Rainbow, cookies and problems

— Ты можешь приходить ко мне в любое время. Если будет сложно и нужна будет помощь. Не стесняйся, ладно? Я помогу, чем смогу. И… не думай о том, что было вчера. Лука смотрит на мяч у себя под ногой, чувствует запах зелёного газона и прикрывает глаза, осёкшись, когда мяч из-под бутсы выбивают. Он тихо рычит про себя и поднимает взгляд на Рамоса, тот заливисто смеётся, отчего лицо искажается, превращаясь в странную гримасу. Модрич бежит следом. Тренировка начнётся только через полчаса, он пришёл сюда немного успокоить мысли после прошедшей ночи, позвонил с утра маме, объяснил причину их отсутствия. Женщина лишь тяжело вздохнула и попросила прощения в тысячный раз. — Серхио! — кричит Лука, когда подбегает к капитану, чтобы забрать мяч. Тот находится в каком-то ненормальном радостном расположении духа, чем бесит ещё больше. — Отдай мяч! — А то что? — Закатаю тебя в газон. Криштиану, пришедший пять минут спустя, с удивлением смотрит на то, как Модричу удаётся забрать мяч, Серхио бежит за ним и это всё перерастает в маленькую игру, пока он сам запечатывает конверт с вложенным туда рисунком. Он присоединяется к одноклассникам через несколько секунд, кинув сумку на кромке поля. Лука хотел побыть в одиночестве, но вместо этого он пытается угнаться за двумя шкафами, что выше его на голову точно. — Что припёрлись? Тренировка только через полчаса! — Забавно, что запасной игрок тренируется больше чем те, кто играет в основе. — Роналду мысленно пробивает лоб рукой, оставив на нём отпечаток. Серхио есть Серхио, и никак ты его уже не переделаешь.

✖ ✖ ✖

Мысли о соулмейтах — чёртов улей. Рамос не перестаёт думать об этом. Кажется, что скоро он будет бегать по всей школе и искать того, кто предназначен ему. Криштиану на это пожимает плечами и ничего не говорит, будто совсем не беспокоится о состоянии друга. Завтра игра, Серхио держит это у себя в голове как отвлечение. Тренировки занимают больше времени, команда готовится, морально и физически, защищать школу, в которой учится. Они с Роналду пришли совсем недавно, но всё же… — Эй, а, может, тот? — он указывает пальцем на парня, сидящего за первой партой. Криштиану хмыкает и качает головой, будто что-то знает, Рамоса это начинает раздражать. Он даже не подходит к другу в перерыве, досконально изучает своих одноклассников, иногда обращая внимание на учителя. Жерар сегодня в чёрной рубашке и голубых джинсах, смотрится странно на таком жирафе, но… — Обещай, что не будешь бить? — Серхио поднимает непонимающий взгляд на Криштиану. Тот держит в руке книгу и улыбается. — И останешься спокойным, ладно? — испанец всё ещё не понимает, но заторможенно кивает, ничего не пообещав. Португалец будто думает о чём-то несколько секунд, выдыхает и со всей дури бьёт друга тяжёлым учебником по голове. Вой заставляет обернуться всех учеников, Рамос хватается за голову и тихо скулит, Роналду же поднимает голову и смотрит на учителя. Тот морщится и держится за голову, в итоге закрыв глаза. От боли. Никаких доказательств больше не надо. — Ты оху… — Серхио Рамос! — Пике недовольно смотрит на него, но всё ещё морщится. — Простите, учитель, — показательно извиняется он, повернувшись к другу. — Ты чё охуел? — шёпотом. Криштиану смакует слова на языке, а потом ведёт взглядом до мужчины, сидящего за учительским столом. — Я нашёл твоего соулмейта. — Рамос переводит взгляд на Пике и тут же вскакивает. — Ты с ума сошёл? Он же старый! — Жерар поднимает на них недоумённый взгляд, не понимает происходящего и с облегчением чувствует, как голова проходит. — От судьбы не убежишь, — тихо смеётся Криштиану, ещё раз посмотрев на учителя и вспомнив Лионеля. Кажется, они с ним одногодки, разве нет?

✖ ✖ ✖

Ты мечтаешь о знойной красотке или о миловидном парне, представляешь, как вам будет хорошо вместе, он будет любить тебя и ценить, дорожить тобой, заглядывать в рот. Представляешь, как вы под ручку идёте по парку, она или он смеётся, доверительно сжимает твою ладонь. Ты расплываешься в самой нежной улыбке из всех, понимая, что для неё или него — ты самый важный человек на Земле. Реальность бьёт в лоб. Чётко и широкой ладонью. Рамос весь оставшийся день выцепляет из толпы Жерара, смотрит, как учитель думает над чем-то, затем смеётся над шуткой коллеги, потом неловко чешет затылок и хвалит маленькую ученицу. Жерар — островок тепла и солнца, то, к чему ты не захочешь притрагиваться, если у тебя есть тёмные мысли. Жерар — милый на вид, даже симпатичный, но старый. Серхио повторяет это про себя несколько раз, а затем вспоминает моменты, когда Пике останавливал драку. Их связь — боль. Как иронично, учитывая то, как он любит драться. Всю ли боль чувствует учитель? Рамос задумчиво смотрит на мужчину, тот сталкивается со старшеклассником плечом и принимает извинения, идёт дальше, наконец, поднимая взгляд на самого испанца. — Скоро урок начнётся, почему ты ещё здесь? — Серхио оглядывает его и замечает длинные пальцы, обхватывающие какую-то научную книгу. — Серхио! — Иду я, иду, — он соскребает себя с подоконника и поджимает губы, в последний раз взглянув на Пике. Тот снова утыкается взглядом в книгу и идёт к своему кабинету. Невозможно. За что жизнь с ним так? Что он сделал? Был уёбком все свои семнадцать лет, — любезно подсказывает мозг. Спасибо.

✖ ✖ ✖

Лука постоянно думает о произошедшем на чужом балконе. Он не может не думать. Пытается понять, в какой момент всё стало понятно, а он не заметил. Или понятно не было? Он рассеяно запинается о собственные ноги, нажимает на звонок, ждёт, когда заказчик оплатит заказ, и он сможет уйти. Полный мужчина, похожий на большой пончик, странно смотрит на него, говорит, что сдачи не надо и закрывает дверь перед носом. Он выходит на улицу, с раздражением отметив не самую хорошую погоду. Ещё тренировка скоро, а если пойдёт дождь, то будет совсем всё печально. Мысли возвращаются к Ване. Простите, Ивану. Лука даёт себе мысленную пощёчину, понимая, что о своей родственной душе он как-то не задумывался, не было времени с учебой, подработкой и сестрой. Обычно в его возрасте парни и девушки хотят найти своего человека, а он даже забыл, что такие вообще существуют. Возвращается в ресторан, чтобы отчитаться, и замирает, видя на входе знакомую фигуру. Ракитич разговаривает о чём-то с Лионелем, смеётся и хлопает его по плечу, пока тот, судя по выражению лица, очень страдает. Модрич берёт себя в руки и подходит ближе, Иван оборачивается к нему, но ничего не говорит, просто улыбается и даёт подойти ближе к хозяину ресторана. Месси хвалит его, треплет по волосам и говорит, что пока заказов нет. Лука кивает, отводит взгляд. Ракитич пару раз моргает и разворачивается, заходя в помещение, пока он остаётся на улице. Модрич чувствует первые мелкие капли, подставляет под них руку. Ладонь становится влажной через минуту, мелких капель становится больше, ливень накрывает с головой, и он направляется к стадиону.

✖ ✖ ✖

Бегать с мячом по мокрой траве — такая себе затея, но Криштиану любит дождь, поэтому не останавливается, скользит, чуть не падает и смеётся сам над собой, когда из неуклюжей подачи забивает гол невидимому сопернику. Он рисует каждый вечер, приняв душ и поужинав, идёт в комнату, чтобы взять в руки карандаш, а потом акварель. Рисунки краской получаются слишком… нежными, что ли. Он не может описать их по-другому, смотрит на разводы, выдыхает и запечатывает художество в конверт. Он не знает, что Лионель делает с ними, почти не подходит к нему, предпочитая наблюдать издалека и чувствовать себя ещё большим сталкером. Роналду поднимает голову, когда Лука ловит мяч своей ногой, на ходу снимает ветровку и штаны, под которыми надеты шорты. — Тоже пришёл убиться? — Модричу нравится общаться с Криштиану, поэтому он улыбается, пнув вещи в сторону скамьи. — Нужно подумать. — Португалец понимающе кивает и ловит передачу. Дождь усиливается, их одежда промокает почти сразу. У хорвата волосы липнут к лицу, он фыркает, убирает влажные пряди со лба и продолжает, отдаёт мяч, принимает, забивает, забивает, забивает. Эйфория от этого долбится в глотке. Гоняются друг за другом, смеются — атаки не выходит, потому что трава скользкая и даже шипы на бутсах не спасают. Лука падает в лужу, которая набирается из-за небольшой вмятины в земле, отплёвывается и вытирает лицо, хотя это не помогает. Каждый из них думает о своём, смотря на мяч, Модрич пасует, подпрыгивает и бежит к воротам, отчаянно пытаясь забить через себя. Штанга, перелёт, Модрич бьёт кулаком о землю и принимает руку, поднимающую его обратно на ноги. В конце концов, они настолько задыхаются, что падают посреди поля, обратив свой взгляд на серые тучи над головой. Ветра почти нет, дождь льёт прямо, попадает в глаза и нос, Криштиану тяжело дышит, повернув голову к однокласснику. Тот делает то же самое. — Как тебе? — Модрич улыбается и хрипло выдыхает. — Легче, — Роналду кивает, согласившись, потому что в голове недолгая блаженная пустота. С каплями дождя и водопадом где-то в мозге. Становится действительно легче. — Вы что совсем ополоумели? — крик Жерара Пике слышится, кажется, во всём районе. Они оба поднимаются на локтях, смотрят на подбегающего учителя. — А ну-ка быстро встали и за мной!

✖ ✖ ✖

Лионель удивлённо смотрит на трёх пришедших гостей, одного из которых он предпочёл бы не видеть вообще. Иван сзади него непонимающе смотрит на промокшего и грязного Луку, Модрич отводит взгляд, пока Пике собирает зонт. — Ну, и зачем они мне? — недовольно спрашивает Месси, а Жерар закатывает глаза. — У тебя есть комната отдыха, где можно высушить одежду. Пожалуйста, Лео, если они простудятся — мне придётся отвечать своей головой, — аргентинец скептично оглядывает с ног до головы парней, выглядит очень недовольным, но кивает. Жерар просит идти за ним. Иван провожает их взглядом, переводит взгляд на Лионеля. — Он точно от меня не отвяжется, — Ракитич смеётся. — Можно подумать, ты против. — Не понял? — Кажется, тебя звали в холодном цехе, поторопись.

✖ ✖ ✖

— Учитель, мы… — Молчать! Отблагодарите потом, — он роется в шкафу с одеждой для персонала, вытаскивая оттуда рубашки и коричневые брюки, скептично оглядывает их, но выбора всё равно нет. — Заболеете, а мне потом перед вашими родителями отчитываться, как это так, что дети заболели. Свалились на мою голову, — Криштиану с Лукой неловко переглядываются и стягивают с себя футболки. Одежда вешается на специальные сушилки, парни быстро переодеваются. Пике думает, что впервые видит их в таком виде, улыбается чему-то и поправляет воротник у Роналду, смахивая с плеч невидимые пылинки. Лионель заглядывает чуть позже, освободившись с кухни. Всё ещё недоволен, оглядывает школьников, пытается не отмечать рубашки, которые идут обоим, и брюки. Что за невозможные дети? — Раз уж вы заняли моё пространство и одежду, то, думаю, напрячь вас, чтобы не сидели без дела — будет лучшим решением. — Криштиану снова переглядывается с Лукой, тот непонятно пожимает плечами, в ожидании смотря на своего начальника. Аргентинец ещё раз оглядывает их, потом идёт к шкафу и достаёт оттуда фартуки, бросив их в нежданных нарушителей спокойствия. — Поможете официантам, сегодня пятница, так что народу много. Пике радостно улыбается и хлопает своих подопечных по плечам.

✖ ✖ ✖

— Он вроде милый, — Иван внимательно следит за тем, как школьники обслуживают посетителей. Вежливо здороваются, предлагают меню, относят всё что нужно, улыбаются, пытаются быть максимально аккуратными и спокойными, хотя, кажется, они ни разу даже не работали в таком заведении. Или работали? Лионель тоже следит, да что уж там. Они втроём сидят и уже два часа наблюдают за тем, как парни носятся по залу, относят сначала одно блюдо, второе, напитки, извиняются, если задержались. Вечерние посетители, постоянные и случайно зашедшие, весьма удивлены слишком тёплому приёму, смеются, когда делают заказ, шутят над быстротой обслуживающего персонала и благодарят хозяина за то, что нанял их. Лука внимательно слушает, скользит ручкой по маленькому блокноту, кивает и облегчённо вздыхает, запустив руку в волосы и почувствовав, что они уже высохли. Месси следит больше всего за Криштиану. Он высокий, кажется, что неуклюжий, но на самом деле ведёт себя очень хорошо, аргентинец сказал бы некоторым официантам-стажёрам поучиться у новичков на сегодняшний вечер, но хвалить ученика своего лучшего друга он не собирается. Нет, нет и нет. — Тебе нужно быть более… лояльным к нему? — Лионель с прищуром смотрит на Ракитича, тот пожимает плечами. — Я смотрю, ты уже смирился, да? — Иван хмыкает, коротко и как-то надрывно, взглянув на проходящего мимо Луку. Сказанные утром слова можно забыть, потому что Модрич никогда и ни к кому не придёт за помощью, он будет карабкаться сам, выжимать из себя последние силы. Хорват стучит трубочкой по губам и думает, что за последние дни желание печений как-то утихло… непривычно. — Вань, не забывай, сколько им лет, а сколько нам. — Боже, им что, пять? — Модрич мило улыбается посетительнице, предлагает что-то из меню, хотя сам тут ни разу не ел. — Им семнадцать, они уже достаточно взрослые для того, чтобы… — Заниматься… — Ну-ка, тихо! — выставляет руку вперёд аргентинец, заставив Пике замолчать. — Я уже всё решил. — Тогда сначала выкинь всё то, что тебе приходит в руки, — улыбается Жерар. Лионель фыркает и встаёт, чтобы узнать, как дела на кухне. Он всегда так делает, когда ему нечего сказать. Иван осторожно чокается своим охлаждающим коктейлем с кружкой чая Пике. Месси спрашивает у поваров, с чем им можно помочь, хотя в данный момент пользы от него совершенно никакой, потому что в мыслях только белые конверты. Штук пять или шесть, в белой бумаге которых завёрнуты рисунки с ним. Прекрасные рисунки. У мальчишки талант и он пытается не потерять его, рисует того, кто… — Столик двадцать… — он оборачивается прямо в тот момент, когда Криштиану заходит на кухню забрать заказ. Роналду неловко опускает взгляд и ставит на поднос две лазаньи, молчит, ничего не говорит. Лионель провожает его взглядом и слышит около себя испуганный крик. — Вы чего?! — обжигается горячей мукой, безразлично стряхивает её и направляется к двери, что ведёт на лестницу. Собственный кабинет освещается лишь лампой, он с тяжёлым вздохом падает в кресло и открывает первый ящик стола, вытаскивая оттуда на стул вечерние подарки. Здесь самый первый — с цветами, потом идут бабочки, лилии, лотосы, что-то связанное с киноплёнкой, Месси поджимает губы и думает, на что этот парнишка надеется, а потом вспоминает белозубую улыбку и собственное лицо косит.

✖ ✖ ✖

— Умницы мои! — Жерар обнимает их обоих, когда ресторан закрывается перед началом ночной смены. Он треплет учеников по головам, хлопает по плечам и собирается домой. — Горжусь вами! — Криштиану смущённо кивает и чешет щёку, Лука же… Ракитич пытается утопиться в остатках коктейля, потому что взгляд слишком пристальный, словно с него пытаются снять лишнюю одежду, чтобы увидеть, что внутри. Под кожей. Мечтать не вредно, Ваня! Желание прикоснуться к тонким запястьям всё ещё сверлит рёбра, он провожает парня до двери комнаты отдыха. Ночь сегодня свежая и прохладная после дождя. Жерар из ресторана выходит первым, подставляет лицо ветру, обратив внимание на чёрное, усыпанное звёздами небо. Оно выглядит прекрасно, Пике опускает голову, когда слышит тихий кашель сбоку. Криштиану остаётся подольше, ждёт, когда Иван с Лукой выйдут. Лионель протирает столы, поправляет салфетки, вздрагивает, почувствовав прикосновение к локтю. — Опять? — Роналду молчит, как и обычно, больше не старается говорить, просто протягивает привычный конверт. Месси смотрит на белую бумагу с презрением, будто она в детстве переехала его котёнка, сжимает челюсти и принимает, забивая подальше внутрь любопытство, орущее Открой его сейчас же! Криштиану разворачивается и выходит, сразу же заметив сквозь стекло дверей знакомое лицо. Он даже не здоровается с Серхио, подхватывает двух хорватов за плечи и утаскивает в сторону, сказав, что они очень спешат. Иван с Лукой откровенно ничего не понимают, но не спрашивают, останавливаются лишь тогда, когда отходят от ресторана на метров сто. — Что ты делаешь? — Ракитич стряхивает с плеч невидимые пылинки, хмуро смотрит, а потом натыкается на взгляд Модрича. Тот смотрит странно, а потом отворачивает голову. Мужчина замечает, как отсвет падает на светлые волосы, хочет смахнуть с него тени, а до Криштиану вдруг доходит. И он, блядь, чувствует себя максимально одиноким, потому что его, возможно, будущий лучший друг тоже нашёл своего человека. И он тоже, вероятнее всего, одногодка Лионеля. Ему одному не повезло, да? — Мне нужно идти, — он как-то странно улыбается, Лука пытается сделать так, чтобы одноклассник забрал его с собой, но португалец уходит, оставив его наедине с Ракитичем. Тот прочищает горло и думает, что сочувствует бедному парню, потому что Лионель порой — тот ещё упёртый баран. — Проводить тебя? — Я что, маленький? — Иван улыбается и позволяет себе небольшую вольность, коснувшись пальцами мягких волос. — Ты слишком взрослый для своего возраста. — Лука застывает, пытается не шевелиться, но потом дёргается и поворачивает голову. Случайно, конечно же, случайно упирается щекой в тёплую ладонь. Ракитич сдерживает уголки губ, втягивает носом прохладный воздух и убирает руку. — Нам всё равно в одну сторону. Пойдём. — Модрич смотрит вслед мужчине, сглатывает ком в горле и делает шаг, второй. Это не так сложно, как казалось на первый взгляд.

✖ ✖ ✖

— Ты… что? — Жерар непонимающе смотрит на Серхио. Тот мнётся, пытается не кусать губу и не обоссаться от страха, потому что признаваться учителю в этом — безумие. Он чувствует себя ещё большим школьником, чем когда-либо, без конца поправляет джинсовую куртку, дышит через нос, потом через рот, кажется, становится астматиком в какой-то момент. — Вы — мой человек, нас связывает боль и всё такое. Так что… я хотел вам сказать, что даже если вы захотите, то ничего не получится, потому что, ну, вы… старый… — Пике настолько охуевает, что даже слова не может вставить. — А я не хочу встречаться с… таким… Мозг возвращается на место спустя минуту, Жерар хладнокровно приглаживает волосы, одёргивает пиджак, весь подбирается. — Кто тебе сказал, что ты нужен мне? — Рамос поднимает удивлённый взгляд. — Будь ты хоть королевой Англии, встречаться с маленьким засранцем никогда не входило в мои планы на жизнь, так что живи себе спокойно, — он хлопает ученика по плечу и обходит его, пока Серхио пытается понять, где он проебался.