5 ноября

— Извини, — я быстро отпрянула, смотря в пол, в то время как мои щёки уже были красными от неловкости. — Ты в порядке? — обеспокоено спросил он, и я коротко кивнула. Вообще-то, это было не так. Я до сих пор пребывала в полусне, потому что кошмар был слишком реалистичным. Я обняла себя за плечи и присела на кровать, так что теперь Чонгук возвышался надо мной. — Я поговорил с твоей мамой, — начал он. — Мы решили, что я больше не буду здесь жить. Я взглянула на него. Перед глазами пролетело то недолгое время, когда Чонгук жил в нашем доме. Вспомнилась первая встреча, нелепые высказывания в адрес друг друга, неловкие ситуации и тёплые моменты. — Ты уезжаешь? — мой голос дрогнул, и я корила себя за то, что сдала свои эмоции. Но, казалось, он этого даже не заметил. — Не навсегда, — он мягко улыбнулся и легко потрепал меня по волосам. — А что, уже соскучилась? Я смущенно отвела взгляд в сторону. — А что ты сказала маме? — конечно, самое важное я спрашиваю уже потом. — Правду или?.. — Я сказал, что ты мне нравишься, — он убрал свою руку и теперь смотрел мне в глаза. «Нравишься» звучало как-то по-детски, но в то же время ласково и приятно. От неожиданности его слов в горле встал ком, и мне пришлось прочистить горло, чтобы что-то ответить. — И как она отреагировала? Конечно, я понимала, что в реальности я никому не нравлюсь, и это всего лишь защита от реакции мамы на все то, что здесь происходило. Было грустно это осознавать. — Негативно, — он усмехнулся. — И понятно — почему. Я кивнула. Кому понравится ход таких действий? — Но мы все равно будем видеться, — сразу добавил он. Это как-то подбодрило меня. — Можно угостить тебя ужином? — вдруг спросил он. — В качестве благодарности за все, что было. — Как? Уже вечер? — мои глаза округлились. Блин! Как долго я спала?! Я метнула взгляд в синее от неба окно, где от ветра тихо покачивались деревья и шуршали листья. Из моей комнаты короли было видно большую молочную луну, которая растянулась на всём небе и освещала дороги. Я невольно засмотрелась на привлекательный пейзаж, на секунду забыв, что рядом ждёт Чонгук. — Но мама… — я хотела сказать о том, что ей это не понравится. — Она уже спит, — усмехнулся Чон. — У неё была тяжёлая неделя. — Ты предлагаешь сбежать? — мои глаза вмиг округлились. Я никогда не сбегала из дома! — Надо же когда-то попробовать, — он подмигнул, будто читая мои мысли. Пока я долго взвешивала все «за» и «против», мой живот в который раз за день решил меня опозорить, и тогда Чон, плюя на все правила приличия, схватил меня за руку и быстро повёл к двери. Я не могла громко возмущаться — мама спит. От такой резкости я опешила и подобно овощу плелась за парнем. Только оказавшись в машине я поняла, что с собой у меня нет ни телефона, а сама я одета непрезентабельно. Но машина уже тронулась, и я просто забила на это. Почему-то мне хотелось доверять Чонгуку, такому красивому, сжимающему руль и внимательно смотрящему на дорогу. — Что? Красавчик? — не отрывая взгляда, он усмехнулся, заставляя мои щёки редеть. Я даже не заметила, как пялилась прямо на него все это время. Резко отвернувшими в другую сторону, я сложила руки на груди и решила ничего не отвечать на этот странный вопрос. — Знаешь, что такое «ночь кино»? — вдруг спросил он, когда мы въехали в какую-то арку. — Не уверена… — Это когда парочки приезжают на машинах и оттуда смотрят на большой экран. Впрочем, сейчас сама все увидишь… Парочки? Но мы же не… я посмотрела Чонгука, глаза которого блеснули в темноте. Мы доехали до места назначения, и я увидела кучу машин и огромный белый экран, который был размером в многоэтажку. Вокруг было много машин. Все выглядело так, будто мы въехали не просто в парк, а в типичный американский фильм. Даже из салона машины я могла почувствовать сладкий запах попкорна и горчичный аромат еды, что продавались неподалёку. Чонгук остановил машину капотом к экрану и приказал выйти. Оказывается, он уже успел открыть багажник и постелить там пледы и подушки. — Садись, я принесу поесть, — он быстро ушёл, а мне оставалось только шокировано присесть на подушки и укрыться пледом. Я заметила, что в машинах исключительно обнимающиеся парочки, и мне вдруг стало неловко. Как-то неожиданно все это… Фильм ещё не начался, поэтому вокруг туда-сюда мелькали люди с полными руками разных вкусностей. Выглядело все очень романтично. — Я не знал, что именно тебе взять, — услышала я позади и, обернувшись, увидела Чонгука, который в руках держал пакеты с едой. Я даже не спросила как назывался фильм, я даже не знала, о чем шла речь. Было так приятно сидеть сейчас здесь, в такой обстановке, жевать картошку фри и смотреть на заинтересованного сюжетом Чонгука, что не отрывая взгляда трепетно смотрел в экран. Мне было все равно, что идёт там, ведь сейчас для меня главным фильмом был он. Странно, я никогда не ловила себя на мысли о том, что он может быть таким нежным. В смешные моменты он улыбался, показывая мне свои ямочки, в эмоциональные эпизоды его глаза блестели. И мне вдруг так захотелось прикоснуться к нему, но я понимала, что я не могла. Мне нельзя. Я грустно отвела взгляд от парня, чтобы понаблюдать, что же происходит на экране. Самый красивый момент в каждом романтическом фильме — поцелуй. Я грустно вздохнула, вспомнив на секунду Тэхена и наши странные отношения. Я снова отвела взгляд на Чонгука, и совсем не ожидала, что теперь он будет смотреть на меня, так что я вздрогнула от неожиданности. Он впился в меня своими уже родными чёрными глазами и почти не дышал. Я же в свою очередь тоже не могла пошевелиться. И тут что-то щелкнуло во мне: я медленно начала приближаться к нему. Мой мозг кричал: «Дженни, что ты творишь?! Остановись, подумай!» Но тело не хотело слушаться. Я совсем не ожидала того, что он тоже поддастся и приблизится. Сейчас я могла чувствовать его легкое осторожное тёплое дыхание, щекочущее мою кожу. Ещё секунда, и я чувствую тот желанный привкус чужих губ. Это не было тем чувственным поцелуем, который используют страстные парочки в фильмах, это был нежное, по-детски тёплое, осторожное прикосновение, которое вызвало тысячный рой бабочек у меня в животе.