Арракис - Блэк полукровка

Нужно ли говорить, что успех несколько вскружил мне голову? Чемпион Хогвартса, мастер чар, негласный ученик Дамблдора — это далеко не полный список моих достижений. До первого испытания Турнира Трех Волшебников еще было несколько дней. Организаторам нужно выбрать место, построить трибуны, завезти драконов, как следует разрекламировать турнир в прессе… Конечно, при желании всё это можно сделать за пару дней, но волшебники не любят сильно торопиться. До первого испытания я для себя решил устроить собственный тест, слазить к вампиру. Как там у Локонса — «Рандеву с вампиром»? Неважно! О вампирах я уже кое-что знал. Такие старые как этот Шелдон от солнечного света не гибнут. Солнце по-прежнему наносит им вред, примерно такой же, как какому-нибудь человеку альбиносу наносит южное солнце. Загорать вампиру не рекомендуется. Утрирую, конечно, но с вампирской регенерацией повреждения от солнца нельзя считать чем-то существенным. Серебро для вампиров по разным источникам по эффективности было от бесполезного до лучшего оружия против вампиров. Такой разброс я отнес к разным видам вампиров. Классические вампиры не любили серебро, но его воздействие оказывалось даже слабее солнечных лучей, то есть, в моём случае проблемы с Шелдоном серебро уже можно считать бесполезным. Святая вода или заговоренная вода шла в той же категории что солнце с серебром. Из действенных средств против вампиров оставался огонь и отрубание головы. Магия тоже действует на вампиров не хуже, чем на обычных людей и других магических тварей. Из неприятного для меня, о вампирах можно сказать, что все они получают склонность к магии крови, многие получают склонность к тьме и менталу. Гораздо реже у вампиров проявляются таланты в области магии смерти. Самые редкие экземпляры могут что-то показать из стихии огня, воздуха и воды. Ритуальная магия доступна всем, в какой-то мере даже маглы могут выдать скромный результат, поэтому ритуалы тоже в арсенале вампиров есть. Опять же, всё это касается старых вампиров. Зачем я вообще лезу к вампиру? Тогда у меня нашлось много причин для моего победоносного похода. Хотелось испытать свои силы против настоящего врага, ведь скоро мне придется встретиться с Темным Лордом в бою. Для первой жертвы моего кинжала был нужен сильный враг. Сделанное мной оружие было отчасти подобно оружию гоблинов. Кинжал будет брать частицу силы убитых врагов и становиться сильнее. Кроме того, со временем он обретет своё магическое ядро или его подобие, станет похож на камень рода. Своей воли кинжал не должен получить никогда, я постарался сделать это ограничение основополагающим. Но кто знает, как оно будет через тысячу лет и какие ритуалы будут проводить потомки. Мне были нужны камни с душой. Я долго думал, как помочь Поттер, дать ей больше шансов на победу. Думал и придумал. Пророчество вовсе не гарантирует победу героя, а в некоторых фанфиках, что я помнил, Воландеморт побеждал. У вампира, кроме всего уже перечисленного, я надеялся найти какие-нибудь книги по ритуалам и магии крови. Шелдон старый вампир, у него наверняка скопилось много такого разного. Раз уж Камарилья считает, что Шелдон опасен, то у него обязательно есть что-то такое. Но даже если нет, то остается еще его кровь. У меня были основания полагать, что кровь вампира не будет для меня опасна заражением. Употреблять кровь вампира в зелье, это не то же самое, что пить её в чистом виде. Та часть вампирической заразы, что имеет биологическую основу при варке погибает, оставляя только свои следы, а та часть, что несет в себе магическое проклятие будет переборота моим обскуром, наверное. Но какие-то испытания нужно будет придумать, чтобы знать наверняка. Поставив в известность Дамблдора, Снейпа и Флитвика, отговорившись делами рода, я покинул Хогвартс, надеясь, что мне хватит на всё два-три дня. На дело надел свой новый костюмчик — броню из кожи василиска. Оружием взял свою палочку и свежесделанный нож-артефакт. Для усиления и поддержки набрал разных зелий. Так я и отправился на охоту. В той части, где гоблины давали описание Максимилиана они были максимально честны, в этом я был уверен. Все же им нужно, чтобы я достиг успеха, а скрытие такой информации уменьшает шансы на успех, а вот то, что вампир отказался платить, в этом было лукавство. Гоблины никому не продают свое легендарное оружие за деньги. Они могли сменять свой легендарный клинок только на еще более сильный и прославленный. Я уверен, что вампир либо добыл своё оружие как трофей, либо получил меч путем обмена. Теперь же гоблины хотят вернуть себе этот меч, какую цену ломили коротышки за продление аренды, нет смысла предполагать. Наверняка, она была огромной. Изделия гоблинов очень дорогие и долговечные, купить их может не каждый. Чаще всего они продают своё изделие пожизненно, считая, что сдают вещь в аренду. Постепенно оружие накапливает силу становясь легендарным, после чего банкиры пытаются вернуть его своему народу. Вроде всё нормально и всё честно? Нет! У тех же гоблинов право трофея священно, что уже вносит много причин для разного рода конфликтов. Кроме того, гоблины относятся с почтением к таким вещам как реликвии семей, родов, кланов. Что добавляет еще больше путаницы и подталкивает гоблинов к разным хитростям и авантюрам. У меня было предположение, как вампир получил легендарный меч себе в руки. Он убил кого-то и взял легендарное оружие трофеем, не это, а другое. Далее, к Шелдону пришли коротышки с выгодным предложением: Мы даем тебе другой меч и пару камней с душой в обмен на этот. Определенные камни с душой для вампира могут быть весьма полезны. Они притупляют или полностью нивелируют жажду, дают постоянный прирост сил и останавливают подступающее безумие. Вампир согласился на размен. Так, право трофея перешло в обычный гоблинский контракт. Но вот беда, вампиры не умирают от старости, а становятся только сильнее со временем. В руках вампира меч набрал еще большую силу. Вернуть оружие стало делом чести. Выход из ситуации прост, нужно нанять кого-нибудь, чтобы он взял этот меч трофеем с последующей передачей. Вот и нанимали гоблины магов, надеясь получить желанное. Только сейчас, когда я уже искал в лесу особняк Шелдона понял, что мне можно было бы просить у гоблинов гораздо больше. Наверняка и нанятые маги собирались пограбить особняк, и это не считалось оплатой. *** Особняк вампира мне пришлось поискать. Координаты для аппарации были, но они вели не прямо к воротам. Примерно, еще с час мерил лес ногами, пока не вышел к нужному объекту. Поместье было небольшим, если его сравнивать именно с поместьями. Большое — это когда есть дворец или главное здание, есть дома для гостей, есть дома для прислуги, конюшня, возможно, не одна. Кроме того, атрибутом большого поместья является деревня или городок рядом с поместьем. Пусть сейчас уже не те времена, и городок, или деревня не являются собственностью землевладельца, в первую очередь имеются в виду жители этих населенных пунктов, но ориентир именно на те, старые времена. Дворец был. Прилегающая территория присутствовала. Имелись какие-то хозяйственные здания. В остальном — полное отсутствие развитой инфраструктуры, даже нормальной дороги не было, так, натоптанная тропа. Главный корпус соответствовал громкому названию «дворец». Архитектурно он сочетал в себе ампир и готик. Тут были и колонны с двухскатной крышей над крыльцом главного входа, что очень похоже на классику, или даже античный стиль, и остроконечные ажурные башенки декоративного назначения на углах и вершинах крыш, как у образцов готической архитектуры. На фасаде были разные орнаменты и скульптуры, тут тебе и гаргульи со страшными мордами, щерящимися многозубыми пастями, и грудастые крылатые девушки с копьями и мечами, то ли валькирии, то ли ангелы женского пола, что само по себе странно. Стрельчатые будто вытянутые окна с разноцветными витражами. Всё выглядело удивительно гармонично, без ощущения нагромождения стилей. Кроме основного здания были еще две относительно небольшие постройки неизвестного назначения. Сараями их не назовешь, потому как — основательные капитальные здания. Не котельные — трубы нигде не торчат, не дома для прислуги — слишком маленькие и почти нет окон. «По мере завоевания разберусь», — подумал я, вступая в порядком запущенный английский сад, вернее, когда-то бывший английским. Теперь, когда часть декоративных растений была вытеснена сорняками, а ровные зеленые лужайки заросли бурьяном, назвать этот сад английским было уже нельзя, это как бомжа назвать интеллигентным человеком. По времени суток сейчас был день, и никого из вампиров на улице не было. Пусть погода стояла довольно пасмурная, тем не менее, вампирам и такое солнце неприятно. Практически не таясь, я прошел к парадному входу в главное здание. В руках уже был артефактный кинжал и волшебная палочка. В кармане для быстрого доступа были приготовлены зелья скорости, рябиновый отвар, общеукрепляющее и зелье маны. Кроме этого были и другие зелья, яды и противоядия, но за ними уже нужно было лезть в сумку. Проверка двери на чары показала, что тут для «гостей», никаких сюрпризов не ожидается. Простая алохомора на замок, и путь свободен, я внутри. За первой дверью была небольшая вытянутая комната — не прихожая и не коридор, а что-то среднее. Импровизированная прихожая-коридор не таила в себе никаких ловушек и сигнализаций, а вторая дверь оказалась ничуть не сложнее первой. Внутри особняка был выдержан тот же смешанный стиль, что и снаружи, но с упором на готику. Атриум, представший передо мной за второй дверью, представлял собой большой зал со стрельчатыми арками, поддерживаемыми высокими тонкими колоннами-столбами. По центру располагалась лестница, разделяющаяся в две стороны влево и вправо. Четыре двери. Две на первом этаже и две на втором. «И куда теперь?» — возник у меня вопрос. Спешка у меня уже была натренирована лучше, чем ступефай, поэтому я успел скастовать на себя ускорение, когда две тени метнулись в мою сторону. Не сказал бы, что я был мастером в обращении с холодным оружием, но всего того, что я смог почерпнуть в памяти предков на эту тему, мне хватило с лихвой. У нападавших вампиров в руках даже не было никакого оружия. Видимо, они решили, что к ним забрел случайный путник, и полагались на свою силу и скорость, которая больше человеческой раза в два. Две отрубленные головы и два быстро усыхающих трупа стали результатом их самонадеянности. Не очень хорошо, что первую кровь клинок взял не с Шелдона, а с его подручных, но и как-то сильно результат это не меняло. Сила убитых усваивается не в один момент, поэтому сила главного вампира всё еще теоретически попадала в первую жертву. Удалось заметить, откуда появились первые враги, туда я и решил двигаться. Зашел в правый коридор на первом этаже и начал методично обследовать комнаты. При обследовании третьей комнаты на меня снова напали вампиры. В этот раз их было сразу трое и двое из них были вооружены короткими мечами, пришлось показать, как я умею драться холодным оружием. Впрочем, моё заклинание спешки уже давало четырехкратное ускорение, поэтому вампиры для меня двигались медленно. Прямолинейность их атак выдавала неумение противостоять равному или более сильному противнику. Тела вампиров не вспыхивали огнем, рассыпаясь яркими искрами, как соломенные куклы пропитанные селитрой. Трупы кровососов усыхали в мумии. Первые мгновения они еще даже двигались, как курицы с отрубленными головами, дергались в конвульсиях. Наконец-то я додумался попробовать скастовать «хоменум ревелио», чтобы проверить, будет ли это заклинание работать на вампиров. Получив засветки «живых», существ, я понял, что вампиров это заклинание считает вполне живыми, реагируя не на Жизнь, а на ауру существа. Мы с Флитвиком разбирали этот вопрос в своё время, заклинание не всегда показывало человека находящегося под действием напитка живой смерти. Вампиры хоть и живые мертвецы, но температура тела у них не равняется температуре окружающей среды. Нормальной для них считается температура в тридцать — тридцать два градуса во время бодрствования, и двадцать шесть — двадцать восемь во время сна. Так же, у вампиров присутствует мозговая активность… ну, и что там еще характерно для живых и условно живых существ? Убедившись, что вампиров рядом нет, я обследовал трупы. После упокаивания упырей их кровь будто выкипает, что и приводит к мумифицированию. Но выкипает она не полностью и не в один момент, иначе их просто разрывало бы в клочья, наверное, а постепенно, дымя парами. Определенно, что этот процесс выпаривания — магический. Уж не знаю, как в точности устроены вампиры, но можно предположить, что более старые вампиры могут и загореться, если их уровень магии окажется достаточно высок. Три последних трупа я еще осмотрел и на предмет чего-нибудь ценного. Ничего примечательного у них в карманах я не нашел и уже хотел двигаться дальше обыскивать комнаты в сторону ближайшей точки засветки, но тут я почувствовал зов. Зов вампиров — это что-то уникальное. Жертва, услышав зов вампира, погружается в гипнотический транс и безвольно идет к вампиру, пребывая мыслями в своём внутреннем мирке. Мои навыки окклюменции позволили немедленно определить воздействие на разум и нейтрализовать его. Однако, я всё-таки пошел в ту сторону, откуда чувствовался зов. Очевидно, что это может быть только Шелдон, а раз меня приглашает хозяин «заведения», то нужно идти. «План гоблина был верен», — думал я, идя на встречу к вампиру. Рисковать я не хотел и, полагая, что главный упырь окажется быстрее и сильнее своих шестерок, выпил зелье ускорения, что подняло мою скорость до вообще невероятного уровня. По прикидке на глазок я сейчас двигался в десять раз быстрее обычного человека. Однако, такая скорость продержится всего секунд тридцать, после чего мне желательно принять общеукрепляющее зелье и зелье маны в любой последовательности с промежутком между принятиями в одну минуту. На полной скорости я ворвался в атриум особняка Шелдона, намереваясь атаковать того без промедления. Моя скорость оказалась приемлемой, чтобы противостоять вампиру на равных. Да-да, Шелдон двигался с такой же скоростью что и я, находясь под воздействием зелья и заклинания. Мне удалось парировать рассекающий удар сверху, нацеленный куда-то в плечо, отводя легендарный гоблинский меч в сторону. Шелдон, вероятно, не хотел убивать меня сразу, а намеревался ранить, чтобы потом покопаться у меня в голове. Говорить в ускорении довольно трудно. Еще при испытаниях в Шармбатоне мы с Флёр порядком посмеялись над собственными попытками разговаривать, находясь под действием ускорения. Уж больно забавно звучали эти пищащие скороговорки с проглатыванием гласных и некоторых согласных звуков, что превращало вполне нормальный французский язык в тарабарщину пикси. Но я услышал вполне нормальный голос вампира, вкрадчивый обволакивающий и неспешный, а взглянув на его лицо, понял, что его губы не шевелятся, он говорил у меня в голове: — Снова маг. Эти глупые коротышки придумали для себя какие-то правила, а потом начали искать способы, как их обойти. Но ты сильнее тех, что приходили до этого. Я чувствую, нет — я вижу, что ты не такой, как другие. Твоя сила сродни моей. В тебе есть тьма и кровь. Ты достоин стать моей правой рукой, когда я уже почти готов открыть новую эру для этого загнивающего мира. Нет, ты достоин встать вровень со мной. Ты покажешь мне новый путь. Именно тебя я ждал всё это время. Ты — ключ к будущему этого мира. Посмотри мне в глаза. …Я посмотрел. Это было ошибкой. Парализующее действие взгляда Максимилиана Шелдона было непреодолимо, он каким-то образом прошел сквозь моё оклюментное сопротивление, практически не заметив его. Оценить время, которое ему понадобилось на это, я не мог, но мы оба будто застыли в смоле в тот момент, время остановилось. Мой страж, обскур, во внутреннем мире бросился на нарушителя границ, намереваясь вцепиться в ментальную плоть вторженца, но и тут вампир оказался слишком быстр и ловок, он сумел избежать встречи с обскуром и построить ментальную преграду. Моя тьма, неистовствуя, пыталась добраться до Шелдона, не в силах преодолеть преграду, скребла и кусала невидимый барьер. Шелдон же, не торопясь, начал взлом моей памяти. Он уже чувствовал мой страх и моё бессильное отчаяние. Такого я не мог даже предположить, но ментальная сила и опыт вампира оказались достаточными, чтобы без задержек нейтрализовать обскура, который выполнял у меня роль стража. Теперь на пути у кровососа к моей памяти были лишь логические смысловые препятствия, которые можно легко пройти, задавая правильные вопросы. Решение этих задач вызывало у вампира чувство удовольствия, он упивался моим состоянием беспомощности, решая задачки одну за другой, мой разум сам давал ответы и показывал путь, знай, задавай правильные вопросы и проходи по ассоциативным связям дальше вглубь сознания. По мере продвижения Шелдона не только моё сознание открывалось ему, но и сам Шелдон стал открываться мне. Было ли это особенностью ментальной техники вампира, или не предусмотренным эффектом? Я не знал. Память Максимилиана показала, что он никакой не Шелдон, эту фамилию он взял гораздо позже своего рождения человеком. Когда-то он был простым крестьянином и охотником в полудиком германском племени, когда римские легионы несли цивилизацию в те земли. Он родился в год битвы при Лупии — одиннадцатый год нашей эры. Постепенно взрослел, проникался духом того времени, когда Германия постепенно проминалась под стопой легионов Рима. Он был еще молод, когда повстречался с непонятным существом в лесу. Получив рану на шее, он сумел убежать, как тогда подумал. Но время от времени слыша зов, он сам, «по своей воле», шел в лес и давал этому существу пить свою кровь, находя это действо томительно-приятным. Перпетуя, так звали это существо женского пола, казалась ему всё более родной, он уже сам был рад делиться с ней своей кровью. Эта римлянка стала для него самым близким существом, он был готов отдать за неё жизнь не раздумывая. Однажды она дала ему испить своей крови. Он принял дар бессмертия из её крови, как благословение, как признак доверия и высочайшей любви, как божественное откровение. О-о-о-о, как ему было плохо. Тело били судороги, ноги и руки скрутило невыносимой болью, желудок и легкие разрывало спазмами, и только её голос звучал в его голове успокаивающе и спокойно, обещая, что боль скоро пройдет, и он вступит в новую жизнь. Голос обещал, что кровь станет для него новым «откровением», даруя невероятную ни с чем несравнимую глубину жизни и ощущений. Да, он смог переродиться, получив новую «жизнь», голод и тоску по свету солнца. Последнее — это очень редкое у вампиров явление, обычно присущее только обращенным магам. Да, как оказалось Шелдон будучи человеком имел магический дар, который при становлении вампиром был временно утерян и возвращался с годами постепенно, обещая новые силы и открытия, даруя зыбкую надежду избавиться от проклятия жажды. Я видел жизнь Шелдона. Как он набирал силу, как он стал независимым от своей «матери». Видел всё. Шелдон, которого на самом деле звали Джерлак, был довольно неординарной личностью, поэтому Перпетуя и выбрала его для вхождения в новую эпоху. Он был магом, что уже само по себе необычно. Ментал стал его сферой силы даже больше чем кровь, поэтому я проиграл так быстро. Не нужно было смотреть Шелдону в глаза. Но, у меня всё-таки появился шанс, хе-хе… Шелдон начал просматривать мою память, которая была на тот момент не только моей, но и памятью Дамблдора — через выпитое мной зелье. И вот, когда он коснулся памяти Дамблдора, то я почувствовал, что моя воля вернулась ко мне. О-о-о, как это приятно, снова почувствовать, что твоё тело принадлежит тебе. Да, обскур уже частично вышел из-под контроля, и я уже частично превратился в обскури. Но, вся моя темная сила обтекала тело Шелдона, неспособная повредить этому кровопийце. Было ли дело в том, что пока Шелдон пребывает в моей памяти он как бы и является мной? Не знаю. Но обскур уже начал убивать меня магическим истощением. Вытягивая магию, он довел меня до границы моей прочности, я понял это. В тот момент я почувствовал себя настоящим шаманом. Я был никем. Я был ничем. Я был всем. Я — не Я. Я — воля мира. Я — воля. Именно тогда я почувствовал, что снова могу действовать. Не то, чтобы двигаться, но действовать. Я открылся Шелдону. Я открыл ему всю память Дамблдора, хе-хе… и вампир завис, а мне снова вернулась возможность двигаться. Я потерял связь с Шелдоном. Я снова был самим собой, в своей памяти. Пусть я еще не особо соображал кто я и что я, но последние мгновения перед столкновением с мозгоклюем были в состоянии боя, я был на войне — это настроение у меня и проявилось. Вот он враг — убей его. И я сделал это, взмах зачарованного клинка из зуба тысячелетнего василиска пересекает шею «почти», древнего вампира. Я еще слышу в своей голове его мысли-слова: Нет, не убивай, мы должны быть вместе, но, мля — это слишком по-пидорски. Я почувствовал его страх, его просьбу, его надежду…. Он не хотел своей смерти. Он попытался воздействовать, говорил и говорил: — Мы должны быть вместе, ты и я. — Нифига, — ответил я. Вампир, оставшись без головы, потерял инициативу и большую часть своей ментальной силы. «Не смотрел ты дневники вампира», — подумал я в упрек Шелдону. Все еще слыша его отчаянные крики у себя в голове, обещания, заверения… Все эти: «Мы должны быть вместе» и «Войдем в новый мир наравне», — для меня ничего не значили. Всё что меня сейчас заботило, это набрать крови вампира в зачарованную склянку. «Ну всё сук…», — подумал я, — «Визарды рулес, а ты — гомно». — Мы должны быть вме… — и клинок пробил височную кость вампира, и голос в моей голове наконец-то замолк. Джерлак умер, совсем. Прошло несколько мгновений, прежде чем тело Шелдона вспыхнуло как селитренная смесь. Я еще успел оценить его черты лица и однозначно понять, что остров яой для этого вампира не был родиной. Эти резкие черты лица, прямые, будто рубленные линии. Пусть многие вампиры приобретали некоторые способности к метаморфизму, но обычно свой внешний вид в человеческой форме они изменять не могли. Часть вампиров из гнезда Максимилиана сразу же попыталась покинуть особняк, а часть осталась и замерла в ожидании. Ожидание чего? Я понял, что могу попробовать подчинить оставшихся вампиров себе, но зачем они мне нужны? Кроме того у меня начала жутко болеть голова и сводить судорогой мышцы. Кости и сухожилия тоже болели как у старика после ударной дозы физкультуры. Струйка пота, стекающая по спине, и всё больше нарастающий тремор конечностей абсолютно достоверно говорили о том, насколько тяжело мне далась битва с вампиром. Я победил — это главное. Но еще предстояло разобраться с остатками гнезда Шелдона. Поэтому я выпил зелья, соблюдая все правила и скастовал «хоменум ревелио». Обыскал останки Шелдона, найдя заветные камни, и подобрал меч. Меч убрал в сумку, мне он сейчас не был нужен. Да-а-а, потом я вспоминал эту битву ужасаясь. Я был так близок к гибели… Увидев, что я не уступаю ему в скорости, Шелдон решил пойти другим путём. Через ментал он тоже добился успеха, но мне просто повезло. Говорят новичкам везёт, а еще дуракам. Пусть простые вампиры не доставили проблем, но я был очень уставшим. Часть кровососов всё-таки сбежала. Но, дело сделано. Как же это было тяжело… Я плохо запомнил, как я обыскивал имение. Да, я нашел золото и серебро в монетах разных времен. Было в добыче и гоблинское золото, но совсем мало. Кроме монет благородные металлы были представлены в виде разных бытовых мелочей, таких как: столовые приборы и посуда, канделябры и отделка картинных рам, ну и другой хлам. Нашлись в особняке и драгоценные камушки с бумагами, представляющими для меня сомнительную ценность. Ну, например, зачем мне может понадобиться компромат на одного из глав вампирского клана? Хотя, конечно, может и понадобится когда-нибудь. В этой же куче бумаг нашлась и купчая на особняк и прилегающую территорию. «Нужен ли мне этот дом?» — задался я вопросом. Немного подумав, решил, что дом мне нужен, вот только не обязательно конкретно этот. Содержать особняк в такой глуши — может быть очень хлопотно. Ни тебе супермаркетов, ни людей, ни дорог. Да, природа здесь хорошая, даже вездесущие следы цивилизации попадаются очень редко. Отсутствие дорог — для волшебника не такая уж большая проблема. Вообще, этот особняк для себя построил какой-то волшебник. Обследовав дом, нашел даже подземелье с местом для установки алтарного камня. Видимо тут когда-то был природный источник. Иссяк? Иначе, как этот маг собирался запитать магическую систему дома? Сейчас источник отсутствовал. Сейчас у меня было два камня с душой. Один из них можно было потратить на питание магии дома. Слишком много на такой камень не завяжешь, не хватит силы. Но минимальную защиту он потянет. А если мне взять домовика с привязкой к себе, то и дом будет ухоженный. Артефакты, найденные в доме были откровенным разрядившимся ширпотребом, что-то стоили только те, что вампир снял с магов, что пытались его убить по заказу гоблинов. Но для меня и они были не особо интересны. Мой новенький костюм заменял их все вместе взятые, а вот книги были интересные. Особо времени на перебор добычи у меня не было. Времени тут провел уже и так много. Сильно устал, вымотался. Пусть зелья меня поддержали, но их действие уже заканчивалось. Уже появилась головная боль и стало тянуть мышцы. Скоро мне станет казаться, что кости болят изнутри, начнется трясучка, как от гнева или страха. К этому времени мне уже лучше бы оказаться в цивилизации, в безопасности, в теплой постельке, принять нужные зелья и забыться сном. Посетить гоблинов можно и позже. Уже плохо соображая я аппарировал в Хогсмид и поспешил в Хогвартс. По пути мне встречались какие-то люди, но я уже откровенно плохо соображал. Ни с кем не разговаривая я прошел в свою комнату и завалился спать, приняв зелья для сна. Сам бы уже уснуть не смог, начались боли и трясучка. С кинжалом еще разобраться. Уже понятно, что он получил силу в области ментала, но его возможности еще следует испытать. Всё завтра!..