Hassliebe?

      Утро выдалось ясным, как и прошлое. Это несомненно радовало Гарри, ведь он не мог не ассоциировать перемены погоды с событиями в его жизни. Вот, к примеру, сейчас все наладилось. Дожди прекратились, в вагоне было тепло, и всех немного пошатывало от движения. Какое же приятное чувство - многих сейчас оно убаюкивало, тем более, солнечный свет заливал купе, прогревая его еще больше. Добрая половина учеников уткнулась носами в шарфы, из-за чего они напоминали сонных сов. К сожалению, Поттеру обстановка не позволяла сейчас в полной мере насладиться поездкой. В первую очередь из-за того, что четвертым человеком, занявшим последнее место в их купе, оказался Драко Малфой. Не подумайте, после вчерашнего предложения это брюнета не удивляло, да и он привык за эти месяцы к компании слизеринца, но друзьям вот так сразу все не объяснишь. Рона особенно удивило предпочтение хорька провести время скорее в компании золотого трио, чем в любой компании учеников змеиного факультета. Гермиона, пусть и косилась периодически на блондина, но, по большей части, предпочитала не отрывать глаз от книги. Подозрения и презрение к этому человеку никуда не делись, но, так или иначе, гриффиндорка искренне верила во второй шанс. Главное чтобы она, в конечном итоге, не основала новую гражданскую ассоциацию, на этот раз в поддержку бывших пожирателей смерти.       Кому же не было никакого дела до происходящего вокруг, так это самому Малфою. Он сидел рядом с Поттером у двери, сложив руки на груди. Половину лица прятал за шарфом и треть за белыми прядями волос. Поговорить с ним не решался никто. Да и не знали как. Тем для разговора, кроме пожара, не было, как и общих интересов. "Не буди спящего Драко" - стоило предложить эту фразу в качестве нового девиза школы.       Однако, всю поездку сидеть и прожигать взглядом Малфоя не было никакого смысла. Гарри вскоре отвернулся, рассматривая привычные пейзажи за окном. Признаться честно, ему всегда хотелось попасть на тот островок посреди озера, напоминающий остров из заставки "Губки Боба". Он сам не представлял, что бы там делал, но интерес его все равно упрямо не покидал. Может взять потом лодку? После окончания Хогвартса он уж точно не станет этим заниматься. Интересно, Рон согласится? Взгляд пал на друга, который, оказывается, все это время смотрел как раз-таки на него. И сейчас, когда Гарри, наконец, это заметил, кивнул ему в сторону выхода. Не дожидаясь ответной реакции, рыжий поднялся, направляясь в коридор. - Мы перекусить. Тележка пока сюда доедет, можно с голоду умереть. - Собственно, Уизли был прав. Они не завтракали, просто не успели, так что желудок Гарри быстро подхватил столь удачную идею, до легкой боли сжимаясь внутри. Когда же они перешли в другой вагон, Рон остановился, облокотившись спиной о стену у двери. Тут было относительно просторно и можно было поговорить. - Он ведь из-за тебя едет с нами? - Всегда отличающийся прямолинейностью, рыжий поднял взгляд на Гарри. Тот в ответ лишь пожал плечами, тяжело выдыхая. Рон ведь не знал о перепалке с Пэнси, не знал, с каким скандалом Драко выгнали из команды, и просто не замечал отношения всех к бывшему пожирателю смерти за этим постоянным "Он заслужил". Однако, пожар в Малфой-мэноре так или иначе смягчал отношение Уизли к нему: уж больно знакомая ситуация, только если во время пожара в Крысиной Норе никто не пострадал, то родители Драко сейчас лежали в больнице святого Мунго в окружении целителей. - Я предложил ему пожить со мной на площади Гриммо, - наконец, прозвучал медленный, но четкий ответ. Повторять эти слова Гарри явно не хотел. Он сам еще не знал, что думать по этому поводу, так что отвел взгляд, и так более чем четко представляя удивление на лице друга. Рон действительно молчал еще с пол минуты, несколько раз открывал рот, чтобы что-то сказать, но каждый раз осекался. Ему просто нечем было крыть. Действительно ведь, не выгонять хорька на улицу. В итоге послышался шумный, тяжелый выдох. - Твоя доброта тебя все-таки погубит, - открывая дверь вагона, пробормотал Уизли. - Второй раз...       Тележка оказалась в шестом вагоне от них. Рон был прав, быстрее было приехать в Лондон, чем дождаться ее, ведь почти все ученики себе что-то покупали и проводнице приходилось иногда возвращаться, чтобы пополнить запасы товара. Тянулось это долго. Но сейчас, пока рыжий покупал себе и Гермионе сладости, Гарри невольно задумался о том, чтобы купить что-то и Малфою. Стоило ли? Не ребенок - и сам может, да и, скорее всего, он был просто не голоден на фоне стресса. Насколько мог видеть Поттер, вчера на ужине его точно не было. Впрочем, может, он просто не хотел ни с кем видеться? На перроне брюнет не раз слышал, как кто-то обсуждал новый выпуск газеты и искал в нем сведения об одной из чистокровных семей Англии. Ему ли не знать, что такое лишнее к себе внимание. - Две булочки с корицей.       И пусть сладость была куплена, Гарри не представлял, как отдать ее Малфою. Относиться к нему как к обычному человеку или другу было до сих пор сложно. Привычки и долгие годы горького опыта начинали бить тревогу каждый раз, когда беловласый был рядом. Сердце колотилось до боли в грудной клетке, будто он вот-вот прыгнет с обрыва. Впрочем, после того как они вместе разбирали конспекты Гермионы, нормальное общение со слизеринцем представить было куда легче. - Я знала, что твоя семья пала, но чтобы до уровня грязнокровок! - Стоило зайти в их вагон, как шум поезда перебил чей-то крик. Женский. Разумеется, никто не сомневался, что этот голос доносится именно из их купе. Рон и Гарри тут же ускорились в шаге, но стоило подойти к двери, как та открылась, и, сметая все на своем пути, из купе вылетела Пэнси Паркинсон. Точно, и как он сразу не узнал этот детский писклявый голосок. Он всегда резал слух Гарри на фоне более низких и спокойных голосов, что Полумны, что Джинни, что Гермионы. Последняя, кстати, сейчас выбежала в коридор, словно разъяренная Горгона. Застыв на месте, парни провожали взглядом Пэнси, и лишь позже облегченно выдохнули, понимая, что ситуация разрешилась и без их участия. Рон даже рассмеялся, проходя в купе. - Не думал, что кто-то может тебя взбесить больше, чем Малфой. - Драко, кстати, на этой фразе улыбнулся. Заметил это, вероятно, лишь сам Гарри, но не подал виду и прошел в купе вслед за рыжим. Собственно, если блондин был способен выражать какие-то эмоции, то, может, и аппетит уже вернулся? Так и не придумав, что ему сказать, Поттер просто впихнул булку в его руки и развернул свою, начиная есть как ни в чем не бывало. Взгляд был упрямо устремлен лишь на медленно остывающую Гермиону. В конечном итоге, даже она рассмеялась с последующих шуток Рона. Вот и славно. Гарри улыбнулся, опуская взгляд. Не такой уж ужасной в итоге выдалась их поездка. Пусть Драко все время молчал, избегая даже лишний раз смотреть на временных соседей, обстановка явно не была напряженной. Да и всем стало более чем понятно, почему, пользуясь случаем, бывший принц Слизерина предпочел "гриффиндорское" купе своему привычному. - Только не говори, что мы поедем на этом. - Малфой остановился как только увидел набитый маглами автобус. Собственно, сейчас был вечер, как раз час пик, но другого выбора просто не было. Ремонт и так сильно бил по кошельку Гарри, и тратить деньги на такси он однозначно не желал. Более того, места в автобусе было достаточно много, даже чтобы зайти с их чемоданами и клетками. Он был искренне удивлен, что беловолосый аристократ не хотел ехать, но и выход из ситуации нашел быстро. - Страшно, Малфой?       Усмехнувшись не менее нагло, чем обычно это делал хорек, Поттер зашел в автобус, поставив чемодан у задней стенки. Драко, хоть и скалился хуже чем на уроках Хагрида, проделал то же самое, но в целях экономии места поставил свои вещи поверх чемодана Гарри. На стену же рядом облокотился сам.       Ехать было откровенно долго. Людей в автобусе становилось все больше, и брюнет уже искренне жалел, что сам не встал на место блондина. Тот себя чувствовал явно комфортно, и вид Поттера, которого то и дело толкали или задевали сумками, только забавлял слизеринца. Видимо, он уже не считал общественный транспорт таким уж адским. Но вот у Гарри уже болели ноги, а позже и голова, ведь объяснить навязчивой бабульке, зачем им две совы, оказалось непросто, как и придумать их логичное место покупки. Неужели ей это действительно так интересно? В конечном итоге, брюнет просто отвернулся, легко поглаживая Буклю через прутья клетки. Как приедут, нужно будет выпустить ее на охоту. - Вот молодежь... Чего только не придумают. - Недовольно ворча, старушка, наконец, покинула автобус, но на смену ей вошло еще человек семь. Тут уж действительно стало тесно. Разумеется, Гарри вцепился в поручни и чемоданы обеими руками, лишь бы не подойти слишком близко к блондину, но на следующей же остановке это оказалось бесполезным: раздраженные и уставшие на работе люди пытались покинуть злосчастный автобус и толкались больше обычного. В один момент, сопротивление брюнета не выдержало, и он все-таки вжал Малфоя в стену. На его удивление, тот даже острого слова не кинул, и вскоре Гарри понял почему. Он всегда жалел, что ростом ниже блондина (надменный взгляд еще и свысока выводил из себя кого угодно), однако сейчас, когда почувствовал, что в низ живота утыкается постепенно каменеющий стояк, Поттер просто готов был проклинать всех родственников, подаривших ему эти чертовы гены. Дыхание невольно участилось, не говоря уже о сердцебиении.        Тот поцелуй в лазарете он принял просто за издевательство и ребячество со стороны Малфоя, но, черт побери, тело врать не могло. Его хотели, а если на мгновение принять все слова блондина за правду, то в него даже были влюблены. Гарри не понимал, чье сердцебиение сейчас слышит, не был уверен, что слышит сейчас вообще что-либо. А вот дыхание возбужденного слизеринца на своей коже перепутать с чем-то было сложно. На собственном теле выступила испарина. Он не знал, что делать. Никогда не думал о таком и откровенно терялся. Спасало лишь то, что он просто физически не мог ничего сделать еще три остановки. Вскоре людей в автобусе стало меньше, он наполнился свежим воздухом. Поттер сел на освободившееся место, снимая очки, потирая уставшие глаза. Малфой сел рядом, невольно привлекая внимание, тем более, клетку с филином поставил себе на ноги. Обычно бледные скулы (белее были лишь волосы) были окрашены легким румянцем, как и вчера. Однако, если вчера дело было в холоде, то сегодня Драко явно было жарко. - Долго нам еще ехать? - Блондин не собирался обговаривать случившееся. Не сейчас уж точно. И Гарри был этому только рад, даже благодарен. Он лишь отрицательно кивнул и закрыв рукой собственный рот, уставился в окно.       В стекле он то и дело видел мелькающее отражение Малфоя. Но и без того не мог думать ни о чем другом. В одно мгновение его мир перевернулся. Он не мог это переварить. Просто не мог поверить, что такие чувства испытывал к нему не просто парень, а слизеринец, достававший его с первой минуты знакомства. Перед глазами всплыла протянутая ему на первом курсе бледная рука. Взгляд скользнул ниже по отражению, на пальцы, придерживающие клетку. Все такие же светлые, но теперь длиннее, грубее. На одном красовалось кольцо... Черты лица тоже стали более резкими. Страшно было подумать, насколько они изменились с тех пор. Речь уже давно не шла о напоминалке Невилла или учебной дуэли. Их проблемы изменились вместе с ними. Как и... их отношения. Брюнет все пытался понять, когда это началось. Когда Драко осознал свои чувства? Когда набрался смелости не подколоть его, а поцеловать? Если подумать, то уже на седьмом курсе он не сказал ему ни одного обидного слова. Даже помог. И так прижимался к его спине, когда они спасались от огненной змеи в выручай комнате... Гарри закрыл глаза, прижимаясь затылком к спинке сиденья. Столько мыслей... Как с этим можно было справиться? Они, будто волны, то топили его своим наплывом, то все до единой покидали голову. Поттер не мог принять ни единого решения. Не знал, как себя теперь вести. И, главное, не знал, что чувствует сам. Спасаясь от всего этого, брюнет не заметил, как начал засыпать... Если бы не голос кондуктора, оповестивший о новой остановке: - Площадь Гриммо!