Малика с восточного побережья: Начало

В этой организации, где лучший посол приносил легкомысленной принцессе штрудель, а заодно состоял в сомнительных связях с воинственными Нивами, необходимо было знать каждого и каждую, чтобы не потерять ни одной карты, раскладывая пасьянс. В то же время Малика чувствовала, как постоянные новые знакомства рассредотачивают её. Принцесса Динка, похоже, отлично это понимала, раз не стала знакомить Малику с полной, коротко стриженной красавицей в костюме (а значит, роли) горничной, которая приносила чай; не стала и с тонкой, диковинно смуглой (должно быть, благодаря соку одуванчика) девочкой, напоминающей театральную танцовщицу. Эта девочка появилась, чтобы забрать принцессу из кабинета по неведомым Малике делам. Только тогда Малика наконец почувствовала, что была далеко не единственной принцессиной заботой. Это осознание стало заметным облегчением, и Малика поняла, что всё это время ощущала на себе принцессин взгляд. И этот взгляд, который должен был быть по силам первой разведчице Полыньи, оказался тяжеловат для усталой беглянки Малики. В любом случае прямо сейчас у неё имелся целый принцессин кабинет, который ей очень, очень хотелось осмотреть. И начинать, конечно, стоило с книжного шкафа. Никаких книг, правда, на полках не было — только разной толщины папки, часть которых была подписана именами, ещё часть — датами и пометками о неких событиях. Большая часть пометок не говорили Малике ничего, но были и простенькие — например, «Бал в Дарае без Фо́о 2119» или «Осеннее равноденствие 2120» (тут Малика слегка поморщилась). Слово «опиум» не фигурировало нигде, и Малика с некоторым ужасом осознала, что́ это означало: проблемы с наркотиком были столь обширны и подавляющи, что не требовалось даже указывать это слово — оно всегда незримо присутствовало на каждом из корешков, скупо подписанных одной лишь датой. Папки были упорядочены не слишком понятным Малике способом, поэтому ей пришлось тщательно осмотреть шкаф, чтобы найти ту, на которой было написано её имя. И, когда она уже готова была протянуть руку, она осознала, где находится, и прокляла себя за несообразительность. Сложно было бы придумать более подходящее время, чтобы скрытно за ней наблюдать. Сперва Малика захотела скрыть своё волнение, но вспомнила, что смущаться перед принцессой было бесполезно — та читала между строк и видела насквозь. Поэтому она позволила себе немного поколебаться, прежде чем взять папку с полки. Прошло более трёх часов, прежде чем принцесса вернулась в кабинет. Малика задумчиво листала папку с надписью «Холой. Осень 2120». Документ был составлен восхитительно, с пояснениями на широких полях бумаги, с перекрёстными ссылками, внутренними и внешними. И если папка о Малике хранила в себе сторонние бумаги вроде газет Оро, то папка с именем Холоя была наполнена исключительно конспектами бесед с ним и его отчётами. — Я смотрю, ты совсем не стесняешься, — принцесса хихикнула. — Ну как, составила формуляры? — Я теперь поняла, почему никто не делал этого ранее, — убитым голосом произнесла Малика. — Это же умереть можно за бумажной работой. — И что, никаких вариантов? — широкая улыбка принцессы вновь заставила Малику подтаять. — Ну, — сказала Малика, — всегда можно сделать единый формуляр для уже собранной папки. Но это годится только для архива. Если мы хотим отслеживать документы в реальном времени, нужен формуляр для каждого. Принцесса посерьёзнела. — Я сказала, что будем крепить формуляр — значит, будем. Ган на это согласился и уже озвучил своё решение. Если папки раздует так, что потребуется новая полка — поставим новую полку, только и всего. Малика набрала неровно воздуха в лёгкие и с наслаждением выдохнула, ненадолго освобождая себя от беспокойства за собственную (глупую, как ей теперь казалось) идею. Теперь, отдышавшись, она была готова перейти к теме, волновавшей её более всего. — Динка. — Она снова выдохнула, но уже тяжело. — Химэсама.