Жена Темного Лорда

На следующее утро после произошедшего, ещё до завтрака Кэтрин получила записку, которую принесла школьная сова. Развернув его, она сразу узнала почерк директора и прочитала следующее: "В связи со скоро предстоящими выпускными экзаменами, которые у Вас, несомненно, в приоритете, дополнительные занятия по зельеварению отменены на неопределённый срок. Так же в связи с получением всех знаний и навыков по окклюменции, которые я мог Вам предложить, данные занятия тоже отменены. С уважением, профессор Снейп." Первой реакцией Кэтрин была ярость. Ей захотелось немедленно отправиться в кабинет директора и высказать "профессору Снейпу" всё, что она думает о нём и об этой записке. Она несколько раз перечитала короткое послание, затем с помощью волшебной палочки подожгла несчастную бумажку и бросила на пол. После чего она бросилась навзничь на свою кровать и горько заплакала. Она всё испортила. Этой запиской Северус буквально отказался поддерживать с ней дальнейшее общение и выразил своё нежелание видеть её лишний раз в своём кабинете. Занятия по окклюменции уже давно из ценных уроков превратились в простую тренировку, повод провести вместе время, обсудить новости, поразмыслить над загадкой крестражей. Но это не являлось поводом для Северуса отменить их. А вчерашний случай стал. Она переступила черту, через которую не следовало переходить. В конце концов, на что она рассчитывала? Она вспомнила, как они провели ночь вместе, как хорошо было лежать в кольце его сильных рук, чувствовать биение его сердца под ухом, его тело за тканью рубашки, когда она обнимала его. Взгляд, которым он одарил её, когда она попросила его лечь рядом, чёрные глаза, вспыхнувшие за мгновение до поцелуя удивлением и желанием. Глаза не лгали. И каким жарким был сам поцелуй, с какой жаждой он ответил на её почти невинное касание губ, с какой страстью и силой он примкнул к ней на те бесконечно сладкие секунды. Нет, Кэтрин ни на миг не поверила бы, что он не желал того же, что и она. Но тем не менее, вчерашним поступком она потеряла возможность видеть его так часто, как это было возможно в нынешних обстоятельствах. Она и сама понимала, что поступила опрометчиво, поддавшись своим чувствам и эмоциям, но не могла ничего поделать с душившей её обидой. На завтрак она не пошла из чувства какой то детской мести. Пусть Северус гадает, почему она не появилась в Большом зале. Вместо этого она перекусила лежавшими ещё с прошлого похода в Хогсмид конфетами и в ожидании начала первого урока задумалась о крестражах. Ещё один уничтожен её руками, но Гарри об этом не знает, а значит рано или поздно его дороги приведут в школу. Может он уже знает, где искать, но пока не торопится появляться там, где властвуют Пожиратели Смерти. Нашёл ли он кубок Пуффендуй, знает ли, где он находится, есть ли у него план? Если они нашли крестраж, который был спрятан в Хогвартсе, значит другой здесь искать не стоит. Значит, Кэтрин оставалось лишь ждать лета, когда она сможет вплотную заняться поисками в Имении. Больше она ничем не могла помочь Гарри, находясь в школе. Прошло несколько дней. Кэтрин старалась налегать на учёбу, чтобы заполнить внезапно освободившиеся вечера и не думать о Северусе. Это было похоже на начало учебного года, когда она видела его лишь за завтраком, чувствуя направленный на себя взгляд, но ни разу так и не встретившись с ним глазами. За одним лишь отличием - тогда она и впрямь не желала с ним общаться, считая его убийцей, а сейчас у неё не было причин ненавидеть его. Конечно, она так и не расспросила его о событиях в ночь убийства Дамблдора, о причинах, приведших к этому, но зная некоторые факты, она смогла сделать логические выводы. Так, она знала, что Волдеморт велел Драко убить Дамблдора. Об этом знал Северус, а значит и сам бывший директор. Из этого следовало, что то, что случилось на башне Астрономии, не было неожиданностью ни для кого из них. Выходит, они это давно обсудили. Непонятно только, как Северус вообще на это согласился, неужели не было иного выхода? Вслед за Невиллом начали пропадать и другие ученики Гриффиндора. В основном те, за кого всерьёз взялись Кэрроу. Они так и не могли их найти, а Кэтрин лишь втайне радовалась, что успела найти диадему до того, как в Выручай-комнате на постоянку обосновались члены Отряда Дамблдора. В один из тёплых весенних дней, весь седьмой курс сидели в классе Защиты от Тёмных Искусств и делали вид, что слушают восторги Кэрроу о заклятиях на крови. Это было вечернее занятие, предназначенное для лучшей подготовки к экзаменам, но на деле же вовсе не выполнявшее свои функции. Тратить время на сидение здесь не хотелось, но урок был обязательным для всех семикурсников. К их облегчению, сегодняшнее занятие было теоретическим, и применять безумные заклинания не приходилось. Даже о тёмной магии можно рассказывать интересно, так, чтобы тебя слушали. Но это отнюдь не являлось достоинством Амикуса, который то и дело пускался в воспоминания о своих тёмных делишках, не гнушаясь кровавыми подробностями, и слушать его было попросту противно. От бубнежа "преподавателя", от которого хотелось отрешиться, и солнечных лучей стало нестерпимо жарко и душно, до тошноты. Борясь с этими позывами, Кэтрин не сразу заметила надвигающийся приступ, а, может быть, в этот раз предвестников и не было, так как боль ударила сразу и резко, мгновенно выбив весь воздух из лёгких. Только это и помешало крику вырваться наружу. Кэтрин согнулась над партой, вцепившись в неё мёртвой хваткой и только и успела подумать, что нужно скорее уходить из класса, как тут же провалилась в видение. Сначала она ощутила вспышку ярости, лавиной обрушившуюся на нее, потом увидела зелёный луч, вылетевший из её палочки и мгновенно убивший какого то гоблина. Заметила очертания плохо освещённой комнаты, прочь из которого в панике разбегались волшебники и волшебницы. По мелькнувшей белой шевелюре она узнала Люциуса Малфоя, он стремился к двери, расшвыривая остальных. От её руки погибли ещё несколько Пожирателей, не успевшие убежать. Метаясь среди трупов, она чувствовала страх. Мальчишка добрался до чаши, выкрал её из Гринготтса. Нужно немедленно проверить остальные тайники, если мальчишка догадался... В мыслях промелькнули образы - пещера посреди озера, домик Мраксов, Хогвартс. И нужно обезопасить Нагайну и Кэтрин... Кэтрин вынырнула в свою реальность, тяжело дыша. Все взоры в классе были обращены на неё, путешествие в голову Волдеморта не осталось незамеченным. Кэрроу смотрел на неё с выражением бесконечного удивления и растерянности на лице. Кажется, в его мозгах не было инструкции, как себя вести на такой случай. - Мне нужно выйти, - прохрипела Кэтрин, вставая со стула. В груди ещё пульсировала боль, она пошатнулась, удержавшись за спинку стула и повернулась, чтобы уйти, не дожидаясь реакции преподавателя. - Конечно, - наконец, взял себя в руки Кэрроу. - Финниган, проводите миледи до больничного крыла. Симус с готовностью встал и подошёл к девушке. Кажется, он был только рад покинуть это занятие как можно быстрее. Кэтрин с благодарностью оперлась на него, и они вышли из класса. Несколько минут они шли в тишине, пока не дошли до лестницы, ведущей в больничное крыло. Но Кэтрин вовсе не нужно было туда идти. За время прогулки на свежем после душного класса воздухе ей стало намного легче, и она уже не опиралась на плечо Симуса. Она остановилась. - Симус, я не пойду к мадам Помфри. Финниган обернулся на неё с непониманием в глазах. - Почему? - Нет времени, мне нужно к Северусу. Он поморщился, и Кэтрин поняла, что его слух резануло такое её обращение к директору. - Так ты притворялась что ли, что тебе плохо, чтобы смыться с урока? - Нет, но мне уже лучше. Симус, скоро в школе станет жарко. Она понимала, что Гарри, скорее всего, видел то же что и она, и теперь он знает, что диадему нужно искать в школе. И Волдеморт тоже скоро будет здесь, придёт проверить свой тайник... - О чем ты говоришь? - спросил Симус с тревогой в голосе. - Тебе что-то известно? Если так, то говори. Помнишь, ты сказала, что никогда не встанешь на сторону Сама-Знаешь-Кого? - Помню. - Должна ли она предупредить их? - Симус, Гарри Поттер скоро придёт в Хогвартс. И Волдеморт тоже. Если это поможет спасти хоть чьи-то жизни, она обязана была предупредить. Она увидела, как расширились от удивления глаза гриффиндорца. - Откуда ты знаешь? - Просто знаю. Мне нужно идти. Она развернулась и побежала в сторону кабинета директора. Её гнало какое-то чутье, что времени совсем не осталось. И уже подбегая к горгульям, она поняла, что могла попросить Симуса рассказать Гарри о том, что она уничтожила диадему. Шансов увидеться с Гарри у него было гораздо больше, чем у самой Кэтрин. Кляня себя за забывчивость, она произнесла пароль и ступила на каменную лестницу. Она постарается найти Симуса позже. Дверь была не заперта и девушка зашла, не постучавшись. Северус стоял у камина и обернулся на Кэтрин с задумчивым и одновременно встревоженным выражением лица. Он будто совсем не удивился её внезапному появлению. - Он знает, - сказала Кэтрин, подходя ближе. - Знает, что Гарри ищет крестражи, и знает, что он нашёл чашу Пуффендуй. - Поттер нашёл чашу? - переспросил Северус. Она кивнула. - Если Гарри видел то же, что и я, то он направляется сюда, в Хогвартс. Северус нахмурился и посмотрел на огонь в камине. - Только что Тёмный Лорд связался со мной и велел немедленно отправить тебя в Имение. У Кэтрин похолодело в груди. - Он не сказал зачем? - Нет. - Он хотел найти Нагайну, наверное, меня он тоже хочет просто держать рядом для безопасности. Если Гарри придёт в Хогвартс за крестражем, логично, что, по его мнению, меня тут быть не должно. Но какое-то неясное предчувствие не позволяло успокоиться. Северус видел её мандраж и немного поколебавшись, подошёл ближе. - Я пойду с тобой. Она помотала головой. - Не надо. Он ведь велел мне одной прийти? - Да. Но ты волнуешься. Кэтрин приобняла себя за плечи. - Что, если он узнал о нашем участии? - Невозможно. Ты была у него в голове, там было что-то про это? - Нет. Но волнение никуда не уходило. Теперь Волдеморту известно, что его тайна раскрыта, и казалось, словно пошёл обратный отсчёт. Кто первым доберётся до Хогвартса? Кто из них первым узнаёт, что диадема тоже уничтожена? И что будет потом? Ведь останется только Нагайна и они с Гарри. Лёгкая дрожь прошла по её телу, как озноб, и внезапно она очутилась в тёплых объятиях Северуса. В этом объятии не было романтики, лишь поддержка и желание защитить. Она взглянула на него снизу вверх и тут же почувствовала лёгкий укол попытки вторжения в голову, который тут же отразила. - Молодец, - лёгкая улыбка тронула губы зельевара. - Уверен, мы очень скоро увидимся. А сейчас тебе и впрямь лучше быть подальше от Хогвартса, если Поттер и Тёмный Лорд отправятся сюда. - Ты же знаешь, что мне нужно с ним встретиться. С Гарри. Тень промелькнула по лицу Северуса. - Знаю. Он отстранился от неё и легонько подтолкнул к камину. - Иди. Кажется, он только рад был отправить её в Имение, услышав, что Тёмный Лорд и Гарри Поттер скоро будут в школе. Кэтрин зачерпнула горсть летучего пороха и с колотящимся сердцем шагнула в камин, представив перед глазами холл Имения. Несколько секунд головокружительного полёта и она ступила на мраморный пол пустого на первый взгляд холла. Но по вспыхнувшей боли в области ключицы она поняла, что Волдеморт совсем рядом. На самом деле, боль полностью не утихала с самого класса, лишь притупилась на некоторое время. Сейчас же она усилилась, и Кэтрин невольно согнулась, прикрыв глаза. Она потерла шрам на ключице, выпрямилась и взглянула в глаза подошедшему мужу. Не нужно было обладать легилименцией, чтобы понять его настроение, достаточно было одного взгляда. Кэтрин инстинктивно сделала шаг назад, не подумав о том, что это выглядит странно. - Ты боишься? - спросил Волдеморт, сощурив глаза. Кэтрин поняла, что неосознанно подставила себя. Ей не должно быть известно о случившемся несколько минут назад в Имении. - Ты злишься, - ответила она, стараясь отвечать так, чтобы ни одно сказанное ей слово не было ложью. - Вызвал меня срочно. - Моя злость направлена не на тебя. Хочу, чтобы ты держалась рядом. Но сначала тебе придётся побыть в Имении, пока я не вернусь за тобой. Она была права, Волдеморт теперь беспокоится за свои крестражи, поэтому вызвал её к себе. - Почему я не могу быть в школе? Ей вовсе не хотелось сидеть тут в тревожном ожидании, она практически кожей ощущала, что Волдеморт и Гарри столкнутся друг с другом в Хогвартсе, и ей позарез нужно было оказаться там же. - Ты там будешь, как только я вернусь за тобой. - Нагайна тоже останется? Она посмотрела на змею у ног Волдеморта, и острая боль в груди словно стала сильнее. Невольно она застонала и сделала шаг назад, как будто стараясь уйти подальше от других частей души, что причиняли эту боль. За спиной оказалась прохладная стена, к которой она с благодарностью прислонилась и запрокинула голову. - Нет, она пойдёт со мной. Волдеморт с подозрением смотрел на неё, склонив голову набок, затем сделал шаг к ней и поднял руку. Холодная ладонь прижалась к щеке Кэтрин, но это не сняло боль, как бывало раньше. Гнев, бурлящий внутри Волдеморта словно волнами накатывался на Кэтрин, то усиливая боль в шраме, то уменьшая её. - Почему ты спросила про Нагайну? Вкрадчивый голос мужа заставил девушку открыть глаза, которые она закрыла было от нового приступа боли. - Я... я не знаю, - ответила Кэтрин, не сумев быстро сориентироваться, - она здесь, и я подумала... Ладонь мужа, легонько погладив щеку Кэтрин, переместилась на стену возле её головы, и Волдеморт шагнул к ней ещё ближе, встав вплотную. - Почему ты волнуешься? Почему ты спросила про Нагайну? - Другой рукой он взял её за подбородок и повернул её голову, заставляя смотреть прямо. - Скажи мне, Кэтрин, что тебе известно? Она похолодела от ужаса, не отвечая ни на один вопрос, уставилась в его глаза и при этом судорожно укрепляла щит на сознании. Но Волдеморту словно и не нужны были ответы, он смотрел на её реакцию, поэтому он задал следующий вопрос: - Ты вспомнила, что именно поведал тебе Дамблдор, когда защитил твоё сознание? - Нет. Она ответила поспешно, максимально стараясь, чтобы голос звучал спокойно и правдиво. - ЛОЖЬ! Глаза его вспыхнули, гнев, который он старался не демонстрировать ей, вырвался наружу. Нагайна недовольно зашипела, почувствовав настроение хозяина. Возможно, она тоже чувствовала боль, когда Волдеморт злился? Кэтрин вжалась в стену, закрыв глаза. Вот и настал тот самый момент, которого она боялась. - Говори, - прошипел Волдеморт, - не смей закрывать глаза, Кэтрин. Смотри на меня. Рука, которая держала её за подбородок, слегка сжалась, сместившись немного вниз. Девушка испуганно раскрыла глаза и схватилась за его руку. - Нет... Это не было ответом, но Волдеморт понял иначе и угрожающе оскалился. - Нет? Ты мне всё расскажешь, Кэтрин, или мне придётся залезть к тебе в голову. Ты же не думаешь, что твои попытки обучиться окклюменции тебе помогут? Нет, она так не думала. Как бы хорошо она не научилась, дойти до уровня Северуса, чтобы суметь спрятать важное от вторжения в мысли самого могущественного темного волшебника столетия она бы не сумела. Тогда она поняла главное - нельзя допустить, чтобы Волдеморт вообще залез к ней в голову, любым способом. Иначе он узнаёт, что Северус не на его стороне. - Я расскажу, - голос её задрожал. - Расскажу. Он догадался о том, что ты создал крестражи. При этих словах Волдеморт в ярости зашипел, и Кэтрин показалось, что душный и сильный ветер вдавил её в стену. Она узнала эти почти осязаемые волны магии, прокатывающиеся по холлу, как тогда в подземельях перед алтарём силы. Только сейчас источником магии был сам Волдеморт. - Он рассказал мне это, потому что я твой крестраж. Она сказала это в надежде сместить акценты с Дамблдора и Гарри на себя. И это почти сработало. Ненависть, зародившаяся в глазах мужа слегка поутихла, и он посмотрел на неё так, будто впервые увидел. - Вот зачем я была тебе нужна. Я - венец твоего бессмертия. Волшебница, хранящая часть твоей души. Вот о какой связи ты говорил всё это время. И брак тут не причём. Всё, что между нами - это лишь связь хозяина и сосуда. Драгоценного, но сосуда. Слезы сами собой полились по её щекам. И она не могла бы сказать, что она чувствовала сильнее - обиду или страх. Волдеморт приблизился к ней вплотную, почти соприкоснувшись с её носом, снова сдавил руку на её шее и сквозь зубы очень тихо спросил: - Ответь мне, Кэтрин, что именно было известно старику? Ты сказала "крестражи", значит, ему было известно сколько их? Что ещё он знал? Ей было по настоящему страшно. Начнёт ли Волдеморт пытать её, если не добьётся ответа или просто залезет в голову, разломав защиту Дамблдора, а заодно и её разум? Ни один из исходов не был допустимым. Просто смешно было когда то предполагать, что она стойко выдержит всё, что угодно и не расскажет Волдеморту ничего. Она убеждала в этом сначала Дамблдора, чтобы он рассказал ей правду, затем Северуса, чтобы он дал ей зелье, а потом и сама в это поверила. И вот настал тот самый момент, когда Волдеморт требует ответов и готов добиться их любым способом. А Кэтрин не могла допустить, чтобы он залез ей в разум. Мало того, что при этом она, скорее всего, потеряет рассудок, но ещё и приговорит Северуса к смерти. А если Волдеморт применит Круциатус? Как долго она выдержит? Сама эта мысль бросала её в холодный пот, она слишком хорошо помнила те мучительные минуты, казавшиеся бесконечными, и готова была пойти, наверное, на что угодно, только чтобы не прочувствовать их снова. Выход был только один - говорить. И говорить исключительно правду. Поэтому она со слезами на глазах начала рассказывать: - Он предполагал, что их семь. Из тех, что он знал точно - это дневник, кольцо, медальон и чаша. И ещё я, конечно. Думал, что возможно, один из крестражей это змея, но не был в этом уверен. Что представляет из себя ещё один - он не знал. Это было чистой правдой. Дамблдор на момент своего рассказа действительно не знал, что пятым является именно диадема, про это выясняла сама Кэтрин. С каждым произнесенным словом она чувствовала, что предаёт Гарри, Северуса, Дамблдора, а Волдеморт при этом становился всё мрачнее. - Чашу мальчишка нашёл значит по указке старика, - Волдеморт, казалось, едва сдерживался, чтобы дослушать её. - Дневник уничтожен. Кольцо и медальон? - Кольцо уничтожил Дамблдор. Что с медальоном я не знаю. Волдеморт страшно закричал, его рука сжалась, и Кэтрин действительно испугалась, что он сейчас свернёт ей шею. Воздуха катастрофически перестало хватать, она со всех сил пыталась оттянуть его руку, но Волдеморт словно и не замечал стремительно синеющую девушку. Он совершенно потерял контроль над собой. Исходящие от него волны магии создали локальную бурю в доме, от которой со звоном рассыпались оконные стекла, большая люстра над потолком страшно раскачивалась, готовая вот-вот сорваться. Со стен начали отлетать куски деревянных панелей, завихряясь в потоках. - Прошу... - прохрипела Кэтрин, когда перед глазами замелькали чёрные мушки. Волдеморт резко отдернул руку, девушка с шумом вдохнула воздух и закашлялась, захлебнувшись им. Ноги её не держали, она начала стремительно сползать вниз, но Волдеморт схватил её за плечо и вновь прижал к стене. Он выглядел устрашающе - чёрная мантия от потоков магии колыхалась вокруг него, глаза горели красным огнём и сильно контрастировали с его неестественно бледной кожей. - У тебя есть связь с Гарри Поттером? - Нет. - Где он сейчас? - Я не знаю. Кажется, это прозвучало не очень убедительно, глаза Волдеморта сощурились, и Кэтрин поспешила повторить: - У меня нет с ним контакта, я не видела и не общалась с ним с прошлого учебного года! - Но тебе что-то известно о его местонахождении. Обмануть его было невозможно. Лишь мимолетная мысль о том, что Гарри знает, где искать крестраж, и даже этого было достаточно, чтобы Волдеморт почувствовал недостаточную искренность в ответе. - Это лишь моё предположение... - Говори! - Я думаю, что он направляется в Хогвартс. Мерлин, как сильно она навредила Гарри своими откровениями? Что если он погибнет из за неё? "Он и должен погибнуть" - шепнул внутренний голос. Но легче от этого не стало. Люстра качнулась последний раз и оторвавшись, полетела вниз, с грохотом приземлившись на пол и рассыпав вокруг град осколков. Кэтрин вскрикнула и инстинктивно прикрылась руками, но ни один из осколков не долетел до них, разбившись о щит, внезапно оказавшийся вокруг них. Волдеморт лишь лениво повернул голову, обозревая учиненную вокруг разруху. Кажется, это сподвигло его наконец взять себя в руки, так как ветер вокруг тут же стих, куски дерева и осколки стекла осыпались на пол. Волдеморт отпустил девушку и отошёл от неё, доставая на ходу палочку. Нагайна поползла за ним. Кэтрин наконец сползла вниз и обхватила руками колени. Она не представляла, что дальше будет. Волдеморт остановился напротив камина, словно ждал кого-то, и не прошло и пяти минут, как из зелёного пламени в холл шагнул Северус, на ходу смахивая пепел с мантии волшебной палочкой. Он бесстрастно огляделся вокруг, на секунду остановив взгляд на девушке, затем как ни в чем не бывало, посмотрел на Волдеморта. - Вы хотели меня видеть, Повелитель? - Ты сейчас заберешь с собой мою жену. Отвечаешь за неё головой, и чтобы глаз с неё не спускал. Пусть всё время держится рядом с тобой и никуда не отлучается. Голос Северуса прозвучал несколько удивлённо: - Слушаюсь, милорд. - И ещё. Вероятно, сегодня ночью в Хогвартс проникнет или попытается проникнуть Гарри Поттер. Надеюсь, вам не нужно объяснять, как вы должны поступить? - Если Гарри Поттер проникнет в Хогвартс, мы об этом узнаем, милорд. Я отправлю Кэрроу патрулировать коридоры. - Пусть один из них ждёт в гостиной Когтеврана. У меня есть основания полагать, что мальчишка может заявиться туда. Северус сделал слегка удивлённое лицо, затем коротко кивнул. - Сделаем. - Я прибуду чуть позже. Сначала мне нужно посетить одно место. Нагайна, идём, нам нужно беречь тебя. Змея приподнялась и по руке заползла ему на плечи, после чего Волдеморт без единого звука аппарировал прочь из Имения. - Миледи, - негромко позвал Северус, протягивая ей руку. - Нам пора идти. Кэтрин с благодарностью приняла его руку и встала. Она прижалась к нему, ощутив, как он одной рукой обнял её за талию, и так они шагнули в камин, который через несколько секунд выплюнул их вновь в директорском кабинете.