Арракис - Блэк полукровка

Отправляясь на трудное и опасное дело, я чувствовал себя отдохнувшим и готовым к свершениям. Да-да, разрядка была нужна не только героям, но и мне самому. Две красивые девушки в шикарных нарядах, теплая домашняя обстановка, вкусная еда — это тот маленький праздник, который для меня почти ничего не стоил, но позволил почувствовать перспективу дальнейшей жизни, ощутить минуту мира в душе, когда всё вокруг находится в круговороте гражданской войны и политических интриг. На самом деле, тот важный разговор с Анриеттой и её компанией был не так уж и важен, просто не хотелось упускать подходящий момент. Что сказать? Праздник удался, но теперь пора браться за дело. В Хогсмид мы трансгрессировали раздельно, сначала Анриетта с друзьями, а затем уже я, чтобы оказать содействие и отвлечь егерей. Сразу же после трансгрессии пришлось принимать меры по отвлечению, егеря уже пытались найти нарушителей. Противный звук сигнализации раздавался как раз из того района, где должны были появиться герои. Что можно сказать о работе егерей? С одной стороны, они работали тщательно, обыскивали каждый угол и заглядывали под каждый камень, но с другой — действовали бестолково, продвигаясь волной и выдавливая возможных нарушителей. Их действия были подобны действиям настоящих егерей, участвующих в загонной охоте. По идее они должны выдавить, выгнать, вспугнуть дичь в сторону охотника, но тут никаких охотников не было. Умышлено побеспокоив сигнализацию, я привлек внимание егерей к своему месту расположения. Бестолковые работники министерства, среагировав на новое место нарушения периметра и полностью оставили предыдущее место поиска, что было еще одной ошибкой в их алгоритме действия. Когда я зашел к Аберфорту в трактир, то тот уже начал моральное испытание для Поттер. — Ордена больше нет, — застал я фразу Дамблдора, который немного удивился моему скрытному проникновению в его логово, но не подал особо вида. После небольшой паузы он продолжил: — Кто говорит иначе, лишь обманывает себя. — Дамблдор поручил мне дело, — настаивала на своём Анриетта, не веря, что ей могут отказать в помощи. — Правда? — с сарказмом перебил Анриетту Аберфорт. — Хорошее дело?  — Я ищу кое-какие предметы важные для Темного Лорда. Дамблдор поручил мне уничтожить их. — Я знаю, о каких предметах ты говоришь, — продолжил испытание Аберфорт. — Мой брат не мог поручить тебе это дело, потому что это настоящее самоубийство. Мне не хотелось вмешиваться в это моральное испытание, но так получилось, что я, утомившись этим разговором, слишком громко вздохнул, привлекая к себе внимание. Выдержав взгляд от всей компании, в том числе и от Аберфорта, просто пожал плечами и покрутил в воздухе рукой, призывая продолжить дискуссию. — Поживи еще немного, девочка, — недовольным голосом посоветовал Аберфорт Анриетте. — Но, он на самом деле поручил мне это дело, — уже с каплей отчаяния стала срываться в голос Анриетта, посматривая время от времени на меня. Ну, да, ведь это именно я определил этот путь в Хогвартс, это я привел их сюда. — С чего ты решила, что моему брату вообще можно доверять? — стал задавать провокационные вопросы Аберфорт. — Так ли хорошо ты его знала? Он упоминал хоть раз про меня, или про неё? — кивнул в сторону портрета Арианы брат Альбуса. — Не смотри на Арракиса. Сейчас я обращаюсь только к тебе: какая у тебя причина выполнять поручение моего брата? Зачем ты подвергаешь себя такой опасности? — Возможно, я не так хорошо знала директора Дамблдора, — начала отвечать Анриетта, когда у неё внутри, в самой глубине души что-то сломалось, или наоборот сложилось. — Он никогда не рассказывал мне о тебе и, возможно, не доверял. На то у него были причины, возможно. Но я знала его, как человека, который был верен своим идеалам до конца, даже умирая, он не перестал бороться с Темным Лордом. Теперь мне некуда деваться, кроме как тоже продолжать бороться, и прятаться я не стану. Кроме этого, Поттер наговорила еще много чего Аберфорту в упрек. Суть можно было уложить в одной или двух фразах. Не знаю, чего конкретно добивался Аберфорт Дамблдор, но ответ Анриетты его удовлетворил. Далее Дамблдор дал портрету Арианы нужную команду и ушел, оставив нас. Грейнджер начала втирать Анриетте, что Аберфорт на сдавшегося вовсе не похож. Кроме того, Гермиона прямо-таки стыдила Анриетту, за её грубые слова. Про меня и моё бездействие никто не вспомнил. Через какое-то время Ариана снова появилась на холсте. Не торопясь она вела за собой кого-то, идя из глубины картины. — Кто это с ней? — спросил Рон. Но, вопросы отпали сами собой. Картина подобно двери распахнулась, и оказалось, что она закрывает вход в подземный ход, из которого появился Невилл Лонгботтом. После коротких приветствий друзья отправились в подземный ход, следуя за Невиллом, только Анриетта обернулась, видя, что я не последовал за ними, спросила: — Ты не идешь? — Нет, — помотал я головой в стороны. — Пока останусь здесь, подожду остальных. Нужно будет снова отвлекать егерей. Анриетта кивнула, принимая такой ответ, и поспешила за остальными. — Включи радио, — сказал я Аберфорту, который почти сразу вернулся, стоило только героям уйти. — Условный сигнал — «удар молнии», — сообщил мне Аберфорт. — Хорошо, — кивнул я в ответ. — Как только будет сигнал, пойду встречать гостей. Пришлось подождать некоторое время. Пока тянулось ожидание, я решил расспросить Аберфорта о сути его испытаний. Зачем он вообще это делает? Зачем испытывает людей? Что это, недоверие, или какой-то личный момент? — В случае с Поттер — это еще один способ, получить дополнительную гарантию, что она не отступит в решающий момент. Не сказать, что я в ней сомневаюсь, но лишней такая проверка не будет, — сказал Аберфорт, который вовсе не заботился о благополучии Анриетты, как теперь было понятно. Но и со мной Дамблдор не был откровенен, я уловил что-то такое, что-то он недоговаривал. — Понимаю, — кивнул я. — Но и ты должен понять, я тоже должен убедиться, испытать её. Моё испытание отличается от твоего, оно на самом деле дает ей выбор, а не иллюзию. Аберфорт нахмурился, ему не понравились мои слова. Вероятно, он видел в моих действиях угрозу для плана Альбуса, или угрозу для своего плана. Аберфорт уже открыл рот, чтобы что-то сказать, но не успел, я опередил его: — Не нужно возражений, Аберфорт. У Анриетты в любом случае будет второй шанс. На мой взгляд, первоначальный план: принести её в жертву, надеясь только на пророчество — это неправильно. — Теперь уже я строго нахмурившись смотрел на Аберфорта. — Сам Альбус не сильно надеялся на силу пророчества, полагая, что придется самому ставить точку в жизненном пути Тома Риддла. Теперь Альбуса нет, и я рад, что он заблаговременно согласился с моим планом, который дает Анриетте второй шанс. — О каком втором шансе ты говоришь? — спросил Аберфорт. — Если Альбус тебе не сказал, — хитро посмотрел я на Дамблдора, — то и мне не следует раскрывать этот секрет. Прости, Аберфорт, ты узнаешь об этом позже, когда всё уже решится. — Не нравится мне всё это, — оставил за собой последнее слово Дамблдор. А я начал кое-что понимать насчет Аберфорта. Раньше у меня как-то не складывался канон, не могла Грейнджер стать министром магии даже через десять лет. Да, конечно, Уизли вполне могли её поддерживать и всячески продвигать, учитывая, что Рон её муж, но этого мало. Какую-то поддержку могла оказать Минерва Макгонагалл, ведь Гермиона всегда была у неё на хорошем счету. Для общественности определенным плюсом служит то, что Грейнджер была дружна с избранным и сама в какой-то мере личность героическая. Всё это так, но этого совсем не достаточно. А теперь, поговорив с Аберфортом, я понял, что на то место, которое я так стараюсь занять, претендует еще один человек. Именно Аберфорта не хватало в моём пазле, чтобы всё сложилось. Пускай я действовал на рефлексах, которые выработались из-за поглощения памяти директора, но моего чутья тогда в разговоре было достаточно, а теперь подумав понял и умом: Аберфорт пытается занять место брата, пусть не директорское и не верховного чародея, но место в центре паутины интриг и политических противовесов. Он хотел стать объединяющей силой восстания, а потом управлять из тени. Ситуация заставляла задуматься. А не стоит ли мне ждать удара в спину? То, как я разговаривал с братом Альбуса, выглядит как заявка на главенство. Да, Аберфорт отступил, но не затаился ли он? Кроме того, Билл Уизли оказался не дебил. Не зря его Флёр выбрала в каноничной истории. Он не просто умный волшебник, но еще и хитрый. Видимо, в какой-то момент ему показалось странным, что я что-то знаю, а что-то нет, и он меня аккуратно проверил. На самом деле средств маскировки у волшебников столько, что нельзя быть уверенным даже в самом себе. Да-да, сейчас речь уже о ментальных воздействиях. Думаю, еще не раз придется сталкиваться лбами с Аберфортом и Биллом, и всякое может пойти в ход, но сейчас я проверки прошел и своё право отстоял. Сейчас удара в спину не будет. Наконец-то «ударила молния», и я, приняв образ собаки, отправился на улицу, отвлекать егерей. Поработать мне пришлось только для Молли и Артура Уизли, все остальные знали методы работы авроров, а методы егерей не сильно отличались. Собственно, было всего две волны прибывших. Сначала явились Бруствер и Билл Уизли, которые привели на прицепе близнецов и чету Люпинов, а потом появились старшие Уизли, после чего мы всей дружной толпой отправились в подземный ход. Замыкающим шел Аберфорт, активируя какие-то ловушки, чтобы враги, буде они обнаружат этот проход, не смогли воспользоваться им. *** Директор Снейп собрал всех учеников и учителей в большой зале, чтобы обратиться с предупреждением, что ждет укрывающих Поттер. Его речь была больше похожа на запугивание, что было в какой-то мере неправильно. Если бы Снейп на самом деле хотел найти Поттер, то следовало не только пугать «кнутом», но и обещать «пряник». Кроме того, следовало ожидать доносчиков после этого собрания, а не на нем. Никто не выйдет из рядов. Быть предателем — это одно, а быть предателем напоказ — это другое. Но в любом случае, это собрание запоздало, всё уже было готово для восстания. Снейп закончил свою речь, и из рядов учеников вышла сама Анриетта Поттер. Двери зала открылись и мы вошли, чтобы услышать слова Анриетты, которая начала свою обвинительную тираду к Снейпу: — Как смеете Вы стоять там, где стоял Он? Скажите им, что произошло в ту ночь! Как Вы смотрели ему в глаза?! Он доверял Вам, а Вы убили его! Снейп не стал ничего отвечать, а просто выхватил из кобуры палочку изготовившись атаковать. Макгонагалл, следуя договоренности, правильно поняла момент, когда ей следует выступить открыто на стороне Поттер, и заслонила Анриетту собой, тоже достав палочку. В боёвке Макгонагалл чувствовался стиль Альбуса Дамблдора. Минерва не пыталась менять позицию или как-либо просчитать своего оппонента, она просто пристально следила за действиями Снейпа готовая среагировать в первую очередь контрчарами, либо сбивая концентрацию быстрыми невербальными заклятьями. Огненные птицы, которые Макгонагалл посылала в Снейпа, тоже были из арсенала Дамблдора. Снейп сначала действовал подобно Минерве, но перейдя в глухую оборону и совершенно не пытаясь атаковать, он, неудачно отразив пару огненных птиц, вывел из строя Кэрроу, которые повалились там, где стояли. Затем Снейп показал своё мастерство в умении перемещаться, чем заставил немного понервничать декана Гриффиндора, но контратаковать так и не стал, просто сбежав с поля боя. — Трус! — выкрикнула Минерва вслед Снейпу, чувствуя немалое облегчение. Снейп, разбив окно, вырвался наружу и на крыльях тьмы отправился куда-то в ночное небо. Первым делом я помог связать Кэрроу и навел плотные чары сна, готовясь транспортировать их в укромное место, но всех в Хогвартсе вскоре пронзила головная боль. Реакции Пожирателей долго ждать не пришлось, Волдеморт использовал ментальные чары, чтобы озвучить свой ультиматум. Ультиматум Темного Лорда звучал у нас в головах. На слова я почти не обращал внимания, меня больше интересовал способ передачи информации. Он открыл мне путь, что я так долго искал. Конечно, это еще далеко не готовый артефакт, а только принцип построения чар. Еще предстоит много умственной работы, для того чтобы увязать возникшие у меня идеи с чарами. Что-то похожее на нужное мне зачарование, я видел в своё время в диадеме Райвенкло. Пока я витал в облаках построения заклинаний и зачарований, мимо меня проскользнуло мелкое событие с предложением Паркинсон — выдать Анриетту Пожирателям. Не сказал бы, что большинство приняло сторону Поттер, но костяк сопротивления был готов сражаться за свои идеи, а вот Паркинсон никто не стал поддерживать открыто. Пусть Слизерин придерживался такого же мнения, но сражаться здесь и сейчас никто из них был не готов, даже сама Пэнси. Сразу же, как стало ясно, что никто из слизеринцев не окажет сопротивления, Минерва распорядилась отвести их в подземелья и запереть в их же гостиной. Кэрроу мы тоже заперли на нижних этажах, без посторонней помощи они проспят примерно сутки. Макгонагалл взяла на себя организацию обороны. Как и предполагалось, никто из профессоров не стал перечить, приняв главенство Маккошки. Невилл и Симус Финниган отправились минировать мост ведущий к хижине Хагрида. С той стороны тоже ожидалось нападение, но основной удар предполагался с другой стороны. Всех охватило нервное воодушевление. Хогвартс готовился к обороне. Пока Макгонагалл активировала и расставляла големов, все остальные взрослые волшебники, что уже давно закончили школу, вкладывали свои силы в постановку барьера. Сил было влито столько, что барьер стал видимым. Вскоре показались силы противника. Это была настоящая «армия тьмы», были тут и акромантулы, и великаны, и оборотни, дементоры, не хватало только зомби и инферналов. Уверен, что не будь целью атаки Хогвартс, то всякой ожившей мертвичины было бы полно. Но, видимо, что Волдеморт еще не растерял свой ум и разум, чтобы насылать на Хогвартс мертвецов. Все эти инферналы и зомби требуют постоянного контроля, они совершенно не могут различать союзников и врагов, могут только атаковать в одну сторону, на этом их селективность выбора атакуемого объекта заканчивается. Без контроля инферналы будут набрасываться на всех подряд, а зомби просто встанут. Учитывая, что в Хогвартсе могут находиться дети самих Пожирателей и нейтральных волшебников, атаковать подобными методами было бы неправильно. Осада старого замка началась с бомбардировки барьера заклинаниями. Множество вспышек осветило окрестности. Чертя в небе след, от армии врага в сторону школы полетели заклинания. Барьер, принимая на себя первые атаки врага, засветился ярче. Со стороны моста тоже была атака, но там оборотни атаковали без поддержки волшебников, самые быстрые и нетерпеливые, преследуя Невилла, наткнулись на барьер и сгорели. Эту новость мы получили с гонцом, которые сейчас бегали, сообщая Макгонагалл о ситуации на разных участках обороны. Вообще, обороняющихся было не так много, как хотелось бы, приходилось размазывать силы, ожидая нападения с самых невероятных направлений. Учитывая, что некоторые Пожиратели умеют летать, то следовало прикрывать и окна, которые могли бы послужить удобным входом. Трудно сказать, насколько разумно было вкладываться в барьер. С одной стороны барьер сбил первый атакующий порыв, заставил Пожирателей и Лорда понять, что не все будет просто. Кроме того, защитные чары обычно требуют меньше сил, чем атакующие, а на подготовленном месте при более выгодной позиции оборонительные чары становятся еще более выгодными. По мне, так тактика была вполне выверенной. Пока пожиратели разрушали барьер, обороняющиеся почти полностью восстановили потраченные силы. Сказывалось нахождение в центре силы. Последнюю точку в разрушении барьера поставил сам Темный Лорд. Его заклинание было так накачано силой, что полыхнуло по всему барьеру, после чего защита, исчерпав свои ресурсы, стала гаснуть. Было понятно, что этим ударом Темный Лорд на время истратил свои возможности магичить, и первая волна после прорыва барьера будет без его поддержки. Еще до начала столкновения нам с Макгонагалл пришло сообщение, что мост взорван. «Струпьяр погиб», — отметил я для себя. Мне в какой-то момент хотелось привлечь этого оборотня на свою сторону, но я так и не придумал, каким образом его можно переманить. Ведь для любого здравомыслящего разумного понятно, что сопротивление будет задавлено, что силам «света» нечего противопоставить Темному Лорду, пророчество само по себе сражаться за Поттер не будет, Дамблдор мертв, ну и все такое подобное. Зачем оборотню менять сторону наиболее вероятного победителя на побежденных? Вперед от Пожирателей двинулись силы призванных существ. Огромные фигуры великанов превосходили комплекцией совсем не маленьких големов. Более мелкие акромантулы в темноте казались шевелящимся ковром, что следовал вместе с великанами, старательно огибая тех. Но даже тут волшебники не отдали существам право первого удара, некоторые Пожиратели на «крыльях тьмы» быстро сократили расстояние и стали осыпать обороняющихся заклинаниями. Макгонагалл вступила в бой, пытаясь поддержать своей магией големов, отбиваясь и уворачиваясь от редких заклинаний, прилетающих от «летучих» Пожирателей, что кружили в небе. Мне тоже пришлось вступить в бой. Сначала я пытался следовать за Минервой, прикрывая той спину, но уже через минуту я на мгновение потерял её из виду, пока блокировал удар великана и следом посылал секо в акромантула. Когда отбился и осмотрелся, то не нашел Минерву на прежнем месте. Далее снова пришлось отбиваться и атаковать в ответ. Время от времени мне приходилось выдергивать молодых волшебников из-под ударов великанов и бросков пауков. Самыми неприятными противниками во всей этой атаке Пожирателей стали дементоры, которые во многом были совершенно неуправляемыми, но очень мобильными. Во многом эти твари были подобны инферналам на поле боя, единственное их отличие — они таки могли отличить своих «союзников». Приходилось постоянно отгонять тварей кастуя патронуса. В запале боя мне довелось несколько раз попасть под различные заклинания Пожирателей, если бы не моя первоклассная защитная одежда, то не избежать бы мне ранений, но даже так, я получил несколько ушибов и вывих ноги, что несколько снизило мою подвижность. Пришлось ненадолго отступить, чтобы выпить несколько зелий и поправить ногу. Весь этот бой был похож на деревенскую драку «стенка на стенку». Нет-нет, конечно, этот бой не походил на деревенскую драку средствами, методами и оружием, но тут, как и в деревенской драке уже на первой минуте боя начинается сплошная мешанина и «стенок» или, вообще, какого-нибудь фронта не существует. Участвовать в Хогвартской битве мне, честно говоря, не хотелось. Но не участвовать я не мог. Когда на защиту своих убеждений встают школьники, мне, взрослому волшебнику, который хочет стать для многих авторитетным примером, оставаться в стороне нельзя. Внутри Хогвартса тоже шел бой, но, если сравнивать с тем, что творилось снаружи, то тут было несколько спокойней. Нужно отметить, что даже сейчас многие пожиратели не рисковали кидаться непростительными заклинаниями направо и налево, особенно в школьников. На глаза мне попался Невилл, который спрашивал Анриетту о Полумне. Мне было плохо слышно, что ему ответила Поттер. Сам Невил стал кричать, что любит Полумну Лавгуд. Состояние Поттер я оценить не мог, но Лонгботтом похоже был слегка контужен. Возиться с помешательством Лонгботтома, мне было не резон, у него своя битва, а у меня своя. Пришло время найти Сивого, чтобы закрыть вопрос мести. Уж теперь-то никто не сможет мне поставить в вину убийство этого оборотня. Лаванда никогда раньше не участвовала ни в чем подобном. Да, она знала что будет опасно, но даже представить себе не могла такого. Порой было просто невозможно уследить за ситуацией, заклинания летели со всех сторон, мелькали свои и Пожиратели, отовсюду сыпалась пыль и подобно шрапнели летела гранитная и мраморная крошка. Она тоже старалась постоянно перемещаться и бросать заклинания во врагов, даже не пытаясь завязать с кем-нибудь одним длительную магическую перестрелку. Бросила заклинание и побежала дальше. Наверное, будь у неё хоть одна спокойная минута, чтобы подумать, то она обязательно испугалась бы и нашла себе какое-нибудь укромное место, где просто можно отсидеться, но спокойного момента совсем не выпадало. Вот она снова бросает в какого-то Пожирателя, все еще летающего на крыльях тьмы, заклинание и пытается опять перебежать в другое место, как вдруг её что-то сносит с ног. Она только успела поднять глаза, чтобы посмотреть, что её сбило, еще не отойдя от неожиданности. Голова кружилась, и тело плохо слушалось. Действия были чисто рефлекторными. Увидев приближающегося к себе крупного мужчину со звероватыми чертами лица, она даже не успела понять, кто это, и испугаться. Мужчина бросился на неё, желая буквально загрызть зубами и быть бы Лаванде мертвой, но мужчина вдруг застыл на месте, не в силах преодолеть какую-то невидимую силу. Он рычал и извивался. Я успел в последний момент, когда Сивый уже набросился на Браун в попытке загрызть. Телекинезом перехватил Грэйбека в воздухе, отметив, как вздрогнула и застыла в ужасе Лаванда. Долго возиться с Грейбеком не стал. Сейчас совсем не было времени на самокопания, тем более решение принял заранее. Мне даже не нужно было произносить какие бы то ни было заклинания. Удерживая оборотня телекинезом, выпустил темную силу обскура, сломил собственную магию Сивого, наполнил его тьмой. Тьма ползла в удерживаемое мной тело, причиняя поганцу сильную боль. Но вот, больше уже его тело не может вместить хоть каплю тьмы, и я подаю рывком еще порцию, одновременно с приказом «убить». Фенрира разорвало не в ошметки плоти, и не в кровавую взвесь, как можно было ожидать, его просто развеяло черным дымом без следа, как будто тот никогда не существовал. — Вот так вот, — сказал я. — Voilà. Это был единственный момент за сражение, когда я открыто применил свою темную силу. Механическим движением, как заржавевший робот, Лаванда повернула в мою сторону голову. Страх еще не ушел из её взгляда, но она нашла в себе силы кивнуть в знак благодарности. Мне уже было видно, что она не боец на ближайшее время. Вся в синяках и ссадинах, с плавающим от сотрясения взглядом, Лаванда попыталась подняться на ноги и сразу же чуть не завалилась на бок. Пришлось мне помочь ей, оказать первую помощь и наложить дезилюминационные чары. Оставив Лаванду в укромном закутке, где у неё были все шансы переждать этот бой, я снова вышел на охоту. У меня не было на эту битву какого-нибудь конкретного плана. Спасти тут кого-то конкретного, Люпина, Нимфадору, Лаванду — такую задачу не ставил. В этой мешанине я не смог даже просто удержаться рядом с Макгонагалл, как надеялся. Лаванда по книжному канону вообще не должна была погибнуть. Поэтому порадовался, что нашел Грэйбека так вовремя, и поэтому, когда я застал Нимфадору, сражающуюся с Беллатрисой, то еще больше, просто несказанно обрадовался своей удаче. Не размениваясь на слова, я сразу же снес Беллатрису флиппендо. На Лестрейндж были какие-то щиты, но сила, которую я вложил в заклинание, просто смыла их в мгновение, отправив Пожирательницу полетать. Нимфадора была не в лучшей форме и дело даже не в синяках, которыми сейчас может похвастаться каждый, её магия ослабла. Моё чутьё ясно давало понять, что Дора слишком сильно выложилась. По всей видимости, опираясь на понимание, что бой происходит в Хогвартсе, девушка-метаморф совершенно не экономила силы, вкладывалась по полной в каждое заклинание. — Выпей, — дал я Тонкс-Люпин зелье маны. Стоило Тонкс выполнить указание, как я сразу же погрузил её в сон. Не нужно ей продолжать этот бой. Всё что могла, она уже сделала. Да, нужно признать, что даже на нашей территории, мы этот бой проигрываем. Численный перевес, опыт и личная сила у Пожирателей в совокупности превосходят наши возможности. Большинство среди наших — это школьники. То небольшое количество остатков Ордена Феникса и профессура Хогвартса не могут перевесить силу Пожирателей и Темного Лорда. А ведь сам Волдеморт еще не вступил в бой, восстанавливается после пробоя барьера. Разобравшись с Тонкс, отправился искать Беллатрису. Было бы правильно, если с этой безумной бабой покончит не Молли Уизли, а лорд Блэк. Все-таки, Лестрейндж стала пятном на репутации Блэков. После нее всех Блэков считают хоть немного безумцами. Бой Беллатриса принимать не стала, смеясь и поддразнивая предпочла ретироваться. Моя попытка преследования наткнулась на парочку других пожирателей. Пришлось задержаться, чтобы прикрыть школьников. В итоге, Беллатрисы и след простыл. Снаружи, кажется, наши силы таки смогли разобраться с великанами и сейчас добивали одиночных акромантулов, которые, нужно отметить особо, атаковали как-то вяло. Краем глаза заметил, как Аберфорт отгоняет Дементоров, которые давали уставшим Пожирателям возможность отступить без потерь. Заметив Поттер, я решил последовать в ту же сторону, памятуя, что все основные события происходят рядом с героями. Мне довелось застать тот момент, когда герои наблюдали сцену расправы Волдеморта со Снейпом. Герои наблюдали за Волдемортом, а я наблюдал за героями. О чем там разговаривали Снейп с Темным Лордом, мне было совершенно не слышно, но примерно, я всё знал из канона. — Палочка меня не слушается. — Почему? — Как будто у неё другой хозяин. — Это только ваша палочка мой лорд. — Нет, Снейпушка. Прости, но я должен быть уверен. Нагини — фас. Далее, змея Темного Лорда искусала Снейпа с ног до головы. Не нужно считать, что мастер зельевар совсем не пользуется противоядиями и что это еще одна глупость канона, который в угоду нужной сюжетной линии допускает любую ересь. Вовсе нет. Подозреваю, причина того, что Снейп не умер сразу, была как раз именно в том, что он был по брови залит противоядием. Просто Нагини влила в Снейпа столько яда, что всё противоядие только и могло, что продлить мучения зельевара, пока не откажут почки, печень и сердце. Из того, что я узнал о Дарах Смерти, могу авторитетно заявить: Снейп умер зря. Но для сил света, он умер как герой. Что уж там он сказал Анриетте? Но она плакала, пока собирала воспоминания Снейпа из слёз. Сразу же после убийства Темным Лордом Снейпа Пожиратели отступили, оставив обороняющихся зализывать раны и подсчитывать павших. Анриетта отправилась в кабинет директора к омуту памяти, чтобы увидеть последнее послание Снейпа, последнее послание Дамблдора. Нужно ли говорить, что она была раздавлена новостями? Пусть я пытался делать намеки, давал понять, что Дамблдор — не ангел и не Санта Клаус, но вера, при всей её хрупкости, бывает такой прочной. После отзыва своих ударных сил Волан-де-Морт снова выдвинул ультиматум. Теперь он взывал к чести самой Поттер, понимая, что в Хогвартсе сейчас нет его сторонников и, вообще, робких нейтралов не осталось. Он звал её в запретный лес, одну, чтобы решить все лично. Прохаживаясь по Хогвартсу, я осматривал повреждения, что были нанесены замку. Кругом лежали раненые и мертвые. Раненых больше, чем мертвых, что можно считать хорошим моментом, наверное. Мадам Помфри хотела разбудить Нимфадору, но я остановил её: — Не нужно её будить. Ремус пал. Проснувшись, она будет рваться в бой и обязательно погибнет. Она еще не до конца восстановилась после родов и совершенно не умеет соизмерять силы, выложилась почти до истощения. Я дал ей зелье маны и погрузил в сон. Пусть спит, пока. Пока разговаривал с мадам Помфри, заметил идущую мимо Поттер. С решимостью в лице девушка шла мимо раненых и убитых, как недавно проходил я. В глазах у Анриетты застыла боль и обреченность. — Анриетта, постой, — крикнул я, двинувшись к Поттер. — Тебе не обязательно делать это. — Ты знал? — спросила Поттер. — Что он знал? — спросила Гермиона, нагнавшая подругу. Следом подтянулся Рон. — Кроме змеи-фамильяра Волдеморта есть еще один крестраж, — ответила Поттер, указав себе на лоб. — Нет, — заплакала Гермиона. — Нет же. Мы что-нибудь придумаем. — Тебе не обязательно идти туда, — повторился я. — Если хочешь, я пойду за тебя. — Сказав это, я изменил свою внешность став совершенно неотличимым от Анриетты, даже сделал несколько её характерных жестов. — Спасибо вам, друзья, но это моё дело, — ответила Поттер улыбнувшись. — Убейте змею! Тогда он снова станет смертен. Отдав мне нож, а Гермионе палочку, Поттер ушла, и никто больше не попытался её отговорить. Отступление. Анриетта Поттер. Было очень обидно узнать, что Альбус Дамблдор оказался не таким, как я его привыкла видеть. А ведь Арракис не единожды делал намеки, что директор вовсе не такой, как его обычно все представляют. Великий волшебник, победитель темного лорда Грин-де-Вальда, политик, директор Хогвартса — он не мог быть тем чудаковатым стариком с колокольчиками в бороде, не укладывалось это всё в один образ. Все эти тайны, какое-то недоверие ко мне, теперь всё встало на свои места. Даже Снейп теперь уже не кажется таким мерзавцем, каким он всегда пытался показаться. Вся моя жизнь оказалась ложью. А главное, что и винить кого-либо нельзя. Может, друзья все-таки были настоящие?.. Но вот мой путь закончен. «Я открываюсь под конец», написано на снитче. Пожалуй — да. Это конец. Легкое прикосновение губ к снитчу и он раскрывается, оставляя на ладони Поттер Воскрешающий Камень. Сжав камень в руке, Анриетта видит своих погибших родителей, Ремуса, Сириуса. Они все тут, с ней. Скоро и она будет с ними. — Почему вы здесь? — задала Анриетта вопрос, просто по инерции, чтобы что-то сказать. — Мы никуда не уходили, — ответила Лили. — Это больно, умирать? — Спросила Сириуса Анриетта. — Быстрее чем засыпать, — немного не на тот вопрос, который ему задали, ответил Сириус. — Ты почти у цели, — сказал Джеймс. — Простите, — повинилась Поттер. — Я не хотела, чтобы вы умирали из-за меня. И Ремус, Ваш сын… — Другие расскажут ему, ради чего я погиб, — не стал слушать Люпин покаяние Поттер. — Однажды он поймет. — Вы будете со мной? — До самого конца, — подтвердил Джеймс. — И он не сможет увидеть вас? — Мы в твоём сердце, — ответил Сириус. Анриетта обронила камень и двинулась дальше на встречу уготованному, на встречу своей судьбе. Вот они все: Беллатриса, другие Лестрейнджи, Пожиратели и сам Волдеморт, и связанный Хагрид. — Анриетта Поттер, — сипящим голосом выдавил из себя Темный Лорд. — Дитя-которое-выжило. Ты пришла умереть. На некоторое время установилась тишина. — Авада кедавра, — пророкотало в тишине. Зеленый луч врезался в Анриетту Поттер, и та упала замертво. — Проверь, — обратился Волдеморт к Люциусу, — она мертва? Однажды она уже совершила невозможное. — Я проверю, — сказала Нарцисса Малфой и подошла к телу девушки. — Ну?.. — не в силах утерпеть поинтересовался Темный Лорд. — Она мертва, — подтвердила очевидное Цисси — Я не могу рисковать, — сказал темный лорд, как бы объясняя что-то. — Отойди от тела. Стоило Нарциссе отдалиться, как с палочки Темного Лорда слетело еще одно заклинание, теперь огненное. Тело Анриетты Поттер охватил огонь, превращая то в обугленную головешку. — Развяжите этого, — махнул рукой на Хагрида Темный Лорд. — он пойдет впереди и подтвердит, что Поттер мертва. Конец отступления. — Х-х-х-ха, — выдохнула Поттер резко сев, дико вращая глазами, она всё пыталась «вспомнить» как дышать. Питательную жидкость со всеми зельями я уже слил, но убрать остатки с лица и волос не успел. Остальные части тела чистить не нужно, костюм из кожи василиска впитает в себя всё полезное, а ненужное скинет. — Хап… Арр… Кхх, — попыталась что-то сказать Поттер, постепенно успокаиваясь. — Подожди немного, — успокоил я девушку. — Скоро ты снова сможешь говорить. Твоя душа только вернулась в свое настоящее тело. Нужно дать ей привыкнуть. Приговаривая, я быстренько обследовал Анриетту на наличие крестража, её собственной силы и здоровья вообще. Уже через минуту я мог сделать заключение, что мои эксперименты сказались на девушке положительно. Крестраж был разрушен, и теперь его остатки поглощались душой Поттер. Собственный уровень сил у Поттер возрос значительно. Вся сила камня с душой и то, что было силой крестража, теперь с Анриеттой навсегда. Сейчас она по силе была ярче меня, но потом, когда буря в энергиях души закончится, думаю, будет немного слабее. — Я видела Дамблдора, — сказала Анриетта. — Вы все это спланировали. Ты не мог раньше сказать, что я не умру до конца? — И чего тогда было бы героического в твоем поступке? — спросил я Поттер, откровенно посмеиваясь и возвращая девушке её нож и палочку. — Вставай, давай. Нужно идти встречать Пожирателей. Они уже близко. Сейчас начнут кричать «Поттер мертва». Расстроят всех. Но если хочешь, то можешь тут полежать, отдохнуть. Я тебя подменю. — Ну уж нет, Ар-р-ракис, — прорычала Поттер, поднимаясь. — Пойдем. Собственно, теперь мне стало понятно, каким образом Нагайна оказалась с Волдемортом во время последней битвы. Нужно было просто сопоставить факты. Поттер мертва, — как думал Волдеморт, — опасаться нечего. Пожиратели откровенно насмехаются над защитниками Хогвартса, полагая, что победа за ними. Милостивый Волан-де-Морт дарует еще одну возможность всем сдаться. Драко, последовав призывным крикам родителей, переходит на сторону Пожирателей. Собственно, он и не был с защитниками, но его переход мог бы стать знаковым моментом, кто-то мог понадеяться, что его тоже не тронут, не обидят, не убьют. Никто не вышел, никто не поверил. Пламенная речь Невилла почти разожгла сердца людей на борьбу, но, если быть честным, без Поттер шансов было бы мало. У меня вовсе не было уверенности, что я смогу победить этого Темного Лорда сейчас, но этого от меня и не требовалось. В задних рядах защитников послышались охи-ахи, и через пару секунд перед всеми предстала Анриетта Поттер, живая и невредимая. Темный Лорд уже хотел что-то сказать, подозревая в этой Поттер какую-то подмену, но увидев моё сияющее лицо, просто подавился словами. — Я убил тебя, — все-таки собравшись с духом сказал Темный Лорд. — Я уничтожил твоё тело. Это не можешь быть ты. — Мы будем сражаться, — сказала Анриетта и атаковала Волдеморта. Вновь закипела битва. Из задних рядов пожирателей тут же аппарировали Малфои всей семьей, намереваясь дезертировать. — Трусы! — кричала Беллатриса им вслед. — Предатели! Но примеру Малфоев последовали еще несколько Пожирателей. Не так много, как хотелось бы, но хоть что-то. Снова вся эта неразбериха. Опять невозможно построить нормальный бой. Никак не получается уследить за всем. Несмотря на внешнюю схожесть первой части сражения и второй, в этой мы побеждали. Просто наши силы были столь воодушевлены появлением Поттер, что каждый сражался в два раза лучше, тогда как силы Пожирателей были несколько деморализованы. Финал соответствовал канону. Невилл отрубил Нагайне голову, и экспелиармус Поттер отразив заклинание Лорда, обезоружил уже умирающего от собственной же авады Волдеморта. Чистая победа. Пожиратели, видя смерть своего Лорда, стали спешно ретироваться с поля боя совершенно не заботясь о соблюдении порядка в своих рядах. Видя, как развиваются события, я дал всем своим союзникам сигнал к атаке министерства. Нужно закончить дело. Из всех защитников Хогвартса, только Кингсли отправлялся вместе со мной. Была у меня надежда еще на Билла Уизли, но он уже нацелился на вдову Люпин. В принципе, я не был против, после смерти Ремуса кто-то должен будет убедить Нимфадору, что жизнь не закончилась, успокоить, призвать подумать о сыне. Хорошо, если этим займется Билл, а не я. В министерстве мне пришлось наслушаться от Седрика. Успокоил его новостью, что с Чжоу всё в порядке. Кроме того, оказалось, что Меган тоже не стала сидеть во Франции и тайно от меня тоже готовилась атаковать министерство. Кортес обманул нас обоих. Меган он не сказал, что основная битва будет в Хогвартсе, а знал, и мне не сказал, что сестра тоже приехала с ним и готовится воевать. Моя подготовка не была напрасной. Сбежавшие сразу же после смерти своего лорда Пожиратели спешно уничтожали министерские документы, надеясь хоть как-то облегчить свою участь. Некоторые не мелочились и просто пытались устроить большой пожар, другие сжигали бумаги более избирательно. Но наше скорое прибытие в министерство сломило хилое сопротивление отдельных авроров, что еще не были в курсе случившегося, либо были настолько упертыми, что отказывались просто сложить оружие. После чего мы пресекли начинания юных поджигателей. Особенно меня интересовали бумаги подписанные Амбридж. Не то, чтобы я был злопамятным, но за свои поступки нужно отвечать. Ведь так? Нашел. Достаточно, чтобы отправить её целоваться с дементорами. Конечно, могут найтись смягчающие обстоятельства, но пожизненное ей гарантировано. Вернувшись в Хогвартс, я застал героев на мосту. Не стал их беспокоить. Увидев, как Анриетта сломала Старшую палочку и бросила вниз обломки, внутренне одобрил этот поступок. Это так похоже на то, как поступил принц Флоризель с алмазом Око Света. Вернулся под крышу школы, раздумывая о ближайших планах. — Тут нужен ремонт, — сказал я Минерве Маггонагал, оглядываясь вокруг.