. Но сейчас, когда теплая одежда осталась в спальне, а вернуться туда не представлялось возможным, МакКиннон приходилось отсиживаться здесь, в этой пыльной узкой комнатушке, словно крысе или пауку. — Апчхи! — громко чихнула Марлин. Дурацкая аллергия Девушка медленно перевела взгляд на наручные часы. До конца занятия две минуты, пора выползать из своего убежища. В конце-концов, прятаться от Блэка вечно не получится. Марлин осторожно прикрыла за собой дверь как раз под оглушительный рев звонка. Дети бурным потоком устремились в коридоры, заставляя Марлз протискиваться между ними по пути в свою спальню. Все-таки нужно взять книги и, как ни в чем не бывало, пойти на Заклинания к Флитвику. Она должна. Главной задачей для МакКиннон стало не напороться по пути на… БЛЭКА. Сириус стоял у стены за поворотом и бурно обсуждал что-то со своей девушкой Камелией, четверокурсницей из Когтеврана. Одна половина Марлин кричала, что нужно бежать оттуда со всех ног, пока Блэк ее не заметил, а другая половина говорила, что нужно подойти поближе и подслушать. Конечно же, победила вторая. МакКиннон осторожно, стараясь не привлекать лишнего внимания, слилась с толпой студентов и устремилась прямо к скандалящей парочке. Незаметно Марлин проскочила за широкий гобелен в полутора метрах от Сириуса и Камелии, и принялась слушать. — А я тебе еще раз повторяю, ничего у нас ней не было, понятно?! — раздавался рычащий хриплый голос Блэка. Чтобы услышать его крики, не нужно было даже напрягаться, — Не знаю, что эта чокнутая вбила себе в голову, но я не давал ей повода думать о чем-то таком. — Ну конечно, так я тебе и поверила! — не унималась когтевранка, — Да я видела, как ты на нее всегда смотрел, не отпирайся. В общем, с меня довольно, Блэк, между нами все кончено. Камелия развернулась и, гордо подняв нос, поспешила удалиться. — Мерлин! — воскликнул Сириус и пнул стену, оставив царапину на своих лакированных туфлях. Парень прислонился затылком к стене и глубоко вздохнул. Он выглядел злым, чертовски злым. И от этого привлекал Марлин все сильнее. Стоп, что? Это же просто Блэк. Противный, мерзкий Бродяга. Марлин смотрела на его тяжело вздымающуюся грудь, на растрепанные от гнева черные волосы, и не могла оторваться. Сириус открыл глаза, оттолкнулся от стены и пошел в сторону Большого зала. — АПЧХИ! — раздалось из-за гобелена. Чертова аллергия на пыль! Мерлин, почему домовики так плохо убираются в замке?! Сириус в одно мгновение остановился, повернулся, и направился прямо к убежищу Марли. Ну почему среди всей этой суеты и шума Блэк различил именно этот звук? Что за собачье чутье? Бродяга крепко ухватился за кусок ткани и отдернул его. — МакКиннон, какая встреча! Марлин хотела убежать, но Сириус успел обхватить ее спереди вокруг талии, грубо придавить к стене и самому скрыться за гобеленом. — А теперь, дорогая, я жду объяснений. Какого Мерлина ты творишь? — Я… МакКиннон растерялась. Блэк застал ее врасплох. Прижал к стене своей огромной тушей в этом закутке и ждет каких-то объяснений. А ей нечего было сказать. Не рассказывать же, что Блэк ей снился, и она просто перепутала сон с реальностью. Нет, нельзя доставлять такого удовольствия этому болвану, нужно хранить молчание. — Ты все равно от меня ничего не добьешься, Блэк, — с самоуверенной ухмылкой произнесла Марлин, — Можешь считать, что мне просто захотелось кого-то поцеловать, и счастливчиком оказался ты. Сириус наклонился к уху МакКиннон, обдавая ее амбре из крепкого курева и выпитого с утра огневиски. От Блэка веяло духом дикого животного, и это вгоняло Марлин в необъяснимый восторг и невыносимо тянуло ее к губам Сириуса, но она, к счастью, смогла сдержать свои порывы. — Послушай, МакКиннон, — вкрадчиво говорил на ухо девушке Блэк, — Нимфоманки это, конечно, мой формат, но ты чокнутая, тебя давно пора сдавать в Мунго. Ты обломала мой лучший секс за этот год, а такое не прощается. Короче говоря, держись от меня как можно дальше, я не хочу иметь с тобой ничего общего и в твои игрушки играть не собираюсь. Сириус слегка оттолкнул Марлин в сторону стены и скрылся за плотной синей тканью гобелена.